Ты стал причиной жить

Такси ехало долго. Слишком долго. Это было очень тяжёлое ожидание, потому что обоим казалось, что до дома они уже доехать не смогут. Каждая секунда длилась словно час, если не больше, и с каждой чёртовой секундой друг друга хотелось всё больше и больше. Воздух в машине становился всё тяжелее, а внутри витало дикое напряжение. В конце поездки Хёнджин заплатил за такси, не забрав сдачу. Плевать в этот момент он хотел на своё финансовое положение, на эту мелочь и всё прочее. Для него важнее и дороже всего сейчас был человек, который стал его кислородом. Без которого он не может дышать, да и в принципе, жить. Вылетев из такси, парни начали подниматься на второй этаж. Лестница была слишком длинной, ступенек было слишком много, а времени будто бы совсем не хватало, хотя они уже давно потеряли ему счёт. Буквально неделю назад Феликс открывал дверь в квартиру, потому что Хёнджину было страшно заходить туда. Сейчас же он наоборот добежал туда самый первый, пытаясь попасть дурацким ключом, как ему в тот момент показалось, в очень маленькую замочную скважину. Руки тряслись, ноги жутко подкашивались, а кончики пальцев немного покалывало. Как только парни оказались за дверью, они забыли обо всём на свете, даже про обувь, которую желательно было бы снять. Их головы были заняты только мыслями о том, как они желают друг друга. Хёнджин прижал Феликса к стене, начав целовать и покусывать чужие пухлые губы. Их тяжёлое дыхание разлеталось по всей квартире, нарушая глубокую тишину. Они ждали этого слишком долго, поэтому терпение давно уже было на исходе. С каждой секундой они прижимались друг к другу всё ближе, но им всё равно было этого мало. Феликса всё больше заводил такой напористый Хёнджин. Он исследовал руками всё его тело, водил ладонями по рельефным мышцам, но всё никак не мог насытиться. Он хотел навечно сохранить у себя в памяти каждый миллиметр гладкой кожи, которая была немного влажной из-за капель пота. То, что началось, когда они сидели на берегу моря — не описать словами. Они словно мысленно обменялись желаниями друг друга, тем, что не могли сказать или сделать раньше. Чем плотнее они находились своими телами друг к другу, тем больше Феликс чувствовал возбуждение и вставший член парня напротив. Только от одной мысли о такой близости он уже начинал сходить с ума. Он опустил одну ладонь вниз, начав поглаживать чужое место между ног. От таких действий Хёнджин ухмыльнулся Феликсу в губы, начав двигать бёдрами на встречу, всё больше прижимая руками его к себе. У обоих в паху уже болезненно ныло, поэтому они решили наконец-то сменить локацию с коридора на кровать. Быстро сняв ненужную обувь, парни направились в комнату Хёнджина. Кажется, это крошечное расстояние было преодолеть ещё труднее, чем от набережной до дома. — Я хочу тебя, — сказал Феликс тихим шёпотом парню на ухо, обняв со спины и прикусив мочку уха, когда тот закрыл дверь в комнату. От таких слов Хёнджин потерял все свои остатки самообладания, его сердце стало биться в несколько раз чаще, в его глазах загорелись искры, внизу живота начало жутко тянуть, а разум был словно в тумане. Он уложил Феликса на кровать, расположившись сверху парня. Они продолжали друг друга целовать с такой силой, будто соревнуясь, кто кого больше сейчас хочет. В один момент Феликс закинул ноги на бёдра Хёнджина, словно пытаясь стать одним целым с ним. У них началась болезненная нехватка друг друга. Она была уже очень давно, но именно в эту ночь решила вылиться в особенную химию между ними. На Феликсе была рубашка, пуговицы которой Хёнджин посчитал в данный момент лишними. Он принялся судорожно расстёгивать каждую из них, но из-за волнения и напряжения пальцы дрожали, а эти маленькие кнопки всё никак не хотели ему поддаваться. — Чёрт, — выдохнул Хёнджин Феликсу в губы, пытаясь справиться с этими несчастными пуговицами, после чего парень снизу помог ему, немного успокоив своими тёплыми ладонями, и снял с себя рубашку, отбросив её на пол возле кровати. Хёнджин начал целовать Феликса по всему телу, спускаясь с поцелуями всё ниже к паху. От каждого прикосновения чужих губ к горячей коже у второго будто постоянно по ней пробегал электрический ток. Хёнджин растегнул чужой ремень, который был менее тяжёлым противником, чем те ужасные пуговицы, и стянул штаны с парня, после чего вернулся обратно к губам Феликса, запустив свою руку в чужие боксеры и плавными движениями начав стимулировать пульсирующий член. От таких действий парень снизу начал издавать стоны в губы напротив, от чего у Хёнджина в паху заныло ещё больше. Глубокий голос Феликса и до этого имел способность вскружить ему голову от одной простой фразы, но сейчас он окончательно свёл его с ума. Феликс начал приподнимать свои бёдра, но с каждым движением ему хотелось всё большего. — Подожди, я сейчас, — ушёл Хёнджин за смазкой, уже больше не в силах терпеть. Это превращалось в мучительно долгую пытку для них обоих. Вернувшись, Хёнджин перевернул Феликса на живот, после чего тот упёрся локтями об кровать. У обоих от волнения сердце готово было вырваться из груди, но его было слишком недостаточно, чтобы прервать ту страсть, которая была между ними. — Если будет неприятно, сразу говори, — предупредил Хёнджин и, дождавшись кивка Феликса, выдавил небольшое количество смазки себе на ладонь. Стянув лишние боксеры, Хёнджин сначала лёгкими движениями расслабил колечко мышц, другую руку расположив в районе талии, нежно поглаживая и тем самым немного успокаивая парня, после чего вошёл внутрь одним пальцем. — Всё хорошо? — поинтересовался Хёнджин сразу после того, как Феликс издал небольшой стон и немного вздрогнул. — Даже очень, — одна простая фраза, которая значила слишком много. После этих слов Хёнджин немного успокоился, продолжив растягивать Феликса. Почувствовав, что парень снизу всё больше начинает направлять бёдра навстречу, он решил вставить второй палец, сначала предупредив о своих дальнейших действиях. — Всё в порядке? — всё продолжал переживать Хёнджин. — Продолжай, пожалуйста, — уже начал просить Феликс, давая понять, что с ним всё хорошо. Продолжая растягивать Феликса, в один момент Хёнджин нашёл тот самый заветный комочек нервов. Зацепив его, парень снизу издал более громкий стон, чем обычно, после чего у него немного начали трястись коленки. Феликс решил помочь себе, переместив одну руку на свой член и начав плавно скользить по нему. Хёнджин, заметив его действия, убрал свою ладонь с талии, заменяя чужую в области паха, желая сделать Феликсу процесс как можно приятнее. Тот стал сжимать в руках подушку, уже не в силах сдерживаться и терпеть. — Хёнджин, пожалуйста… — промычал Феликс, после чего тот вынул пальцы и, распределив смазку по длине члена, плавно вошёл в Феликса, получив такой всплеск чувств и эмоций внутри себя, что начало казаться, что его душа сейчас покинет тело. Хёнджин сначала двигался неторопливо и размеренно, давая Феликсу привыкнуть к новым ощущениям, хотя временами это было сделать очень трудно, но чувства его любимого человека гораздо важнее собственных. Когда он почувствовал, что тот начал расслабляться, он решил понемногу ускорять темп. Феликс слишком остро чувствовал каждое проникновение Хёнджина, от чего по всему телу проходили горячие волны возбуждения. Воздух в лёгких уже давно закончился у обоих, но останавливаться не хотелось ни на миг. Одной рукой Хёнджин продолжал доставлять удовольствие Феликсу ровно в такт своим движениям, свободной же достал до его ладони, скрестив чужие пальцы со своими. Позже Хёнджин начал всё чаще цеплять простату, от чего парень снизу всё больше прогибался в спине. Феликс повернул голову, ища опьяняющие губы для поцелуя. Хёнджин мигом приблизился к ним, начав протяжно мычать. Феликс уже был на пределе, начав всё больше кусать чужие губы, и не в силах больше держаться, спустя некоторое время кончил, достигнув высшей степени блаженства. Хёнджин тоже был близко к разрядке, поэтому долго ждать себя не заставил. После такой эйфории парни обесиленно повалились на кровать, прижимаясь вспотевшими телами друг к другу. Хёнджин потянулся к губам Феликса, утянув их в сладкий и тягучий поцелуй. — Ты в порядке? — всё не заканчивал со своими вопросами Хёнджин. — Нет. — Что-то не так? — Да, мой парень продолжает доставать меня глупыми вопросами, после того как устроил мне незабываемую ночь. — Дурак, напугал! — возмутился Хёнджин, легонько стукнув Феликса по плечу. Тот же немного посмеялся в ответ, поцеловав своего парня мягко в макушку, прижимая чужую голову к своей груди. После того, как Хёнджин с Феликсом всё убрали за собой и приняли расслабляющий душ, они вернулись в спальню и провалились в глубокий сон. В эту ночь они стали ещё ближе друг к другу.