Только вперед, только не умирай

Отчего-то, войдя в особняк, Райан почувствовал нагнетающую, неутолимую, неминуемую опасность. Разумеется, ведь их преследовали хуевы оборотни, херовы безмозглые монстры, которые жаждали почувствовать вкус людской плоти и крови. «Опасность» — слишком мягкое для такой дикой ситуации слово, поэтому Райан готовил себя к ней всеми недрами души. Но сейчас, шагая за Лорой и переступая порог тёмного дома, опасность была в непростительной близости к нему. А ещë эта самая опасность излучала всей своей сущностью несчастье, уныние и боль. Осадки от этого излучения застывали в воздухе, а некоторые впитывались в кожу и кровь. Опасность была не физической — это Райан ощутил очень чётко, во всей красе. Не к такой опасности себя готовил Райан. Не этого он ожидал. Что угодно, но только не чувство сожаления, закрадывающееся где-то в глубине его сердца. Настолько далеко, что парню было не по силам разобрать его. Пиздецпиздецпиздец — лишь и мог шептать себе под нос Эрзалер. Теперь лишь это. Стены дома пропахли чём-то неприятным, саднящим волоски на затылке и предплечьях. Райан осмотрелся: им повезло зайти через главный вход, угодить в самые лапы семьи Криса. Лапы его любимого наставника, в какой-то степени заменившего ему родителей. Парень не до конца верил, что Крис ёбаный монстр, возможно укусивший Ника. Он не хотел в это верить, но реальность ударяла его по лицу. Лора кричала ему всю возможную истину в лицо, стоя на улице десять минут назад. Он был вынужден поверить. Разодрать лицо в клочья от неверия, но в итоге поверить. Убить Криса? Блять. Укушенная рука Дилана. Море крови и яростные крики вперемешку с мольбой. А еще невъебенная решимость Дилана. Четкие слова из его уст. Режь, Райан. Сука, режь. Приказной тон полный физической боли и моральной уверенности. Живая картинка перед глазами Эрзалера. Отвратительная, и так не вовремя… А что, если на Дилана напал Крис? Он не знал кого винить. Чертову хлипкую деревяшку, самого себя или, может быть, Криса? Он готов простить всё, но за причинённый вред его друзьям положено плотить, сукин ты сын. Райану было проще, когда у него была причина ненавидеть Криса: он идёт мстить за Дилана Лениви, за своего горячо любимого друга. Не стоило лезть к нему, Крис Хэкетт, и тогда бы ты не отхватил пулю в жопу. К чёрту твои добрые слова, к чёрту твои наставления и проведённые вместе часы, если ты сделал это. Теперь был смысл нахождения Райана в этом особняке, была причина для ненависти. А хорошие воспоминания нужно отпихнуть далеко и надолго, так, чтобы они не вспыли на поверхность в ту секунду, когда он заглянет в глаза Криса. Глаза, заполненные кровью и невидящие в Райане ничего, кроме вкусной добычи. По крайней мере, пока Хэкетт был в обличии оборотня. Они загнали себя в ловушку, которая не собиралась отпускать тех, кто уже зашел. Лора ясно это понимала, а потому шмыгнула носом будто это могло оттянуть процесс превращения. Раз они в ловушке, то и Хэкетты в ловушке, верно? Даже превращение не усугубит ситуацию, думалось Лоре. Она просто всех перегрызет, может и не спасёт Макса, но точно отомстит. Правда, жаль было Райана. Он-то чем провинился? Совсем юный, как и она сама. Стоит в самом эпицентре ужаса этой ночи, с каждым шагом приближая себя к страху и панике. А главное, не до конца понимающий куда вообще идёт. Лора чувствовала себя паршиво, чувство вины кололо кончики пальцев. Лора, непривыкшая к сочувствию, ощущала себя самой мерзкой обманщицей десятилетия. Предательницей и разлучницей. Дилан, парень оставшийся в лагере и смотревший на Лору с чистой угрозой, с обещанием содрать с неë кожу, если у Райана она окажется поцарапанной. Что же он будет делать? Как будет справляться и будет ли пытаться вообще? Не начатый летний роман, который прервётся здесь и сейчас. А виной всему она, Лора Кирни. Прямо сейчас она могла остановить Райана, а затем развернуть и приказать ему отсюда бежать. Бежать неистово, со свистом, не оглядываясь. Бежать на встречу Дилану. А потом он бы зарылся рукой в его волосы, шептал тёплыми губами слова успокоения, а следом взял бы его за руку и повëл обратно в лагерь, как в самом дешëвом сериале. Но это не сериал. И даже не игра. Лора сама затащила его сюда, а вот выбраться он должен сам. Ради Дилана. Если они будут счастливы, пелена вины спадет с плеч Кирни и она наконец улыбнётся спустя столько бессонных ночей. Если они с Максом были обречены, то у тех ещё был шанс. — Райан, пожалуйста, не обосрись… — Это всё, что Лора могла сейчас сказать. После всех этих раздумий ей лишь оставалось надеяться на лояльность напарника. Да, она всё испортила, но ведь всё ещё можно исправить? Она правда в него верила. В них верила. Ссутулившийся Райан принял слова Лоры как то, что и так само собой подразумевалось. Конечно же он, блять, справится. А как иначе? На нездоровую от животного страха голову, он убьет Криса и отомстит за Дилана. А потом пожалеет, но будет поздно. Поэтому, Лора, он ни за что не обосрется. Не этой ночью. Теперь они шли вглубь дома. Он видел как она дергалась в мраке комнаты, видел как на глазах мутнела её кожа, отливая в неприятный бледно-малиновый цвет. Если уже сейчас она теряла самообладание, что же будет потом? Её разум, кажется, уже был не в порядке. Превращение близилось, угроза была прямо перед ним в неприятном расцвете сил. Куда потом податься? Как выжить? Он ещë не думал о путях отступления… Серебряная пуля одна и она точно не для Лоры. — Пошли сюда, — Шепчет Лора, указывая дергающимся в судороге плечом, в сторону дверей справа, — Вся их долбанная семейка шатается наверху, пока осмотримся. — А голос хрипит, она на грани. Комментарий про «долбанную семейку» Райана задел. Если тут и есть кто-то долбанный, то это явно Лора. Однако, бежать вверх и прерывать грязное семейное пиршество — тоже не хотелось. — Давай разделимся. Я… — Он не успел договорить, Лора шыкнула: — Ты из ума выжил?! Разойдëмся — нам пиздец! — Она почти кричала. Шёпотом, но так яростно. А потом что-то кольнуло, и ей пришлось себя осадить. Неприятно, но оно поднималось к самому горлу. Ебучее чувство вины доламывает и так сломанную вдребезги Лору, — Сука… Просто иди за мной, Райан. — Тихий выдох, граничащий с отчаянием. На секунду Райану стало жаль Лору. Если подумать, она испытывала этот животный ужас на протяжении целого месяца. И сейчас, этот выдох пробирал на дрожь. Мелкую, режущую, оставляющую небольшие, но заметные шрамики. Такой выдох не предвещал ничего хорошего. Совершенно ничего. Удушающая паника, которую Райан с таким трудом подавлял, грозилась выбраться наружу и громко хлопнуть дверью. Сначала — гнетущая опасность, пропитанная людской болью, обитающая в стенах этого особняка. А теперь тяжёлый, бесконечно долгий и грустный выдох Лоры. Будто она знала что-то такое, что никогда не узнать ему. Как же это нагнетало, как же это душило. Райан был готов выбить все три двери, а потом громко закричать, а потом… А потом, Крис лично залакомится его плотью и Райан никогда больше не увидит Дилана. Кричать сразу перехотелось. И беспокойному дыханию Лоры тоже можно найти оправдание — она превращается. Ничего больше. И стены дома уже не давят. Райан всë выдумал. Перепутал шок с остальными неприятными чувствами и эмоциями. Теми самыми, которые вызывают нескончаемую тревогу… Но Райан всегда был слишком мнительным и впечатлительным. Разумеется, события этой ночи не могли остаться незамеченными слабой психикой Эрзалера. Всë, вроде бы, встало на свои места. По крайней мере — так казалось. А остальное, пока не имело смысла. Если включить режим похуиста — становиться легче дышать, думать и действовать. Лора заметила, как сильно резко плечи парня осадились, а дыхание замедлилось. Он словно стоял посреди своей тихой комнатки, а не в коридоре тёмного помещения, принадлежащего оборотням-психопатам. «Просто образ? Или ты реально нихрена не понимаешь, парень?» — подумала Лора. Она толкнула самую левую дверь, надеясь что та была смазана и не выдаст их с потрохами. Не скрипнула, отлично. Лора на всякий случай манит Райана рукой, чтобы тот окончательно не провалился в спокойную, неожиданно накрывшую его дрëму. Райан следует за ней, невесомо ступая на паркет непонятного цвета. Всё внимание обоих теперь приковано к новой локации. Райан запирает дверь — так спокойнее. — Дорого-богато… — Бубнит себе под нос Райан, поправляя слипшиеся от пота волосы. — Вот тебе и Крис Хэкетт. Посуда исключительно золотая, а оконные рамы из самого дорогого дерева. — Утрированно сообщает Лора, но сути это не меняет. — Однако лагерная одежда Криса не менялась долгие годы. — Опять защита. Куда же делся твой собранный по деталькам прозрачный похуизм? Опять он вступается за человека, ставшего для него своеобразным примером для подражания. Правда, этим летом он восхищался другим человеком… Не суть. Но, блять, Крис, как же погано ты поступил, когда решил умолчать обо всëм этом. Всë тайное — становится явным. Но тебя, видимо, мамочка этому не научила, предатель. Да, Райан чувствовал себя преданным. А ещë брошенным. Он ощущал себя никому не нужным куском дерьма. Человеком, который был никем для дорогих ему людей. Он умел расставлять приоритеты, а они даже не знали каково это. И сейчас он говорил не только о Крисе. Всё людишки в его окружении считали парня странным. Чудаком среди не чудаков. Сначала его это задевало до боли в пятках и пальцев ног. Потом ему стало всë равно до онемения кистей и пальцев рук. Он лишь пытался объяснить своим туполобым одноклассникам, что он будет тем, кто он есть. Но они не слышали и не прислушивались, не понимали и не осознавали его жалких слов. Со временем сознание Райана перестало с этим бороться и он был вынужден погрузиться в себя, сам того не понимая. Сейчас ему и вовсе казалось, что это люди вокруг построили десяти метровую каменную стену вокруг себя, а не он сам. В глубине души, он хотел впустить людей вокруг в свой мирок, собранный по крупицам из деталек конструктора. Он строил его много-много лет, поэтому увидеть его смогут лишь избранные Райаном люди. Ему казалось, что таким человеком был Крис. Но хотелось ли ему узнавать Райана? Видимо не хотелось. Райан построил в своей каменной стене дверь, а затем открыл еë для Криса. А тот просто не зашëл. Не хотел заходить. Пока Крис вбивал последний гвоздь в дверь, которую никогда не откроет, кто-то на другой стороне отчаянно пытался сломать хотя бы кирпичик прочной стены. Дилан Лениви бил по ней ногами и руками, пытался просверлить дрелью и расколоть молотком. И у него получилось. Райану даже не пришлось помогать ломать еë изнутри. Дилан вошёл в его жизнь так же быстро как и сломал стену. Дилан пришёл тогда, когда был так нужен. Очень… Очень нужен. Райан не искал его, не звал, не просил понять его. Но тот будто и не желал ничего слышать. Он внимал каждому слова Райана, будто он был тут — с Эрзалером — всю свою жизнь. Родственные души. Лучшие друзья. Пара?.. — Ну же! Толкай сильнее, парень. — Лора пнула Райана в голень, выводя его из оцепенения. Как он умудряется витать в облаках в такой-то ситуации? Они сдвигали высокий шкаф от окна, открывая себе путь для отступления на улицу. Пол был гладким и отполированным, поэтому шкаф скользил почти бесшумно. Райан потянул ручку окна на себя и ветер со свистом ворвался в комнату. Белоснежная штора взлетела в воздух, развиваясь волнами. Непослушные прядки волос Лоры колыхнулись, щекоча лоб и виски. Она не любила щекотку, но сейчас, в ожидании неминуемого превращения — не так уж она ей и не нравилась. Лучше щекотка, чем крики, слезы и непроходящая последние два месяца дрожь в коленях. Как же ей хотелось вернуться в прошлое и не ехать в этот проклятый город, которого нет на картах. Она бы уговорила Макса туда не ехать. Даже разрешила бы еë пощекотать. Только не ехать. Только не сюда. События последних дней быстрыми картинками промчались перед еë глазами, заставляя девушку задрожать. Он прикрыла веки, глубоко вдохнула. Видимо в этот момент еë лицо отразилось гримасой отчаянного страха, а губы скривились в презрительной волне, ведь Райан крепко сжал еë плечо. Она позволила себе минутку слабости. Она разрешила себе задрожать и шумно вздохнуть. А затем тяжёлый выдох и второе плечо проседает вниз под тяжестью ладони Эрзалера. Ещё немного и она сама осядет. Ей было страшно разлепить веки и увидеть усмехающегося парня. Она боялась потеряться в себе ещё больше, не увидев в его глазах поддержку и понимание. Спустя столько недель она впервые дала слабину. Впервые она не та боевая Лора Кирни, которая держалась каменным столбом не оглядываясь по сторонам, шагающая только вперёд и ни в чем не сомневающаяся. Она сейчас заплачет. Как не вовремя. Она должна была чëтко и без колебаний шагать к Хэкеттам, тащить за собой Райана. Но она стоит и почти льёт слезы перед тем, кто и сам был на чëртовой панической грани. Не плакать, не плакать, пожалуйста, только не плакать. И Райан обнимает Лору. Так по-свойски, что теперь хочется плакать от облегчения. Никакой ухмылки на его лице, никакого недопонимания, только тридцати секундная поддержка от знакомого незнакомца. Кирни открывает уже влажные от первых слез глаза. Этого невесомого, почти незначительного объятия ей так не хватало все эти дни. Она чувствовала, что Райану тоже плохо, тоже боязно, но он сумел найти в себе силы одарить Лору поддержкой. Неужели, теперь она не выложится на полную? Неужели, она позволит ему умереть здесь? Он вернётся к Дилану и они обретут счастье. Ведь они действительно этого заслуживали. Больше, чем кто-либо. — С-спасибо. — Тихая благодарность срывается с уст девушки. Кажется, Райан нашëлся с ответом и уже намеревался его произнести, но громкий выстрел дробовика оглушает их обоих, прерывает их спокойное дыхание и вырывает их из неподвижного состояния. Райан пошатывается, отпрыгивает на пол метра, в панике и попытке понять происходящее крутит головой, не успевая сфокусировать взгляд на чëм-то определённом. Лора осталась стоять на месте, лишь приняла боевую позу и крепче сжала ружьё в ладонях. Еë глаза скользили от двери к потолку, но решили остановиться на недоумевающем Райане. — Так, спокойно. Мы тут не при чем. Это их разборки, а нам просто посчастливилось это застать. Понятно? — Она говорила твёрдо, Райан на секунду расслабился. — Ты тоже дома носишь ружьё за пазухой периодически подстреливая мебель вокруг? — Нервная претензия. Райан всегда психовал, когда становилось страшно. Кожа начинала гореть, а рот выплевывал громкие заявления и даже бессмыслицу. — Будь я Хэкеттом, я бы ружьё из рук не выпускала, — Райан лишь хмыкнул, явно все больше расслабляясь, — Предположим, они знают что мы внизу и пытались нас напугать. У них не получилось, ясно? — Ещё как получилось! Надо прятаться. А лучше валить. Тебе-то точно стоит валить — подумалось, вновь охваченной чувством вины, Лоре. Но вслух она этого, конечно, не произнесла. — Какой валить, умник? Застать их врасплох у нас не получилось, но лично я всë ещё полна решимости. Что насчёт тебя? — Вопрос был скорее риторический, брошенный в воздух, который пах гнилью и плотью чудовищ. Однако, Райан всерьёз задумался. Он просто не привык к такому, но он тоже был не из робкого десятка. Месть за Дилана двигала каждую мышцу его тела, заставляя всë больше расслабляться и мнить словам Лоры. Он почти поверил, что этот выстрел не был ебучим предупреждением не соваться на второй этаж. Сделал вид, будто слова Лоры не звучат как самая дешёвая попытка «сохранить боевой дух». — Я тоже готов. Дай пушку. — Он рывком шагнул к Лоре и вытянул руку. В голосе были слышны металлические нотки. Лору передëрнуло. — Верно, нам только спонтанных и необдуманных решений не хватало. Оружие пока будет у меня, а ты просто будь готов перехватить его себе в нужный момент. Справишься? — Лора скептически изогнула бровь. Ей нужен был его ответ. Ответ, который она расценит как общение выжить. — Да. — Уверенный ответ. Такой же уверенный шаг назад. Кажется, Райан даже не допускает обратного. Видел бы это сейчас Дилан. Спасибо. Теперь Лора могла дышать. — Ты молодец. — Улыбка. Лёгкая, невесомая. Подаренная Райану на короткий миг, придающая сил, помогающая взять себя в руки так крепко, что теперь отпустить их с первого раза просто не получится. Да и не хотелось. У него были планы на будущее — перед глазами был размытый силуэт Дилана, крепко держащего его за руку, направляющего Райана за собой, в сторону дороги, ведущую в их сладкое совместное будущее. До невозможности приторное, переливающееся всеми цветами калейдоскопа, наполненное тысячами чувств и эмоций обоих. Будущее, которое Райан жаждал и предвкушал. Они почти бежали по извилистому тротуару, не разрывая нежно-долгого прикосновения рук. Дилан смотрел вперёд — направлял и выбирал наиболее подходящую развилку их общего пути. А Райан смотрел на Дилана — любовался. Он не мог оторвать взгляда от размытого силуэта дорогого ему человека. Ему нравилось следовать за ним, нравилось не следить за маршрутом. Ведь он целиком и полностью доверял каждому шагу Лениви. Каждое его трепетное движение вселяло необъятное доверие, хоть глаза закрывай и просто иди на шум его дыхания. Игра в «холодно-горячо». Но на самом деле лишь горячо. Жарко. Почти огонь. А затем холод. Холод камня, к которому Райан приложился щекой. Парень ещё не до конца понял, как именно это произошло, но синяк обещал в будущем проявиться тёмной, подкожной меткой. Райан был прижат к стене всем телом: прохладные кирпичи стены ощущались даже через ткань футболки. Парень попытался оттолкнуться, но кто-то пихнул его в спину с такой силой, что щека заныла, не успев отойти от первого удара об стену. — Прижмись, блять. — Шипение Лоры в самое ухо. Значит это она решила сломать все его костяшки лица об блевотную стену особняка. Парень не успел выругаться: половица в соседней комнате скрипнула. Там кто-то ходит. Пару шагов и этот кто-то коснётся дверной ручки и снесёт их единственную защиту. Как бы сильно они не пытались слиться со стеной, им ни за что не удастся долго прятаться за высоченным, но узким шкафом с посудой. Возможно, их заметят не сразу. Но в итоге — обязательно заметят. Страх начал душить, слова сидящие на кончике языка завертелись, образуя комок, который Райан теперь был вынужден лишь проглотить. Он готов был вытерпеть ещё пару десятков столкновений со стеной любой своей частью тела, лишь бы этот кто-то поскорее ушëл и перестал трепать и так пошатанные нервы. Райану нравилось мечтать о Дилане и он был в бешенстве от того, что его посмели от этого отвлечь. Кажется, Лора тоже задыхалась. По крайней мере, она дрожала, иногда крупно вздрагивала от напряжения и предвкушения чего-то неизбежного. Того, что сейчас ворвëтся в их самодельную крепость на вражеской территории. На секунду в голове парня закралась мысль о открытом за их спинами окне. Достаточно развернуться и прыгнуть через оконную раму, на встречу холодному августовскому ветру. Но ведь он недавно почти поклялся себе не отступать. «Не трусить, Эрзалер. Что ты только что пообещал Лоре? Справиться. Так справляйся, идиот». И он сжал кулаки, готовый к любому неожиданному событию. Готовый сражаться за свою жизнь, готовый мстить за Дилана, готовый ступить на новую полосу сегодняшнего дня, пропитанного криками его друзей. Нужно лишь схватить пушку в правильный момент. А ещё быстро среагировать. Но это потом. Сейчас главное затаиться и не дышать. Лора невесомо похлопала его по спине, напоминая о себе. Напоминая парню, что он не один. Резкий прилив сил и бурлящая кровь в ушах — парень был почти готов сам распахнуть ажурную дверь. Но отдаляющийся от их комнаты скрип деревянного пола заставляет впасть его в замешательство. Хэкетты точно знают, что они здесь. Так почему не открыли дверь и не вошли сюда? Что-то случилось? А затем тихий для его ушей отрывок диалога: — …я…кого-то там видел. Говорю тебе, Бобби…проверь задний выход. — Голос взрослый. Отец Криса? Человек, которого, видимо, звали Бобби, пробубнил что-то невнятное и быстрым шагом направился в противоположную от Лоры и Райана сторону. Девушка отпрянула от стены, отряхиваясь. Райан решил не отставать, первым делом начав массировать пострадавшую щеку. — Нас кто-то здорово выручил. Моё искреннее уважение. — Кирни демонстративно поклонилась, маскируя огромное чувство облегчения сарказмом вперемешку с иронией. Райан нахмурился. Сейчас в лесу были только его друзья и Хэкетты. Эти люди обознались? Послышалось? Нет. Такое не слышится. Остаётся только выяснить личность их помощника. — Давай найдём его? — Да, тупая идея. Но почему-то, в глубине души, она кажется самой правильной. — Ты спятил? Это может быть кто угодно. У нас выкралось время перебраться в другую комнату, так давай воспользуемся. — Честно, Лора и сама хотела взглянуть на таинственного спасителя, но здравый смысл должен побеждать, хотя бы иногда. Райан медленно открывает дверь, глаза направлены в появившуюся дверную щель. Теперь он не следует за Лорой, не позволяет ей вести их в зону перестрелки. Теперь они на равных. Пускай идут рядом, и плевать на единственную пушку в руках девушки. Дверь открыта, внимательный осмотр по сторонам. Идти к заднему выходу было бы глупо, и они оба косятся на комнату с левой стороны от лестницы. Шагают невесомо, но быстро — ещё попасться им не хватало. Они уже на середине пути: слышны шаги, а ещё шумное прерывистое дыхание Лоры. Оно почти выдавало их, но винить девушку не было смысла — превращение. Неминуемое, совсем скоро. Боковым зрением Райан глянул на Лору: её трясло, шатало, Господи, ему было еë жаль. Она заметила его взгляд, еë губы дернулись, глаза сощурились в упрëке — ей не нужна была жалость и Райан это прекрасно понимал. Райан тянет руку к ручке, закусывая губу. Лора хватает пушку по удобнее, готовая к засаде. Бег. Слышится бег. Так близко к ним. Они почти зажаты в объятьях стука ног по половице. Райан врывается в комнату. Врывается с грохотом, позабыв о возможной опасности, таящейся внутри. Лора тоже бежит, но бдительность не теряет. Дверь за их спинами захлопывается, но бег за ней не прекращается. Скорее наоборот. Теперь там бегут сразу несколько человек. Ещё звуки голосов, нервные крики, пугающие срывающиеся возгласы. Жаль не слышно, они весьма далеко. Погоня? Однозначно она. Кто, черт возьми, такой смелый? Кому Райан теперь обязан своей жизнью? Сейчас они находились в широком коридоре, что-то вроде гардеробной. В глаза сразу бросается ещё одна дверь со стёклами во всю длину, ведущая на заднее крыльцо. Кажется, то самое, к которому направлялся Бобби. Кирни и Эрзалер переглянулись и сразу направились к ней. Лора тянет дверь на себя, поток воздуха в лица обоих. Слишком сильный, выдающий их с потрохами. А ещё этот поток воздуха стрельнул запахом крови и страха, в самые лёгкие Райана. Он вытаращил глаза, уставился на лужицу крови, растекающуюся мелкими, красными ручейками по ступенькам. — Смотри. — Лора показала на другую дверь, ведущую с крыльца в самый центр дома. Она была вся измазана кровью, совсем свежей. Следы пальцев, багровые ошмётки жидкости по всему периметру деревянного прямоугольника с петлями. Чья это кровь? Чьячьячья? Вот бы это была кровь Бобби. — Ну и вонь. — Девушка принялась махать руками, сильно морщась. — Как думаешь, чья это кровь? — Как же сильно он нервничал. Глаза вытаращил, плечи замерли в неудобной позе, кулаки сжаты. Боится даже взглянуть на девушку, взгляд сфокусирован на кровавом узоре двери. Лора могла разглядеть в его глазах самые ужасные сценарии, так уверенно заполняющие его голову. Она поспешила его успокоить. — Не наша, и на том спасибо. Соберись. — Нет, Лора. Чья это кровь?! — Он боком развернулся к ней. Косился злобно, или ей просто казалось, — Нужно помочь раненому. Очевидно, он на нашей стороне. Нам бы объединиться, а затем оказать нужную помощь. Остановить, блять, кровь, в благодарность за то, что мы ещё живы. Два раза подряд нашу жопу спасли, Лора! Этот кто-то будто знал где мы! Будто всë, что он хотел сделать, это поскорее попасться Хэкеттам на глаза и прикрыть наши спины! — И он умолк. Так же резко, как и вздрогнул от собственной глупости и бессознательности. Ниточки в голове переплетались, образуя холст с полноценной и понятной только ему картиной. Лора, готовая пол минуты назад впасть в перепалку, сейчас неодобрительно глядела на Райана. «Прекрати, парень. Это точно не то, что ты подумал. Даже не допускай этого варианта, слышишь меня?!». Её взгляд умолял его прекратить, а рот приоткрылся в тихой просьбе. Но было поздно, он уже допускал сотни вариантов, неизменно ведущие к одному единственному человеку. Тому, кого хотелось увидеть слишком сильно. Просто слишком. Если это он, зачем он пришёл?! Неоправданный риск, блять. Такой родной, такой приятный, такой…такой… Просто такой. Риск или человек, Райан ещё не определился. Но ухмылка исказилась счастливой полуулыбкой. Лора опустила руки, теряя последнюю веру: «Дилан, ты точно ебанулся». — Прости, но поиск твоего Ромео немного не входил в мои планы. — Она сказала это уставшим голосом. Голосом человека, который всë понял. Она и не надеялась, что Райан сейчас скажет что-то вроде — «А, ну, тогда ладно. Пошли искать Криса. Просто забьëм на раненого и бегающего под прицелом Хэкеттов Дилана. Ну и плевать, не маленький. Сам справится». Она усмехнулась собственной мысли, полностью готовая услышать любое чумовое предложение Райана. Оно будет чертовски рискованным, ведущим прямиком в распростёртые объятья жестоких, ненормальных оборотней. Но Райан точно не бросит Дилана. И это было правильно. Лора одобряла это всем своим сердцем и душой. Ведь примерно то же самое она делала для Макса прямо сейчас. Ей ли осуждать Райана? — Ладно, стартуем, Джульетта. — Она похлопала Райана по плечу, хрустнула шеей, пытаясь скрыть одобрительную улыбку. Пускай думает, что она против. Так проще. Конечно же, Райан очень удивился, но посчитал разумным умолчать. Наверняка у неё были свои причины, верно? Они открыли запятнанную дверь, синхронно вдохнули и шагнули на встречу своему спасителю. Нет, на встречу Дилану Лениви. Бег всë ещё не прекратился, но теперь слышался откуда-то сверху. Территория первого этажа теперь была чиста, она перестала вселять дрожь в колени и скручивать тугой узел в желудке. Весь осквернëнный воздух словно переместился на второй этаж, позволяя Лоре и Райану наконец задышать. — Вот вы где. Бобби вас обыскался. — Исчезновение осквернëнного воздуха — иллюзия, замаскированная их собственным чувством воодушевления. Чёртова иллюзия. Этого самого воздуха стало в три раза больше, он охватывал Эрзалера и Кирни полностью, почти подкидывая вверх. Оставалось лишь зацепиться, чтобы не улететь окончательно. Но, Боже, они просто не ожидали. Хвататься было не за что. Время скручивало руки, не позволяя даже подумать о том, что же можно было сделать. Райану просто повезло, что он не умер на месте, ведь пинок в живот словно разорвал все его внутренности. А дополнение в виде удара затылком о вторую ступеньку лестницы лишь усугубило шаткое положение парня. Всë, что он успел тогда сделать — это резко развернуться на звук голоса, а через пару секунд он видел лишь чёрные пятна перед глазами и белый потолок. Но ведь на самом деле, удар был не самым сильным. Всë благодаря Лоре. Она предполагала атаку со спины, а потому успела пихнуть огромного, широкого, пугающего, блять, парня, пушкой по ноге. Разумеется, это его не остановило. Однако Райан не истекает кровью и, кажется, ещё способен вершить великие дела. Пускай лишь успеет оклематься, а пока Лора возьмëт всë в свои руки. Попытка вырвать пушку из её рук почти заканчивается успехом, но Лора пинает здоровяка по голени, заставляя того исказить на лице гримасу боли на какую-то жалкую секунду. Она почти шагает назад, но тип хватает её за волосы, причитая. — Как ты посмела испачкать Бобби? Тянет. Он силëн. До ужаса силён и хладнокровен. А ещё, он, кажется, лишь выполняет приказ. Приказ старшего Хэкетта притащить их живыми, неважно в каком состоянии. Она не сдастся так легко. Пока они не на верху — есть шанс. Эту пешку можно одолеть, главное не оказаться в самой страшной и главной комнате особняка. Она попадёт туда своими силами, а не связанная и обездвиженная в руках какого-то урода из их шайки. А ещё хотелось бы остаться с волосами, по крайней мере в последние мгновения жизни в обличье человека. Потому она яростно вырывается, пихает обидчика пушкой в самое солнечное сплетение, наступает ему на ноги. Всë тщетно. Он лишь сильнее тянет её за волосы и тащит в сторону лестницы. Ну, а Райан уже пришёл в себя. Он способен крутить головой и осмысливать ситуацию. И, блять, эта ситуация была отвратительной. Девушка дралась, разрывая костяшки пальцев в кровь, а он лежал на ебучем полу и всхлипывал от боли. Кто же этот ублюдок в кепке? Брат Криса о котором он, к сожалению, наслышан не был? Ведь Крис ни о чем ему, сука, не рассказывал. Ну, спасибо, что представил, Крис. Приятно познакомиться, скотина. Райан соскакивает с пола, минуя боль в рёбрах, и запрыгивает на Бобби. Тот вопит, сначала от неожиданности, а затем от очевидной боли. Райан фалангами пальцев впивается в его лицо, в его глаза. Тяжеловес ослабляет хватку, давая Лоре дикую возможность бежать. Или помочь. И она помогает. Тихо матерится, но бьёт обратной стороной дробовика по обеим ступням мужчины, а затем падает на колени, скручиваясь от нахлынувшей пытки. Неожиданно пришедшей звериной боли. Еë почти выворачивало наизнанку, она начала харкаться кровью, цепляясь ногтями в деревянный пол, получая сотни заноз, которые совсем скоро не будут иметь никакого смысла и значения, по крайней мере для неë. — Сука, — Плевок крови, — А-а-а, сука, — Удар головой о пол, в попытке ослабить мучительную боль, — Беги… Просто беги… Куда угодно, — Крик боли, мольба в еë голосе, желание помочь в последние секунды из возможных. А Райан не дурак. Конечно, он понял, что она превращалась. Это было видно невооружённым глазом: кожа потемнела и приобрела цвет, который нельзя было назвать красивым. Он хотел помочь, хотел отменить это, прекрасно понимая, что это невозможно. Как же он хотел. Печаль. Такая резкая, неприемлемая, непонятная. Он не имел права расстраиваться. Так почему ему жаль? Почему грустно? Он же не виноват. Конечно, не виноват. Так беги, уже пора, идиот. Но он не мог. Встал, как вкопанный, будто не моргающий взгляд, направленный прямиком на бьющуюся в агонии Лору, способен отменить этот кошмарный для его глаз процесс. — Чего ты встал, Райан. — Тембр голоса уже поменялся, она перестала умолять, разум терял остатки рассудка. У него были буквально две секунды в запасе. Он и не успел понять, когда Бобби побежал с опухшими глазами наверх, крича что-то нечленораздельное — «Там оборотень, Па, там оборотень». Вот, бери пример с Бобби и тоже беги, кусок трусливого говна. Сдалось ей твоë сочувствие. Она уже нихрена не понимает. Но ведь они, кажется, подружились? Стали товарищами? Лора помогла ему за столь короткий промежуток, сказала столько правильных и нужных слов, а он ни на что не способен. Бесполезный. И зачем он только вызвался? Это вгоняло в ещё большее отчаяние, настолько чистое и сильное, что можно было упасть на колени как Лора, и смириться с дальнейшей участью. А потом его хватают за шкирку. Знакомый и любимый голос за спиной. Тепло его руки на локте. Райана почти силком тащат за дверь, он с трудом успевает пошевелить ногами, чтобы не упасть от резкой тяги назад. Он почти в другой комнате, почти в безопасности. Ещё немного и он больше никогда не увидит Лору такой. Звук рвущейся плоти, брызги крови, разлетающиеся вокруг УжеНеЛоры по всему периметру двух верхних ступеней лестницы. Он закрывает глаза не в силах это вынести. Рвотный рефлекс срабатывает почти незамедлительно, но он успевает сдержать этот позыв. Дверь перед носом захлопывается. Казалось, весь ужас позади, но это было лишь начало. Лору уже не вернуть. Он слышит рëв новообращённой, слышит звук когтей о ступени. А ещё он до сих пор слышал еë голос в голове. Наклон влево, его тошнит, он вышвыривает остатки ужина из себя. На секунду ему показалось, что он харкается кровью, как Лора. Только ей было в тысячу раз страшнее и больнее. В голове столько мыслей, столько сожалений, что он уже не обращает внимания на цепкие руки на его плечах, на тихое дыхание в самую шею и уши. Райан не мог надышаться, глаза защипало, осознание произошедшего больно кололо кожу. Как бы он хотел этого не осознавать. Он упирался руками в пол, не в силах поднять головы, не в силах разлепить веки. Ему было страшно поворачивать голову, страшно вглядываться в лицо Дилана, ведь тогда он просто-напросто заплачет. Громко, шумно всхлипывая, зарываясь носом в шею Лениви. Он не мог допустить этого. Дилан, пожалуйста, подожди, и он обязательно придëт в себя. Но ждать Дилан не любил. Он сильнее сжал предплечья дрожащего Райана. — Убьём Криса и Лора будет спасена, верно? Любимый, самый сладкий, самый прекрасный и потрясающий голос. Отрада для ушей, наполненных криками этой ночи. Хотелось упиваться этим звуком, этой брошенной фразой. Райан был готов разжевать каждую нотку, каждую буковку. Он был так счастлив его услышать. Неважно, что он скажет, неважно как, главное это говорил он. Райану не нужно было его видеть, чтобы понять, что Дилан сейчас улыбался своей самой нежной и доброй улыбкой. Улыбкой Лениви. Кто бы мог подумать, что Райана так легко растрогать и заставить почувствовать облегчение. Временное, но такое нужное сейчас облегчение. Эрзалер резко поднимает голову и так же резко открывает глаза. Зрение не успевает сфокусироваться, поэтому пока он видит лишь нечёткий силуэт, так сильно похожий на тот самый из его сегодняшних мечтаний. А потом он вглядывается. Вот он Дилан. Настоящий. Так близко. Рядом. Прямо напротив. Протяни руки и дотронься. Не переживай, не исчезнет, ведь это не сладкий и вкусный сон. Реальность тоже бывает сахарной, похожей на сказку. Райан разглядывает каждую морщинку Дилана, которые так сильно полюбились ему этим летом. Волосы всë так же растрëпаны, хотелось их коснуться. Карие глаза смотрели не моргая, ожидая продолжения. Губы были растянуты в улыбке, мол смотри сколько влезет, ведь я здесь. Райан позволил себе такую наглость и продолжил рассматривать лицо Лениви. Чем больше Райан смотрел, тем сильнее Дилан казался измученным и несчастным. Будто всë это время его одолевали моральные муки и страшнейшие мысли. Эрзалеру захотелось его обнять. Он был так счастлив его увидеть, что совсем позабыл и не подумал о том, чего ему стоило добраться сюда целым и невредимым. Рывок. Самое крепкое объятие в их жизни. Дилан словно только этого и ждал, потому незамедлительно рванул навстречу. Тёплое и трогательное объятие, заставляющее Райана захлебнуться в слезах, которые и так пеленой стояли на его глазах. Он был готов поклясться, что Дилан тоже всхлипнул. Они принялись зарываться носами в волосы и шею друг друга, цепляясь руками за футболки — ещё немного и ткань со скрипом порвётся прямо на их спинах. Они оба сидели на коленях на холодном полу, но им было жарко. Райан уже себя не контролировал: он почти выл. Столько всего скопилось, столько всего произошло — он имел чëртово право. А Дилан и не собирался осуждать или упрекать, он лишь мял ткань его футболки поврежденной рукой и тихонько гладил его волосы. Слезы облегчения текли тонкими ручейками из его глаз. Он не хотел плакать, оно само так получилось. Эмоции взяли вверх у обоих, ведь они слишком долго держали всë в себе. Они всего лишь дети, жертвы неудачного стечения обстоятельств. А Райан всë жался и жался к нему, словно это могло остановить только начавшуюся истерику. Слова были лишними, но Дилан имел привычку всë и всегда делать иначе. Слова полились коротким откровением, а нос тут же спешил зарыться в жëсткие каштановые волосы: — Я… Я так рад, что ты жив… Хриплый шепот Дилана, дрожащие всхлипы Райана. Их сердца бились в унисон. Они точно были созданы друг для друга. Их свела сама вселенная. Такая добродушная и огромная вселенная была на их стороне, искренне оберегая их всë это время. Им оставалось лишь благодарить еë, нагло пользоваться еë услугами и каждым их совместным мгновением, подаренным только им, таким счастливым вместе. Самым счастливым на этом белом свете. Пока они вместе, любые беды кажутся незначительными, любая проблема становиться решаемой. Главное сейчас они могли обнимать друг друга и яростно теребить ткань футболок. А что будет дальше — пока не имело значения. Сейчас, всхлипывая Дилану в плечо, Райан не хотел думать о Крисе и его неприятном предательстве. Он даже сумел положить мысли о Лоре в глубокий ящик, который в будущем обязательно попадётся на глаза, в самый неподходящий момент. А сейчас хотелось просто забыться, и, блять, у него отлично это получалось.