Ты стал причиной жить

Отдохнув ещё немного на речке, парни отправились в больницу. Всю дорогу в автобусе Феликс лежал у Хёнджина на плече, второй же смотрел либо в окно, либо на спящее чудо, любуясь его профилем и выстраивая созвездия из веснушек. Маме Феликса уже стало намного лучше, поэтому через несколько дней её планировали выписывать из больницы. Парни не стали рассказывать об их отношениях между друг другом, но это и не требовалось, потому что всё выдавали глаза. В честь выписки мама Феликса захотела устроить ужин, правда, он предназначался больше для мальчиков, потому что у неё была строгая диета, но она настаивала на нём, потому что очень соскучилась и хотела пообщаться. Поэтому, побыв ещё немного времени в палате, парни отправились в магазин за продуктами.

***

— Хёнджин, ну поката-ай, — протянул Феликс, дёргая парня с тележкой за рукав. — Тебе сколько лет? — спросил Хёнджин, продолжив смотреть на список продуктов. — Разве это имеет значение? — Конечно, взрослые мальчики не катаются на тележках по магазину. — Тогда мне очень мало лет, — начал строить Феликс такие же глазки, как у ребёнка. — Тогда мы с тобой не можем быть вместе, потому что я не встречаюсь с детьми, — сказал Хёнджин, потрепав Феликса по волосам. Он мило надул губы и не разговаривал всё оставшееся время, которое они провели в магазине. Иногда у него очень взрослое мышление, но временами он ведёт себя как ребёнок, правда любимым остаётся в любом случае. Купив всё необходимое, сложив продукты в пакеты, парни вышли на парковку за магазином, чтобы вернуть тележку на место. — Садись давай, — сказал Хёнджин, закатив глаза и указав на тележку. Феликс даже не повёл взглядом, давая понять, что обиделся. — Второй раз предлагать не буду. После этих слов парень напрочь забыл про все обиды, разбежался и залез в этот дурацкий транспорт. Хёнджин катал и крутил его по всей парковке, в то время как у Феликса были полные радости глаза. Это явно стоит того. Хёнджин готов возить его на этой тележке хоть всю жизнь, лишь бы он всегда был таким счастливым.

***

Все остальные дни до выписки Хёнджин с Феликсом виделись только по вечерам, собираясь у второго дома и смотря разные фильмы. Днём они видеться, к сожалению, не могли из-за работы и занятий в колледже. Кстати, Крису всё-таки пришлось рассказать об их отношениях. В один из вечеров он вернулся с работы и застал их за просмотром фильма, на который они совсем не обращали внимания, потому что были увлечены разговорами и друг другом. Крис был очень рад за обоих, потому что видел, что парни были счастливы, находясь рядом друг с другом. В день выписки абсолютно все были свободны: у Криса и Хёнджина на работе был выходной, у Феликса не было занятий. Вечер обещал быть хорошим. Днём Крис поехал забирать маму из больницы, Феликс же с Хёнджином остались на кухне. Продуктов было много, а времени мало, но парни со всеми задачами справились очень быстро. Хёнджин пошёл мыть руки после готовки, и, вернувшись на кухню, в поле его зрения попал Феликс, который уже заканчивал нарезать кимпаб. Он весь такой сосредоточенный и милый, что устоять было просто невозможно. Хёнджин подошёл к нему со спины и нежно обнял в районе талии, начав оставлять поцелуи по всей шее. Феликс сначала пытался сопротивляться, вертел головой в разные стороны и продолжал резать кимпаб, но с каждой секундой это делать было всё сложнее. Горячее дыхание Хёнджина обжигало кожу, а от нежных поцелуев начала появляться тяжесть внизу живота. — А если сейчас мама с Крисом вернутся? — сказал Феликс, начав тяжело дышать и покашливать, потому что в горле немного пересохло. Его голос стал на несколько тонов ниже, что завело Хёнджина ещё больше. — Думаю, что они всё поймут, — сказал Хёнджин, переходя постепенно от шеи к скулам парня, всё ещё стоявшего к нему спиной. Оставив нож и всю готовку на столе, Феликс повернулся головой к человеку, который всё продолжал играть с его нервами, подхватил пальцами его подбородок и утянул в долгий поцелуй, прикусив нижнюю губу. Было очевидно, что сопротивление продлится недолго, поэтому Хёнджин немного усмехнулся, осознав свою победу. От того факта, что в любой момент могут вернуться Крис и мама Феликса, возбуждение накатывало только больше. Когда у обоих уже закончился весь кислород в лёгких, Хёнджин заявил, улыбаясь в губы и сбито дыша: — У тебя руки консервами воняют. — Заткнись, ты первый начал, — сказал Феликс, удивив Хёнджина. Это точно тот парень, который в первую встречу предлагал какао с зефирками? Вроде такой ангел, но иногда открывается что-то неизвестное и сокровенное, хотя даже эта фраза прозвучала так невинно. Феликс вернул губы Хёнджина к своим, параллельно запустив руку под его футболку, начав водить ладонью по кубикам пресса и груди. Из-за готовки пальцы были немного холодные, что усиливало приятные ощущения в несколько раз. Когда у обоих терпение уже было на исходе, рядом с дверью послышался звон ключей. — Вернулись, — сказал Феликс и начал пытаться восстановить дыхание после произошедшего. Хёнджин продолжил резать кимпаб, который все бросили, параллельно смеясь над ситуацией, которая произошла. Феликс уже пошёл встречать своих родственников. Щёки у него порозовели, только не до конца было понятно: от смущения или возбуждения. Дорезав несчастный кимпаб, через пару мгновений вышел Хёнджин с точно таким же лицом. Консператоры из них получились не очень хорошие. Но, как и говорил Хёнджин раньше, мама с Крисом всё поняли.

***

Вечер получился прекрасным: душевные разговоры, вкусная еда, хорошая компания. Расставаться совсем не хотелось, но на следующий день у всех были запланированы свои дела. Феликс решил прогуляться с Хёнджином до их места, чтобы немного подышать свежим воздухом. — Мама просила передать большое спасибо за то, что ты навещал её в больнице со мной. — Я был рад составить тебе компанию и познакомиться с такой прекрасной женщиной, — искренне поделился Хёнджин. А ещё он ей очень благодарен за то, что у неё есть такой замечательный сын. Дорога уже подходила к концу, на горизонте стал виден тот самый мост. Уже было поздно, поэтому на улице было темно. Не сразу, но пройдя немного вперёд, парни увидели человека, лежащего на дороге. Решив ему помочь, они подошли поближе. Это был отец Хёнджина.