Хрупик

      Свет софитов, приятно ослепляющий глаза, громкие звуки гитары, давящие на уши, и крики твоих преданных фанатов. Разве не так ощущается популярность?       Ива и Грег, увы, не могли дать ответа на этот вопрос. Несмотря на долгий и тернистый путь развития у каждого, число фанатов едва ли держалась на трёхзначной цифре. Но это не особо расстраивало, а лишь заставляло через силу двигаться вперёд.       Они всё же встретились ещё раз после того концерта. И ещё раз. И ещё. В общем, как выяснилось, у Ивы и Грега было достаточно общих тем и один вкус в музыке. Хотя именно в создании своих песен они отличались: у Юнивёрса большая часть была в стиле хард-рока, у Ивы же они были скорее альтернативой, порой слегка уходящей в поп. Но это всё же не особо помешало им записать пару фитов, ведь они оба любили поэкспериментировать с жанрами.       Со временем отношения Ивы с Грегом перекочевали из исключительно партнёрских в тёплые дружеские, как бы девушке-самоцвету этого не хотелось ввиду краткой жизни людей. Она решила, что ограничивать себя в чем-то — то, чем грешила Эвклаз. Ей этого не нужно. Да, опять будет больно. Но это будет потом. Нужно жить моментом.       Парень оказался крайне забавным и слегка неловким, что не совсем вязалось с образом крутого рокера, но Ива и не особо жила стереотипами. Он, как оказалось, не имел определённого места жительства — лишь тесный фургон. Связанно это было, как оказалось, с плохой реакцией его родственников на увлечение сына музыкой. Порой его становилось даже как-то жалко, и Ива пускала его к себе переночевать.       Однако Грег хотел путешествовать, а не вести оседлый образ жизни. Раз в несколько месяцев он переезжал из места в место, как он рассказал Иве, и вот, настал момент очередного поиска приключений. Это означало, что они могут больше никогда и не увидеться в живую.       Иву это, безусловно, расстроило, но ничего поделать она и не могла с этим. Грег обещал часто ей звонить и после каждого нового переезда заглядывать к ней на недельку. И своё обещание он сдерживал.       Эти «недельки» всегда были самыми насыщенными и забавными в жизни Ивы. Каждый раз вместе с собой Юнивёрс привозил кучу странных и забавных историй. То непонятки с организаторами концертов, то противные «критиканы» творчества, то бабульки, возмущающиеся на длинные волосы у парня. Смотреть на эмоциональность этого человека было крайне забавно и интересно. Это разбавляло тягучие будни, бесконечные подработки и запись песен. В такие недели они делились своими новыми наработками, обменивались идеями и порой записывали что-то совместно. Идея социализации явно пошла на пользу Иве.       Но однажды… Грег не приехал в обещанное время. В тот день Ива сильно распаниковалась. Мысли об автомобильной аварии соседствовали у неё с мыслями о том, что она просто перестала интересовать Юнивёрса, однако когда он всё же взял трубку… Его голос показался странным.       Он был сильно воодушевлён, что было удивительно, ведь он поехал в районы мелких городов и сам в предыдущем звонке говорил о том, как там уныло. Похоже, его мнение изменилось?..       Рассказ об окончательной ссоре с его менеджером не был чем-то удивительным и уж тем более печальным, учитывая, каким отвратным человеком был Марти. Удивлением стал тот факт, что Грег решил остаться в Пляжном городке. Из-за того, что тот слишком тараторил, не было понятно всей картины, однако было очевидно одно — сделал он это для какой-то там девушки, которой понравились его песни.       Пусть и было понятно, что этот дурень просто влюбился, Ива испытала… Обиду. Обиду за то, что Юнивёрс её бросил, зная, что он — единственный её друг. Но… Обида несравнима с нежеланием оставаться в одиночестве.       И она поехала.

***

      Пляжный городок оказался очень тёплым и приятным местом, что в принципе было и неудивительно, если судить по названию. Добраться до него получилось достаточно быстро — хватило двух автобусов с пересадкой. Люди здесь были абсолютно разнообразны и интересны.       Фургон Грега найти было не так уж и сложно ввиду небольшой площади городка и отсутствия похожих машин. Однако самого хозяина там не было, что лишь повысило обиду Ивы. Благо, он как-то отдал ей дубликат ключей от его дома на колёсах, и она решила дожидаться его внутри.       Юнивёрс всё же решил явиться. И по хмурому взгляду Ивы ему стало понятно, что лучше бы он сделал это пораньше. — Хехей, И-и-ива… Как давно ты приехала? — парень нервно почесал затылок — сам похоже понял, что поступил не очень по отношению к самоцвету. Видя это, Ива всё же слегка отпустила свои обиды. — Да не особо, — абсолютная ложь. Самоцвет ждёт друга уже два часа в фургоне, а это не говоря о том, что он должен был её встретить и сам к машине отвести, а не то, как есть сейчас. — Не важно. — Прости, что не заехал к тебе. — признавая ошибку произнёс Грег. — И что тебе пришлось ехать сюда для встречи… И что я тебя не встретил… — Слишком много причин для извинений, не находишь? — Ива недовольно изогнула бровь. — Прости. Я… Правда не хотел. Не знаю, что со мной. — Грег смутился и опустил взгляд в пол. — В последнее время я всё забываю и откладываю из-за… — он замолчал. — Всё ясно, — произнесла Ива и вылезла из машины, попутно закрывая её. — Из-за той женщины. Шикарной и двухметровой. — она ухмыльнулась. — Да… — он неловко схватился за шею. — Ладно, влюблённых идиотов я прощаю… Ввиду их затупности. — Ива ухмыльнулась, а Юниверс расслабился, поняв, что подруга не злиться. — Но с тебя мороженное. И знакомство с твоей новой любовью. — Окей… — слегка печально произнёс Грег, ощущая очередные денежные затраты, которые в его ситуации были очень хреновым решением.

***

      И вот, на следующий день после ночёвки в фургоне, они отправились к Кристальному храму. Только заметив на горизонте эту постройку, Ива встала в ступор, ведь это крайне напоминало какого-то странного самоцвета. Однако она постаралась не придавать всему этому сильное значение, ведь мало ли — может это какое-то божество из человеческой мифологии, которую Ива не знает?       Зря она, конечно, отошла от этой мысли… Ведь после того, как Ив подошла ближе, всё стало очевидно.       Перед ней, прямо у входа в какую-то непонятную дверь, был портал, похожий на родномирские, а на нём стояли четыре девушки. Вот только они были не совсем обычными. — Это… — в глазах Ивы заискрился шок вперемешку с паникой, и пока Грег с радостью приветствовал объятьями самую высокую из них, Эвклаз думала, как бы поудачнее сбежать отсюда. Она никак не хотела сталкиваться с Кристальными самоцветами.       Когда же девушки заметили одну из своих, две из них не поняли подвоха, а вот другие две… Роза Кварц и Жемчуг, пусть и пытались скрыть своё удивление, выглядели так, будто бы увидели призрака…и этому было вполне логичное объяснение.       Ива впервые за долгое время доходит до паники, но всё же ровно вдыхает и слушает слова Грега о том, что его новая возлюбленная — инопланетянка, думая, что это повергнет девушку в шок. Однако, придётся признаться, видимо. — Вообще-то я…не хотела говорить, но… — самоцвет снимает левый рукав своей кожанки, обнажая каплевидный голубой камень. — Я такая же. И да, меня зовут Ива. — и пока незнакомые ей лица и Грег погружаются в шок, оставшиеся три самоцвета уходят в глубину своих воспоминаний…

***

      Отчаянно стараясь ровно держать осанку, никчёмная Эвклаз, пряча руки за спину, как и надлежит слуге, в роль которой теперь она пытается вжиться, направляется к своему Алмазу, чтобы донести ей весть о том, что она уже способна выполнить данную работу. Пусть она и действительно собиралась сказать Розовой это, на деле она вовсе не была готова стать прислугой какого-то неизвестного Сапфира. Паника была настолько сильна, что ей приходилось стараться скрывать своё дрожание. Она слишком много раз облажалась, и пусть Розовый Алмаз была достаточно добродушна, чтобы не разбить Эву после первого же провала (или вовсе после рождения, как хотела Синяя), но учитывая все прошлые попытки нервы начинали сдавать и у неё. Говорят, Розовая страшна в гневе. Как бы она не попалась под горячую руку, как прошлый Жемчуг этого Алмаза…       Путь к Лунной базе, на которой Розовая сейчас и находилась, был проделан достаточно быстро, пусть и с лёгким неудобством ввиду невесомости — реальной же проблемой стала нерешительность. Эвклаз зависла на лестнице между первым и вторым этажом, но подниматься дальше вовсе не стремилась. А стоит ли? Вдруг она снова облажается?       Отнюдь не позитивные мысли Эвы прервал диалог, который доносился с этажа выше: — Хотела бы я просто быть там… — лёгкий и печальный вздох говорящего. Голос похож на Розовую, кажется. Из-за чего же Алмаз Эвы может быть так опечалена? — Я могу телепортировать нас в Детский сад прямо сейчас, мой Алмаз. — кротко и действительно по-служански (в отличие от Эвклаз) ответила вторая Жемчуг Розовой. Похоже, они наблюдают за колонизацией земли?.. — Ха, что? Нет, нет… Если бы я спустилась в Детский сад, то я не переставая слушала бы возмущения от Синей и Жёлтой, — Розовая издавала неловкие смешки и быстро тараторила, передавая абсурдность данной ситуацией.       Чтобы Алмаз, да и встречал новый выводок самоцветов? Это должна делать Перидот, которая занималась планировкой сада, ну или накрайняк какой-нибудь Агат, и то навряд ли. Но чтобы Алмаз… Розовая явно хотела рушить все рамки. Это касалось и сохранения жизни Эве, однако как только подобная мысль возникла в голове оной, та сразу выкинула её куда подальше. Не хотелось в очередной раз думать, что её и существовать-то в принципе не должно. — Но ты только представь! — продолжила младшая из Алмазов. — Я, там, внизу, смеюсь и играю с Аметистами! От такого странного желания её Алмаза глаза Эвы округлились и ей захотелось посмотреть на весь этот разговор поближе, что она и сделала, поднявшись на несколько ступенек. В таком положении Эвклаз могла относительно хорошо видеть Розовую и её Жемчуг, а вот они её нет. Их обзор, к тому же, ухудшался миражом Земли, который создавал наблюдательный шар. — Конечно представляю, мой Алмаз, — и Эва не пожалела, что подошла сюда. Теперь она могла рассмотреть то, как Жемчужина воссоздала голограмму возможных событий. Их Алмаз радовалась с Аметистами в саду Альфа. — Вы выглядите такой счастливой. — Я не буду такой счастливой, когда Синяя с Жёлтой узнают… — недовольно пробубнила Розовая, при этом явно не упрекая свою слугу за представления. Какая же она добрая! — Они не узнают, — ответила Жемчуг и, увидев вопросительный взгляд хозяйки, продолжила. — Потому что… вы выглядите так же как Кварц! Вы изменили свою форму на день! — Это чудесно, Жемчуг! — в глазах Розовой засверкали звёздочки, и она с радостью… Перевоплотилась.       Это выглядело по-настоящему прекрасно — превращения самоцветов Эвклаз видела впервые, от чего её восхищение возводилось в абсолют. Её Алмаз ярко засветилась розовым, от чего можно было различить лишь её камень, перевернувшийся другой стороной, и вдруг потухла, появляясь в новом облике. Розовые кудри, бледная кожа, роба Кварцев… Единственным, что оставалось прежним, был камень, да и тот из-за его перевёрнутого состояния было не узнать. Эвклаз восхищённо выдохнула, ощупывая свой камень у плеча, и тут же в страхе прикрыла свой рот. Было ли это слишком громко.? Похоже, нет. Её не заметили.       Розовый Алмаз, теперь уже ставший Розовым Кварцем, собиралась выполнить свой план вместе с Жемчужиной, что означало их телепортацию на землю. Осознав это, Эвклаз в лёгкой панике поспешила удалиться прочь с базы, стараясь добежать до портала в Родной мир быстрее, чем её заметят. К счастью, у неё это удалось, и через время Эва уже находилась в центре планеты, ощущая на себе привычные косые взгляды и стараясь их не замечать.       Уже сейчас на душе Эвклаз скребли кошки от мысли, что она видела что-то, чего не должна была. Однако только через время она осознала, что видела самую страшную правду о войне Кристальных самоцветов и Родномирцев.