Между жизнью и смертью

Лежа на кровати в комнате, за стеной которой была квартира Джисона, Минхо не мог заснуть и пытался навострить уши, чтобы услышать хоть что-то. Но, судя по тишине, парень спал. Все-таки уже стояла ночь. В груди как-то тянуло, а в голове мысли лишь о нем. Уткнув взгляд в стену, Минхо будто пытался посмотреть сквозь нее, хотел убедиться, что с Джисоном все в порядке. Так он пролежал до самого утра. Изредка проваливался в сон, но потом снова просыпался и смотрел в потолок. Утром он услышал звон чужого будильника. Стены в этом здании явно не были толстыми. Минхо встал с кровати одновременно с Джисоном и пошел приводить себя в порядок перед новым рабочим днем. Если судьба приготовила для него испытание, то жизнь все равно продолжалась. И избегать намеренно Джисона он сейчас не мог, потому что в консерватории они могли столкнуться где угодно, и к тому же парень теперь знал, кем там работал Минхо. Да и живут они по соседству. Спокойно выйдя из квартиры, Минхо встретился нос к носу с неспокойным Джисоном, который вылетел в холл и еще застегивал куртку на ходу, успевая поправлять сумку на плече. — О, утро доброе, — поздоровался он, посмотрел на время и тихонько выругался. — Для меня, правда, оно совсем не доброе, я опаздываю на свою пару. Какой из меня преподаватель, если я такой несобранный? — Тебя подвезти? — довольно естественно вырвалось у Минхо. Только спустя секунду он понял, что вообще сказал, и мысленно треснул себя по лбу. Неправильно это — сближаться с ним, но «инстинкты» Минхо говорили ему, что необходимо убедиться в безопасности Джисона. Только вот от чего его оберегать, пока он не знал. — Ой, да не стоит. Я не хочу тебя утруждать. — Мы в одно место направляемся, — легкая полуулыбка коснулась его губ. — А, точно, — усмехнулся Джисон, почесав затылок. — Если не сложно… Буду благодарен. Минхо качнул головой и пошел к лифту. Джисон, чуть успокоившись, последовал за ним. Тишина в салоне автомобиля немного напрягала, поэтому Минхо негромко включил аудиосистему. С утра пораньше по радио вещали новости и прогноз погоды. Он переключил волну, где крутили только песни. — Преподаватели тоже опаздывают. Всякое случается, не переживай, — Минхо захотел обнадежить Джисона, который волновался сейчас. — Ты меня очень выручил, спасибо, — он посмотрел на Минхо за рулем. То, как Минхо уверенно держался, поразило его. Казалось, парень совсем не знал, что такое тревога. Ложное мнение. Но даже эта маска спокойствия положительно действовала на Джисона. «Все будет хорошо», — проговаривал он про себя. Зря, что ли, он столько учился? Он точно будет опытнее тех первокурсников, которым будет преподавать игру на гитаре. Минхо остановился уже на парковке перед зданием консерватории, а не у тротуара около остановки. Заглушил мотор и посмотрел на Джисона, который выполнял некое дыхательное упражнение. — Ты справишься, — уверил его Минхо, одаряя легкой улыбкой. — Да… Да, ты прав. Я справлюсь, — он расправил плечи и сделал глубокий вдох. — Спасибо, — медленно выдохнул и улыбнулся. — Может, в обед выпьем кофе? Минхо захлопал ресницами, будто прогружал услышанную информацию. — Да, давай, — казалось, сердце затрепетало, как только он согласился на эту встречу. Джисон уже открыл дверь и ступил одной ногой на асфальт, как остановился и снова повернулся к Минхо. — А можешь сейчас набрать мне, чтобы у меня и твой номер сохранился? Как на автомате Минхо набрал номер Джисона, и теперь, если тот захочет ему написать, Минхо не сможет держать дистанцию, только не задев чувства Джисона при этом. А навредить ему он никогда не хотел. — Я напишу тогда. До встречи, — и Джисон вышел из машины, помахав при этом. Минхо недолго смотрел ему вслед. Джисон спешным шагом направлялся в учебное заведение. И когда он вошел внутрь, Минхо облегченно выдохнул и написал Феликсу, интересуясь, приехал ли тот уже или нет. — Давно здесь, — Феликс внезапно оказался возле машины и постучал в стекло. На лице была его фирменная квадратная улыбочка. Он снова неглубоко почесал мизинцем ноздрю; на этот раз Минхо не стал делать замечаний. Вообще Феликс уже приличное время сидел в сквере перед консерваторией на лавочке, а как только увидел автомобиль руководителя, сразу направился к нему, но, заметив, что тот был не один, остановился поодаль. — Сегодня ты попробуешь с ней поговорить, помнишь? — Минхо вышел из машины и сунул руки в карманы черного пальто. На улице стало стремительно холодать, джинсовая куртка уже не подходила в такую погоду. — Да, конечно. Я попробую. С кем Вы приехали? Это…он? — любопытствовал Феликс. — Да. — Но Вы же не хотели с ним обща- — Как я уже сказал, мы теперь соседи. И к тому же он сам идет на контакт, я тут ни при чем, — сказал Минхо в таком тоне, будто оправдывался за то, что просто подвез парня. — Вы не обязаны объясняться передо мной. Я прекрасно понимаю, каково это. — Пойдем уже, мне не терпится проторчать в пустом кабинете несколько часов, — с язвинкой высказался Минхо. И только они захотели сделать шаг в сторону консерватории, как у обоих в карманах завибрировали телефоны. Они достали свои гаджеты и посмотрели на экраны. В приложении красным цветом горело число девяносто пять. Это был самый высокий процент, который они пока встречали. В приложение была встроена удобная функция, которая показывала местоположение тех людей, которые собирались покончить жизнь самоубийством. Но они могли узнать только лишь район и улицу. Открыв карту, они увидели, где находилась сейчас Ким Джи Вон. — В ее деле есть точный адрес, — торопливо сказал Минхо и, получив кивок от Феликса, рванул в консерваторию. Еще вчера Минхо оставил ключ от шкафчика в верхнем ящике стола, поэтому не пришлось контактировать с охранником. Он быстро вытащил нужную папку и вбил адрес в навигатор. Как только он вернулся на парковку, то без слов сел за руль, кивнув Феликсу. Минхо гнал под девяносто, хотя разрешенная скорость была очевидно ниже — пятьдесят-шестьдесят километров в час. Он профессионально огибал автомобили, первым срывался с места на светофорах. Феликс уже испытывал однажды подобное вождение своего руководителя, поэтому сейчас был вполне спокоен, но для безопасности держался за дверную ручку. Шины заскрипели, когда машина завернула во двор жилого дома. Минхо не искал парковочное место, остановился прямо напротив нужного подъезда. Оба посмотрели на здание высотой в двадцать пять этажей. — Двадцать второй этаж, может быть? — предположил Феликс, судя по номеру квартиры. — У нас нет времени на догадки. Минхо и Феликс вошли в лобби и переместились на двадцать второй этаж. Феликс шел впереди и вел за собой Минхо к нужной квартире. Когда красная точка стала гораздо больше и замигала, то они остановились. — Она должна быть здесь, — помощник убрал телефон в карман кожаной куртки. Минхо надавил на дверную ручку, так что она сломалась. Еще один небольшой удар ногой, и дверь открылась внутрь квартиры. В прихожей оба насторожились. В квартире было подозрительно тихо, однако девушка могла просто спать по причине плохого самочувствия, но они-то знали, что дело не в этом. Воздух казался здесь каким-то другим, более плотным, наполненным чем-то еще помимо кислорода. — Вы не думаете, что- Феликс не успел договорить. — Думаю именно об этом. Минхо уверенно направился по коридору, задержался возле предполагаемой спальни, после чего ударил по двери ногой рядом с дверной ручкой. Одна петля слетела, замок сломался. Хлипкая конструкция. В нос резко забился газ, который выходил из баллона уже некоторое время. Девушка лежала на полу перед кроватью, очевидно, была без сознания. Феликс поспешил открыть окно и закрыть клапан баллона. Постепенно в комнату стал врываться прохладный осенний воздух. — И что за мода пошла?.. Одни выхлопными газами дышат, другие — целые баллоны покупают, — Феликс в досаде помотал головой, пока Минхо поднимал девушку. Минхо вынес Джи Вон из спальни и положил на диванчик в маленькой гостиной-столовой. Феликс в это время набирал номер скорой помощи. — Пульс есть, — с облегчением вздохнул Минхо, держа хрупкое запястье девушки. — Скорая в пути, — он заблокировал телефон и убрал в карман куртки. — Кто наживается на смертях? — Минхо, казалось, говорил сам с собой, смотря на побледневшую кожу девушки. Он был уверен в том, что Ким Джи Вон не без чужой помощи провернула попытку суицида. — Это каким надо быть мерзким человеком?! — он стиснул зубы. — Мы выясним все, — уверял Феликс. Скорая помощь приехала через четыре минуты. Пока медики выносили девушку на носилках, Феликс немного изучил ее рабочее пространство в гостиной. Он открывал ящики рабочего стола и просто осматривал, не знал, что конкретно искал. В нижнем ящике лежала фотография. Перевернув ее, Феликс увидел, что на ней изображена Джи Вон в обнимку с каким-то молодым человеком. Брат? Друг? Возлюбленный? Почему фото лежало в самом дальнем ящике картинкой вниз? Феликс забрал его на всякий случай. Еще ноутбук привлек его внимание. Открыв его, Феликс сразу натолкнулся на пароль. В принципе, ему не сложно взломать устройство, но только в офисе, а не здесь. — Скорая уже уезжает. Поехали тоже, — Минхо подошел и качнул головой в сторону входной двери. — Нашел что-нибудь? — Только фотографию, которая лежала глубоко в ящике, и вот ноутбук, — Феликс уже держал в руках устройство. — Что ты будешь с ним делать? — вздернул он одну бровь. — Я думаю, мы так сможем найти того, у кого она заказала баллоны. Переписки, история посещения сайтов — это все нам поможет. — Этим должна заниматься полиция, — Минхо помотал головой, говоря тем самым, мол, оставь это профессионалам. — Мы лишь немного поможем. Потом передадим информацию в отдел полиции, если найдем что-то, — Феликс улыбнулся квадратной улыбкой и прошел мимо Минхо к выходу. Сложно было отрицать, что Феликс прав. Они же здесь, чтобы предотвращать самоубийства. А что может быть лучше, чем уничтожить сам источник. Джи Вон находилась под капельницей. За ней наблюдали врачи. Минхо и Феликс сидели в холле и ждали хоть какой-то информации о самочувствии девушки. — Здравствуйте, — к Минхо обратился один из врачей. — Напомните, пожалуйста, кем Вы ей приходитесь? Минхо медлил с ответом, но Феликс тут же подхватил диалог: — Я ее брат. Ким Джи Хун. А он, — Феликс посмотрел на Минхо, — жених моей сестры, — он поджал губы, изображая печаль. Минхо лишь чуть-чуть вздернул брови, удивляясь своей роли, а потом посмотрел на врача и кивнул, опуская взгляд в пол. — Ким Джи Вон сейчас стабильна, но пока не пришла в себя. Если хотите, можете тихо посидеть в палате. — Спасибо, — Феликс кротко улыбнулся. Минхо слишком вошел в роль, так что потерял дар речи, испытывая боль от возможной потери. Хотя ему знакома даже гораздо бо́льшая боль, чем эта. Они вошли в палату и сели возле койки в кресла. — Это ты ловко придумал. Минхо был погружен в свои мысли, смотря на Джи Вон. Что заставило ее поступить так? Неужели было настолько тяжело? Кажется ведь, что в двадцать первом веке люди могут найти, за что зацепиться, или обрести новую твердую опору. Когда во время прошлой жизни Минхо, если опора рушилась, то все теряло смысл. Однако он не пытался таким образом оправдывать свое самоубийство, потому что выбор у него был, просто он решил не жить с израненным сердцем. Он знал, что жизнь с отцом-тираном будет не сладкой, что военным он станет неважным и даст потом себя убить на поле битвы. В то время не было нужной помощи, как сейчас. Поэтому Минхо тяжело принимать эту реальность, в которой люди не ценят свою жизнь и идут на такой отчаянный шаг. — Я думаю, я вернусь в офис и лучше посмотрю, что смогу найти в ноутбуке, — Феликс поднялся из кресла и посмотрел на Минхо, ожидая одобрения. Минхо кивнул. — Я буду с ней. Если что-то узнаешь, пиши. — Хорошо, — Феликс уже направился к двери, держа под мышкой ноутбук. — Держите фотографию. Может, удастся спросить у нее, кто это на фото. Вдруг поможет, — он передал фотографию. Минхо забрал ее и кивнул, вновь откидываясь на спинку кресла. Смотря на фотографию, Минхо видел двух довольно счастливых молодых людей. Кажется, фото сделано на смотровой площадке башни Намсан. Позади еще ограждение с замочками, которые пары вешают в знак своей любви. Минхо посетила мысль, что все же этот загадочный парень — ее возлюбленный. Время уже близилось к ланчу; Джи Вон пока не пришла в себя. Врач пару раз заходил и проверял ее состояние. Минхо терпеливо ждал, сидя в кресле. — В холле есть автомат с кофе, если Вы хотите, — сообщила медсестра. — Спасибо, — Минхо поджал губы в улыбке. Медсестра поклонилась, тоже улыбнувшись, и вышла. Немного подумав над перерывом, Минхо встал и вышел из палаты, направляясь в холл к автомату. Это приятно — размять ноги после длительного сидения. Нажимая на кнопочки, Минхо услышал, как на его телефон пришло уведомление. Достав телефон, он посмотрел на время и понял, что уже обед, а сообщение, висящее наверху, напомнило о том, что Джисон хотел выпить с ним кофе. Как некрасиво получается же. Хан Джисон: Я освободился. Как насчет кофе? Очень не хотелось отказывать, но обстоятельства вынуждали. У Минхо в приоритете сейчас его работа — Ким Джи Вон, которой нужна помощь, а не встреча с Джисоном, который когда-то был любовью всей его жизни. В любом случае, Минхо поступил правильно, что не побежал на встречу. Ли Минхо (сосед): Извини, но сегодня не получится. Может, в другой раз? Хан Джисон: Ничего страшного. В другой раз) Если Минхо поступил правильно, отчего тогда сердце сжалось? Ощущение, будто он испытал то чувство, когда тебе отказывают. Ведь с перспективы Джисона это, наверное, так и выглядело — Минхо отверг его предложение, хотя с утра был не против. Подумал ли Джисон, что дело в нем? Минхо надеялся, что нет. Хан достаточно взрослый, чтобы понимать, что планы иногда меняются без нашего согласия. Минхо волновался, что Джисона это все-таки заденет. Кофе приготовился, и Минхо вернулся в палату с маленьким стаканчиком горького напитка. Не сказать, что ему нужен кофеин, но таким образом он играл свою роль — парня Джи Вон, который готов ждать, сколько потребуется, пока девушка не очнется. Минхо еще раз рассмотрел фотографию. Если Джи Вон решила покончить с собой из-за завершенной любви, то он может понять ее. Иногда чувства любви настолько сильные, что они впоследствии приносят дикую боль. Есть только один выход, чтобы избавиться от страданий. К сожалению, многие выбирают этот легкий, по их мнению, путь. Спустя еще час Джи Вон все еще не просыпалась. Из коридора послышался шум. Разные голоса — женские и мужские — смешивались в один неразборчивый гам. Минхо не стал обращать на это внимания, пока дверь в палату не распахнулась. — Вам нельзя сюда. Пациенту нужен покой, — твердила медсестра. Врач пытался сдержать мужчину, не пуская в помещение. — Сейчас придет охрана, — осведомил врач. — Я ее парень! Пустите меня к ней! — вопил мужчина, пытаясь вырваться вперед. Минхо поднялся из кресла, сдвинув брови к переносице. Он смотрел на незнакомца, который врывался в палату, с неким подозрением. — Вы кто такой? Почему ему можно здесь быть? Пустите меня! — прокричал он, наплевав на то, что Джи Вон необходим покой. Его голос резонировал от стен. Минхо достал из кармана фотографию и взглянул на нее еще раз, а потом на незнакомца. Все его тело мгновенно напряглось, осознавая, что на фото и перед ним один и тот же человек. — Да пустите вы меня, черт подери! — еще раз завопил мужчина и вырвал руки, наконец-то перешагивая порог палаты. В этот момент приборы, подключенные к Джи Вон, стали издавать много частых звуков. К койке сразу подбежали медсестра и врач. — Выйдете все из палаты! — скомандовал врач. Как раз подошел охранник, который схватил незнакомца за локоть, чтобы вывести. — Отцепись от меня! — рявкнул он. Минхо, обеспокоенно взглянув на Джи Вон, вышел из палаты, как потребовал врач. И теперь он стоял лицом к лицу с этим незнакомцем, который называл себя ее парнем. — Ты кто такой? — он боднул головой в сторону Минхо; его выражение лица источало неприязнь. Он уже опустил все формальности. — Тот, кто спас ей жизнь. А Вы кто такой? — Минхо же сохранял самообладание и формальное отношение. Мужчина едко усмехнулся. Пока тот искал, что ответить, Минхо достал телефон, потому что пришло еще одно уведомление. На этот раз это был Феликс. Феликс: Я взломал ноут и нашел поставщика баллонов. Еще я узнал, что она была в отношениях с неким Чхве Кун Су. Вот их переписки *4 вложения* Мне кажется, он ей манипулировал. Она присылала ему откровенные фотографии, которые он потом грозился выложить в сеть, если Джи Вон прекратит с ним общение и интимную связь Он даже угрожал ей убийством… Она присылала ему деньги каждую неделю. Я так понял, чтобы тот ничего не делал с фотографиями И ее последнее сообщение говорит о том, что она сама отнимет свою жизнь, а он лишь посмеялся… Каким чудовищем надо быть! Я отправлю это все в полицейский участок. Они посадят этого ублюдка! Минхо быстро прочитал все сообщения и поднял взгляд на мужчину. — Чхве Кун Су? — спросил он, сощурив взгляд. Выражение лица стало напряженным и холодным. — Что? — он опешил, когда услышал свое имя от незнакомого человека. — Нравится шантажировать девушек? Угрожать им расправой? — Минхо сделал шаг навстречу, наклонив голову набок. Взгляд стал хмурым из-за опущенных бровей. Кун Су топтался на месте, явно растерявшись. — Что за ахинею ты несешь? — Из-за тебя Джи Вон хотела покончить с собой. Из-за тебя она в таком состоянии, — Минхо сокращал между ними расстояние, а Кун Су будто приклеился к полу, только и делал, что дрожал в смятении. — Не понимаю, о чем ты… — он все-таки сделал небольшой шаг назад. — На ее месте должен быть ты, — Минхо сделал несколько быстрых шагов, подойдя вплотную, и схватил его одной рукой за ворот куртки. Кун Су схватился за запястья Минхо, но у него не имелось подобной силы, чтобы противостоять. — Отпусти! — крикнул он, привлекая внимание медсестер. Через две минуты сюда снова подошел охранник. — Что происходит? Если Вы продолжите так себя вести, Вам придется покинуть здание, — твердо указывал он. Минхо отпустил Кун Су, стиснув зубы, отошел назад и снова достал телефон. Руководитель Ли: Кун Су в больнице. Если полиция может сюда поспешить, было бы здорово. Феликс: Уже разговариваю с сотрудником отдела кибербезопасности и уголовного розыска. Минхо не сомневался в способностях Феликса. Тот мог убедить кого угодно за короткий срок. Полиция, конечно, работает весьма медленно, но Феликс сможет их чуть ускорить, особенно имея все доказательства на руках. — Все в порядке, — усмехнулся Кун Су, улыбаясь охраннику весьма наигранно. Из палаты вышли врач и медсестра, которые тут же обратились к Минхо. — С ней все в порядке, но ей нужен покой, поэтому Вы не можете сейчас зайти, к сожалению. — Понимаю. Спасибо, — Минхо поклонился головой. — Он не может зайти? Он никто для нее! Я ее парень! — вновь закипел Кун Су. — Так, мужчина, понизьте голос, или же Вас выведут отсюда, — угрожал охранник, уже готовый схватить Кун Су за руки и выпроводить из здания больницы. — Посидите в зале ожидания, пожалуйста, — попросил врач обоих — и Минхо, и Кун Су. — Как скажете, — рявкнул Кун Су и развернулся, следуя в зал ожидания. Минхо шел за ним. В зале они сели друг напротив друга. Ли не спускал с него глаз. Внутри бурлила ненависть к таким типам, как Чхве Кун Су. Он мог бы сам убить его и избавить тем самым мир от одного вредителя, но это не в его компетенции. Необходимо дать людям возможность свершить правосудие самостоятельно. И Минхо старался верить, что этот ублюдок получит по заслугам. — Ты кто такой? И как именно спас ее? — Кун Су наклонился над бедрами, уперев в них локти и соединив руки в замок. Его взгляд стал еще уже, когда он сощурился, сканируя Минхо, который не выдавал никакой эмоции. — Тебя мало беспокоит, что ты сядешь за то, что угрожал ей? Использовал ее? — Ли наклонил голову набок. Кун Су снова усмехнулся, на этот раз более нервно. — Она мне изменяла, да? С тобой? — еще один смешок, но уже как у психопата. — Таким как ты, в Аду гореть надо, — Минхо сказал это тише, отвернувшись от Кун Су. — Что сказал? Минхо смотрел на время, а потом обратил внимание на главные двери больницы. В здание вошли Феликс и двое полицейских. Помощник увидел Минхо, который взглядом говорил, что Кун Су здесь, перед ним. — Чхве Кун Су? — обратился к нему грубый голос полицейского. Оглядев сотрудника ошалелыми глазами, Кун Су вскочил с места и предпринял попытку бегства в противоположную сторону. Но, как только он поднялся, Минхо выставил вперед ногу, и Кун Су споткнулся, падая вперед на четвереньки. — Чхве Кун Су, Вы задержаны в подозрении шантажа, вымогательства и угрозе жизни. Вы имеете право хранить молчание. Все, что Вы скажете, может быть и будет использовано против Вас в суде, — полицейский завел руки Кун Су за спину и надел наручники, после чего поднял с пола. — В суде? Вы явно меня с кем-то перепутали, — нервно усмехнулся он, вставая на ноги. Его губы изогнулись в притворной улыбке. — Зачем тогда решили бежать? — риторический вопрос повис в воздухе. Полицейский помотал головой, щелкнув языком. Вроде бы уже нечему удивляться, когда давно работаешь полицейским, но все равно поражаешься, какие глупости творят подозреваемые. Распрощавшись с сотрудниками полиции, Феликс сел рядом с Минхо и довольно улыбнулся. — Правосудие восторжествовало. — Мгм, — Минхо лишь хмыкнул и прокивал. — Вы не рады, как все сложилось? — Просто думаю, сколько еще девушек пострадало от этого мерзавца… — он погрузился в свои мысли…снова. — Есть ли еще подобные ему? — Возможно… — с печалью в голосе ответил Феликс. — Но мы все равно сделали мир чуточку чище. И Джи Вон жива. Теперь ей незачем отнимать у себя жизнь. — Надеюсь, она придет в себя, — Минхо то включал, то отключал экран телефона. — Хотите, я побуду здесь? — Да я не устал, — закончив нервно нажимать на кнопку блокировки экрана, Минхо убрал телефон в карман. — А Вы никуда не хотите сходить? — Феликс украдкой посматривал на Минхо, задавая наводящий вопрос с намеком. — Куда? — Ли повернул голову на помощника, чуть сведя брови к переносице, и потом до него дошло, когда тот посмотрел на него, мол, Вы прекрасно все сами знаете. — А… Это… — вздохнул. — Я не знаю, стоит ли… — На Вашем месте, если бы у меня была возможность провести время с человеком, с которым меня связывала Красная нить судьбы, я бы это сделал, невзирая на устав. — Но зачем? Это больно… — Больно от огромной любви. Я понимаю… — Феликс опустил взгляд. — Она ранит, но если на мгновение сделать глубокий вдох и просто представить, что нам дан второй шанс… — Обманывать себя? — фыркнул Минхо, отвернувшись. — У Вас есть время, чтобы подумать, и Вы всегда можете уйти. — И разбить ему сердце. Ну уж нет! — отрезал он, стиснув зубы. — Мне просто больно видеть Вас таким…безрадостным каждый день. Нет Вашей вины в том, что произошло в прошлом. Поверьте… — Феликс сделал паузу и шмыгнул носом, — я винил себя много лет, — сделав глубокий вдох, он продолжил, — Вы имеете право на счастье. Минхо усмехнулся. — Можете считать меня наивным, но я говорил серьезно. Даже нам положено небольшое счастье. Слова Феликса повисли в воздухе, как сигаретный дым на улице в зимнюю пору. Минхо думал над их смыслом. Быть с Ха Нылем — это все, чего он так яростно желал. И сейчас, когда его душа переродилась, Минхо чувствовал себя беспомощным и потерянным. Но, может, стоит быть ближе к Джисону? Оберегать его. Ненавязчиво быть рядом. Это пытка для влюбленного сердца, но Минхо решается на этот шаг. Ли Минхо (сосед): Я освободился. Можем выпить кофе, если ты все еще хочешь. Ответа долго ждать не пришлось. Хан Джисон: У меня пары до семи вечера. Минхо уже был готов отчаяться, как последовало еще одно сообщение. Хан Джисон: Сходим поесть пулькоги после? Я очень голодный. Губы непроизвольно изогнулись в легкой улыбке. Феликс смотрел в этот момент на Минхо и тоже улыбнулся. — Он дарит Вам улыбку. Идите, я сообщу, когда Джи Вон придет в себя. — А как же ты? Тебе не надо сегодня к ней? Феликс вздохнул и поддерживающе похлопал Минхо по плечу. — Сегодня Ваш черед улыбаться.

***

В этом небольшом ресторанчике стояла атмосфера, которую Минхо очень любил. Уют. Деревянные столы и балки поддерживали потолок. Все выполнено в аутентичном стиле, что напоминало Минхо о прошлой жизни. Не было тогда только таких современных горелок и вытяжек, но в целом это место навевало ностальгию. Он занял столик и ждал Джисона, который сказал, что доберется сам, хотя Минхо было несложно забрать его из консерватории. Но давить он не стал. Все-таки в глазах Джисона они только что познакомились. Сложно притворяться, что не знаешь человека сейчас, когда знал его душу четыреста лет назад. — Хэй! — Джисон кинул сумку на диван и сел напротив Минхо, широко ему улыбаясь. — Давно сидишь? Минхо лишь помотал головой и улыбнулся в ответ. — Я умираю с голоду, — Хан открыл меню и стал яростно просматривать его. Казалось, у него вот-вот начнут слюни изо рта капать. — Можно два разных сета мяса для разнообразия, — предложил Минхо, украдкой посматривая на Джисона. — Отличная мысль, — он нажал на кнопочку вызова официанта и сделал заказ, пока Минхо пребывал в своем идеальном сновидении. Не мог он до сих пор поверить, что это его возлюбленный сидит напротив него. Говорят, душа перерождается прежней где-то на семьдесят процентов, остальные тридцать процентов заполняются воспитанием и новым опытом. Поэтому, конечно, Хан Джисон не был тем самым Ха Нылем. У них одинаковая внешность, похожая манера поведения и даже страсть к творчеству, но нельзя слепо видеть в нем только Ха Ныля. Минхо это понимал, отчего становилось труднее быть сейчас здесь, так близко, за одним столом. Он знал, что для Джисона он не тот Ли Минхо, и вряд ли он когда-нибудь таковым станет, ведь Джисон видит его не так, как видел Ха Ныль. Гораздо проще, когда обе души перерождаются, не помня о своем прошлом, и заново соединяются Красной нитью. У Минхо, к сожалению, нет такой роскоши. — Я в обед так и не поел нормально, выпил только кофе из автомата, — начал Джисон, разбавляя тишину между ними, несмотря на то, что в ресторане играла музыка, скворчало мясо на решетках и шумели чужие голоса. Они находились в своем пузыре, по крайней мере, Минхо точно. — Я тоже только кофе выпил, — он усмехнулся, — из автомата. Губ обоих коснулись улыбки. Им быстро принесли мясо и соджу. Минхо принялся за жарку, профессионально орудуя щипцами и выкладывая сначала кусочки поменьше, так как жар от углей еще не был сильным — тонкие кусочки прожарятся быстрее. — У тебя хорошо получается, — заметил Джисон. Он разлил по стопкам соджу. — Выпьем же за… — задумался. — За встречу, наверное. Мне повезло с соседом, — рассмеялся он тихонько, подождал, пока Минхо поднимет стопку, и чокнулся с ним. Соджу пьется очень легко, отчего времяпрепровождение становится только приятнее. Минхо положил Джисону несколько первых хорошо прожаренных кусочков, прежде чем позаботиться о себе. От голода из них двоих может умереть только Джисон, так что это целесообразнее поухаживать за ним. — Как прошла пара? — поинтересовался Минхо, вспомнив, как Джисон спешил на нее. — М? А… У меня сегодня было два занятия с учениками. Я впервые был преподавателем, представляешь? Тревожился так, — Джисон усмехнулся и забил рот кусочком мяса в листе периллы. Потом он продолжил с набитым ртом: — Но мне понравилось. И деньги никогда не помешают. — Тяжело, наверное, еще с учебой совмещать. Джисон пожал плечами. — Справляюсь пока, — он улыбнулся, когда дожевал мясо, и наполнил пустые рюмки соджу. — А ты психолог по специальности, получается, да? Сперва Минхо открыл рот, как бы собираясь ответить, потом вздохнул. — Можно так сказать, — он продолжал переворачивать уже более толстые кусочки мяса. Глаза на мгновение поднялись, чтобы увидеть довольное лицо Джисона, который мычал от удовольствия, когда вновь съел кусочек мяса, завернутый в лист. И это подарило Минхо улыбку. Он даже не осознавал, как его душа ликовала. Несмотря на раны, он просто был рад видеть Джисона счастливым. И если он сможет продолжить в таком духе, то это будет смыслом его существования. — Могу я спросить кое-что? — робко подал голос Минхо, накладывая Джисону еще мяса, а потом только себе. — Мгм, — промычал он, кивая и прожевывая еду. — Это может показаться странным… Ты счастлив? — Минхо поднял взгляд на Джисона, чьи щеки раздулись, а глаза чуть расширились. Хан проглотил еду и, чуть подумав, ответил: — Думаю, да. Ответ, по идее, должен был удовлетворить Минхо, но то, как Джисон пожал плечами, заставило его забеспокоиться. — Ты же не психологические штучки сейчас хотел на мне применить? — подшутил Хан. — Нет, — Ли растерялся, чуть усмехнувшись и вернув взгляд на решетку с мясом. Его щеки чуть горели. И он не мог понять, это из-за жара от углей или смущения, потому что Джисон смотрел на него сейчас. — Просто вопрос. — Ну, всегда счастливым быть невозможно, но, наверное, я счастлив, если подумать о моей семье и о том, что я занимаюсь любимым делом, — рассуждал Джисон. Однако Минхо мог проследить нотки сомнения в его словах. Не зря Феликс посчитал, что он отлично подходит на роль консультанта. — Это хорошо, — Минхо дожаривал последние кусочки мяса. Тарелочки с кимчи и листами периллы быстро пустели, поэтому Джисон ходил и пополнял их раза два. Бутылку с соджу они распили быстро. Ужин, возможно, был неловкий. Минхо не знал, как себя преподнести, что о себе рассказать. Толком и нечего говорить. Он старался успокоить свой внутренний голос, твердящий о том, что ему не стоит становиться друзьями с Джисоном. Это все усложнит. Они пострадают оба в итоге; никто не в выигрыше. Но что делать, если Джисона притянуло к нему? И продолжало тянуть… — А можно еще один странный вопрос задам? — Конечно, — улыбнулся Джисон и сложил руки перед собой на столе, устремляя взгляд на Минхо. — Почему ты захотел дать мне свой номер? — а Минхо не мог смотреть ему в глаза, у него все нутро дрожало, когда он так делал. — Хм, ну…ты мой сосед, а соседи должны быть на связи, а то мало ли что, — усмехнулся, — на всякий случай. Минхо кивнул, принимая ответ. — А если честно, — продолжил Джисон, чуть понижая голос. И Минхо тогда посмотрел ему в карие глаза, в которых начинал теряться. — Я захотел узнать тебя. Я не знаю, почему. Просто желание возникло. И я пошел на поводу у своего внутреннего голоса, — милая улыбка коснулась его губ. Минхо, казалось, задержал дыхание, пока Джисон говорил все это. У него покраснели кончики ушей, и это точно не от жара в помещении. Неловкая тишина повисла между ними. Как только Минхо смог выйти из транса, он подал голос: — Я оплачу ужин, — он уже полез во внутренний карман куртки за картой. — Еще чего? Я же пригласил тебя, — возмутился Джисон и тоже полез за бумажником. Минхо не стал акцентировать внимание на возрасте, говоря Джисону, что он вообще-то старше, ведь они друг другу не говорили свои возраста. — Я настаиваю. Я не смог поесть с тобой днем, поэтому ты голодал до вечера. В следующий раз угостишь ты. Пойдет? — Минхо пытался уговорить Джисона. — Пойдет, — усмехнулся Хан и убрал бумажник в сумку. Этот жест Джисон расценил как ухаживание. Да и он заметил, как Минхо все время подкладывал ему кусочки мяса на тарелку. Он, кажется, съел даже больше, чем Ли. — Но это я не из-за тебя голодал, просто, чтоб ты знал, — уточнил Джисон, когда они выходили из ресторана. — Я иногда мало ем или почти не ем — аппетита нет, потому что погружен в учебу или работу. Особенно если я пишу песню, я вообще забываю про еду. Минхо забеспокоился, услышав, что Джисон, бывает, вообще не ест, но сейчас развивать эту тему не стал. Они остановились у Вольво, и Минхо открыл переднюю пассажирскую дверь, приглашая Джисона сесть. — Точно, мы же в одном доме живем, — усмехнулся он и сел в машину, укладывая сумку на бедра. Минхо не особо трогала эта неловкая атмосфера первого недосвидания. Никто, правда, не называл встречу свиданием, но для Минхо выглядело это именно так. А вот Джисон, вероятно, волновался, ужиная с незнакомцем, который много молчал и задавал странные философские вопросы. Но, если честно, Джисон проникался таким времяпрепровождением. Из-за отсутствия постоянного круга общения он мог довольно быстро привязаться к человеку, если тот его хоть чем-то зацепил. А Минхо его зацепил как минимум своим заботливым и учтивым поведением. Плюсом шла роскошная внешность. Джисон чувствовал накапливающийся жар в груди, когда Минхо смотрел на него. А глаза Минхо всегда влюбленные до безумия, однако, немного печальные, но он скрывал это за улыбкой. — Спасибо за ужин, — робко поблагодарил Джисон, держась за ручку двери своей квартиры. Он поджимал губы, не зная, что еще сказать. Но не хотел расставаться. — Тебе спасибо. Доброй ночи, — Минхо приложил карточку к замку и нажал на ручку. В последний раз улыбнувшись Джисону, он зашел к себе в квартиру. Оба остались с приятными чувствами после вечера. Джисон захотел это повторить. Он почувствовал, что жизнь может быть разнообразной, а не только одна лишь рутина. А Минхо почувствовал себя живым, проведя вечер с человеком, которого любил и любит до сих пор. Несмотря на то, что ему больно, будто он сам ковыряется в своем израненном сердце и мучает себя, это приятно — слышать его голос, видеть его глаза и улыбку. Он не может коснуться, но может быть рядом, чувствовать его присутствие — это все, что, оказывается, ему было нужно. Феликс: Джи Вон очнулась. И, прочитав это сообщение, Минхо улыбнулся снова, понимая, что еще один день прожит не зря. Еще одна жизнь спасена.