Тайна Песочной комнаты

      Хогвартс-экспресс мчался в магическую школу. Ремус уже переоделся в мантию и ждал, когда они приедут. Напротив него сидела неизвестная девочка с черными волосами, а рядом щуплый мальчик. В купе стояла тишина. Когда поезд остановился, Ремус едва сдержал вздох облегчения. Он собрал вещи и выскочил из купе. Кажется, кто-то крикнул ему вслед, но Люпин не стал останавливаться.       На платформу высыпали школьники разных возрастов. Ремус, как и все первокурсники, чувствовал себя неуверенно в незнакомой обстановке. Малыши столпились вместе. Ремус заметил неподалеку двух шумных ребят, которым будто и не было страшно. Они что-то обсуждали, смеялись и выглядели, как закадычные друзья. Мальчик с непослушными волосами заметил его внимание и ткнул своего друга в бок. Они двинулись к Люпину.       — Ты выглядишь умным малым, — сказал мальчик с неаккуратной прической, поправляя очки на носу. — Знаешь, что означает заклинание энгоргио скулус?       — Джеймс, оставь его. Он не знает, — сказал его друг, качнув волосами до плеч: они выглядели мягкими. У Ремуса возникло желание потрогать их, но вместо этого он отвел взгляд.       — Энгоргио увеличивает предметы, — ответил Люпин.       Джеймс разулыбался.       — Осталось понять вторую часть заклинания, — сказал он и вдруг сообразил. — Как тебя зовут? Я — Джеймс Поттер.       — А я — Сириус Блэк, — второй мальчик шутливо поклонился.       — Ремус Люпин, — не успел Ремус назвать имя, как почувствовал прикосновение к плечу. Он обернулся и с удивлением узнал мальчика из купе.       Мальчик выглядел неуверенно. Он смущенно протянул книгу и сказал:       — Ты забыл ее в купе.       — Это твой друг? — спросил Джеймс.       — Или домовой эльф? — пошутил Сириус, и Джеймс засмеялся. — Такой же мелкий.       Незнакомец сжался и тихо сказал, натягивая на лицо несмелую улыбку:       — Меня зовут Питер Петтигрю.       Ремусу стало его жалко, поэтому он сказал быстрее, чем подумал:       — Питер мой друг, — за что получил благодарную улыбку.       — Тогда один вопрос, — сказал Джеймс, вздернув подбородок. Он сделал шаг к Питеру и посмотрел сверху вниз, хотя их рост мало отличался, но Петтигрю сжался и стал ниже. — Гриффиндор или Слизерин?       Питер оглядел ребят, сглотнул и сказал:       — Гриффиндор.       Джеймс обнял его за плечо и повернулся к друзьям.       — Наш человек.       Парни засмеялись. Ремус улыбнулся, радуясь, что так быстро нашел друзей.       — Хватит спать!       Ремус дернулся и открыл глаза. Он снова оказался в купе, но рядом сидели повзрослевшие друзья: Питер читал, сидя у окна, Сириус разучивал новое проклятие для своих шуток, а Джеймс переодевался в мантию. Люпин единственный сидел в маггловской одежде. Он зевнул и протер глаза, еще не отойдя от сна-воспоминания. Все лучше, чем кошмары про лунную ночь.       Неожиданно дверь распахнулась, и в проеме оказался парень с темными, слегка завивающимися волосами. Он был молодой копией Сириуса. Блэк тут же нахмурился, когда узнал брата.       — Перепутал купе, — процедил Регулус и ушел, не закрыв за собой дверь.       — Что опять случилось? — спросил Джеймс, возвращая на нос очки и оправляя мантию. — Он кинул в тебя песком в песочнице? Или сломал твой кулич?       Сириус безрадостно усмехнулся и откинулся назад, прикрывая глаза. Палочка осталась в руках.       — Я сбежал из дома.       — Чего? — воскликнул Питер, захлопываю книгу. — С ума сойти.       — И где ты будешь жить? — спросил Ремус, хмурясь. Он всегда удивлялся легкомысленности друга и поспешности в принятии решений. Джеймса больше волновала причина побега.       — Что произошло?       — Да все то же, — вздохнул Сириус и вдруг улыбнулся. Он в одно мгновение залез на стол и замахал руками, будто начиная представление. — Позор семьи, предатель и далее по списку.       Мимо купе как раз проходил Снейп. Его лицо из равнодушного вмиг преобразилось, будто он только что съел конфету «берти боттс» со вкусом рвоты. Сириус заметил его.       — Что, Нюниус, потерял свои грязные подштанники?       Северус тут же прошел дальше, не удостоив их ответа, а в спину ему врезался бурный смех. Ремус вздохнул, не одобряя шалости друзей, но и замечания делать не стал.       Вскоре они приехали в Хогвартс, пережили новую песню Распределяющей шляпы и распределение первокурсников. Ремуса охватила ностальгия по тем временам, когда они выбирали факультет. Четверка друзей попала на Гриффиндор, и с тех пор их дружба стала только крепче.       На удивление всей компании, Ремуса Люпина назначили старостой факультета. Люпин с недоумением и неверием смотрел на добродушного, но хитрого директора школы, гадая, с чего вдруг такая честь. Джеймса немного задело, что выбрали не его — популярного, красивого, умного, но все же кандидатуру Люпина он одобрил.       — Только не съешь их за плохое поведение, — пошутил Джеймс.       — Обещаю не кусаться, — ответил Люпин, смеясь. До полнолуния оставалось много времени, поэтому он чувствовал себя расслабленным.       Сириус шел в непривычном молчании за друзьями, закинув руки за голову. Люпин знал, что Блэк или что-то задумал или близок к этому, и не прогадал. Сириус догнал друзей и вклинился между ними, закинув руки им на плечи. Он поднял ноги, заставляя парней себя держать.       — Мы же еще не закончили анимагическую форму, — сказал Блэк.       — Тяжело, — Ремус похлопал друга по руке, и тот опустил ноги на землю. Джеймс чуть не уронил очки от его финта. — Хотите продолжить тренировки?       Люпин не ожидал, что друзья так загорятся идеей стать анимагами, чтобы быть с ним в полнолуние. Но еще больше он удивился, когда у них стало получаться. Даже неспособный Питер проявлял успехи, тренируясь в превращении. Друзья пока смутно видели собственную форму.       — Мы застряли на этапе медитации, — сказал Сириус. — Я спрашивал у МакГонагалл, и она рассказала, в чем проблема.       — Ты сделал что? — спросил Ремус, поражаясь беспечности друга. — Она же могла что-то заподозрить.       — Да если МакГонагалл и заподозрила, что я хочу стать анимагом, то вряд ли она верит, что у меня получится.       — А у нас и не получается, — тихо сказал Питер.       — У тебя и жить не очень получается, — отмахнулся Сириус. Они шли на лужайку мимо Черного озера под свист птиц и шорох ветра. Светило яркое солнце. — Она сказала, что нужно сосредоточиться на чувствах. У нас осталось зелье? Надо выпить его перед первым превращением, а мы его пили весной. Эффект давно выветрился.       — У меня в чемодане лежит флакон, — сказал Люпин.       Друзья приблизились к дереву и сел под его тень. Это место никто не занимал, так как знали, что оно принадлежит Мародёрам. Сириус оживленно рассказывал про превращение в анимага.       — Попробуем?       — Прямо тут? — Питер огляделся. — А если мы превратимся?       Сириус досадливо поморщился: ему не терпелось начать. Джеймс вяло участвовал в разговоре, отвлекаясь на девушек неподалеку. Ремус заметил рыжие волосы, мелькнувшие у озера, и сразу понял, за кем Поттер следит.       — Пойдем в визжащую хижину?       Ремус не любил хижину: она напоминала о проклятье, которое он будет нести всю жизнь, скрывала его ежемесячные страдания. В безлунные дни он избегал хижину даже в мыслях. Люпин закрыл книгу и поднялся.       — Я не пойду. Мне нужно готовиться к обходу. Пароль-заклинание от чемодана знаете.       Сириус поднял глаза на друга и усмехнулся.       — Вы поглядите, какой Ремус стал важный, — протянул он насмешливо. — Староста Гриффиндора.       — Мне все равно не надо становиться анимагом, — сказал Люпин напоследок и ушел.       Вечером друзья собрались в гостиной у камина. Ремус уже вернулся с обхода и загнал малышню в кровати, старшие тоже вскоре разошлись. Когда гостиная опустела, Сириус отбросил магические шахматы и поделился с Люпином их достижениями.       — Я увидел свой образ, — сказал Блэк с блеском в глазах. — Угадаешь?       — Он — псина, — вмешался Джеймс и улыбнулся, когда Сириус шутливо ударил его с досады. — Зачем эта интрига?       — Молчи, а то рога пообломаю, — ответил Сириус.       — Нечестно, что у вас такие крутые животные, а у меня… — вздохнул Питер, с тоской глядя на камин.       — Что ты там пищишь? Говори громче, — сказал Джеймс, после чего Сириус засмеялся.       Люпин ждал объяснений.       — Мы тут клички придумывали, — сказал Сириус, сгибая ноги в позе йога. — Я — Бродяга. Джеймс — Сохатый, так как он олень. А вот Питер…       — Я не буду зваться Крысой, — перебил Питер. — Это слишком очевидно.       — Грызун? Зубастик? Вонючка?       Питер вскочил с кресла, возмущенный, но поймал холодный взгляд Джеймса и тут же стушевался. Он поубавил боевой пыл и криво улыбнулся.       — Я схожу за… Мне надо… — Питер так и не придумал отговорку и побежал по ступенькам, но споткнулся у вершины.       — Береги хвост, — шутливо крикнул Сириус.       — Точно, — загорелся Джеймс. — Пусть будет Хвост.       — Значит, Бродяга, Сохатый, Хвост и… — перечислил Люпин, разгибая пальцы.       — Ночь, луна, луна…тик, — сказал Сириус и повторил: — Лунатик.       Ремус улыбнулся: кличка ему понравилась.       — Так вы только видели образы своей формы, но пока не превратились? — уточнил Люпин. Он не хотел торопить друзей, но приближалось полнолуние, и он боялся остаться один.       Сириус сел ближе и похлопал друга по плечу, утешая.       — Этап медитации самый сложный, но осталось совсем чуть-чуть.       Ремус наблюдал за маленькими фигурками, летающими над квиддичным полем. Шла тренировка по квиддичу. Питер сидел рядом и лениво махал палочкой, извлекая из нее разноцветные искры. Он о чем-то думал, но размышлениями не делился. В такие моменты с него спадала раболепная и трусливая маска, и Питер даже казался нормальным человеком, пока не замечал чужого внимания.       Сириус и Джеймс играли на перегонки, делая опасные пике и резкие остановки. Ремус даже на трибунах слышал звонкий смех Сириуса. Он смотрел на развевающиеся на ветру волосы, с удовольствием замечал уверенность и бесстрашие в каждом жесте: Сириус будто родился для полетов. Ремус завидовал той свободе, что источал Блэк.       Он едва успел наклонить голову, когда Сириус пролетел над ним с громким смехом. Ремус шутливо погрозил ему кулаком, а Сириус подбросил снитч и показал его: мол, я за ним охотился. Питер тут же разразился бурным восторгом и комплиментами, и Сириус подмигнул льстивому другу. Ремус только вздохнул от самолюбования Блэка.       Джеймс играл на позиции охотника, а Сириус был загонщиком. Они звали и Ремуса играть, но Люпин больше любил спокойные занятия, и к любому спорту относился прохладно. Питеру даже не предложили, но он и не рвался. На первой тренировке Питер упал с метлы и сломал руку. Он долго стенал и кричал даже после того, как ее вылечили. Питер не переносил физическую боль и боялся высоты.       После тренировки друзья собирались снова тренироваться в анимагии, но неожиданно к Джеймсу подошла Лили Эванс. Она отделилась от своих подруг и попросила остаться наедине. Сириус уже не выглядел самодовольным. На мгновение он нахмурился, но потом натянул вежливую улыбку и подмигнул Джеймсу.       — Не забудь, что у нас дела, Сохатый, — сказал Сириус напоследок.       Но Джеймс не пришел и через час. Друзья ждали его под деревом, лениво обсуждая предстоящие экзамены по СОВ. Сириус угрюмо молчал, наблюдая за облаками, но вскоре поднялся и без слов ушел к озеру. Ремус наблюдал за тем, как друг огибает водоем, приближаясь к границе Запретного леса. Питер что-то болтал, но Люпин не слушал. В душе поднялась тревога, и он тоже поднялся.       — Питер, пошли, — сказал он, перебивая друга. — С Сириусом что-то творится.       — Может, опять с Регулусом повздорил?       Друзья шли вдоль озера тем же маршрутом, что и Сириус. Блэк скрылся среди деревьев, и Ремус прибавил шаг. Запретный лес не казался для них чем-то новым и неизведанным, ведь за пять лет обучения в Хогвартсе они изучили каждый угол, но опасным быть лес не перестал. Они уже сталкивались с недружелюбными кентаврами, видели единорога, но кто знает, что еще скрывают колючие ветки. Сириус Блэк и Запретный лес — опасное сочетание.       Питер едва поспевал за длинноногим другом, спотыкаясь о камни и корни. Он боялся отстать и просил Ремуса сбавить шаг, но страх гнал Люпина вперед. Сириуса они нашли у темной норы размером с их лесничего. Блэк от скуки кидал камни в нору и прислушивался к звукам. Люпин успел перехватить его руку, предупреждая следующий удар.       — Ты сдурел? Мы не знаем, что там.       — Скоро узнаем, — усмехнулся Сириус и вырвал руку. — Что ты трусишь? Ты же оборотень. Тебя должны бояться, а не наоборот.       — В обычное время это роли не играет.       — Ребята? — позвал Питер дрожащим голосом.       — Почему ты так себя ведешь?       Ремус сдерживался, чтобы не схватить друга за шкирку и не вытащить из леса.       — Как? Нормально я себя веду.       — Ребята, посмотрите сюда…       Но друзья его не слышали. Ремус был возмущен поведением друга. Сириус подкидывал камень в руке и насмешливо смотрел в глаза напротив.       — Что ты мне сделаешь?       Сириус замахнулся для нового удара и замер. Ремус резко повернулся к норе, замечая, что Питер спрятался за большим камнем и опасливо выглядывает. Из норы доносился рокот.       — Бежим, — сказал Ремус и развернулся.       Питер выскочил первый, а Ремус и Сириус за ним. Блэк не выпускал камень из рук. Люпин достал палочку из кармана, оборачиваясь: он надеялся, что она им не понадобится. Хорошо, что они недалеко ушли от границы леса. Преследователей Ремус не видел, но сбавлять скорость не собирался, как и его друзья. Парни выскочили из леса и понеслись к своему месту у дерева, игнорируя крики Хагрида, вышедшего из хижины. Лесник кричал что-то дружелюбным голосом, поэтому Ремус заключил, что Хагрид не видел, откуда они выбежали.       — Что это было? — спросил Питер, валясь на траву и восстанавливая дыхание.       Сириус упал рядом, а Люпин остался стоять, оперев руки на колени.       — Даже не представляю.       — Ты зачем туда поперся в одиночку? — снова возвращалась злость. — Можешь хоть раз подумать перед тем, как сделать?       — Ну, прости, Лунни, — улыбнулся Сириус обманчиво робко и приподнял брови.       Ремус вздохнул. Оба знали, что друг не мог злиться на Сириуса с таким выражением лица. Люпин сел, опершись спиной о кору дерева.       — Мы за тебя переживали.       Питер с готовностью закивал.       — Хоть кому-то на меня не плевать, — сказал Сириус и перевернулся на спину.       Небо заволокло тучами, вмиг похолодало. Друзья спешно собрали вещи и побежали к замку, но на полпути дождь их все же настиг. Они ворвались в замок насквозь промокшие и использовали струю теплого воздуха из палочки, чтобы высушиться. Ремус обернулся к Сириусу и засмеялся, увидев вместо идеальных шелковых волос — черный одуванчик. Питер присоединился к веселью.       До самой гостиной они подшучивали над новым имиджем Сириуса, пока в гостиной не наткнулись на Джеймса. Он читал книгу у камина, листая страницы волшебной палочкой, но она упала ему на ноги, когда Поттер узнал вошедших.       — Что у тебя?.. — лицо Джеймса вытянулось при виде прически Сириуса.       — Я в душ, — сказал Блэк, не задерживаясь. На лестнице его догнал смех Джеймса.       Ремус сел в кресло, так как Поттер занял весь диван.       — Ты где пропадал целый день? Вы же должны были тренироваться анимагии, — сказал Ремус, рассматривая довольного и ни капли не смущенного друга.       — Проводил время в приятной компании.       — С Лили Эванс?       Питер не участвовал в разговоре, внимательно слушая. Он сел в соседнее кресло.       — Как она выдержала твое общество?       Джеймс усмехнулся.       — Природное очарование, не иначе.       — Ты ей приворотное зелье в тыквенный сок подлил?       — Не понадобилось, — Джеймс лег полубоком и махнул палочкой, отправляя книгу по воздуху на столик. — МакГонагалл посоветовала ей обратиться ко мне по поводу трансфигурации, и сначала мы занимались учебой. Она держала дистанцию, строго себя вела, но потом расслабилась и смеялась с моих шуток.       — И ты целый день занимался трансфигурацией?       Джеймс не успел ответить, как по ступенькам побежали шаги. Сириус перепрыгнул через спинку дивана и сел, а Поттер едва успел спасти ноги, задрав их вверх.       — О-ля-ля, какой вид, — Сириус выгнул брови и сделал пошлое лицо. Джеймс засмеялся и сел.       Волосы Блэка блестели от влаги. Когда он прыгнул, до Ремуса донесся запах специальных зелий для волос — мягкий, нежный, сладковатый.       — У меня идея, — начал Сириус, и Люпин тут же его оборвал:       — Нет.       — Но я не договорил, — возмутился Сириус, переглядываясь с Джеймсом.       — Опускается ночь, а Бродяге пришла в голову идея — точно ничего хорошего.       Сириус хитро улыбнулся и прикрыл глаза.       — Да, ночь. Мы можем взять твою мантию-невидимку, — Сириус посмотрел на Джеймса, — и потренироваться в хижине. Я уверен, что сегодня мы превратимся. Джеймс задумался, а Ремус занял однозначную позицию — против.       — Хвост, ну хоть ты поддержи друга.       — Я не уверен, что… Там темно…       — Так бывает ночью, — усмехнулся Сириус, не дослушав. — Чего вы боитесь? Сбежим на два часика. Мы быстро.       — А если попадемся Филчу? Или Хагриду?       Сириус простонал.       — Да мы знаем все тайные ходы замка. Сбежим. Да еще с мантией.       — На Норрис мантия не действует. Она нас видит.       Сириус вскинул руки в притворной мольбе и рухнул головой на колени Джеймса.       — Был бы у нас артефакт, который показывает местоположение каждого человека в Хогвартсе, — задумчиво протянул Сириус, поудобнее устраиваясь у друга на коленях. — Мы могли бы обходить Филча и его вредную кошку.       — Мы могли бы за всеми следить и избегать неприятных личностей, — сказал Питер.       — Можем поискать информацию в книгах, — сказал Ремус. Ему понравилась идея. — Наверняка существует подобный артефакт.       — Надо заглянуть в Выручай-комнату. Там куча вещей, — вспомнил Джеймс.       Друзья задумались. Сириус первым нарушил тишину и вскочил с дивана.       — А пока мы можем сбегать в хижину.       В итоге, Ремус, как староста, помог друзьям под мантией-невидимкой выйти из Хогвартса. Они условились встретиться через два часа. На обходе Ремус услышал шум из женского туалета, в котором жила Плакса Миртл. Звуки были похожи на маленькие взрывы, а следом — смех. Люпин толкнул дверь и увидел раковины и кабинки. Плаксы Миртл в туалете не было: наверное, ее напугал шум. Он подошел к кабинке, из-за которой доносился смех, и открыл ее: второкурсники кидали бомбочки в унитаз и смеялись. Каждый раз вверх взмывало маленькое цветное облачко с искрами.       — Вы что делаете?       Дети испугались, заметив старосту. По цвету мантии Ремус понял, что они из Пуффендуя. Снимать очки с чужого факультета он не мог, но спросил имена ребят, чтобы передать их старосте. Он конфисковал бомбы и повел нарушителей в их гостиную. Ремус понял, что бомбы не опасны, так как не нанесли унитазам никакого урона.       Ремус положил бомбы в свой ящик и спустился в гостиную. Он решил проверить книги в гостиной Гриффиндора на предмет артефактов, заточенных на поиск вещей и людей. От огня в камине шел приятный жар, глаза слипались, и Ремус не заметил, как уснул, лежа на диване. Книга покоилась на груди, пока он не заворочался, и она не упала. Но даже этот шум не разбудил Люпина: в последнее время он плохо спал из-за кошмаров и недомогания в период растущей луны.       — Просыпайся, — послышался шепот над самым ухом. Ремус ощутил знакомый нежно-сладковатый запах.       — Может, поцелуешь его, чтобы он очнулся? — пошутил Джеймс.       Люпин открыл глаза прежде, чем у друзей возник бы более зловещий план.       — С добрым утром, — Сириус сидел на расстоянии нескольких дюймов. Глаза его блестели от всполохов огня в камине. — А у нас хорошие новости.       — Ты беременный, — ляпнул Джеймс.       Ремус потер сонные глаза и зевнул. Все еще стояла ночь, судя по темноте за окном.       — Лунни, ты слышишь? — спросил Сириус, хватая друга за плечи. — Ты знаешь отца ребенка?       — Прекрати, — Люпин закрыл лицо Блэка и слегка оттолкнул, вставая. — Что случилось?       Питер стоял рядом и улыбался во весь рот. Он источал гордость.       — Мы закончили превращение, — сказал Джеймс.       — Серьезно?       Ремус не мог поверить в услышанное.       — Я хочу это видеть.       — Попробуем в Выручай-комнате завтра, — сказал Джеймс, громко зевая. — Я дико устал, так что давайте уже по кроватям.       На следующий день Ремус поднялся раньше всех и не мог найти себе места от волнения. Он быстро позавтракал и ждал друзей. Наконец, все удовлетворили аппетит и двинулись на выход из зала. Ремус активировал комнату и удивился, когда друзья оказались в кабинете защиты от темных искусств. Он был взбудоражен новостью, что не контролировал свои мысли.       — Вот это у тебя вкус, — протянул Сириус, гуляя между партами. — Надо бы расчистить пространство. Первые разы всегда долгие и болезненные.       Друзья представили кабинет без парт. Ремус сел на стол учителя и махнул рукой.       — Начинайте.       Сириус вышел первый и сделал реверанс с поклоном. Люпин махнул палочкой, заставляя предметы со стола лететь в друга. Сириус выставил щит Протего и остался невредим. Джеймс и Питер сели на полу неподалеку.       — Будем по очереди или одновременно?       — Давай одновременно, — сказал Сириус. — Питер, ты тоже пробуй, пока не получится.       Питер закивал.       — Вчера я вырастил только хвост, но сегодня закончу трансформацию.       Ремус наблюдал за тем, как друзья усаживаются в круг в позу для медитации и закрывают глаза. Он представил часы и проверил время. Прошел час, но ничего так и не произошло. Ремус уже подумал, что над ним подшутили, но тут лицо Сириуса забурлило, будто волны поднялись. Черты исказились, нос удлинился, черные волосы вырастали по всему телу. Одежда исчезала под слоем шерсти, трансформировалась вместе с телом.       Сириус выгнулся, когда руки и ноги начали изменяться, ломаясь под неведомыми углами. Через минуту по комнате бегал большой черный пес с языком на перевес. Люпин спрыгнул со стола и поймал пушистую морду в руки, погладив голову анимага. Сириус благодарно лизнул руку.       — Великолепно, — выказал Ремус свой восторг. — А как обратно?       Пес сел и прикрыл глаза. Трансформация началась не сразу. Вскоре шерсть начала укорачиваться и пропадать, убегая к голове, лапы удлинялись и меняли форму. Вскоре на полу лежал прежний Сириус. Ремус помог ему подняться. Он с восхищением смотрел на друга, не веря, что у него получилось. Джеймс и Питер сидели молча в человеческих обликах.       — Когда нужно превратиться, я представляю пса, а когда вернуться — себя в виде человека.       Люпин кивнул.       — Сбор ингредиентов, варка зелья, медитация и превращение. На все это ушло меньше года.       — Вы еще на третьем курсе пытались.       — Тогда мы многого не знали, — отмахнулся Сириус. — Я только за Питера беспокоюсь: ходить с хвостом наперевес вряд ли нам поможет.       Кажется, Питер их слышал, потому что поморщился на словах друга. Джеймс вдруг выгнулся и вцепился в пол, опуская голову. Трансформация была похожа на волчью, только на голове выросли рога, а вместо конечностей — копыта. Джеймс заскакал по комнате в образе оленя, весело бодая рогами. Он остановился перед друзьями, выставил копыто и изящно поклонился.       Питер продолжал сидеть в позе йога с напряженным лицом. Неожиданно он запищал, весь сжался, и через секунду из места, чуть ниже спины, вылетел жирный хвост. На этом превращение закончилось. Ремус и Сириус засмеялись, наблюдая, как Питер вскочил и забегал вокруг себя, наблюдая за хвостом.       — Да почему не получается?       Олень замер и начал меняться. Через несколько минут в комнате остались только люди, и один из них с крысиным хвостом. Ремус видел, как Питер расстроился, и решил его подбодрить. Петтигрю от него отмахнулся и снова сел на пол, но пока он медитировал, друзья решили поискать артефакты. Они покинули комнату, снова прошлись три раза перед стеной, и вошли обратно. Помещение изменилось, наполнившись вещами сверху донизу. Питера чуть не пришибло каким-то шкафом, и он поспешил поменять место медитации. Участвовать в поисках Петтигрю отказался.       Близилось время обеда. Друзья нашли много интересных и непонятных вещей, но ничего похожего на поисковой артефакт: зато Питер избавился от хвоста.       — В запретной секции наверняка есть информация, — сказал Джеймс, идя в большой зал. — Можем проникнуть туда сегодня под мантией.       — Я — староста, так что могу попасть туда официально.       — Но мы тоже хотим поискать. В одиночку ты долго будешь читать, ведь книги нельзя забирать с собой.       Ремус понимал, что друзья правы, но он не мог спокойно предавать доверие Дамблдора из раза в раз. Они слишком много правил нарушали. Ежедневно он заключал сделку с совестью и корил себя.       — Может, мне еще зелья выпить? — вмешался Питер. — Наверное, я мало выпил, и его хватило только на хвост.       — Или ты уже животное, — усмехнулся Сириус.       Питер промолчал. Друзья договорились ночью проникнуть в закрытую секцию. Они собрались вечером в гостиной, как и всегда. Люпин и Сириус играли в магические шахматы, Питер читал, а Джеймс разговаривал с Лили. Подошло время, когда библиотекарша уходила. Сириус пытался привлечь внимание Джеймса, но тот не отрывал глаз от девушки. Она что-то объясняла ему в книге, а он делал шутливые замечания.       — Сохатый, — позвал Сириус вслух, и Джеймс со второго раза обернулся.       Сириус выглянул из-за спинки дивана.       — Мы идем?       — Куда вы идете так поздно? — спросил Лили с подозрением.       — Никуда, — тут же сказал Джеймс. — Я сегодня не могу. Идите без меня.       Сириус поднялся и подошел ближе. Он игнорировал присутствие Лили, обращаясь только к другу.       — А как же книга… про вредных кошек и невидимого волка?       — Книга там, где и всегда, — сказал Джеймс с улыбкой. Сириус еще немного помялся, но ничего не придумал и скрылся наверху. Ремус и Питер вышли из гостиной и остановились перед портретом Полной Дамы, дожидаясь друга.       Всю дорогу до библиотеки Сириус возмущался отказом Джеймса и тем, что Лили запудрила ему мозги.       — Она наверняка подлила ему приворотное зелье.       — Тише, Сириус, — шикал Люпин каждый раз. — Ради Мерлина, помолчи.       Они шли, согнувшись низко к полу, чтобы ног не было видно. На первом курсе прятаться вчетвером под мантией казалось простым делом. Дверь библиотеки защитили пустяковым заклинанием, которое друзья быстро сняли.       — Люмос, — прошептал Ремус, освещая их под мантией.       Тихим и медленным шагом они двинулись в Запретную секцию. Удостоверившись, что никого рядом нет, Мародёры сняли мантию и вздохнули свободнее. Троица разошлась в разные стороны с огоньками на палочках. Люпин внимательно читал корешки, но не находил ничего даже смутно похожего на то, что они ищут. Вскоре он наткнулся на книгу про поисковые чары и протянул руку, но тут услышал тихий возглас удивления. Ремус прокрался к месту шума и увидел Сириуса с раскрытой книгой. Блэк захлопнул книгу и вернул ее на место, но когда его лицо осветилось люмосом, Ремус застыл.       — Что с твоим лицом?       Сириус вскинул руки, щупая щеки и лоб.