Невозможное обещание.

Айзек сидел на кровати в собственной комнаты, повторяя самому себе о неразумности его решения. И что теперь скажет мать когда придёт с ним прощаться? Сперва она потеряла мужа, теперь и потеряет сына. А может она поймет его? Пойти в добровольцы ради единственного друга, вместо 12-летнего мальчика. Причём Деметрия и Айзек даже не влюбленные, просто они были всегда рядом, вот и всё. А что скажет Деметрия? Поблагодарит или скажет что он полный придурок? Размышления Айзека прервал скрип открывающийся двери. На пороге стояла мама и миротворец позади неё. Как только та зашла, солдат с невозмутимым видом сказал: «У вас 2 минуты», — после чего закрыл дверь. Парень встал и обнял свою рыдающую мать. Крепко обняв, ты попыталась успокоиться, делая глубокие вдохи, и затем спросила: «З-Зачем… О, боже… Зачем, Айзек?!», — спросила та, рыдая. «Мам, мам! Послушай, со мной всё будет хорошо, я вернусь, обещаю. Уверен, Уайтвуды забудут про все обиды и вы будите держаться вместе!» «Я-Я…Я не знаю, смогу ли без тебя, Айзек…» «Мам, прошу, соберись! Я сделаю всё, чтобы к тебе вернутся!» После этого те просто молча стояли и обнимались, стараясь запомнить этот момент. Каждую его секунду, пока в комнату не зашёл миротворец и силой не вывел маму из комнаты, оставив Айзека в одиночестве. В отчаянии, парень снова сел на кровать, дожидаясь того момента, когда миротворец уже придёт за ним. Ожидание невыносимо. Особенно когда знаешь, что скоро умрешь. Ему хотелось плакать, но он не мог. Просто не мог из себя выдавить ни слезинки. И вот, смотря в пол, вновь раздался скрип двери, однако миротворец сказал: «У вас 2 минуты.» Как только он закрыл дверь, Айзек поднял голову и увидел опечаленного мистера Уайтвуд. Айзек излучал искреннее удивление. «Мистер Уайтвуд?» Тот пододвинул стул и сел рядом. «Ох, прошу, меня зовут Серкрик.» «И…Что вам надо?» «Слушай, Айзек, я понимаю, между нами было много разногласий. Я часто был несправедлив к тебе из-за ошибки твоего отца.» «Давайте ближе к делу. Я знаю что вы пришли не по доброте душевной со мной прощаться.» Вздохнув, тот продолжил. «Я души не чаю в своей дочери… Она — единственное что у нашей семьи есть, и я прошу… Помоги ей, сделай всё что сможешь чтобы она выжила.» «Я этим и так займусь.» «Нет… Я…Я имел ввиду… Сделай всё чтобы она вернулась ,даже ценой твоей жизни…» «То есть, сперва моя семья была для вас врагом народа, а теперь вы просите пожертвовать своей жизнью ради вашей дочери?» На самом деле, Айзек ради этого и пошёл в добровольцы, просто его удивляла наглость Серкрика. «Айзек, прошу, обещай, моя семья будет поддерживать твою мать.» «…Я это делаю ради Деметрии…*Вздох*…Обещаю…» «Господи… Спасибо тебе большое…» Как только Серкрик закончил диалог, в комнату зашёл миротворец и всё в той же манере вывел отца Деметрии из комнаты. «Блеск… — подумал Айзек — Целых 2 неразумных решений за день. Сперва ты пошёл в добровольцы ради подруги в игру, из которой вернется живым всего один, а теперь ты дал невозможное обещание. Откуда ему знать не умру ли я в первый же день?» Теперь, Айзек и сам запутался в собственных мыслях. Он уже не понимал ради чего шёл в добровольцы. Нет, он точно знал что ради Деметрии. Он не знал правильно ли он поступил? Он не сможет защитить её до самого финала. Это вне его контроля. Во всяком случае, если они выживут в первый день, он будет о ней заботиться столько, сколько это возможно. Но её победа?.. И вновь, путаница собственных мыслей. Его размышления прервал входящий миротворец, со словами: «За мной.» Повинуясь, Айзек встал и направился вслед за миротворцем, который вывел его на улицу, где ждало 2 остальных солдат. В окружение трех миротворцев, Айзека вели к станции. Обычно, трибутов подвозили на машинах, однако дом Аллердайсов располагался близко к станции. И вот, его подвели к поезду. У станции было огромное столпотворение жителей третьего Дистрикта. Рядом с поездом стояла Деметрия, также окруженная миротворцами. Как только двери открылись, миротворцы завели их внутрь роскошного поезда. Раскрыв рты, те рассматривали вагон. Бархатные ковры, стол с необычными узорами и шведским столом, и рядом стоял бар. Деметрии и Айзеку ничего не оставалось, кроме как сесть за стол и ждать, когда поезд двинется с места. Ни она, ни он не ели. Действительно, как можно есть в такой ситуации? Айзек даже не заметил, как поезд тронулся с пути. Наконец, Деметрия первая разрушила тишину, спросив: «Зачем, Айзек?» Айзек решил промолчать. Скорее всего, она понимала зачем, просто была в шоке, как и он. А потому, лучше всего — промолчать. Звук открывания двери, однако это был не скрип, а нечто другое, трудно сказать. Посмотрев в сторону звука, Айзек заметил невысокого парня в брюках, рубашке и жилете с темной кожей, щетиной и очками. Айзек узнал в нем Бити Литье. Победитель 35-х голодных игр. Смог убить нескольких трибутов электрошоком. Президент Сноу оценил интеллект молодого парня, а потому, Бити начал делать защитную систему для Капитолия. Поэтому его практически никто не видят в Дистрикте. За его спиной следом вышла женщина чуть выше его в джинсах и белом свитере. В ней он тоже узнал победительницу третьего Дистрикта, однако он не мог вспомнить ни её имени, ни год, в котором она победила. Наверное, потому что она была менее популярной чем Бити. Те прошли и сели напротив, первым заговорил Бити. «Вы должно быть Айзек и Деметрия, я прав?» Они оба кивнули. «Я Бити, а это Фаун.» Теперь-то Айзек её вспомнил. Фаун Одиншут, победила лет 20 назад. «Значит… Вы наши менторы?», — спросила Деметрия, прежде чем Айзек что-либо сказал. «Да.», — наконец-то заговорила Фаун. «И-Итак… С чего начать?», — решил заговорить и Айзек. «Ахем… Скоро вас привезут в Капитолий и начнётся показ трибутов, затем 3-дневные тренировки, индивидуальный показ, ну и интервью, а затем вас отправят на арену. В первую очередь, произведите на них впечатление.», — сказал Бити. «Впечатление?», — переспросили Айзек и Деметрия. «Да, это нужно для спонсоров.», — сказала Фаун. «И что это значит? Что нам делать?», — спросил Айзек. На этот вопрос, Бити лишь пожал плечами, а затем добавил: «Ну, это уже от вас зависит. Ну, вам этот будет проще, из-за поступка Айзека. Добровольцы из нашего Дистрикта — большая редкость для Капитолия, и я уверен, найдутся те кто захотят вам помочь. Но спонсоры — не ваша единственная проблема. «Ну, это понятно…», — задумчиво ответил Айзек. И как же воспроизвести впечатление?..