О беговых дорожках и нежностях

      Шэнь Юань проснулся лицом к лицу со своим злейшим врагом и застонал.              Это уже не первый раз, когда они сталкиваются, и даже не последний. Тем не менее, с его губ слетела тихая череда проклятий в адрес своего неприятеля, что молча насмехался над ним, пока он бренно лежал в постели.              Разумеется, его заклятым врагом были неизменные белые больничные стены.              Ладно, возможно, они не дотягивают по крутости до настоящего противника, но если бы вы просыпались от их леденящего душу смеха столько же раз, сколько и Шэнь Юань, вы бы тоже объявили им кровную месть. Ну серьезно, неужели сложно было выкрасить больничные стены так, чтобы они своей беспросветной унылостью не вводили Шэнь Юаня в бешенство? Быть не может, что только он один не довольствовался ими.              Привычные больничные стены привели к уже привычному выяснению причины, по которой он, какого-то хрена, снова тут оказался.              В последнее время он неплохо себя чувствовал — плохие дни случались все реже и справляться с ними по большей части становилось все проще. Бывали дни, когда от слабости он не мог пошевелиться, или когда желудок объявлял войну всему остальному организму, или мышцы сводило ему назло, но остальные дни были вполне ничего.              Тем не менее, прошло уже два года с последнего случая, достойного госпитализации. Один лишь этот факт делал его пребывание здесь более удивительным и тревожным.              Шэнь Юань ломал голову в поисках объяснения, перебирая все вчерашние события в хронологическом порядке.              День был неплохой. Скучноват, наверное, но все еще не плох. Он закончил редактуру работы, на которую была выделена вся неделя, благодаря чему у него осталась куча свободного времени. Что означало достаточное количество времени на то, чтобы с головой уйти в свой слишком длинный список незаконченных веб-новелл. Включая слизанную подделку «Пути Гордого Бессмертного Демона», что так отчаянно пыталась походить на первые главы оригинала с их бесчисленным количеством жен и нулевым айкью у злодеев.              Как редактор ныне сносного, но все еще паршивого «Пути Гордого Бессмертного Демона», Шэнь Юань терял душевное равновесие.              Роману хватило наглости украсть и переделать часть предыстории Ло Бинхэ для своего унылого протагониста, умудряясь взять самые достойные части оригинала и испортить их. Шэнь Юань успел дойти лишь до середины главы, прежде чем встать и начать наматывать круги по комнате, чтобы взять себя в руки.              Он помнил, как взял из холодильника йогурт и вернулся заканчивать разнос главы, проклиная автора за обилие плагиата в работе. Не должно составить труда обратиться в суд для защиты как авторских прав, так и его психики, которой был нанесен немалый ущерб посредством этого чтения.              Ради всего святого, этого главного героя зовут Лау Бонге! Они даже не пытались! И теперь будут мелькать всюду и позорить честное имя Ло Бинхэ! Как и уже не такое хорошее имя Самолета, Стреляющего в Небеса.              До сих пор мысли об этом выводили Шэнь Юаня из себя. Однако, обливание помоями автора и окончание главы было последним, что Шэнь Юань помнил.              Он сосредоточился, чтобы растормошить свою память. Ему смутно припоминались какие-то желудочные спазмы, очень даже серьезные желудочные спазмы. Он потерял сознание от болей в животе? Как неловко-то. По его скромному мнению, все это не стоило целой госпитализации и отдельной палаты.              Постойте… Раз он потерял сознание, то как…              — Ты полный болван! Тебе заняться больше нечем, кроме как поднимать мне давление настолько, чтобы и меня довести до больницы?              Что ж, это объясняет, кто же довез его сюда.              — Цзю-гэ, — поприветствовал его с натянутой улыбкой Шэнь Юань.              Он только пришел в себя, и усталость не прибавляла желания выслушивать словесную трепку, которая ему предстояла, уж в этом он был уверен.              — Не Цзюгэкай мне, идиот. Думаешь, что улыбочкой можешь так просто отделаться от меня? — рявкнул Шэнь Цзю.              На самом деле это и правда было то, на что рассчитывал Шэнь Юань…              — Не то чтобы мне самому нравилось тут находиться, — вздохнул Шэнь Юань. — Больница не самое мое любимое место для отдыха, Цзю-гэ.              — Серьезно? А я-то уж было подумал, что так и есть, — прорычал Шэнь Цзю. — Эгоистичный мальчишка.              — Тебе бы правда не стоило так оскорблять больничных пациентов, — возразил Шэнь Юань, прибегая к докапыванию до мелочей, чем обычно заслуживал закатывание глаз.              — Заткнись, — усмехнулся Шэнь Цзю с таким нутряным гневом, что поразил даже Шэнь Юаня.              Шэнь Юань был хорошо знаком и со знаменитым темпераментом брата, и с его едкими комментариями. Шэнь Юань наблюдал, как Шэнь Цзю живьем сдирал кожу с людей одним лишь своим языком, и слышал неприкрытое презрение, с которым его брат относился к 99,9% населения Земли.              Он и сам подвергался гневу Шэнь Цзю, но еще ни разу таким образом. Шэнь Цзю не одобрял его образ жизни и насмехался над ним, но всегда без той кислоты, которой плевался в остальных. В этом всегда угадывалось скрытое желание защитить Шэнь Юаня, которое он за кучу лет научился распознавать. Именно по этой причине он позволял раз за разом оскорблениям брата отскакивать от него по большей части.              Но сейчас сквозившая в его тоне ярость граничила с той, которую он испытывал к работающим с ним скользким бизнесменам, которых он презирал.              Этого было достаточно, чтобы выбить Шэнь Юаня из колеи.              — Все в порядке, Цзю-гэ? — осторожно поинтересовался он.              Шэнь Цзю хранил нехарактерное для него молчание, уставившись на Шэнь Юаня так, будто слов подобрать не мог.              Из-за этого Шэнь Юань распереживался еще сильнее, что отразилось на участившимся звуковом сигнале кардиомонитора, присоединенного к нему.              — Что-то случилось? — снова попытался Шэнь Юань.              Шэнь Цзю сжал кулаки, из-за чего едва заметная дрожь мышц лишь усилилась.              Шэнь Юань нервно сглотнул. Он мгновенно принялся выискивать во внешности брата хоть какие-то намеки на произошедшее.              Вероятно, для любого другого человека Шэнь Цзю выглядел как идеальный пример светского человека из высшего общества. Его рубашка на пуговицах и брюки им в тон словно кричали об успешности, перекинутая через плечо сумка идеально сочеталась с его идеально шелковистыми волосами.              Но теперь Шэнь Юань присмотрелся и заметил трещины в этом образе. Одежда брата была слегка помята, ему не доставало привычной прически, вместо нее был повязан низкий хвост, который он делал лишь в спешке. И наконец, у его брата были мешки под глазами! Хоть Шэнь Цзю было не привыкать работать до изнеможения, он никому не позволил бы этого заметить! У него был четкий распорядок нанесения макияжа, чтобы не дать обнаружить свои слабости.              Тот факт, что Шэнь Цзю был настолько напряжен, чтобы покинуть дом в таком состоянии, нарисовал в воображении Шэнь Юаня самые страшные картины.              Кто-то спалил до тла обе их квартиры? Кто-то из конкурентов Шэнь Цзю нанес свой удар? Что-то с родителями? Сестрой?              Шэнь Цзю залез в его поисковые запросы?              — Как ты можешь быть таким эгоистичным! — огрызнулся Шэнь Цзю. — Поверить не могу! Ты совсем ни о ком не думаешь, кроме себя?              Шэнь Юань нахмурился.              — Цзю-гэ, я не понимаю о чем ты говоришь, — сказал Шэнь Юань, напрягая память, чтобы выискать в ней моменты за последнее время, которые могли так разгневать его брата.              — Ну конечно же ты не понимаешь, — болезненно рассмеялся Шэнь Цзю в неверии. — Может, послушай ты меня хоть раз, такой проблемы и не возникло бы.              Шэнь Юань не без усилия еще немного приподнялся, выдерживая свирепый взгляд своего брата.              — Вдруг поможет, если ты реально объяснишь что происходит, а не будешь огрызаться на меня ни с того ни с сего, — выкрикнул Шэнь Юань, подавляя после такого действа кашель.              Его грудь сдавило, и Шэнь Юань даже не мог сказать от напряженной ли это ситуации или из-за его постоянно напряженного тела. А может и все сразу.              — Мне бы не пришлось объяснять, попробуй ты хоть раз в своей жалкой жизни пошевелить мозгами, — ядовито возразил Шэнь Цзю.              — Да-да, такой вот я тупой, раз не могу прочесть твои мысли, — с горечью пробормотал Шэнь Юань. — Именно я тут веду себя неразумно.              — Шэнь Юань, — сказал предупреждающим тоном его брат, предпочитая повысить голос, лишь бы оказаться услышанным.              Как жаль, что Шэнь Юань не собирался отступать. Не только в онлайн-форумах же применять навык отстаивания своего мнения, и он не собирался смягчаться, если неправ тут не он. Плохое настроение брата не давало ему права срываться на Шэнь Юане.              — Я не сделал ничего плохого! — твердо настаивал он.              — ТЫ ПОЧТИ УМЕР! — взорвался Шэнь Цзю с яростью на лице, по которой уже пошли трещины, обнажая что-то болезненное под ней.              Оба замерли — Шэнь Юань пытался осмыслить это заявление, а Шэнь Цзю безуспешно пытался скрыть свое обиженное выражение лица после вспышки гнева.              Он… он почти умер?              От этого заявления у Шэнь Юаня скрутило живот. Маленькая часть его хотела сделать вид, что это лишь жестокая шутка его брата, но он никогда бы о таком не пошутил. Он вообще никогда ни над чем не шутит.              — Я… Я почти умер? — вяло повторил Шэнь Юань.              Лицо Шэнь Цзю исказилось, и он стал выглядеть таким измученным, каким Шэнь Юань не видел его ни разу в жизни.              — Ты меня слышал, — сказал Шэнь Цзю, в его словах уже не было той злости. По большей части его голос звучал устало.              Шэнь Юань улучил момент, чтобы взглянуть на капельницу, подключенную к его руке, и вслушаться в ровный писк кардиомонитора.              Его охватило невыносимое чувство вины.              Неудивительно, что Цзю-гэ так разозлился. Пусть брат и пытался оградить сердце от обыкновенных человеческих чувств, Шэнь Юань знал, что брат пугался каждый раз, стоило ему угодить в больницу. И раз Шэнь Юань был на грани смерти… По правде, ему даже представить сложно, через что пришлось пройти Шэнь Цзю.              — Как? — тихо уточнил Шэнь Юань.              — Как идиот, вот как, — усмехнулся Шэнь Цзю, но сжатые кулаки выдали его беспокойство.              — Цзю-гэ…              — Вероятно, пищевое отравление, — объяснил Шэнь Цзю, прерывая его. — Естественно я не знал этого, когда зашел в твою квартиру, только чтобы найти тебя за столом в отключке едва дышащим.              Шэнь Юань затаил дыхание.              Блять. Блять…              Ему не хотелось об этом думать. Ему не хотелось думать о том, что в тот момент проносилось у брата в голове. Должно быть, он плевался угрозами в отчаянии. Чистейшая боль в панике. Шэнь Юань не часто говорил об этом вслух, но он любил своего брата, его шипы и тому подобное, поэтому не хочется представлять, сколько боли он ему причинил.              Он не хотел об этом думать, зато не мог не думать о том, что, черт возьми, чуть не умер. Он чуть не умер, а последним делом в его жизни было чтение ужасной главы паршивой веб-новеллы.              Пусть это было очень в его духе, но все еще кошмарно.              — Я довез тебя сюда, и они промыли твой желудок и напичкали тебя антибиотиками, но они не были уверены, что ты выживешь, — продолжал Шэнь Цзю, стиснув зубы. — Если бы я не заскочил проверить, что ты и правда выбирался из своей дыры за последний месяц, ты бы…              Шэнь Цзю не закончил свою фразу. Он выглядел так, словно хотел врезать чему-то или еще поорать. Но не стал, лишь продолжал кипеть где стоял, слегка потрясываясь.              Чувствуя беспомощность, Шэнь Юань протянул руку и положил в нее руку брата, слегка сжав ее.              — Прости меня, — попробовал Шэнь Юань, но он знал, что этого недостаточно.              Шэнь Цзю цокнул. Однако не вырвался из хватки Шэнь Юаня.              — Мне так жаль, Цзю-гэ, — повторил он.              Шэнь Цзю вздохнул, наконец усаживаясь на стул у кровати Шэнь Юаня.              — Заткнись, — проворчал он. — Просто… Не смей, блять, делать так снова.              Прильнув ближе, Шэнь Юань заключил брата в объятья. Шэнь Цзю застыл на мгновение, видимо, осматривая комнату для удостоверенности, что их никто не увидит, прежде чем ответить взаимностью и крепче сжать Шэнь Юаня, все еще осторожничая с его капельницей.              Шэнь Цзю вцепился в его спину, словно опасаясь, что Юань может исчезнуть. Затем вдруг решил, что хватит с него братских чувств и отпустил Шэнь Юаня одним махом. Однако вернул его руку в свою и продолжил держать, за что в любой другой день Шэнь Юань поддразнил бы его.              Наступила тишина, если это можно было так назвать из-за постоянного писка аппаратуры и разговоров персонала больницы в коридорах. Молчание было тяжелым, но не тем, что стоило нарушать. Его утяжеляли те эмоции, что ни один из братьев не хотел выражать словами.              Спустя какое-то время его зашла проведать медсестра. Под четким надзором Шэнь Цзю, что не имел ничего против бедной медсестры, ею были проведены ряд тестов и вопросов.              На Шэнь Юаня накатила новая волна вины, но в этот раз из-за бедного медицинского персонала, которому пришлось мириться с его сторожевым стрессующим братом. Он мог лишь представить, насколько плохо было Цзю-гэ до того, как он очнулся.              Медсестра вручила ему стакан воды, наказав выпить, если того будет позволять самочувствие, и сообщила, что в течение часа зайдет доктор для обсуждения ситуации с обоими Шэнями. Шэнь Юань лишь кивал в ответ, чувствуя усталость и желание оказаться дома.              — Мне надо сделать пару звонков, — заявил Шэнь Цзю, когда медсестра вышла. — Я вернусь до прихода доктора.              Шэнь Юань поднял взгляд на брата и кивнул.              — Не торопись, Цзю-гэ, я всегда могу передать тебе слова доктора.              — Будто я могу доверить тебе это, опять же сделаешь вид, что все в порядке, — возразил Шэнь Цзю, но при этом натянул ему одеяло повыше, словно пытался как можно сильнее укутать его.              Должно быть, Цзю-гэ понял, насколько он утомился. Шэнь Юань впечатлился бы своим братом, если бы обычно эта его проницательность не доставляла ему одни неприятности.              — Да-да, мне непозволительно зваться совершеннолетним, — закатил глаза Шэнь Юань. — Иди уже звони.              Шэнь Цзю выдал ему щелбан по лбу, но ушел с раздраженным выражением лица, уже без тревоги и гнева.              С тяжестью в груди и приступами тошноты, что, по-видимому, были затяжными последствиями отравления, Шэнь Юань снова остался один на один с белыми больничными стенами и потолком.              Шэнь Юань не был уверен, что информация уже уложилась у него в голове.              Привет, Сири, как осознать, что ты только что чуть не умер? Есть какая-то инструкция, которой стоит следовать? Раз уж Шэнь Юань об этом задумался, наверняка такая статья есть на WikiHow.              Но серьезно, что за некрутой способ умереть. Пищевое отравление, которое у большинства вызвало бы лишь диарею, чуть не убило его. Кажется, теперь стал понятен тот странный вкус у йогурта… Отчего стало еще более неловко.              Шэнь Юань издал легкий смешок, что даже ему показался крайне натянутым. Ему всегда твердили, что его шансы на выживание до зрелого возраста были пятьдесят на пятьдесят, и он научился принимать это. Он не понимал, почему его сейчас это так потрясло. Возможно, потому что последние годы он шел на поправку? Потому что он перестал жить вечными подсчетами оставшихся ему дней? Врачи были настроены оптимистично и даже сняли с него ряд медикаментов, довольные его прогрессом радовались грядущим перспективам.              Если быть до конца честным, то видимо именно огромные деньги семьи Шэнь способствовали такому результату, а не его личные усилия.              Но любого напугало бы остаться на волоске от смерти, правда же? Даже того, кто все детство ожидал смерть в любой момент. Знаете, что-то вроде Сима, которого заперли в комнате без дверей.              Он сильнее вцепился в одеяло и попытался привести свои мысли в порядок.              Вряд ли зацикливание на этом чем-то поможет. Если он будет слишком сильно из-за этого переживать, то доведет этим Цзю-гэ до аневризмы и последующей госпитализации.              Моргая в голый потолок, Шэнь Юань улегся поудобнее.              Сейчас он и правда чувствовал себя уставшим до смерти. Во всем теле слабость, а тошнота постепенно превращалась в спазмы живота, которые на данный момент были скорее ноющими, чем болезненными. Шэнь Юань хотел просто вырубиться к чертовой матери.              Он знал, что скоро придет доктор, но немного подремать ведь не повредит? Цзю-гэ все равно будет тут и сможет разбудить его, когда вернется.              Мысленно приняв решение и зевнув, Шэнь Юань позволил глазам закрыться.              Если бы он не был таким сонным, то ему бы не дал бы провалиться в сон подавляющий ужас в глазах брата, или же экзистенциальный страх перед его хрупким телом. К счастью, он был достаточно измотан, чтобы эти мысли оставались где-то на периферии сознания.              На самом деле, лишь одна мысль осталась до того, как он погрузился в сон под звон сирены.              Йогурт теперь входит в список его заклятых врагов наряду с больничными стенами.       

***

             Шэнь Юань волочил ноги в квартиру брата, ощущая смесь благодарности и досады.              Благодарность, разумеется, за то, что он выбрался из стерильной больничной палаты, в которой его держали последние три дня. А досада от того, что возвращался он не в свою квартиру.              Он пытался убедить семью отпустить его домой, что он будет осторожен и уделит больше внимания заботе о своем состоянии, но вышло не очень хорошо. Если только вы не считаете хорошим исходом то, что отец с сестрой рыдали, пока его мать с Цзю-гэ почти кричали и запрещали ему оставаться одному на следующий месяц (или дольше, если Цзю-гэ потребует). Даже его Да-гэ, что находился сейчас в другой стране, позвонил для того, чтобы пригрозить вернуться в Китай и жить вместе с ним, раз он так решительно настроен остаться в своей квартире.              Шэнь Юань отказался от этой идеи быстрее, чем от того единственного человека с форума ПГБД, настаивающего на том, что Сяо Гунчжу была неплохим любовным интересом.              Родители предложили вернуться в его старую комнату, но Шэнь Юань вежливо отказался, памятуя, что ее уже заняла его сестра, не хотелось бы выселять ее.              Поэтому единственным вариантом оставалось жилище Цзю-гэ. По спине пробежали мурашки, он словно уже слышал нелестные комментарии о его нечистоплотности, не говоря уже о том, что давний парень Шэнь Цзю чаще оставался на ночь, чем нет.              Но ни одна из попыток Шэнь Юаня ступить к себе с миром не сработала, поэтому остаться в квартире у Цзю-гэ было лучше, чем пускать его к себе. Не хотелось бы проснуться и обнаружить, что брат взял и выкинул мерч на тысячи долларов просто потому, что ему так захотелось.              Так что да, вот они и дома у Цзю-гэ.              — Твои вещи уже в гостевой, даже не вздумай разбросать их, пока будешь разбирать, — сказал Шэнь Цзю, снимая ботинки и проходя как к себе домой. А ведь дом… И правда был его.              Шэнь Юань лишь что-то согласно промычал в ответ, закрывая за собой входную дверь и проходя в знакомый, но слишком безупречный дом. Каждый раз Шэнь Юаню казалось, что он ходит по экспозиции Икеи — убранство скудное, но каждая вещь лежала на своем месте, словно ничем в квартире не пользовались.              Что кардинально отличалось от квартиры Шэнь Юаня, забитой его коллекцией, а вещи были разбросаны там, где их в последний раз оставили. Но она хотя бы казалась обжитой! Уютной — но не с тем уютом, под видом которого впаривают новым жильцам маленькие тесные каморки.              Шэнь Юань обратил внимание на три фотографии, висящие по стене и нарушающие линию картин в рамках, которые определенно стоили больше, чем можно было предположить. Среди них было две семейные фотографии — одна снята профессионально, а другую они сделали в семейной поездке трехгодичной давности. На третьей Цзю-гэ был с Ци-гэ, его вышеупомянутым бойфрендом.              Даже на фото Ци-гэ выглядел побито.              — Выходи, как закончишь разбирать вещи, нам нужно кое о чем поговорить, — позвал Цзю-гэ из шкафа, в который вешал куртку с шарфом.              Ни разу не звучит как дурное предзнаменование.              — Как скажешь, Цзю-гэ, — отозвался со вздохом Шэнь Юань.              Он все еще уставший, понимаете?              Больница должна тебя лечить и восстанавливать, но она все еще выжимала из тебя всю энергию. Не говоря уже об ожидании результатов анализов.              На деле все анализы Шэнь Юаня были в пределах нормы. Да, доктор сказал, что найди его Цзю-гэ чуть позже, то он мог бы умереть, и да, ему сказали, что его тело страдает от плохого питания и отсутствия физической активности вкупе с его и без того хлипким телосложением, но блин, его аутоиммунные проблемы не нанесли никакого непоправимого ущерба вследствие пищевого отравления, он выиграл по-крупному!              Они довольно быстро ввели в его рацион твердую пищу, которую он хорошо принял, не встретив сопротивление рвотой. Так что да, никаких последствий для его и так слабого здоровья и никакой неминуемой смерти. Лишь посоветовали какое-то время быть осторожнее с желудком и пропить пару дополнительных лекарств, чтобы справиться с тошнотой, которая может вернуться после принятых препаратов. Ура ему за то, что справился с отравлением как любой другой двадцати с чем-то летний парень, вместо того чтобы позволить ему медленно разрушать свое тело и дать убить.              Нет, он не вел счет случаям, в которых мог умереть.              Шэнь Юань поплелся в свою новую временную спальню. Два чемодана ожидали его, прислоненные к дверному косяку.              Он заглянул в шкаф и обнаружил, что тот пуст, и стал раскладывать в нем найденные в первом чемодане вещи. Утомительно, но зато он понял, что его брат с сестрой сочли нужным сложить ему с собой. Он предпочел бы сам собрать свои вещи, но в процессе обсуждения его семья была категорически против, не давая ему и пальцем пошевелить.              Но они обещали, что он может зайти к себе домой, если ему что-то понадобится.              Распаковывая вещи, Шэнь Юань заметил, что среди них не было его футболок с принтами, вероятно, из-за неприязни Цзю-гэ к ним. К счастью, одна футболка с Хатсуне Мику пробралась к нему в чемодан (Шэнь Юань мысленно поблагодарил сестру).              Разобрав один чемодан, второй Шэнь Юань решил оставить завтрашнему себе. Он запихнул чемодан в шкаф, надеясь, что брат этого не заметит.              Он подумал было лечь и отрубиться, но в итоге решил протянуть хотя бы до шести часов вечера. Может, ему стоило проверить обновления веб-новелл?              Странно ли продолжать читать дерьмовые веб-новеллы, что уже раз частично довели его до больницы? Можно ли это назвать токсичными отношениями?              — А-Юань, ты уже закончил? — позвал Шэнь Цзю из другой комнаты.              Что ж, похоже, чтение пока придется отложить.              — Иду, — сказал Шэнь Юань, вместо того чтобы ответить на заданный вопрос.              Он вернулся в гостиную, где на белом диване сидел скрестив ноги Шэнь Цзю и постукивал пальцем по подлокотнику.              Почему на Шэнь Юаня внезапно накатило чувство, словно он идет к своему школьному психологу, который будет отчитывать его за отсутствие целей в жизни?              — Садись, — скомандовал Шэнь Цзю.              Вау, именно так началась бы консультация у школьного психолога.              Он сел на стул напротив брата.              Наступила напряженная тишина, в которой Шэнь Юань неловко заерзал, пока Шэнь Цзю выглядел невозмутимо.              — Эм, мы выбираем еду на ужин или что-то типа того? — попытался Шэнь Юань. Шэнь Цзю фыркнул, будто он сморозил что-то нелепое.              — Думаешь, у меня все еще не спланирован ужин? Не все такие неорганизованные, как ты.              Уж извини что посмел спросить, Цзю-гэ.              — Ци-гэ принесет еду, не так ли? — возразил Шэнь Юань.              То, как зашипел Шэнь Цзю, позволило Шэнь Юаню посамодовольствоваться.              — Не важно, — уклонился Шэнь Цзю. — Мы тут не об ужине говорить собрались, а о твоем здоровье.              О-оу. Это будет хуже консультации с школьным психологом.              — Я же уже сказал, что отныне буду настороженнее относиться к тому, что ем, — сказал Шэнь Юань, прокручивая в голове речь от каждого члена семьи за последнюю неделю.              — Да, чтобы снова не травануться, я знаю, — Шэнь Цзю это не впечатлило. — Однако я говорю о твоем убогом выборе образа жизни, А-Юань.              Уф.              — Я буду есть больше овощей? — предпринял неуверенную попытку Шэнь Юань.              Шэнь Цзю застонал, словно разговор приносил ему физическую боль.              — Ради нас обоих я буду краток. Я договорился о твоем посещении диетолога, который заставит тебя есть что-то помимо лапши, — пояснил Шэнь Цзю. — Я также хочу оформить тебе абонемент в спортзал, ну или в какую-то тренировочную секцию.              Вау, может это было его местью за то, что он заставил брата так сильно переживать. Раз так, то вышло просто дьявольски, под стать злодейской ауре, которую Цзю-гэ так любил излучать.              — Да ладно тебе, Цзю-гэ, мне же просто скажут питаться одними салатами. Или заставят тратить по десять часов на готовку какого-то сложного блюда, содержащего все известные витамины, нужные человеку, — заныл Шэнь Юань. — И спортзал? Серьезно? Ты уверен, что не убить меня пытаешься?              Он тут же пожалел о своих словах, когда Цзю-гэ всего передернуло. Его брат быстро взял себя в руки, свирепо уставившись на него.              — Я придушу тебя, Шэнь Юань, — пригрозил Цзю-гэ. — Но нет, что бы ты себе не надумал своим деформированным мозгом, я настаиваю на этом как раз потому, что не хочу твоей смерти. Ты слышал что сказал доктор, даже небольшое усилие с твоей стороны будет иметь большое значение.              Шэнь Юань виновато насупился.              Ему правда не хотелось менять свой образ жизни. Ему нравилось прятаться дома, редактировать для издательской компании, на которую работал, смотреть аниме, критиковать людей онлайн. Его это устраивало, особенно в дни, когда физически чувствовал себя не очень хорошо. У него были друзья… Ладно, один друг, они даже порой выбирались вместе в кино. Вполне сносное существование.              Но даже сейчас Цзю-гэ так сильно старался ради его блага. Родители все еще оплачивали лекарства, несмотря на его протесты. Да-гэ присматривал за ним с волнением и беспокойством. Сестра порой вымученно улыбалась, глядя на него.              Это… Что ж, полный отстой. Быть обузой для своей семьи. Он это ненавидел.              Не то чтобы ему хотелось родиться больным, долгое время он совсем ничего не мог поделать с этим. Вряд ли маленький прикованный к постели Шэнь Юань ежедневно выходил бы на пробежку во имя здоровой сердечно-сосудистой системы!              С тех пор ему стало лучше, и он принимал все как должное. Для счастья ему хватало того, что тошнота и боль отступали на несколько дней, что казалось ему вполне логичным. Но может этого и не было достаточно.              Если бы речь шла только о нем, то Шэнь Юань без сомнений продолжил бы плыть по течению. Упражнения и здоровое питание звучали так рутинно, и эй, он вполне был доволен своей жизнью, зачем в ней что-то менять?              Но что, если для его семьи… Может, ради них он готов попробовать добиться чего-то еще?              — Это не обсуждается, А-Юань. Я уже договорился о еженедельных приемах у диетолога, и я сам тебя туда затащу, если придется. Не забывай, что в обозримом будущем ты будешь жить под моей крышей, — предупредил Шэнь Цзю.              А может Шэнь Цзю достаточно постарается за них обоих, а Шэнь Юань просто слепо последует за ним.              — Хорошо, Цзю-гэ, я пойду. Не нужно нянчиться со мной, — все еще немного неохотно согласился Шэнь Юань.              — Отлично, — кивнул Шэнь Цзю, довольный сговорчивостью своего брата. — Но если ты решишь пропустить запись, я узнаю об этом.              Шэнь Юаня слегка затрясло.              — Твои подпольные связи никогда не перестанут меня удивлять, — язвительно сказал Шэнь Юань.              Это шутка, но бывали дни, когда Шэнь Юань был уверен, что его брат на самом деле высокопоставленный босс мафии или что-то типа того. Где бы еще он научился так пялиться?              — Пф, — Шэнь Цзю откинул голову назад.              Мобильный Цзю-гэ пиликнул, и он достал его и всмотрелся.              Шэнь Юань достал свой собственный телефон. Были сообщения родителей, справляющихся о том, как он там устроился, а также куча писем от Шан Цинхуа с вопросами жив ли он.              Еще более привлекательным казалось электронное письмо от сети пиццерий, в которой он часто оставлял заказы, с кучей изображений, на которых пицца совсем не походила на ту, которую они готовили на самом деле. Он мысленно пустил слезинку от многочисленных воспоминаниях о жирной, хрустящей и похожей на картон корочке. О, как он будет скучать по изобилию сыра на каждом кусочке.              — Цзю-гэ, я хочу пиццу, — заскулил Шэнь Юань. — Если я больше никогда не смогу есть ничего нездорового, то я хочу устроить проводы. Всему фастфуду, который только смогу съесть за раз.              — Нет, — спустил его с небес на землю Шэнь Цзю. — К тому же диеты совсем не так работают. Все дело в умеренности, А-Юань.              Шэнь Юань начал понимать, что кроме рекламы о похудении ничего он в диетах не смыслит. Среди огромного вороха проблем Шэнь Юаня никогда не числилось проблем с весом.              — Быть может, но я все еще хочу пиццу.              Шэнь Цзю закатил глаза.              — Не сегодня.              Зная Цзю-гэ, это может означать «мы закажем пиццу завтра», поэтому Шэнь Юань победоносно взмахнул кулаком.              Вау, раз пиццу ему все еще разрешали, то это ваше здоровое питание проще простого. Никто не ожидал от него помешательства на своем здоровье, так что, может быть, он и не заметит сильных изменений. Да он никогда и не испытывал отвращения к здоровой пище, просто слишком лень было кипятить воду или размораживать что-то в микроволновке.              И раз у него не было финансовых трудностей, которые обычно стояли на пути к здоровому питанию у многих людей, его и правда ничто не ограничивало.              — Давай тогда обсудим твою программу тренировок и варианты тренажерных залов, — ворвался посреди его воодушевленных мыслей Шэнь Цзю.              …              Ах да… Тренировки…              Прекрасно…