Heal my soul

Сегодня Чую разбудил не пробивающийся сквозь шторы солнечный свет, а странные разговоры людей за дверью. Чуя прислушался, стараясь понять, кто именно говорит. Отчётливо слышался мужской и женский голос. Второй, скорее всего, принадлежал Коё. Чуя взглянул на экран телефона, проверяя время. Устройство показывало пол десятого утра. «Кто вообще мог прийти в такое время?». Протерев сонные глаза, Накахара встал с кровати, направляясь на кухню, желая поближе познакомиться с человеком, нарушившим его сон. — Хм, думаю, что это неплохая идея. Уверена, ты уже всё продумал. — Конечно. А как иначе? — Уверен, что моё присутствие не помешает? — Поставить Чую в неловкое положение тоже конечно было бы забавно, но обещаю вести себя подобающим образом. Разговор прервался, когда на кухне появилась фигура студента. — Кажется, я всё ещё сплю, — удивлённо проговорил рыжик. — Не думаю. С добрым утром, спящая красавица, — довольно проговорил шатен, разглядывая сонного парня. — Доброе утро, милый, — вступила в диалог Коё. — Завтракать будешь? — Ага, — проговорил Чуя, присаживаясь рядом с Дазаем. — Могу я узнать о чём вы говорили? — Дазай предложил вместе отпраздновать Танабату в эти выходные. — Ты серьёзно приехал ко мне домой чтобы обсудить праздник? — Ну, вообще-то я приехал, чтобы отдать лекарство. Обсуждение праздника — как бонус. Чуя недовольно скривился, отворачиваясь от счастливого лица шатена. — Не дуйся раньше времени, — обратилась мать к сыну. — Насколько я помню, последний раз мы праздновали Танабату, когда тебе было, дай-ка подумать…ах да, семь. — И даже тогда я не любил этот праздник. — Чуя, как можно не любить Танабату?! — возмущался врач. — Это же праздник любви! Накахара уже хотел кинуть в сторону Осаму пару колких фраз, когда чужой телефон оповестил о входящем звонке. — Прошу прощения, — проговорил Дазай, принимая вызов. — Слушаю. — Скажи мне на милость, где носит твою тощую задницу? — А? Что за претензии с утра пораньше? — Только не говори мне, что забыл про встречу. Если не приедешь через десять минут, то Кимико оторвёт тебе голову, — голос брюнета был строг. — Ладно, скоро буду, — недовольно сказал шатен, вешая трубку. — Прошу меня простить, но мне нужно откланяться. Спасибо за тёплый приём. — Заходи в любое время. Здесь тебе всегда рады, — ответила Коё. — Ах, да. Чуть не забыл. Я заеду за вами в субботу в шесть.

***

Рабочая неделя прошла незаметно. Чуя выбирал одежду, когда воспоминания нахлынули на него. Коё была права. Последний раз они ходили на праздник, когда ему было семь. Когда отец был жив.

Накахара помнит, как в детстве мама рассказывала ему легенду о мужчине и женщине, полюбивших друг друга. Отец девушки разгневался и разделил влюблённых, поселив их на разных сторонах Млечного Пути. Встретить они могли лишь раз в год, когда сороки строили для них мост, сомкнув свои крылья. Вот только если в этот день шёл дождь, то влюблённым приходилось ждать встречи ещё год.

В детстве он любил эту историю и даже плакал, когда в этот день шёл дождь. Но всё это было в прошлом. Чуя и сам понять не мог, когда именно он стал ненавидеть этот праздник. Наверно, это случилось после…

— Чуя, ты уже готов? — послышался голос Коё. — Почти. — Поторопись, Дазай скоро приедет. Рыжик достал из шкафа тёмно-синие штаны и красную рубашку, а на плечи набросил пиджак такого же синего оттенка. В качестве обуви были выбраны черные кроссовки на небольшой платформе. Из гостиной уже слышался голос прибывшего врача. Закончив последние приготовления, Чуя вышел из комнаты.

***

Машина неспешно ехала вдоль украшенных улиц города. Второй месяц лета давал о себе знать. Утром солнце жарило, а вечером становилось холоднее. Спасала лишь печка и пиджак. Чуя подозревал, что с пиджаком в скором времени ему придётся попрощаться. Больше всего студента удивил наряд Коё. Розовые волосы были собраны в низкий пучок и закреплены нефритовым гребнем. А розовая юката смотрелась очень непривычно. Последний раз Озаки надевала её на Чуин выпускной. Он знал, как дорог ей этот наряд. Когда-то давно эту юкату подарил ей отец Чуи. Наряд был сделан на заказ и стоил, как тогда казалось ребёнку, целое состояние. И правда, струящаяся ткань одеяния и золотые узоры растений и журавлей выглядели просто волшебно. Когда Коё надевала её, Чуя не мог не любоваться ей. «Раз она достала этот наряд, значит, ей и вправду стало лучше», — улыбаясь подумал парень. — Ты уже начинаешь улыбаться, а это значит, что проникаешься духом Танабаты, — радостно заявил Дазай. — Хм, может и так, — ответил Чуя, смотря на отражение матери в окне заднего вида. Машина остановилась на парковке возле парка, вдоль которого были расставлены палатки с украшениями и различными вкусностями. Сам парк был украшен бумажными фонариками и журавликами, символизирующих птиц из сказания. — Ну, куда пойдём сначала? — спросил врач. — Как насчёт палатки с агэ-айсу? Слышала, что в этом году они превзошли сами себя, — предложила Озаки. — Я не против, — вступил в диалог Чуя. — Вот и славненько. Тогда идём. Может быть, погода и не располагала к поеданию мороженного, но это, кажется, никого не волновало. Осаму оплатил заказ, забирая из рук продавца два стакана с клубничным и ванильным мороженным. — Кушать подано, — довольно произнёс Осаму, подходя к столу, за которым его уже ожидали. Ярмарка пестрела изобилием палаток и различных запахов. Несмотря на вечернюю прохладу, девушки не упускали возможность пройтись по парку в разноцветных юкатах. Некоторые из них даже носили с собой веер, периодически обмахивая им лицо. Краем глаза Накахара заметил, как мама немного поёжилась от лёгкого ветра. Рыжик заботливо надел свой пиджак на чужие плечи, стараясь хоть как-то спрятать от холода дорогого ему человека. На лице Озаки появилась лёгкая улыбка.

***

Вечерняя прогулка близилась к завершению. Фонари начинали медленно затухать, а маленькие подвесные колокольчики, свисающие с палаточных крыш, наполняли парк свой музыкой. — Ты уверенна, что не пойдёшь с нами? — обратился студент к маме. — Не переживай. Я посмотрю фейерверк вместе с Изуми, — успокоила сына Озаки. — К тому же я слишком устала, чтобы куда-то идти. — Но… — Расслабься и не о чём не переживай, — перебила Коё. — А теперь иди, пока я не передумала. На небольшой смотровой площадки почти не было народу. Хотя знали про неё немногие. Дорога к ней пролегала через лес, скрывающий своей листвой нужный проход. Но, как говорится, кто ищет, тот всегда найдёт. Этот принцип давно был положен в основы действий шатена. Накахара удивлённо рассматривал площадку. Он, как и многие, не знал об этом месте. Подойдя к перилам, студент взглянул на открывающийся вид. С такой высоты люди казались ему совсем маленькими. Холодный ветер обдувал веснушчатое лицо и путался в рыжих волосах. Шатен аккуратно накинул свой пиджак на чужие плечи, немного сжимая их. Глаза шатена были закрыты, а лицо подставлено под струи холодного воздуха. Оба просто наслаждались моментом. Тут они одни. Можно не бояться, что их кто-то увидит. Можно просто насладиться моментом нахождения рядом, не думая ни о чём. Чуя последовал примеру шатена, чья голова уже покоилась на чужом плече, а руки нежно смыкались на талии. Сейчас он впервые за долгое время чувствовал спокойствие. Никаких переживаний или глупых мыслей, только тепло чужого тела, контрастирующее с холодным потоком воздуха. — А ты и правда романтик. — Конечно. Я умею удивлять. — Удивлять — мягко сказано. — Поверь мне, всё это только начало. Чуя, кажется, хотел сказать ещё что-то, но его прервал неожиданный грохот салютов. Осаму приоткрыл веки, но не ради любования фейерверком. Карие глаза смотрели лишь на по-детски радостное лицо парня. Своего парня. Сейчас он желал, чтобы весь мир остановился. Ему сразу вспомнилось предание о том, что в этот день исполняются самые заветные желания людей. Стоит только искренне поверить в чудо. — Я люблю тебя, Чуя, — эхом отдаются слова в рыжей голове, делая студента самым счастливым человеком на земле. По крайней мере на этот миг. — Вот бы этот вечер не заканчивался.

«Кажется, я вновь полюбил этот праздник».