gloss

— вот черт.. феликс глазами рыскает по столу, выискивая в изобилии косметических средств одну конкретную вещь, пока стафф оставил его одного — собраться с мыслями перед очередным выступлением. не забыли они при этом, конечно, в который раз поинтересоваться, почему же артист не позволяет никому касаться его губ с намерением подкрасить их, сетуя на то, что справится самостоятельно. в конце концов, это их обязанность — отвечать за идеальность образов всех участников группы, а значит и макияжа в том числе. ли каждый раз кротко и очаровательно улыбался, как умеет только он и никто другой, каждому, кто задавал вопросы об этой его небольшой странности, но никогда не давал прямого ответа. у всех ведь должны быть свои секретики, верно?  верно. абсолютно точно верно, вот только его секретик почему-то именно сегодня решил поиграть с ним в отчаянные прятки. именно сегодня, когда предстоящее выступление для феликса значило намного больше, чем все предыдущие. нет, несомненно, он очень сильно любил каждого из стэй, и концерты действительно занимали в его сердце значительную часть, согревая жизненным теплом, когда вдруг по каким-то причинам становилось грустно, да и когда было радостно — согревали тоже, однако… сегодняшний день особенный. особенный, вероятно, не только для него, но и для всех, кто собрался здесь сегодня. прошло уже несколько лет с дебюта stray kids. да, верно, дату, красующуюся сейчас на экране его телефона, можно было смело назвать днем рождения группы, а еще, наверное, днем рождения всех стэй. в этот день нельзя было оплошать. никак.  а феликс был тем самым человеком, имеющим веру во что-то абсолютно бредовое: талисманы, приметы, счастливые вещи. казалось, хоть раз посмеешь забыть провести привычные махинации «на удачу», что напрочь привязаны ассоциацией к твоему ремеслу — наступит полный крах. и почему-то именно сейчас, именно в этот блядский момент он потерял свой чертов счастливый блеск для губ. да, именно так. как бы это ни звучало, для ли он и правда был счастливым. но не стоит из-за этого считать его ненормальным, ведь на то была весомая причина! в самом деле, не стал бы он так убиваться и метаться по гримерке из стороны в сторону из-за какого-то непонятного блеска, приобретенного в самом обычном магазине. да, все потому, что этот блеск для губ он ценил настолько, что использовал только в исключительные дни концертов, реже — по важным праздникам. страх исчерпать его лимиты был слишком высок, потому что, как бы это ни было глупо, феликс был слишком сентиментален. и ничего не мог с собой поделать. невероятно сильно ценил подарки, а подарки от близких сердцу людей — тем более. в мыслях, пока он, отчаявшись, прижался лбом к двери и прикрыл глаза от досады, назревало воспоминание. такое яркое, теплое, но по-своему меланхоличное. печально и до отчаяния смешно, но ожидать меньшего от человека, страдающего столько времени от натиска бремени собственных чувств, даже не следовало.  — фе-е-еликс! — он оборачивается, не сумев сдержать солнечную улыбку, когда слышит обращение к себе. такое привычное, шутливое, и по-своему особенное, ставшее чем-то исключительно их личным. хёнджин смотрит на него как-то хитро, а еще ухмыляется соответствующе. феликс скрещивает руки на груди, склоняя голову набок и загораясь любопытством. хван выглядит так, будто либо что-то задумал, либо уже успел это что-то задуманное осуществить. потому что данное выражение лица феликс знает как никто другой — прищуренные глаза, лисья ухмылка, несколько закушенная в предвкушении губа, заведенные за спину руки. ли знал, что он далеко не единственный, с кем хёнджин хорошо общается. знал, что и другие мемберы группы удостаиваются не меньшего внимания с его стороны. знал, что он не особенный, но… было что-то такое, что установилось только между ними. что-то неощутимое физически, что-то неконкретное и расплывчатое, как пятно от мыльного раствора на тонкой водной глади. это невозможно было описать и объяснить. может, феликс сам все это и придумал, создавая почву для размышлений на пустом месте. однако отчего-то отчаянно хотелось, чтобы это было не так. чтобы было за что ухватиться. так глупо, но зато так искренне. впрочем, мысли уводили его все глубже в этот темный непроглядный лес, словно окруженный невидимой отталкивающей аурой. посторонние звуки доносились до сознания отголосками, и только почувствовав холодное деликатное прикосновение к кончику своего носа феликс осознал, что он все еще находится в реальном мире, а чертов лес — это лишь издержки его разыгравшейся за размышлениями фантазии. хван все так же улыбался, только теперь ли сконцентрировал свой взгляд непосредственно на том, что до сих пор беспокоило его несчастный нос.  — что это, хён? — озадаченно интересуется феликс, имея в виду предмет, которым хёнджин сейчас своеобразно касался его носа, пытаясь, тем самым, привлечь внимание. — подарок. у меня тоже такой, — хван свободной рукой продемонстрировал идентичную вещицу, покачав ею из стороны в сторону, и только тогда до ли дошло, что это был блеск для губ. действительно, точь-в-точь… — я подумал, что это будет забавно, если на выступления мы будем красить губы одним и тем же средством. ха-ха, я мог бы предложить такое любому из мемберов, но почему-то в первую очередь подумал о тебе! — это… — феликс осторожно перехватывает пальцами вытянутый блеск, сквозь прозрачную оболочку которого было отчетливо видно оттенок. достаточно красивый. уж точно подойдет хёнджину… хотя, возможно, это было немного странно, что в первую очередь он подумал именно о хёне, если подарок сделали ему. тем не менее, что-то заставило сердце дрогнуть, когда хван сказал то, что сказал. ли бессовестно солгал бы, если бы сейчас сказал, что не придает этому особого значения. потому что было безмерно приятно понимать, что хён подумал о нем, а не о ком-то другом. и подарок сейчас, абсолютно спонтанный и неоправданный, делал тоже ему. слов не было, поэтому феликс, отложив свои смущающие мысли в долгий ящик, улыбнулся в привычной манере, а затем обнял друга. казалось правильным выражать свою благодарность тактильным путем. — спасибо большое! — да не за что… — хёнджин ответил формальностью, но улыбнулся так тепло, что если бы феликс имел возможность видеть эту улыбку — точно умер бы на месте. они больше никогда не говорили об этом открыто, но порою замечали на губах друг друга приевшийся оттенок. слов, наверное, и не надо было. почему они пялились на губы друг друга — витающий в мыслях вопрос, который они, смущаясь каждый раз, решали опустить. — да черта с два, — недовольно бурчит себе под нос парень, тут же с остервенением открывая дверь. ненамеренно так сурово, просто настроение чутка подпортилось от неприятного обстоятельства, и это просто отвратительно. приближающееся начало концерта, кажется, никогда не давило так невыносимо сильно, как сейчас. нельзя, чтобы это и дальше продолжалось, но феликс даже не хочет контролировать себя, когда вымещает накопившуюся досаду в резкой ходьбе и упертом в пол взгляде. ли не знает куда он идет, но оставаться в гримерке просто не вариант. сдохнуть хочется. внезапно парень чувствует, как врезается в кого-то, и вся хмурость тут же спадает с лица, сменяясь виной. парень уже успел подумать, что столкнулся с кем-то из стаффа, и был готов словно на автомате произнести слова сожаления о своей неосмотрительности, как вдруг поднял голову и молча уставился в лицо человека напротив. — феликс? — хёнджин слегка склоняет голову набок, вопросительно глядя на очевидно обеспокоенного друга. — что случилось? ли закусил губу, раздумывая о том, стоит ли отвечать. это было бы невероятно неловко — признаться в том, что он умудрился потерять по-своему ценный подарок, прямо в лицо непосредственно дарителю. сомнительная идея, но и утаить этот факт было бы просто варварством. нет, конечно, феликс питал надежды на то, что вещицу все-таки удастся найти хотя бы когда-то потом, но, столкнувшись лицом к лицу с хваном, парень почувствовал одолевающее его сомнение. слишком все это... выбивает из колеи. — эй? — тебе честно сказать? — ли со вздохом отводит взгляд, разглядывая стены, лишь бы не видеть озадаченного выражения лица хенджина. только, к сожалению, даже пары секунд хватило на то, чтобы заметить полюбившийся оттенок на губах, и от этого вина давила на плечи еще сильнее, еще ощутимее. — конечно? ты странно себя ведешь, феликс. — я потерял блеск... — выпалил парень, по инерции оперевшись рукой о стену. смотреть на друга все еще не хотелось, но слышать эту убийственную тишину, не нарушаемую ничем, было еще хуже. хван, недоуменно приоткрыв рот, все же закрыл его и нахмурился. ли почему-то не требовалось видеть, чтобы понять. — тот, что ты подарил, да. я все еще надеюсь найти его в ближайшем будущем, но перед концертом я точно не... — забудь об этом. все в порядке, если сегодня ты не накрасишь губы именно им, знаешь? это все равно не особо заметно, — поспешил успокоить друга хенджин, но феликс только усмехнулся, решившись, наконец, поднять взгляд. — вообще-то для меня это многое значит. хенджин замешкался на пару секунд, а затем, прикусив губу, уставился в пол. было видно, как он озадачен сложившейся ситуацией, и то искреннее беспокойство, с которым к его словам отнесся хван, даже растрогало феликса в какой-то мере. он позволил себе смотреть: смотреть здесь и сейчас на того, кто так сильно ему дорог, смотреть на того, кто с завидной периодичностью заставляет его сердце биться чаще. хван хенджин похож на заряд электрического тока, пробегающего по телу — такой же разительно жгучий и убивающий изнутри. впрочем, не то чтобы ли был против. даже наоборот, ластился к этому току и его разрядом, с каждым разом убивая себя все сильнее без возможности остановиться, потому что это просто перерастало в чертову зависимость. и даже сейчас аддикция давала о себе знать, приковывая взгляд феликса к губам хенджина, которые тот озадаченно кусал, в попытках справиться с потоком своих мыслей. впрочем, в конце концов эта идиллия оказывается нарушена, потому что в один момент хван поднимает взгляд, выглядя взволнованным, но решительным, и все, что остается ли — это проглотить свой не успевший даже соскочить с губ вопрос в ожидании действий со стороны. хенджин сглатывает и разрезает своей репликой повисшую тишину. — раз для тебя это так важно, просто позволь мне... слова от волнения застревают в горле, но он решает, что может их опустить, потому что каждая лишняя секунда по частичкам уносит вдаль рушащуюся уверенность хвана, а это значит, что медлить нельзя. феликс ничего не успевает сказать, чувствуя чужую руку на своем затылке и чужие губы на своих губах. это ощущение поначалу невозможно сравнить ни с чем: какая-то мимолетная эйфория, от которой кругом идет голова. ли, кажется, абсолютно наплевать на то, как это чувствуется физически, ведь сейчас его заботит сам факт того, что только что произошло. хенджин не задерживается надолго: всего пара секунд, и он отстраняется, но между их лицами все еще считанные сантиметры, а волосы феликса все еще сжимает чужая рука. на губах чувствуется приятный вишневый привкус, а на сердце воздушная легкость. лицо начинает гореть, причем не у него одного, но почему-то отстраняться или отводить взгляд не хочется совсем. единственное, чего сейчас хочется — это услышать и понять в чем был мотив. одна ли это большая шутка или нечто более осознанное? впрочем, спросить язык не поворачивается. по крайней мере сейчас. получается только стоять в оцепенении и ждать. — я... — неуверенно начинает хенджин, который только сейчас, кажется, осознал, в какой ситуации они оказались. вернее, в какую ситуацию он собственноручно их завел. — прости. не знаю что на меня нашло. — хочешь сказать, это просто недоразумение, которое ничего не значит? теперь нам нужно делать вид, будто ничего не произошло? — я знаю, мне не следовало... — это никак не отвечает на поставленные мною вопросы, хён. пожалуйста, просто скажи что это значит. хван тяжело вздыхает, очевидно, взвешивая все за и против. "против", конечно же, было в разы больше, но он все равно сделал мысленный акцент на "за". вернее, на том, что держать все в себе было уже просто невыносимо, а значит пора положить всему конец и расставить все точки над и. — что ж, — хёнджин прочищает горло и продолжает. — я просто разделил блеск на нас двоих. почему я не сделал этого более гуманным путем, а выбрал именно этот, черт возьми, извращенный? причина проста, феликс. ты мне нравишься. сердце замирает от этого внезапного признания, а бабочки в животе трепещут, в то время как в голове скопился тайфун из всех мыслей и эмоций. глупо задаваться вопросом "как это понимать?", когда ответ и так лежит на поверхности, ведь это абсолютно нормально, когда два человека нравятся друг другу, однако феликс все равно задается. смотрит на хенджина ошарашено, а у того и вовсе дыхание перехватило. тишина казалась настолько интимной и смущающей, что это начинало пугать. ли был уверен, что его веснушки сейчас краснели так же стремительно, как и его щеки — просто так, за компанию. для феликса это было смешным, для хенджина — прелестным и очаровательным. все, что происходит здесь и сейчас, находится на грани абсурда. балансирует на тонком лезвии ножа. но оно происходит. и оно, черт возьми, реально. как бы ни было трудно это принять. — прости. наверное, это все зря... — извиняется хенджин, собираясь уйти, но феликс перехватывает его за предплечье, не позволяя этого сделать. — не смей. — что ж... — ты мне тоже. — что? — тоже мне нравишься, — выпаливает ли на выдохе, не сдерживая своей яркой улыбки. хван пару раз озадаченно моргает, но сомневаться в честности чужого ответа даже не смеет, потому что этот ангела в лице того, кого он так сильно любит, не способен на такую гнусную ложь. хенджин знал, что сегодняшний день особенный и прекрасный, но не знал, что он может стать в разы лучше благодаря небольшой потере феликса. и блять, хван готов хоть тысячу блесков ему купить, чтобы за каждую потерю иметь возможность целовать чужие губы или просто быть. быть рядом. быть с ним. потому что это звучит прекрасно, и это все, что ему надо. хенджин столько всего хотел бы сделать или сказать, ровно как и феликс хотел бы того же, но... — ребят? — парни испуганно оборачиваются на источник звука, замечая появившегося из-за угла минхо, моментально застывшего в проходе после увиденного. — эм... мне кажется, это моя суперспособность — появляться максимально вовремя. воркуйте, голубки, просто не забывайте, что начало совсем скоро. с этими словами парень разворачивается и уходит, едва сдерживая издевательский смех. хенджин закатывает глаза, испытывая резкое желание треснуть кое-кого по затылку, а феликс хихикает, возвращая все внимание хвана на тебя. — достаточно блеска или? — с вызовом вопрошает парень, ухмыляясь. — мне кажется, ты мог бы поделиться еще.