Чёртовы дни.

      Сэнди безвольно лежал на ещё тёплой постели — выходные навалились на него так же внезапно и тяжело, как и эти бесконечные экзамены. За окнами тоскливо завывал осенний ветер, и в его заунывном свисте слышалось что-то безысходное, словно сама природа оплакивала уходящее тепло. Пусто и зябко.       Учиться не хотелось совершенно — не было ни сил, ни желания ворошить в голове скучные формулы и даты. Готовиться к этим предметам казалось таким же бессмысленным занятием, как перебирать пальцами грязь. Юноша с горечью думал о том, как всё вокруг раздувают из мухи слона, как превращают учёбу в каторгу, вместо того чтобы спокойно и толково объяснить, зачем вообще нужны все эти экзамены? В комнате было тихо, сквозь неплотно закрытую форточку тянуло холодом, и казалось, что вместе с ветром уходит последняя надежда на какой-то светлый выходной день, оставляя после себя лишь тягучую, щемящую хандру.       Биби настойчиво звала его на прогулку, будто не видя всей промозглой погоды за окном. Может это дело привычки? Они же привыкли постоянно и в любую погоду заниматься тренировками. Но не смотря даже на это, парень совершенно не хотел, ну не было желания подниматься с кровати, одеваться, так еще и шманятся фиг пойми где. Заболевать не было в его планах.       «Не хочу болеть — потом трудно вольюсь обратно, и начну отставать по программе».       Горестно вздыхая, он вновь пишет Биби отказом, на что получает диз-лайк. Фыркнув в экран, он натыкается на чат с Кроу. Вспоминается, что они хотели обсудить те дела и как тогда написал Сэнди, об отомщение наглому задире. Вот только, если же он поступит так плохо, Нита ведь наверняка разочаруется... Даже если не брать в учёт, что Леон занимается чистым домогательством и шантажом.       — Ну почему она именно Его сестра!?       Чуть ли не взывая небеса мычит парень, сильно тянув себя за волосы. Он не понимает, что и как ему сделать правильно, все казалось до безумия абсурдным, слишком пуганным и тёмным. Неужели Леон скрывает свою задирстую закалку при младшей сестре или на него подействовали так его родители? Сэнди не психологический специалист, он бы сам не отказался от кого-нибудь советом, да того же психолога! Все эти чувства после близости с Леоном, заставляли сердце трепыхаться и биться ближе к нему. Может это из-за неопытности или пубертата, может сказывается так же, что не было девчёнки у него, да даже поцелуй забрал этот Чёрт! Мысли дергали его, тугие механизмы в его голове, очень тяжело терлись друг об друга, что голова начинала только сильнее гудеть.       Может Леону правда нравятся парни? Может он просто...       Его прерывает громкий хлопок двери. Тара кого то с радостью встречает, один голос громко здоровался и уже про что-то спрашивал, на что женщина посмеялась. Гостей в такую погоду очень странно видеть у его родителей, те обычно встречались в ресторанах либо в баре "Барли", где им делали хорошую скидку за знокомого-знокомых.       — Сэнди, к тебе друзья пришли — Мать приоткрывает дверь, явно не зная чем занимается ее сын, не желая тревожить его личное пространство, — Это Леон и как я поняла его сестра.       Лицо от услышеного сначала бледнеет, а потом как у глупого дурочка расплывается в улыбке, да черт с этим Леоном, если с ним пришла Нита, значит все будет наилучшем плюсе. Вскакивая, он оглядывает комнату на наличие бардака или лишних вещей, которым не подлежало бы валятся на полу или на стуле.       — Щас я... я переоденусь и!       Тара лишь хмыкнула, прикрывая дверь и направляясь к ребятам обратно, передавая ответ своего сына. Бледноликий старательно быстро выскакивает из домашней одежды, выискивая чего-то более обыденного, одев широкие шорты, он не успевает одеть футболку, как дверь на распашку открывается, где виднеется наглое лицо хулигана. Тот даже не обратив внимание на полу оголенного парня, рухнув на постель. За ним неловкими шагами следует Нита, которая во все глазища рассматривала комнату, но ни разу не попала на Сэнди.       — Крутая комната Сэнди! Немного темная, ноя думаю из-за погоды, — Констатируя свой монолог, она наконец переводит взгляд на старшеклассника. — Извини если помешали. Лео говорил, что писал тебе, но ты не отвечал, поэтому мы пришли!       — А, да ничего страшного, я даже не против — Неловко перебирая пальцы, он ладонью предлагает присесть на свободный стул, — А чего не позвонила? Ты же записывала номер кхм.       — Я же тебе говорил, а ты не верила... — Неожиданно бурчит Леон, поворачивая голову к ним, потираясь щекой об еще наверняка теплую подушку. — Могла заранее посмотреть...       — Ну тебе верить, себя не уважать! — Фырчит девушка, но все равно утыкается в телефон, выискивая номер.       — И ради этого могла не будить и не тащить в такой холод... — Продолжая, он старательно не смотрел в сторону Сэнди.       Сам юноша продолжал глупо улыбаться, думая куда бы усесться или облокотится об стол, чтобы показать себя с лучшей стороны. Он чуть нервно тарабанит пальцами по рабочему столу, как зачарованный рассматривая свою Amore, даже не зная чем бы начать разговор...       — Так! Сэнди ты мне очень сейчас нужен! — Тороторит Нита, что сердце у бедного парня пропускает как удар так и заставляет закашляться, на что слышит уже смешок, — Я хожу в художественную школу и мне очень нужна необычная постановка! А ты со своими волосами вдохновил меня!        — Ты его испугаешь и он выгонит нас, — Леон лениво встает, шаркая к двери где стоял пакет. — Нита дура, потому что забыла о сдачи композиции своей. А как ей приспичило, выдернула меня.       Раздалось тихое шуршание пакета, и перед его взором предстала золотистая ткань. В жестких, огрубевших ладонях Леона она струилась, словно живой водопад нежности, переливаясь мягким, теплым блеском. Он держал ее с непривычной, почти трепетной аккуратностью, сохраняя на лице сосредоточенно-серьезное выражение.       Бросив косой, но совершенно лишенный угрозы взгляд на хозяина комнаты, Леон манящим жестом подозвал его к себе. Невесомое, гладкое, как лучший шелк, полотно мягким облаком опустилось ему на макушку. Остаток ткани парень бережно прижал к его торсу, укутывая в мерцающий, уютный кокон.Нита наблюдала за этой сценой с преувеличенно задумчивым видом, в такт своим мыслям тихо постукивая пальцем по виску.       — Выглядит как я и думала, но осталось поза и более складно сделать... А точно, Сэнди ты же не против?!        — Да нет, если тебе так необходимо я помогу.. — Смущенно бурча, он смотрит на ладони Леона , но не ощущает ничего. — Это просто попозировать надо будет?        — Ты уверен? — В аккурат шепчет на ухо каштано-волосый, еле касаясь губами его кожи — Она тебе не скажет точно, сколько тебе придется сидеть не двигаться.        — Не отговаривай его! Я сделаю набросок а потом сфоткаю и дома дорисую !       В итоге, с трудом сдерживая смущение и предательскую красноту на щеках, он понял: сидеть почти обнаженным, укрытым лишь тонкой шелковой тканью, оказалось не так-то просто. Особенно сейчас, когда в этой сцене участвовал и старший Литтфлут, лениво, почти томно держащий яблоко, к которому так и тянулась рука.       Сама поза была до неприличия смущающей, но Ните было важно лишь одно: чтобы их взгляды встретились и застыли. Пусть даже для этого придется терпеть неудобство минут пять, подавляя внезапный зуд или глупое, паническое желание сбежать в уборную.       Леон наклонился так низко, что почти касался его носа своим, и в этой звенящей тишине они оба отчетливо слышали стук собственных сердец. Второго участника тоже укутали в подобное полотно, но оно оказалось чуть грубее на ощупь и темнее по цвету, создавая выразительный визуальный контраст: словно в одном кадре пересекались свет и тьма. Сэнди успокаивали лишь восторженные охи Ниты. Её глаза сияли ярче солнечной системы, она казалось совершенно не видела в этой ситуации ничего странного или двусмысленного.       — Было бы ещё круче, если бы в этот момент!       — Нет Нита. — Перебивает ее старший брат, хмуро посмотрев в ее сторону, на что она закатила глаза.        — Если это будет в моих силах, я могу попробовать, — Уверенно что были силы произносит фиолетоволосый, разминая руку и обратно выставляет в нужной позе. Не замечая как Леон шумно вздыхает.        — Чтобы ваши губы соприкасались, но без самого поцелуя!                                           Сэнди на секунду каменеет.       — Ну... Можем листочек, либо тетрадь прижать, — Лео выставляется на него многозначительный взгляд, да он бы и без этого уже поцеловал этого шалопая, но не при сестре , а этот придурок еще сам придумывает обход проблемы. Разве он не боится, что Нита не о том подумает...       Но младшая сестра лишь кивает и подкидывает им тетрадь. Сэнди с красными щеками, но все равно прижимается губами к холодной тетради, чему следует и сам парень напротив, явно уже сдерживаясь, что бы не уткнуться в чужие губы в грязном поцелуе.

***

      Руки онемели как и все тело, зудело и ныло, что даже потягивание тела не помогло в решение этой проблемы. Он старательно не смотрит в сторону, где Леон так же потягивал руки и шею, что то объясняя сестре и тыча пальцем в ее готовую зарисовку. Родители лишь из редко поглядывали к ним в комнату, что бедному несчастному Сэнди приходилось стримглав отрываться и биться спиной к кровати, на безопасное расстояние. Но, предкам было совершенно без разницы, они лишь охали и разглядывали на холсте подобие своего сына. Если бы не было Леона, то Песок не настолько шарахался и откашливался, это ведь странно, что два парня жмуться друг к другу и чуть ли не целуются!       — Нита да у тебя талант! — Восторженно констатирует Джинн, прищуриваясь и разглядывая с разных сторон. — За столь короткое время успеть столько!       Девушка лишь гордо поднимает голову, кивая на все комплименты попутно собирая разбросанные карандаши. Леон молчаливо складывал текстиль обратно в пакет, нервно покусывая губы, находится несколько часов без курения, была самой большой ошибкой для него. Как бы уже поторопить сестру или же...       — Все нормально? — Старается как можно без интереса спрашивает Сэнди, будто между не было никаких странных страстей, — У нас балкон есть, если...       — Да.       Твёрдо произнеся, парень поднимается резко, хватая под руку недруга буквально вышвырнул его из комнаты. Спотыкаясь и пару раз ударившись об все косяки, вечно сонный юноша дрожащими руками дергает за ручку балконной двери, как сзади на него тяжелым, горячим грузом наваливается Лео.       Осенний холод ударил в лицо, словно пощечина, заставив его мгновенно съежиться и судорожно обхватить ладонями собственные плечи. Время пролетело так быстро, что на улице уже сгустились вечерние сумерки.       Хулиган невозмутимо достал сигарету, будто не ощущая холода противной осени.       Сильный порыв безжалостно трепал волосы, и все попытки убрать мешающую челку с глаз оказывались тщетными. Ледяные капли, срываясь с карнизов верхних этажей, неприятно били по оголенной коже, заставляя его еще острее чувствовать. Сэнди мешкаеться и лишь коротким взглядом вновь посмотрел на одноклассника, который с тихим стоном вдыхает сигаретный дым, блаженно прикрыв свои карие очи. Леон облизывает сухие губы, постепенно выдыхая весь белый сгусток, постукивая пальцем по сигарете, пепел оседает на сырые перила.       — Подойди сюда, — Монотонно выговаривает юноша, с прищуром ехидны оглядывая все тело напротив, сильно сжимая фильтр. — Быстро.       Сэнди вздрагивает, бурно и до глубин самого сердца, где то уже разогналось до стука в ушей. Шарканье тапок об бетонные плиты под ним, казались защитниками, оттягивающие момент. Но находясь на уровне вытянутой руки, хулиган не выдерживает и притягивает резко, дискомфорт сжимая плечо как в тисках. Ожидая опять пепел на своей голове, Сэнди жмурится и проклинает такого двуличного хамелеона. Терпение наверно лопнуло, сложно, зная его теперь отношения сложно понимать стало этого чертюгу.       Леон смотрит на него с нарочитым спокойствием, но его большой палец с нажимом вдавливается в выступающую ключицу прямо через ткань футболки. Густое облако горького дыма вырывается изо рта парня и тут же впитывается в воротник Сэнди, заставляя того поморщиться от едкого, неприятного запаха. Затем этот палец, словно змея, медленно пополз выше по шее. Он лениво обвел резкий контур челюсти и, наконец, прижался к нижней губе, тягуче и откровенно возбужденно поглаживая нежную кожу. Сэнди гулко сглатывает, бросая нервные, бегающие взгляды на окно. В любую секунду туда могли выглянуть родители или сестра Леона, и эта мысль заставляла его сердце биться где-то в горле.       — Умеешь же выводить людей на эмоции, Сэндюш...