Я позабочусь о тебе, дядя Артур!

Макс до сих пор помнит, как он случайно познакомился со своим дядей: его снова выгнали из дома, он куда-то бежал, подросток спрятался в куст, и в самый неподходящий момент выскочил на дорогу, попав под машину. И за рулём сидел Рыжий: он не сразу понял, что сбил человека, но остановился, и подбежал к подростку. Хорошо, что по даче он не гоняет, поэтому Фролов остался лишь с синяками. Потом отчим подростка был обвинён в избиении, и уже так, когда пробивали мать, через родство, обнаружили: Артур - дядя Макса. Брат его матери. У сироты оказался племянник, и сестра, которая младше его чуть не на 10 лет. Родители подростка не справлялись со своими обязанностями, поэтому отчима посадили и лишили родительских прав, а мать - отправили в психушку. Артур взял опекунство на себя. Хоть сам отставной майор сильно забросил себя, но с появлением племянника стал чаще бывать на улице, проводил время с парнем. И Максу тоже понравился Рыжий: по характеру были похожи, интересы почти одни, Артур не поднимал руку на подростка, и почти никогда не повышал голос. Да и Фролов просто понравился его дядя. Хотя, если судить по внешности, то вряд ли Рыжий может хоть кому-то понравится: по крайней мере, увидя его шрамы. Но подростка это не напугало, наоборот: Рыжий ему казался очень похожим. У Макса тоже было несколько мелких шрамов. Только, они были не настолько глубокими и многочисленными. Да и рост у Рыжего уж больно огромный, более двух метров. Подростку его никак не обогнать. В общем, у Артура и Макса были достаточно хорошие отношения. Фролов съехал от дяди в 19 лет, когда смог оформить все документы, и получить наследство в виде худой квартиры. Она была, мягко говоря, в отвратительном состоянии, но своя, и близко к университету. Макс и в эти выходные приехал к своему дяде. С каждым годом Рыжий худеет, седых волос становится больше, а давление скачет ещё сильнее. Теперь уже молодой человек хочет позаботится о своём дяде. У Фролова был ключ от квартиры Рыжего, и он, даже не позвонив, заходит в квартиру, сняв обувь, и повесив куртку. Артур на кухне, как всегда пьёт чай, и листает ленту в соцсетях. -Привет, дядя Артур. -Макс, я же просил тебя, называй меня просто Артур. Мне больно осозновать, что мне почти 50 лет. -Ну ты молод в душе: почти за всё шаришь. Ты классный. С тобой весело. -Весело? Ну, ладно... Они поговорилио своей жизни, Макс рассказывал о том, что происходило в университете. А Рыжий хвастался своим прогрессом в какой-то компьютерной игре. -Кстати, Макс, ради Бога, пройди мне этого червя, я уже задолбался дохнуть на одном и том же месте. -Ты не можешь пройти червя? Он же лёгкий! Ладно, попробую. Но дальше уже проходит сам. Рыжий включил ноутбук, и сел на кровать, пододвигая Максу стул. Фролов через несколько минут смог одолеть не очень сложного босса, и встал из-за стола. -Артур, тебе бы саппорта. Все дд - это конечно хорошо, но тут либо хилл либо щит. Рыжий поворчал минуту, и сохранив, вышел из игры. Фролов будто бы случайно взял его за руку. Тонкую, жилистую, исхудавшую. Кожа была болезненного оттенка, грубая. Впрочем, как и всегда. -Артур, скажи честно, ты сегодня что-то ел? Рыжий молча отвёл взгляд, и шумно сглотнул. Фролов что-то почувствовал. Когда отставной майор был так близко, и молодой человек мог к нему беспрепятственно прикоснуться, он ощущал небольшую тяжесть внизу живота. Снова Рыжий молчит и отводит взгляд. Как будто этот молодой человек в разы сильнее отставного майора. Будто у Макса есть рычаги давления на него. Но, на самом деле есть. -Артур, ну, честно, пока я не приду, ты не ешь... Мне тебя контролировать надо? -Слушай, Макс, я вообще-то не голоден. Захочу - поем. Не захочу - есть не буду. Погоди, а чего ты в последнее время так зачастил? Следишь за мной... Скажи ещё, что камеру в моей комнате установил. -Пока до этого дело не дошло, но, если понадобится, то установлю. - Рыжий недовольно уставился себе в колени, будто готовясь ударить племянника - дядя Артур, это для твоего же блага. -Не надо мне этого, "это для твоего же блага"! Съел я это всё уже давно. Не смей врываться в мою личную жизнь. -Знаешь, что мне всегда так нравилось в тебе? - Фролов схватил запястье дяди, глядя ему в глаза - Ты постоянно упираешься. Ты постоянно хочешь казаться сильным. Но, я знаю тебя не первый год, и знаю, что ты не такой уж и грозный. - Макс толкнул его в плечо, и Рыжий приупал на матрас. Артур попытался вырвать свою руку, стал дёргать её в правую сторону, пытался помочь себе другой рукой, но это плохо выходило. -Да, Артур, когда мы только познакомились, ты мог без труда носить меня на руках. Ты был очень сильным, а сейчас твой возраст берёт своё. Я всегда восхищался тобой, дядя Артур. Всегда хотел стать таким же умным, таким же сильным, таким же опытным, как ты. - Фролов не давал вырываться, и в итоге поймал его запястья обеими руками, и прижал их к матрасу, по бокам от головы Рыжего, садясь на его ноги. - Ты состарился, и почти потерял всю свою силу. Но я тебя не виню, нет! Такое произошло бы с каждым! Но я, даже будучи подростком, полюбил тебя, как родного человека. Как отца. Или, даже, намного больше, чем отца. -Максим, что ты, мать твою за ногу, несёшь! Заткнись, и пусти мои руки! - Рыжий задергался, и попытался вырвать запястья, правда, безуспешно. Фролов поставил запястья над головой отставного майора, взял их в одну руку, и в секунду перевернул тело на живот, навалившись всем весом. - Скотина! -Как жаль, что у меня сейчас нет наручников, а то бы я с удовольствием скрепил бы твои руки друг с другом, и приковал бы к кровати! Ну-у-у, хватит, тебе не поможет. Артур попытался дернуться, скинуть племянника с себя, но не получалось ничего. Он почувствовал, что в его зад что-то упирается, и, быстро догадался. Пальцы молодого человека проникли под кофту, и стали блуждать по бокам, по груди, по животу. -Арту-у-ур, я всегда хотел иметь такой же пресс, как у тебя. Я слышал, что ты стесняешься своих шрамов, но они прекрасны. Они прекрасны, как и ты сам. - Макс томным голосом прошептал это на ухо своему дяде, в конце укусов его за козелок. - У тебя такое холодное тело, так и хочется его согреть... Рыжий взвыл, пытаясь хоть что-то сделать. Пальцы были и впрямь тёплые и приятные, но, зная, какому человеку они принадлежат, охота, чтобы они никогда не касались здесь. Его перевернули на левый бок, и всё так же держали запястья. -Дядя Артур, я знаю, ты говорил, что тебя изнасиловали, когда ты был подростком. Я тебе ни за что не сделаю больно. Тебе будет хорошо, ты даже не представляешь как. Кстати, я только заметил, но твои волосы почти полностью стали седыми. Раньше у тебя было несколько волосков, а теперь у меньшей половины остался натуральный цвет. Но ты не переживай, я буду любить и заботится о тебе, несмотря на твой цвет волос. Прикосновения пальцев становились очень приятными, очень щекотными, что Рыжий едва сдерживал непроизвольную улыбку. Его пугала мысль о том, что всё это носило слишком возбуждающий характер! А это же делает его племянник! -Блять, Максим, я тебе говорю, перестань! Обещаю, если ты прекратишь прямо сейчас, то я забуду и эту твою идиотскую выходку, и все, что ты мне наговорил! -Ничего ты не понимаешь, дядя Артур. Я же стараюсь сделать для тебя лучше. -Максим перестал легко щекотать отставного майора, и стал снимать с него и с себя штаны и трусы. Артур шумно всхлипнул, и отчаянно пытался или ударить ногами, или как-то по-другому выбраться из этого положения. Ничего не получалось. - Тише-тише! Это будет не больно! Макс пристроился ближе к бёдрам отставного майора, и попробуй проникнуть меж бедер. -Дядя Артур, ты настолько худой, что между твоими ляжками есть просвет, когда ты стоишь. Понятно, почему мне не так больно. Но не переживай, ты всегда сможешь сделать мне приятно! Макс стал толкаться меж бёдер, правой рукой не переставая ласкать Рыжего снизу: сжимал у основания, тëр большим пальцем головку и место близ к уретры, или просто двигал рукой в такт своим движениям, шумно дыша, и оставляя кровавые следы от зубов на шее своего дяди. Левую руку он решил переместить на рёбра отставного майора: всё равно он так не выберется. -Дядя Артур, ты так прекрасен! Мне так приятно трахать твои ляжки, ты просто не представляешь. Ох, ты ещё такой огромный снизу... Не каждый примит такой в себя. - Рыжий тихо пускал слезы, иногда всхлипывая, и шумно дыша. Кусал свои губы до крови, стучал кулаками по матрасу, пытался принять позу "клубок", но он не мог спастись от этих пальцев, которые ласкают его. - Почему ты плачешь? Тебе больно? Прости пожалуйста, я не хотел тебе навредить! - Макс стал зацеловывать укусы, иногда проводил по ним языком. Рыжий сдался: здесь ничего не поможет. Остаётся только смириться, и надеятся на то, что сумасшедший племянник в скором времени отстанет от него. -Дядя Артур, ты в последнее время такой грустный, и редко улыбаешься. Я знаю один верный способ, который срабатывает безотказно. Тем более, я это столько лет мечтал сделать, что не могу упустить такую сладкую возможность! Фролов пальцами левой руки стал легко бегать по рёбрам, по животу, по талии. Ему и самому было немного страшно щекотать его рёбра, потому что они очень сильно выпирали, но, слушая, как он шумно дышит, и иногда выпускает неосторожные смешки, Макс хотел обеими руками его пощекотать. Но кто же тогда будет ублажать отставного майора снизу? Взгляд Рыжего был затуманен, и направлен в пустоту. Движения перестали нести хоть какой-то смысл, и были простым отголоском рефлексов. Все ощущения смешались: его кусали и целовали в шею, пальцами щекотали правый бок от рёбер до талии и живот, мастерски мастурбировали, и толкались членом меж бёдер. Да, это было не так больно, когда его насиловали старшеклассники, но всё равно это было не правильно. Перед тем, как его накрыл оргазм, он шумно закашлял, и позволил себе немного застонать. Он никогда не простит себе то, что позволил делать со своим телом. *** Фролов медленно расчёсывал длинные, спутанные рыжие волосы, хотя больше половины из них была уже седая. Он не спеша брал одну прядь, несколько раз проводил расчёской по ней, распутывая небольшие колтуны, и отпускал их, приступая к другим, и, таким образом, расчесывал волосы своего дяди. Движения были плавными, аккуратными, и, даже очень приятными. Рыжий не мог перестать дрожать. Зрачки сильно сузились, то ли от страха, то ли от нервов. Сам он иногда ерзал на стуле, всхлипывал, вытирал рукавом сопли. Дышал шумно и прерывисто. -Ты так запустил себя. Волосы грязные, спутанные. Сам худ, как Кощей. И не спишь почти. Но не переживай по этому поводу. Я позабочусь о тебе, дядя Артур!