Heal my soul

Звон будильника заполнил комнату, пробуждая ото сна. Голова раскалывалась. «Сколько я проспал? Часа три?». Вставать не хотелось, но опаздывать на пары не хотелось ещё больше. Разлепляя сонные глаза и поднимая тяжёлое тело, Чуя направился в ванну, захватив из шкафа чистую одежду. Холодные, быстро падающие капли душа приводили в чувство. Вода капала на голову, постепенно скатываясь на пол с бледных плеч. Для полного пробуждения не хватало только чашки крепкого кофе, но это задача поправимая. Собирая вещи, Чуя молился всем богам, чтобы сегодня его не спросили. Зарабатывать долги ему очень не хотелось. Двадцать минут прогулки и он у университета. Картина в аудитории не изменилась. Всё такие же сонные студенты, хотя, ничего удивительного, все готовятся к сессии. «Надо будет тоже что-нибудь почитать», — думал Чуя, садясь в конце аудитории.

***

Пары прошли быстрее, чем вчера, но идти домой, почему-то не хотелось. Парень предложил Акутагаве сходить в библиотеку, чтобы подготовиться к сессии, тот был не против. К их удивлению, студентов в библиотеке было не так уж и много. В основном первые и вторые курсы. Старшие, видимо, либо забили, либо готовятся дома, но это даже к лучшему. Спустя десять минут книги по дисциплине личностных расстройств, дифференциальной психологии и судебно-психологической дисциплине уже лежали на столе. Накахаре понравилось учиться в библиотеке. Ничто не отвлекало его от книг. Интересно, почему он не ходил сюда раньше? Закончили они ближе к вечеру, когда никакая информация уже не лезла в голову. Через три дня начинается сессия, времени на подготовку остаётся всё меньше.

***

Первый экзамен был по личностным расстройствам. Студенты выглядели еще более сонно, чем обычно. Кто-то быстро перебирал бумажные конспекты, в то время как другие просматривали электронный вариант. Некоторые из студентов даже стали молиться прямо перед дверью аудитории. Чую немного трясло от волнения. Он, конечно, полночи добросовестно готовился к экзамену, но мысли о неудаче не покидали его. Хироцу открыл кабинет, говоря, чтобы студенты заходили по шесть человек. Накахара решил идти в первой шестёрке ради дополнительного балла. Об этом знали все. Ещё с первого курса повелось, что первую шестёрку оценивают лояльней, да и накидывают как минимум полбалла за смелость. На удивление Чуе попался один из самых простых для него билетов. Расписывая ответ, парня не покидало чувство, что он упускает что-то важное. Боязнь провала была высока, хотя со стороны казалось, что сегодня удача на его стороне. Потратив двадцать минут на подготовку, он уже был готов отвечать. На трясущихся от волнения ногах Чуя подошёл к столу преподавателя, протягивая свой билет, говоря о том, что готов отвечать. — Что ж, Накахара-кун, начнём с простого. Опишите методы диагностики личностных расстройств, — проговорил старик, мельком глянув на студента, продолжая заполнение каких-то документов. — В первую очередь это сбор жалоб и анамнеза в психиатрии, так же может быть использовано визуальное обследование или психопатологическое исследование, — голос Чуи немного подрагивал, переходя почти на шёпот, — а третий метод заключается в наблюдении за больным. — Очень хорошо, Накахара-кун. Давайте рассмотрим одну из задач: При диагностике типа личностного расстройства как дополнительный метод была использована методика «Рисунок несуществующего животного». Человеку, с каким типом расстройства личности может принадлежать данный рисунок? — Чуя задумался, прокручивая в голове возможные варианты, останавливаясь на одном единственном, как ему кажется, наиболее верным. — Скорее всего, здесь говорится о пограничном расстройстве личности, — отвечает студент с долей сомнения в своей правоте. — Верно. Сможете перечислить причины развития психопатологии? — Хироцу перевёл свой взгляд на студента, из-за чего сердце парня начало биться быстрее, а дыхание сбилось. — Да, конечно, — Накахара сделал небольшую паузу, сглатывая вязкую слюну и продолжая говорить. — Выделяют две основные причины развития психопатологий: генетический фактор и детскую травму. В первом случае человек приобретает то или иное отклонение с рождения. Второй же вариант формируется в процессе развития и роста ребёнка за счёт окружающих его людей. — Очень хорошо, давайте зачётку, — старик взял документ, расписываясь в нём, ставя заслуженный зачёт. Что ж, одним экзаменом меньше, даже легче стало от понимания, что сдал, но неделька будет сложной, осталось сдать самые трудные предметы и получить свою неделю законного отдыха перед практикой.

***

За эту неделю Чуя стал похож на ходячего зомби. Огромные мешки под глазами, небрежно собранные в пучок волосы и почти просвечивающая насквозь кожа. Но сейчас внешний вид волновал парня меньше всего. Остался последний экзамен по судебно-психологической экспертизе и можно будет спокойно выдохнуть. К большому удивлению студентов этот экзамен проходил не как все другие. Они почти не общались с преподавателем, как на других экзаменах. По этой дисциплине работа была в основном письменной. Каждый вытянул билет с описанием ситуации и вопросами к ней.

«Испытуемый К., обвиняемый в дезертирстве. С четырёх лет воспитывался одной матерью, без отца. Когда отец, страдающий алкоголизмом, жил с ними, он часто бил сына, и у К. с тех пор, по показаниям матери, остался панический животный страх перед побоями, драками, любыми критическими ситуациями. Рос замкнутым, нерешительным, обидчивым, стеснительным. Любил животных, был очень привязан к матери. Окончил 8 классов, работал на заводе, был призван на воинскую службу. После призыва в армию стал подвергаться неуставным отношениям (побоям и издевательствам) со стороны старослужащих. Трижды совершал самовольные отлучки, приезжал к матери. Каждый раз мать привозила его обратно в воинскую часть. Находясь на гауптвахте, К. глотал гвозди, резал себе вены. Был направлен на комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу.»

Вопросы: 1. Каковы индивидуально-психологические особенности К.? 2. Могли ли индивидуально-психологические особенности К. оказать существенное влияние на его поведение при совершении правонарушения? Чуе пришлось несколько раз перечитать задачу, чтобы во всём разобраться и понять основную суть проблемы. Над первым вопросом, конечно, пришлось поломать голову, но после тридцати минут раздумий были выявлены основные особенности К, после чего ответ на второй вопрос появился сам собой. Ещё через полчаса ответ был дан и подробно расписан на бумаге. Ответ на первый вопрос пусть и был сложным в нахождении, но также был достаточно прост в понимании. Насколько помнил Чуя описанные им особенности присущи большинству людей перенёсших то же, что и испытуемый К., из чего следовал вывод, что у К. могут быть диагностированы такие индивидуально-психологические особенности, как повышенная чувствительность, ранимость, эмоциональная неустойчивость, трудности принятия решений, робость, скрытность и другие черты. Второй же вопрос казался Накахаре легче первого, но с ним тоже возникли сложности. Конечно, было очевидно, что индивидуально-психологические особенности К. оказали существенное влияние на его поведение при совершении инкриминируемых ему действий. В психотравмирующих условиях обострились такие его личностные черты, как повышенная ранимость, эмоциональная неустойчивость, нерешительность и пассивность. Они обусловили рост тревоги, внутренней напряжённости, сопровождавшихся чувством сильного страха, ощущением субъективной безвыходности из сложившейся ситуации, восприятием возникших проблем как неразрешимых, потребностью в помощи и поддержке. Юноша не был уверен в правильности ответов. Перечитав несколько раз написанный ответ, Чуя решил положиться на свои знания и фортуну, а кто знает, вдруг она будет сегодня на его стороне, даже если он допустил глупейшие ошибки, и удача, кажется, и правда была сегодня на его стороне. — Очень хорошо, юноша. Мне не к чему придраться, давайте зачётку, — проговорил преподаватель, чьи слова подействовали на студента как самое сильное успокоительное. Как только подпись была поставлена, а документ возвращён владельцу, Чуя вылетел из кабинета, громко хлопнув дверью. Тело всё также предательски тряслось, горло першило из-за нехватки влаги, но чувство облегчения и радость за сданную сессию успокаивало. Наконец-то это закончилось, впереди целая неделя отдыха.

***

Пару дней Чуя безвылазно отсыпался в своей комнате. Просыпался он ближе к обеду, после чего просто сидел в интернете, просматривая фильмы. Ближе к практике Хироцу-сан скинул всю нужную информацию. Парень несколько раз перечитал отправленные документы, не веря написанному. Они будут проходить практику в лучшей психбольнице города? Интересный поворот. Видимо, их разделили на группы по несколько человек. В списке, помимо, Накахары и Рюноске были фамилии нескольких парней с курса и одной девушки, которую Чуя недолюбливал. Лежащий на столе телефон оповестил о новом звонке. Увидев знакомый контакт, Чуя поднял трубку в надежде, что сейчас ему всё объяснят. — Слушаю. — Привет, не отвлекаю? — голос Акутагавы звучал так же ровно, как и всегда, — ты уже получил расписание на практику? — Ага. Это же то, о чём я думаю? — Наверное, да. Это больница, в которой работает мой дядя и он сказал, что будет нашим куратором на практике, но многого от него не жди, там и без нас работы полно. — Это я уже понял. Расскажи лучше про своего дядю, — говорил студент, удобнее усевшись на стуле и забросив ноги на край стола. — Что именно ты хочешь узнать? — озадаченно проговорил брюнет. — Всё. Хочу знать, с кем имею дело, — по голосу друга Рюноске понял, что рыжик нагло лыбился в привычной для него манере. — Его зовут Осаму Дазай, он выпускник нашего института. Считается одним из лучших психотерапевтов Йокогамы, да и во всей Японии славится своими заслугами. Достаточно безэмоциональный человек, иногда мне даже кажется, что у него самого полно психических расстройств. Странный человек, проще говоря. — А что на счёт внешности? — уже с бо́льшим интересом спрашивает Чуя. — Высокий, под метр восемьдесят, карие глаза, каштановые вьющиеся волосы. Каких-то особых отличий от обычной внешности нет. Ну и очки. — Очки? — удивился Накахара. Он думал, что все уже давно перешли на линзы, они ведь намного удобнее в использовании, правда, выходят дороже очков. Единственный минус. — Ага, у него со зрением беда, вроде с рождения, но я особо не интересовался. — Хм, ничем не примечательный значит, ну и ладно, главное, чтобы зачёт поставил, ты его там подговори если что. — Связями моими вздумал пользоваться? — Акутагава немного повысил голос, видимо, был не дома, так как на фоне появились посторонние шумы и чьи-то переговаривающиеся голоса. — Ага, — без единой капли стыда проговорил рыжик. — Ладно, если что уговорю его на зачёт, — проговорил брюнет на выдохе. — Прекрасно. Телефон был выключен и отложен куда-то в сторону, а фильм продолжился с момента остановки.

***

Вставать утром в первый день практики было сложно. Точнее сказать невозможно. Нехотя пришлось подняться и идти в душ. Больница находилась достаточно далеко от дома, так что пришлось встать пораньше. Быстрый душ, завтрак и поездка на метро почти в другой конец города, прекрасно. Почти час езды на метро с утра похож на ад. Голова болит из-за громких звуков, кислорода катастрофически не хватает, как и свежего воздуха. Чую встречало белое высокое здание психбольницы, в которую ему предстоит ездить ближайшие несколько месяцев. На удивление в больнице достаточно тихо. Чуя представлял, что всё будет как в фильмах, но реальность оказалась даже лучше. В холе студентов уже ждал Хироцу, который сопровождал их первые дни практики. Чуя оглядывался по сторонам привыкая к новой обстановке и ища среди студентов Акутагаву, но того среди них не было. Чуя уже достал телефон, чтобы набрать друга, как увидел его спокойно спускающегося по лестнице со второго этажа. — И где носило твою жопу, позволь поинтересоваться? — с раздражением спрашивал Чуя.  — И тебе доброе утро, Чуя. Я помогал дяде с документами, он скоро должен подойти. Через несколько минут ожидания студенты увидели высокую фигуру, спускающуюся по каменной лестнице. Всё, как и описывал Акутагава. Высокий мужчина лет тридцати на вид, карие глаза и вьющиеся каштановые волосы. На кончике носа красовались очки овальной формы, чьи стёкла отражали всё происходящие вокруг. С плеч свисал белый халат, из кармана которого торчала ручка. Мужчина в халате подошёл к Хироцу-сану, протягивая руку для рукопожатия. Они обменялись приветственными улыбками и парой фраз, прежде чем обратить своё внимание на ожидающих студентах. — Позвольте представить вашего наставника на время практики Осаму Дазая. Заслуженного психиатра Японии. Не подведите себя и преподавателей, — проговорил Хироцу, — передаю вас в надёжные руки, — подытожил преподаватель, покидая больницу. Карие глаза шатена пробежались равнодушным взглядом по присутствующим. — Постарайтесь никому не мешать и, если получиться, подчеркнуть для себя что-то новое. В конце практики я оценю каждого из вас и передам результаты вашей работы преподавателям, — в этот момент к доктору подошли две медсестры. — Это Гин и Наоми они помогут вам разобраться в системе больницы и покажут, что и как тут устроено, — Чуя словил себя на мысли, что Акутагава не врал по поводу его отрешённости. Его голос был ровным, низким, не выражающим никаких эмоций. — Желаю вам удачи, — с этими словами мужчина ушёл обратно в направлении второго этажа.