Невозможное обещание.

«Айзек? Айзек!» Раздался знакомый голос. Открыв глаза, парень увидел свою мать. Невысокая, худая женщина с чёрными волосами и зелеными волосами, вечно уставший взгляд. По большей части, в семействе Аллердайсов все преобладали такой внешностью, только сам Айзек был довольно высоким парнем. А уставший вид был из-за постоянной работы. Айзек в том числе работал, чиня технику за деньги. Как ни странно, это был довольно прибыльный бизнес, не смотря на то что они жили в Дистрикте 3. Для большинства это будет удивление, но не все знают как починить что либо с пеленок. Вот так уж повезло парню, да и по сравнению с остальными, Аллердайсы жили неплохо, как раз таки потому-что работали не покладая рук. «Мгх… Встаю, мам…» Та лишь молча ушла. Она всегда такая в день жатвы. Не желает ни с кем общаться, сложно её винить. В любом случае, это скоро закончится. Айзеку неделю назад исполнилось 18, так что жатва для него перестанет быть проблемой уже с сегодняшнего дня. Выбора нет, придется вставать. Тот принял положение и потянулся, перекинув ноги на пол, наконец-то он встал на ноги. Комната его была довольно маленькая, но он не жаловался. Кровать, шкаф с одеждой и письменный стол, на котором яблоку некуда упасть. «Надо бы убраться… Как только приду с жатвы…», — подумал Айзек вслух. Его спокойствие и безразличие обуславливалась тем, что его имя вписано всего лишь 6 раз, в то время как у остальных десятки. Зерно и масло в обмен на жизнь… Потрясся головой, парень подошёл к шкафу и открыл его. Выбор одежды был невелик, что не удивительно. Поскольку сегодня жатва, пришлось одеть брюки и единственную, голубую рубашку. Выйдя из комнаты и спускаясь на первый этаж, тот свернул направо, зайдя в зал. Мать Айзека как раз протирала пыль с картин. Не то чтобы это было необходимостью, просто ей нужно отвлечься. Услышав шаги своего сына, та обернулась. «Привет, Айзек…» «Привет, мам. Сразу говорю, что бы сегодня не произошло, ты только не волнуйся…» «Конечно, сынок, конечно… Почему бы тебе не пойти и не проверить Деметрию?» Было очевидно к чему это. Мать Айзека хотела выплакаться и нужно было хоть как-то прогнать его из дома, чтобы он не видел. Айзек это понимал, а потому без лишних вопросов вышел из дома. Природы в дистрикте 3…Мягко говоря… Не хватает. Везде стоят заводы, здания и ни одного дерева. И это повезло что Аллердайсы жили подальше от центра, в отличие от его подруги Деметрии. Те были друзьями с детства, как брат и сестра. Свои проблемы и переживания они делили друг с другом, неудивительно что мать Айзека её упомянула. Тем временем, парень шел по дорожке к центру, воздух пропитан неприятным запахом цехов. Родители Деметрии владели крупным заводом, так что они были в разы богаче Аллердайсов и могли позволить себе жить в центре, хотя это скорее для образа, по крайней мере так думал Айзек, ибо тот не мог понять как можно жить там. Вечный шум, противный запах… Пока Айзек об этом задумывался, тот уже подходил к её дому. Деметрия сидела под деревом и читала ту самую книгу, которую она постоянно предлагала Айзеку, но тот отказывался, говоря что не в его вкусе, но она всегда стояла на своём. Рано или поздно, придётся пойти ей на встречу. Сама же Деметрия была на голову ниже Айзека, лицо было усыпано веснушками, а рыжие волосы касались ключицы. Заметя парня, та отложила книгу и помахала ему рукой. Тот подошёл и сел рядом. «Привет, Деметрия, не против если я побуду с тобой?» «Хей, Айзек. Конечно, а в чём дело?» «Ну… Просто моей матери нужно побыть одной.» «Понятно… Мои родители на удивление спокойны… Да и ты тоже…» «Моя мама преувеличивает… Сегодня ведь моя последняя жатва.» «Везет… Может зайдёшь-» Не успела она договорить, как её позвал в дом её отец. Попрощавшись и договорившись встретиться на её дворе после жатвы, Деметрия ушла в дом. Айзек знал что мистер Уайтвуд — строгий человек, к тому же, он не особо любил семейство Аллердайсов. Мать говорила что у их семей был конфликт, у отца Айзека. К сожалению, мистер Уайтвуд так его и не простил, а позже, отца Айзека повесили когда ему было 5. Айзек не особо скучает по нему, потому-что не помнит, хотя и понимает что должен. В любом случае, парню ничего не оставалось кроме как ходить по центру 3-го Дистрикта, вдыхать этот ужаснейший запах и смотреть на витрины, изредка смотря на часы, стоящие на площади. До жатвы ещё нескоро, однако домой он идти не собирался. Так он и проходил, пока не раздался звон, созывающий всех на площадь, к дому правосудия. «Там и встречу маму…», — подумал Айзек про себя и направился в толпе к площади. К печали Айзека, на площади стоял тот же запах. Как только они подошли, миротворцы всех стали распределять всех в очереди. Встав в одну из них, Айзек стал терпеливо ждать. Перед ним стоял парень на голову ниже Айзека в рубашке, брюках и очках с плечами до плеч. В такой длинной очереди, ничего не остается кроме как изучать того кто стоит впереди. Когда же парень отошёл в толпу и настала очередь Айзека, тот подошёл к столу, за которым сидел парень в перчатках и белом халате, и молча протягивал руку. Подав свою, тот проткнул палец подростка иглой и взял образец крови, после чего холодным голосом сказал «Следующий». Отойдя, тот наконец-то заметил свою мать, а та его. Пойдя, те молча обнялись. Они просто стояли и обнимались, пока не пришёл миротворец и грубым тоном приказал Айзеку идти в толпу ребят его возраста, то есть, 18 лет. Ему ничего не оставалось, кроме как подчинится и попрощаться с матерью, после чего он зашёл в самую взрослую толпу, не считая взрослых. И вновь настает момент ожидания. И так год за годом. Повезло что это последняя жатва Айзека. Наконец-то, заиграл гимн и на сцену стали выходить главы дистрикта и какой-то парень, которого раньше Айзек не видел. До этого, жатву проводила женщина с короткими, белоснежными волосами. Парень был темнокожим, одет в брюки и розовый пиджак в блёстках. Волосы также были ярко розовыми, как и усы. Подобный вид был неудивителен для подростка. Конечно, все носят эти идиотские костюмы и крашенные волосы в Капитолии. Проверив, работает ли микрофон, тот начал нести привычную речь: «Здравствуйте, жители 3-го Дистрикта! Пришла пора начать 41-ю жатву для ежегодных Голодных Игр! Не изменяя традициям, начнём с девочек!» Речь не изменилась… Почти. И вот, парень в розовом направился к правому сосуду с именами. «Готов поспорить, у девчонок сердца замерли. Не могу их судить, как никак, и до нас очередь дойдёт."-, Подумал Айзек. Достав небольшую бумажку, «Розовый» вернулся к микрофону и набрав воздуха в легкие, сказал в микрофон: «Деметрия Уайтвуд!» Для Айзека это было шоком. Ещё час назад, те договаривались встретиться на заднем дворе, а сейчас, её выбрали для этой смертельный игры. Из стольких жителей… Выбрали именно её… У девушки не оставалось выбора, кроме как с ошарашенным лицом взойти не сцену и встать рядом с «Розовым» «Замечательно-, сказал он- А теперь мальчишки!» Не потеряв оптимизм, тот двинулся к сосудам с именами слева. «Момент истины, Айзек…» Сказал он шепотом вслух. «Розовый» Достал бумажку со дна и затем подошёл к микрофону. Внимательно прочитав, тот сказал… : «Техно Спарксон!» Айзек облегченно выдохнул на время, но облегчение сменилось отчаянием. Единственного друга Айзека увозят на бойню, где из 24 человек выживет только 1…Только 1… Отчаяния Айзека стало ещё большим, когда на сцену вышел мальчик, лет 12. Тощий, в рубашке с коротким рукавом и со слезами на глазах. И он, и Айзек понимали, что мальчик не вернется. Айзек, взвесив все за и против, всё же решил крикнуть: «Я доброволец!» Парни, стоявшие рядом в шоке посмотрели на Айзека как на сумасшедшего, и их можно было понять, так как к Айзеку начали подкрадываться сомнения о его решении. Но, отступать было поздно, а потому, выйдя из толпы, парень взобрался на сцену, в то время как Техно увели со сцены. Улыбаясь, «Розовый» подвёл Айзека к микрофону. «Довольно смелый ход, парнишка! И как тебя зовут?» — спросил он. «А-Айзек… Айзек Аллердайс.» «Этот мальчик — твой знакомый?» «Нет…» «Кхм… Что ж, давайте поаплодируем нашим смелым трибутам для 41-х Голодных Игр из Дистрикта 3! Деметрия Уайтвуд и Айзек Аллердайс!»