Как убить дракона за три дня

День пролетел практически незаметно. На улице вечерело, и на дорогах все меньше проезжали повозки и телеги. Массивные липы, растущие около таверны, наравне с ветром шептали различные истории, но никто, кроме местного барда, их не понимал. На улицах появлялись люди, компании молодых приключенцев и просто пьяницы. Фонари зажигались магическим пламенем и освещали тёмные закоулки. В таверне собрались представители множества рас: люди, гномы, эльфы, орки, тифлинги, полурослики и другие. Все веселились, пели, пили пиво, привезенное из других стран, и первоклассный эль. В углу таверны за столиком сидел Филмор, наматывая ус на крупный палец. В этот вечер внимание дворфа привлекла пара парней, сидящих за одним из столов. Молодой рыцарь, одетый в свои доспехи, держал в левой руке шлем с потертым забралом, а в правой красовалась кружка эля. Не было ни одной девушки, которая не знала бы его имени. Николай Щедрый Рог. Для представителя человеческой расы парень был невероятно силен, но умом особо не отличался. В армию парнишка попал в свои двадцать семь лет, и спустя три года остается лучшим из лучших. Пытаясь оправдать свое прозвище, и построил эту таверну, назвав ее «Крепостью ликующих крестьян», или, как говорили местные, «КЛК». Он, мечта множества девиц, взял на работу бедную молодую эльфийку, которая как и другие женщины рассмотрела в нем невероятно привлекательного человека. Рядом сидел самый обыкновенный шут, более известный как Тимофей Потешный. Парнишке едва стукнуло восемнадцать, но он уже успел запоганить себе жизнь. Шуты в этом городе не считались чем-то особенным. Им мог быть любой козёл, знающий смешные байки о местных путанах. Но баек Тимофей не любил, он отдавал свое предпочтение танцам, игре на лютне и пиву, которое делала его давняя подруга – тёмная эльфийка по имени Торши. В городе говорили, что она и не эльфийка-то вовсе, а человеческая девушка, которую прокляла лесная шаманка за то, что та увела у нее молодого парня. На голове его, как подобает, был разноцветный колпак со звенящими бубенцами, а по лицу был размазан томатный сок, который остался с тех пор, как какой-то мальчишка решил кинуть в Тимофея помидор. Дворф долгое время смотрел на обоих, осматривал, анализировал, и, наконец, принял решение. Свистом Фил привлёк внимание Сандры, которая стояла неподалёку и обслуживала двух крайне недовольных орков. – Что такое, Филмор, еще эля? – девушка аккуратно присела, чтобы быть на одном уровне с дворфом и вопросительно на него посмотрела. – Те двое, они нужны мне, – дворф оставил в покое свои усы и указал девушке на парней. Румянец расплылся по лицу и шее, а сердце забилось быстрее. Тот самый рыцарь, по которому Бреус плакала еще утром, сидел неподалеку. Пот начал течь по спине, но выбора не было. Девушка нерешительно прошла к столику, и тут же словила на себе взгляд Николая. – Я вас не звал, у нас пока все хорошо, – рыцарь всегда был прямолинеен по отношению к другим (потому его слова прозвучали ядовито, с насмешкой), и сразу же отвернулся от эльфийки. – Тут... Вам хотят предложить кое-что... – Девушка неуверенно посмотрела на шута, который вопросительно выгнул бровь и пялился на Сандру. – Что тебе надо? – Николай выделил каждое слово с ноткой раздражения. – Дворф по имени Филмор ищет себе союзников для приключенческих походов! – эльфийка начала тараторить, чуть прикрыв глаза. Горло начинало болеть, а в глазах мутнеть. Странное чувство, но дело сделано. –Хм... – рыцарь снова смотрит на девушку и ухмыляется. – Могу я поговорить с этим Филмором? – Можешь, – под столом внезапно кто-то заговорил. Забравшись на соседний стул, Филмор начал свой разговор с Тимофеем и Николаем. – Для чего же мы вам? – Николай не выглядел заинтересованым, ему скорее было просто весело. – Корвус Коракс, друг мой. – Филмор хитро ухмыляется смотря на то как выражение лица рыцаря меняется, а юный Тимофей недоумевает от происходящего. За недоумением следует громкий смех, и Николай жмет руку Филу. Видимо, и рыцарь знал, что это могло значить. Девушка же стояла рядом, практически неподвижно, пока ее не окликнул бард, сидящий у входа в таверну. – Милая Сандра, позвольте спросить, Свободно ли ваше сердце? При взгляде на вас мне не хочется пить, При взгляде на хрупкое тельце... Я... – Тихо, сейчас опять всех гостей распугаешь, – девушка злобно ставит кружку с пивом на стол и отворачивается от барда. – Но Сандра... – Нет, Глеб, я не пойду с тобой никуда, – эльфийка бросает на юношу озлобленный взгляд и уходит к барной стойке. За дверью начинают петь сверчки и смеяться люди. Ночь уже близко, и, судя по всему, будет она очень долгой.