О беговых дорожках и нежностях

      Шэнь Юань почти уверен, что облажался со всем этим отыгрыванием обычного поведения.              Он ловил себя на том, как начинал трещать без умолку, и мог найти объяснения всему сказанному, чтобы Лю Цингэ не успел посчитать это странным. Удостоверялся, что его ни в чем не заподозрили в моменты, когда мозгу казалось, что Лю Цингэ собирается поцеловать его, пресекая ситуацию до того, как он все испортит. Он даже удержал себя от непомерного рассматривания уж слишком идеального телосложения Лю Цингэ. Было сложно, но он справился!              Конечно, усилия, которые он прилагал, чтобы не дать себе совершить ошибку, сделали его еще рассеяннее обычного, но это было ничтожной платой!              Актерская игра Шэнь Юаня оказалась лучше, чем он предполагал. Ему бы, наверное, удалась роль пресловутого злодея, и никто ничего не заподозрил бы!              Ладно, падение в зале выдалось не таким грандиозным, но Шэнь Юань не был готов к тому, как Лю Цингэ взял его за руку во время тренировки! И конечно ему необходимо было отстраниться до того, как он совершит какую-нибудь глупость.              Он почти позабыл об этом, как только Лю Цингэ вывел его на прогулку (нет, не в качестве свидания!). Вообще-то ему удалось переключить свое внимание и на другие вещи, помимо всего такого красивого и доброго Лю Цингэ у него под боком, в пользу расставленных ларьков.              Пока не случилась гадалка.              Глупая гадалка! «Многие благоволят ему»? С каких пор! И почему он до сих пор никого из них не встретил! А затем она пустилась в описания человека, в котором предательский мозг Шэнь Юаня, похоже, распознал удивительное сходство с Лю Цингэ?              Верный, красивый, сильный. Словно Лю Цингэ, поданный на блюдечке с голубой каемочкой.              А значит все озвученные глупости заставили Шэнь Юаня паниковать лишь сильнее! Гадалка что ли собиралась раскрыть его чувства перед Лю Цингэ и разрушить всю его великолепную актерскую игру?              К счастью, тот вроде ничего не заподозрил. На деле он согласился с тем, что все это нелепо!              Оно и было нелепостью. Шэнь Юань думал, что обратил бы внимание на безумной красоты человека, который был настолько предан ему, как это описывала Мадам Мэйинь. (Окей, может согласие Лю Цингэ с тем, что такого человека не существовало, и причинило Шэнь Юаню боль, зато выходило логично).              К сожалению, волнения от всей ситуации хватило с лихвой, чтобы Шэнь Юань снова выставил себя полным дураком. Но серьезно. Лю Цингэ весьма ощутимо огладил его по щеке. И предполагалось, что он должен был сохранить самообладание и не свалиться в обморок? Разумеется, это за гранью возможного.              Шэнь Юань с радостью провел бы исследование о том, скольким людям удалось бы пережить такую многозначительную ласку вкупе с пристальным взглядом Лю Цингэ. Потому что ясно ведь, что по итогу никто не выйдет невредимым! Таким маневром, если бы Лю Цингэ использовал его в поединке, он мог бы сразу же отправить противника в нокаут. Секретный прием, использовать который мог только Лю Цингэ!              Но, несмотря на катастрофическое падение в фонтан и утягивание Лю Цингэ за собой, Шэнь Юань сохранил способность вести себя по-дружески и по-братски.              Однако, нынешняя ситуация могла кончиться тем, что он совсем распустится.              Ведь прямо сейчас он находился в квартире у Лю Цингэ и неловко мялся в прихожей со стекающей с него на пол водой. Лю Цингэ, в настолько же мокрой одежде, стоял необоснованно близко.              — Вау, у Цингэ такая опрятная квартира, — слегка напряженным голосом отметил он.              И она действительно опрятная. Хотя чистоту помогала поддерживать минималистичная эстетика.              Стены по большей части голые, а столы и полки почти пустовали без каких-либо вещей или безделушек. Хотя где-то можно было разглядеть странную фотографию или куртку. Совсем не похоже на то, к чему привык Шэнь Юань.              Лю Цингэ забормотал.              — Сюда, — сказал тот, проводя Шэнь Юаня вглубь квартиры к открытой двери, что вела в спальню.              Шэнь Юань почувствовал необходимость задержать дыхание при вторжении в комнату Лю Цингэ.              Однако ему не выдалось шанса оглядеться, поскольку тот снова заговорил.              — Ванная там, — объяснил Лю Цингэ. — Тебе стоит принять душ, чтобы не разболеться.              Шэнь Юань сумел бы уже заметить, что немного промерз, вот только часть его была слишком поглощена психованием по другому поводу, чтобы обратить на это внимание.              Душ звучал замечательно.              Душ в квартире у Лю Цингэ, в ванной комнате у его спальни, попросту вызвал сердечный приступ.              — Можешь сначала сам сходить в душ, если хочешь, — предложил Шэнь Юань, силясь не давать взгляду скользить по фигуре Лю Цингэ.              — Иди первым, — сказал тот.              Шэнь Юань не собирался спорить об этом до победного, так что согласно кивнул и направился к ванной.              — Спасибо, Цингэ, — бросил он перед тем, как закрыть за собой дверь.              Теперь он, в конце концов, дал себе волю хорошенько предаться истерике.              Он спрятал лицо в ладонях. Как все это могло произойти? Как ему прикажете слушаться слов Эльзы «закрой все чувства на замок», когда он находился дома у Лю Цингэ! И мылся в его душе!              Нет, Шэнь Юань! Все это в порядке вещей у братанов. Или, по крайней мере, у Лю Цингэ. И Шэнь Юань последует его примеру.              Стук в дверь чуть не вырвал из него испуганный взвизг.              — Одежда на кровати для тебя, — сквозь дверь переговаривался Лю Цингэ. — Должна вроде подойти. Лишь до тех пор, пока не высохнет твоя одежда.              Шэнь Юань закусил губу.              Вдох. Выдох. Это все еще лишь дружеский жест.              — Хорошо, — ответил он на октаву выше, чем собирался.              Простояв еще пару секунд, он наконец разделся и залез под душ. Телу Шэнь Юаня горячая вода казалась благословением небес. По ощущениям он мог простоять под струей еще хоть час. Но он бы так не поступил.              Шэнь Юань позволил воде омывать его до тех пор, пока не почувствовал, как тело прогрелось до своего обычного состояния. Что не заняло много времени, а это хороший признак тому, что он не заболеет из-за тупого падения в фонтан.              Чувствуя себя согретым и восстановившимся (пусть изрядная доля паники еще осталась), Шэнь Юань выключил воду. Он выбрался из душа, схватил висящее полотенце и вытерся им. Надел очки, чтобы лучше понимать, куда ему ступать в новой обстановке.       Он скромно шагнул к двери, ведущей из ванны, обернувшись в одно только полотенце на талии.              Раскрыв дверь как можно слабее, Шэнь Юань осмотрелся, чтобы убедиться в отсутствии Лю Цингэ. К счастью, похоже, Лю Цингэ запер ради него спальню, позволив Шэнь Юаню пройтись до кровати и стащить оставленные ему вещи.              Он раскраснелся от осознания, что собирается надеть вещи Лю Цингэ. Но надевать собственную не имело смысла, поэтому он признал свое поражение и стал натягивать на себя черную футболку. Она оказалась ему велика, но не настолько, как опасался Шэнь Юань. Следом он нацепил спортивные штаны, слишком длинные для него, но завязки позволили Шэнь Юаню закрепить их на талии.              Несмотря на мешковатость, они все еще удобны и легко тянулись. И если одежда чуть-чуть пахла Цингэ… Что ж, Шэнь Юань не станет слишком об этом задумываться.              Без лишних раздумий он уселся на кровать, отмечая, что та была жестче его собственной.              — Шэнь Юань? — позвал голос из-за двери спальни.              — Можешь заходить, — ответил он.              Дверь распахнулась, а за ней стоял Лю Цингэ, уже одетый в сухую одежду. Однако тот словно застыл в дверном проеме, едва заметно приоткрыв рот.              — Теперь тебе нужно в душ сходить? — поинтересовался он у Лю Цингэ, что так и продолжил пялиться на него.              Лю Цингэ все никак не отвечал около минуты, пока наконец не взял себя в руки и не прочистил горло.              — Н-нет, мне и так нормально, — справился тот.              Шэнь Юань кивнул.              — Ладно, спасибо за все, Цингэ. И прости за сегодняшнее.              Ему правда было не по себе из-за всех учиненных за день бед, да и за всю прошлую неделю. Может его план «вести себя как обычно» и возымел успех, но не без погрешностей.              — Не извиняйся, — покачал головой Лю Цингэ.              — По моей вине мы промокли, — с легким смешком отозвался Шэнь Юань. — Видимо, мыслями я витал где-то в другом месте.              Что было полной противоположностью произошедшему на самом деле, учитывая, что мысли его были сосредоточены на одном единственном обстоятельстве (которое прямо сейчас стояло перед ним), но все равно.              На короткий миг воцарилась тишина, пока Лю Цингэ не вздохнул, покачав головой, и не сел на кровать возле Шэнь Юаня.              Ах! Слишком близко! Лю Цингэ, так нельзя! Это же кровать! Скрытый смысл! Шэнь Юань не в том состоянии, чтобы пережить подобное!              — Шэнь Юань, — начал тот с серьезным видом. — Что-то случилось?              — О чем ты?              — Ты упоминал свою рассеянность. Что-то произошло? — снова спросил Лю Цингэ. — Ты к тому же стал легко пугаться. Особенно… В моем присутствии.              Блин. Вот блин!              — Нет-нет-нет, Цингэ, дело точно не в твоих поступках! Поэтому вообще не переживай! — настойчиво втолковывал Шэнь Юань.              Классический случай «дело не в тебе, дело во мне». Проблемой стали чувства Шэнь Юаня! Верь ему, Цингэ, Шэнь Юань бы заглушил их при первой возможности, но, к сожалению, они настойчивее бывшего, достающего тебя из раза в раз, сколько бы ты не блокировал его.              — Тогда в чем дело? — спросил расстроенный собственным непониманием Лю Цингэ.              О нет. Искреннее и умоляющее лицо Лю Цингэ, выражающее желание помочь. Слишком действенное.              — Ты можешь поделиться со мной, — добавил тот, нанеся последний удар по решимости Шэнь Юаня.              Он вздохнул. Разумеется, Лю Цингэ бы обратил внимание на странности в его поведении, даже с учетом мастерской игры Шэнь Юаня. Тот будто всегда уделял достаточно внимания, чтобы обратить на такое внимание. Но вряд ли существовал смысл уклоняться от ответа.              — Все дело во мне. Думаю, недавно я открыл в себе нечто новое, что теперь морочит мне голову, — признался Шэнь Юань.              — Шэнь Юань…              — И я не хочу ничего разрушить. В последнее время я был так счастлив. То есть очень счастлив! Пугающе счастлив, — продолжал он. — И теперь мне кажется, что я все испорчу.              Шэнь Юань закусил губу, избегая взгляда Лю Цингэ. Он сомневался, что сможет выдержать непонятную уязвимость и посмотреть в его красивые выразительные глаза. Одни только ресницы чего стоят, способные подавить любые мыслительные процессы в голове Шэнь Юаня.              — Я просто… Наверное, я не хочу тебя потерять, — промямлил Шэнь Юань, совсем невесело усмехнувшись.              Он правда настолько жалок? Какой был смысл вести себя как ни в чем не бывало, раз Шэнь Юань собирался вот так выложить все начистоту?              Положительным моментом было то, что ничего конкретного он не сообщил, так что он понадеялся, что Лю Цингэ не смутит этот разговор по душам ни с того, ни с сего. И вообще-то, если того он и смутит, то вся вина на нем! Он сам спросил!              Может Шэнь Юаню пора на попятную, чтобы не усложнить ситуацию еще сильнее?              До того, как он успел что-то сказать, Лю Цингэ приблизился еще сильнее. Этого ему уже с головой хватило, поэтому, когда тот положил руки ему на плечи и заключил в крепкие объятья, он оказался совсем неподготовленным.              К счастью (или несчастью), Лю Цингэ относительно быстро расцепил их объятья, но так и не отпустил Шэнь Юаня.              — Шэнь Юань, меня ты не потеряешь. Как бы ты там ни верил, что все испортишь, ничего не изменится. Я не боюсь того, чем ты, по собственному убеждению, обременен, — настаивал Лю Цингэ, глядя прямо в глаза Шэнь Юаню. — И если ты не веришь мне, то дай мне шанс доказать это тебе.              У Шэнь Юаня будто воздух вышибло из легких.              Не этого он ожидал. Скорее может неловкого кивка от Лю Цингэ и похлопывания по спине, а не таких чистосердечных изречений! Его не нужно переубеждать, он был в полном порядке!              Правда эти слова свалили гору с его плеч, но все же! Уж слишком проникновенно! Слишком эмоционально! Сердце Шэнь Юаня этого не выдержит.              — Я просто подумал… Тебе не нужно…              Шэнь Юань затих, сам не зная к чему клонит.              — Ты мне веришь? — умоляюще спросил Лю Цингэ.              Как Шэнь Юань мог сказать на это нет? Лю Цингэ каждым словом явно подразумевал именно то, о чем говорил.              — Разве Цингэ когда-нибудь врал мне? — немного шутливо поинтересовался Шэнь Юань. — Следовательно, полагаю, мне стоит ему верить.              Тот с довольным видом кивнул.              — Хорошо, так что выкинь из головы такую бессмыслицу, — Лю Цингэ щелкнул его по лбу.              Шэнь Юань улыбнулся на такое мягкое выражение на его лице.              Ему так хотелось поцеловать его.              — Спасибо, Цингэ, — вместо этого сказал он.              — Не за что, — одобрительно произнес Лю Цингэ.              Последовала пауза. Не то чтобы неловкая, но в ней чувствовалась недосказанность.              Именно во время нее до Шэнь Юаня окончательно дошло, что Лю Цингэ не отстранился ни на миллиметр. Они сидели настолько близко, что могли соприкоснуться, но в данный момент их объединяла только рука Лю Цингэ, что до сих пор покоилась на его плече.              Шэнь Юань и сам не отстранялся, слишком парализованный второй рукой Лю Цингэ, которая легонько обхватила его щеку. Касание почти идентично тому, из-за которого они полетели в фонтан.              Он не мог сделать и вздоха, лицо полыхало, и он с широко раскрытыми глазами следил за таким же взволнованным и неуверенным Лю Цингэ.              Что происходит? Мозг Шэнь Юаня силился найти примеры такого поведения у друзей. И довольно быстро сдался. Зато предательский мозг подкинул ему мысль о сходстве ситуации с вкрадчивыми маневрами Ло Бинхэ в самом начале вступления на путь распутства, до полного скатывания ПГБД в другое русло.              Но этого не может быть! Должно быть, Шэнь Юаню опять снится один из тех снов, которыми пестрил его разум последнее время. Может он в итоге очнется в своей кровати?              В то же время, воображение Шэнь Юаня было не таким всесильным. Он никак не мог выдумать себе эту квартиру, как и разговор, который они вели, или как выделялась родинка Лю Цингэ на его порозовевшей коже.              И затем Лю Цингэ наклонился — о, так медленно, что окончательно вырубил оставшиеся мыслительные процессы в голове Шэнь Юаня.              Когда губы Лю Цингэ наконец накрыли его собственные, Шэнь Юань начал задыхаться, не осмеливаясь вздохнуть. Его губы такие мягкие. Вообще-то, только об их мягкости он и мог думать в этот момент без угрозы взрыва мозга.              Нежность поцелуя контрастировала с едва подрагивающей рукой Лю Цингэ на его щеке, будто он сдерживал себя. А может это просто тело Шэнь Юаня дрожало с головы до ног.              Лю Цингэ отстранился почти настолько же медленно, как и прильнул тогда, и Шэнь Юань моментально изголодался по его близости.              — Ты не против? — спросил смущенный Лю Цингэ, до сих пор опаляя дыханием его губы.              Не против? Не против?              Лю Цингэ поцеловал его и спрашивает, нормально ли это Шэнь Юаню? Разве не он должен спрашивать об этом Лю Цингэ? Лю Цингэ, ты вообще осознаешь кого только что утянул в поцелуй?              — Ты поцеловал меня, — тупо произнес Шэнь Юань, касаясь своих губ в подтверждение.              Лю Цингэ кивнул, капельку робко.              — Да, — подтвердил тот.              — Но… Зачем?              Нелогично. Подождите, это вроде «поцелуя корешей перед сном»? Лю Цингэ пытался выпроводить его домой? Прощальный поцелуй в качестве намека валить?              — Ты мой парень и мне захотелось, — прямолинейно ответил Лю Цингэ. — Мне давно хотелось.              Оу, эм… Яснее не стало. Стало только сильнее биться его сердце, которое можно было расслышать.              Уже не казалось так платонически.              Шэнь Юань втянул воздух. Могло ли быть. Мог Лю Цингэ в самом деле?..              — Ты поцеловал меня, — повторил Шэнь Юань. Лю Цингэ кивнул. — Назвал меня своим парнем. — Тот снова кивнул. — Значит ли это… Цингэ, я тебе нравлюсь?              Шэнь Юаню захотелось выпрыгнуть из комнаты в окно. Он действительно спросил об этом!              И в ответ на его мужество и унижение у Лю Цингэ хватило наглости фыркнуть на него.              — Очевидно, — ответил тот, лишь щеки стали чуть пунцовее.              Оу.              Оу.              — Подожди, ты не знал, что нравишься мне? — внезапно растерялся Лю Цингэ. — Но я ведь уже говорил тебе. Своих чувств я не изменю.              Чег— Лю Цингэ про тот случай, когда он высказался при болеющем Шэнь Юане?              ТАК ТО БЫЛО ПРИЗНАНИЕМ???              — Оу, — пискнул Шэнь Юань.              Он больше не мог выдержать взгляда Лю Цингэ. Шэнь Юань склонился вперед, пока не уткнулся головой в его плечо. Видимо, Лю Цингэ воспринял это за разрешение обвить его руками и задержать их у него на спине. Несмотря ни на что, это успокаивало.              Шэнь Юань не понимал, что делать со всей новой полученной информацией.              Во-первых, Лю Цингэ гей? Ему нравится Шэнь Юань? Шан Цинхуа оказался прав???              Во-вторых, Лю Цингэ поцеловал его! Словно навсегда отметив переход Шэнь Юаня из стопроцентного натурала в не совсем натурала! Особенно с учетом того, что ему это понравилось. Очень!              В-третьих, по всей видимости, парень на самом деле означал парня в романтическом смысле, а не братанском? Шэнь Юань не уловил, как это произошло. Хотя он не жалуется! И явно не собирался снова поднимать эту тему и ранить своего др… парня! Ему просто подумалось, что он бы точно запомнил, если такой парень как Лю Цингэ позвал бы его на свидание! Неужели у него взорвался мозг, как только тот позвал его, а впоследствии стер встречу из его памяти?              О боже, Шэнь Юань даже не знал теперь когда у них годовщина!              — Все нормально? — хрипло поинтересовался Лю Цингэ с волнением в голосе.              А, ему наверное стоит сказать что-нибудь.              — Т-ты мне тоже нравишься, — признался Шэнь Юань во внушительное плечо Лю Цингэ.              Лю Цингэ переместил руку со спины на его бок, нежно сжимая. И счастливо прогудел в знак признательности.              На то, чтобы суметь поднять голову и вновь взглянуть на своего парня, у него ушло еще какое-то время.              К улыбке на лице Лю Цингэ он оказался не готов. То даже не едва приподнятые уголки губ, которыми так уважительно любовался Шэнь Юань (а может он готов уже принять, что уважительного в этом ничего не осталось). А улыбка во все лицо, ставшая вторым оружием массового поражения.              У Шэнь Юаня на секунду перехватило дыхание. Видимо, он пялился на эти прекрасные губы (которые ранее покоились на его собственных!) слишком долго, раз его обезьяньи мозги задумались о том, чтобы снова поцеловать их.               Вообще-то теперь ему было позволено это сделать, разве нет?              — Могу я… — начал Шэнь Юань, запнувшись.              Пусть и позволено, но не мог ведь он просто спросить Лю Цингэ об этом! Однако тут либо страдать от унижения под его взглядом, либо страдать, не чувствуя эти очень приятные губы на себе. Что за ужасная жизнь у Шэнь Юаня.              К счастью, похоже, Лю Цингэ понял, о чем он собирался спросить. К сожалению, тот не собирался тут же затягивать его в поцелуй. Вместо этого Лю Цингэ словно ждал своеобразного зеленого света с его стороны.              Спустя мучительные мгновения с безмолвной мольбой в его глазах, Шэнь Юань наконец заговорил.              — Цингэ, — просто настаивал он.              Этого хватило, чтобы Лю Цингэ бросился на него и заново впился губами.              На этот раз все происходило гораздо стремительнее, и Лю Цингэ силой своей поцелуя чуть не повалил его на спину. Они немного столкнулись носами, но настолько же быстро приспособились к тому, как соприкоснуться губами.              Былая нерешительность Лю Цингэ окончательно испарилась, ее место заняло поведение изголодавшегося человека, который словно впервые за месяц дорвался до еды. Хотя губы у того оставались такими же мягкими и их скольжение по его губам казалось таким же приятным.              Шэнь Юань охотно отвечал, довольный тем, что Лю Цингэ целовал его именно так, как ему хотелось. Он давал своим нетронутым ранее губам (хотя тот единственный поцелуй в старшей школе все же считался за опыт!) оставаться податливыми, чтобы лучше сойтись ими с губами Лю Цингэ.              Руки слабо зацепились за простыни, пока не перетекли на тело Лю Цингэ. Он позволил себе едва касаемо очертить кожу под его футболкой. Даже сквозь ткань ощущалась прочность его мышц, что слегка одурманило Шэнь Юаня. Немного облапав его, он дал волю своим рукам обвить шею Лю Цингэ. Тот воспринял это как знак подхватить его под бедра и усадить к себе на колени. Словно он ничего не весил! Такая легкость, с которой он перенес его на своих руках, была слишком сексуальна.              Новый уровень близости оказался идеален — она позволила углубить поцелуй и чувствовать Лю Цингэ везде.              Он склонил голову набок, наслаждаясь тем, как Лю Цингэ приспосабливался к нему, улучшая поцелуй с каждым скольжением губ.              Когда Шэнь Юань ощутил мягкую, но настойчивую попытку языка раскрыть его рот, он с легкостью поддался ему. И твою же мать, если у него и до этого кружилась голова, то скольжение языка Лю Цингэ почти опьянило его к черту. Тем, как тот на мгновение заколебался, прежде чем с жадностью исследовать рот Шэнь Юаня, словно хотел завладеть им, он заставил его задыхаться ему в рот.              Все такое мокрое, куда более влажное, чем себе представлял это Шэнь Юань, однако и лучше любых его фантазий.              Он почти обиделся, когда Лю Цингэ прервался и отстранился от него. Он открыл было рот высказать что-нибудь, как вместо этого губы Лю Цингэ наткнулись на его шею. Из-за чего вместо слов с его губ сорвался смущенный стон. Видимо, это побудило Лю Цингэ оставить легкие укусы, а поверх них затяжно проходиться языком.              Шэнь Юаню пришлось закусить губу, чтобы не дать вырваться еще более бесстыдным звукам. А еще ему пришлось резко вцепиться в спину Лю Цингэ, чтобы прекратить непроизвольные толчки бедрами.              Ведь, черт возьми, у Шэнь Юаня нехило так встало. Но давать знать об этом Лю Цингэ он не собирался.              И, снова черт его побери, Шэнь Юань сам не знал, чего ожидал от Лю «я смущаюсь обсуждать свой типаж» Цингэ, но явно не этого! Он уж точно не жаловался, но кто бы мог подумать, что тот будет целовать его так, словно они находились на волосок от смерти?              Сжатием зубов на основании его шеи Лю Цингэ вызвал у Шэнь Юаня скулеж сквозь стиснутые губы. Неожиданно он пожелал, чтобы ему заткнули рот кляпом, лишь бы остановить эти звуки. Не в сексуальном плане!!!              Шэнь Юань предпринял попытку оторвать задницу с коленей Лю Цингэ, но сильной хваткой его удержали на месте. Отчего он снова захныкал.              Когда Лю Цингэ наконец оторвался от его шеи, то обернул лицо к Шэнь Юаню.              Вид у Лю Цингэ едва ли не грешный. Зацелованные губы и прикрытые глаза, которые осматривали его так, что Шэнь Юань взгляда отвести не мог.              — Красивый, — выдохнул Шэнь Юань. — Насколько же красивый, это несправедливо.              Лю Цингэ состроил то самое лицо, которое делал всякий раз, когда Шэнь Юань одаривал его комплиментом, что смотрелось сейчас еще лучше с его и без того румяными чертами лица.              Шэнь Юань приготовился вновь запечатлеть поцелуй на этих распухших губах, нагибаясь ближе и рискуя раскрыть то, насколько тверд он был, ради сладостного ощущения трения, которого не мог так страстно не желать. Увы, ему не дали и шанса.              Комнату заполонила пронзительная и знакомая мелодия, которая не нравилась Шэнь Юаню даже когда он не целовался со своим новоиспеченным парнем.              Его телефон продолжил трезвонить из ванной. Он собирался проверить его раньше, но отвлекся как до душа, так и после него. Это хотя бы доказывало, что телефон водонепроницаем, раз так и не вышел из строя после купания в фонтане. Хотя Шэнь Юаню отчасти захотелось, чтобы тот оказался сломанным…              Лю Цингэ выглядел таким же раздраженным, бурча под нос, но не отцепляя от него рук.              — Ничего страшного, наверное, — предположил Шэнь Юань, голосуя обеими руками за игнорирование дурацкого звонок.              В сущности он так и поступил, позволив телефону умолкнуть, отчего единственным звуком раздавалось их тяжелое дыхание.              Лю Цингэ, казалось, собрался с головой нырнуть в оставленную ими деятельность, когда раздался очередной звонок.              — Тебе стоит ответить, — сказал тот, неохотно выпуская его.              Шэнь Юань вздохнул.              — Прости, — робко кинул он, прежде чем неловко улизнуть с колен Лю Цингэ и кровати.              Он поспешно направился в ванну, хватая телефон и морщась на высветившееся на экране имя Шэнь Цзю.              Шэнь Юань поразмыслил над последствиями пренебрежения звонком брата, сделанным так некстати. Но чем скорее он разберется с ним, тем лучше.              Он глянул сквозь приоткрытую дверь на Лю Цингэ — Шэнь Юань ни разу в жизни не видел его таким расслабленным и довольным (пусть и с несколько сварливым выражением лица). Шэнь Юаню это вскружило голову и осчастливило его.              Было хорошо. Очень хорошо.              Телефонный разговор, состоящий из одних лишь допросов где его носит и почему он не отвечал на десятки сообщений Цзю-гэ, был уже не настолько хорош.              Но знаете, учитывая, что в остальном за вечер он приобрел парня и целовался с этим самым парнем, Шэнь Юань готов признать этот день исключительно положительным.              И если он сможет убедить Лю Цингэ поцеловать его еще разочек перед тем, как уйти ночевать к себе, день станет еще лучше.