RWBY - "The Long Memory."

«Why can't you just swoon over your own weapon? Aren't you happy with it?»

— Янг Сяо Лонг.

***

      Выбраться в Вейл, пока их команда оправлялась после событий в порту, было довольно сложно. Даже не по той причине, что Руби резко стала ответственной и серьёзной, что, конечно же, не произошло, а по той, что за Вайсс почему-то по большей части присматривала именно она, Янг. Несмотря на всё произошедшее, Блейк и Вайсс резко не стали лучшими подругами.       Да, между ними больше не было откровенной вражды и они пытались наладить отношения без своих предвзятых мыслей, но…       Блейк всё ещё была Блейк, которая смотрела на Вайсс свысока, а Вайсс в свете новых открытий о кошечке не могла больше относиться к той как прежде. Да, она очевидно пыталась относиться так, будто это не влияло на неё. Она искренне пыталась, но было очевидно, что это не так.       Даже Руби понимала, что в их команде всё ещё были некоторые трения, даже если не могла разобраться во всех тонкостях. Хотя чего там говорить, сама Янг не могла в них разобраться, так как ни одна из девушек не открывала ей свою душу, чтобы она могла в этом разобраться.       «По крайней мере наша команда больше не на грани распада, — подумала Янг, запустив руку в волосы и почесав затылок. — И не похоже, что они начнут новый скандал, если их оставить в покое».       Она на это очень надеялась, так как сейчас за Вайсс должны были приглядывать как раз Блейк и Руби. И как бы она ни любила свою младшую сестру, Белладонна была более усидчивой и не настолько навязчивой.       Вайсс могла потребоваться передышка от присутствия обеспокоенной Руби.       Тяжёлая рука опустилась на её голову, заставив её слегка согнуться и терпеть посягательство на её голову и волосы. Фиолетовые глаза недовольно взглянули назад, на ухмыляющее лицо с щетиной.       — Как день, фейерверк? — спросил Кроу, продолжая трепать её волосы. — Не пропускаешь занятия?       Она недовольно скинула его руку со своей головы, поправляя волосы. Будь на месте дяди кто-то другой, то он уже поплатился за то, что так обращался с её ними. К счастью для него, она была готова не обращать на это внимание.       — Пич весьма строго относится к пропускам, — ответила Янг. — Это хотя бы не Гудвич.       Куратором их группы была профессор Пич, которая была не самым строгим преподавателем, но и не позволяла филонить, как Порт, с рассказов второкурсников. Гудвич была очевидно самой строгой. Было удивительно, как заместитель директора умудряется выполнять столько обязанностей разом.       — У вас Пич куратор? — приподнял бровь Кроу, схватившись за подбородок. — Не самый плохой вариант.       — Ты её знаешь?       — Она была на моём курсе, когда мы ещё учились в Биконе, — ответил Кроу. — Команда…VIGS, вроде? Бдительные (Vigilants), если не ошибаюсь. Ну, и мы пару раз пересекались после выпуска на миссиях.       — Так она получается такая же старая, как ты?       — Твой старик не такой старый, — возмутился пыльный ворон. — И она пропустила год или два, если не ошибаюсь. Я никогда этим не интересовался.       «Так она как Руби?» — удивилась Янг. Да, конечно, ситуация Руби была весьма примечательной, но за время существования Бикона она точно не могла быть единственной, кого взяли в более раннем возрасте.       Как она знала, такое было очень распространено в первых годах после Великой Войны, когда разброс в возрасте первокурсников вообще был от двенадцати, до двадцати пяти лет. Да и как она знала, на втором курсе был парень, что попал в Бикон на год позже обычного.       Может в Биконе было больше таких людей, но Янг как-то не бегала с расспросами кому сколько лет.       — Пиццу или по бургеру? — спросил Кроу, засунув руки в карманы, осматривая улицу. — Или мистральская кухня?       — Блейк уже достала с мистральской кухней, — ответила Янг. — А пиццы я и так переела, так что бургер. Определённо очень сочный, жирный, вредный бургер.       Кроу громко вздохнул будучи не очень рад такому выбору Янг. Пыльный ворон предпочитал пиццу или мистральскую кухню обычному бургеру. Впрочем, он не был очень сильно избирательным в еде, пусть и ворчал иногда.       — Как там Руби? — перевёл тему Кроу, взглянув в сторону и махнув Янг следовать за ним. — Завела себе друзей помимо своей команды?       — С сестринской командой в принципе подружилась, — ответила она, шагнув за своим дядей. — В ней даже есть два парня и я бы беспокоилась об этом, не будь это Жон и Рен.       — Они геи?       — Что? Нет, — фыркнула она. — Рен уже занят и пусть там не совсем понятно, вместе они уже или ещё нет, но он точно не смотрит на других девушек. А Жон смотрит на Вайсскимо, но уж точно не на Руби.       Не то, чтобы у Жона получалось хоть как-то поладить с Вайсс, конечно, но он пытался. Сама Янг была бы не против видеть Руби с ним, но произойди такое, то она бы точно основательно побеседовала с парнем.       К счастью, сама Руби не интересовалась романтикой и на неё никто не засматривался.       — Ммм… Вайсскимо это, случайно, не младшая из сестёр Шни?       — Сестёр Шни? — удивлённо моргнула Янг. — Вайсс не единственный ребёнок?       — Она вторая из трёх, — ответил пыльный ворон. — У неё старшая сестра под генералом ходит, а младший брат в поместье сидит, балду пинает. Или что там делают мажоры?       Вайсс не рассказывала им о своей семье, кроме того раза, когда она спорила с Блейк и после того, как произошла драка в доках. Не то что бы Янг её винила или расспрашивала её, всё же то, что было сказано в споре с Белладонной было отнюдь не радостным, пусть и по этим крупицам было сложно сказать о семье Шни.       Впрочем, Янг могла в любой момент зайти в сеть и узнать о семейке Вайсс, но её это не интересовало. Даже сейчас, когда они были в одной команде, Янг не горела желанием лезть в прошлое принцессы ПКШ, если та сама ей его не откроет.       — В любом случае, Шни живут и не бедствуют, как мне известно. — Кроу остановился перед дверью ресторана. — Папашка у них тот ещё мудак, конечно, но…       Пыльный ворон пожал плечами не продолжая свою мысль. Этого было и не нужно, ведь почти каждый знал о Праховой Компании Шни и о том, сколько скандалов вокруг неё витает с обвинениями. Впрочем, ни один из скандалов так и не был доказан, как и обвинения.       Те же мистральские праховые компании и то больше делов наделали, которые были доказаны. Только недавно прогремело судебное заседания профсоюза против одной из них. И профсоюз победил в этом заседании, чуть ли не обанкротив компанию.       — Ага… — Янг шагнула вслед за дядей во внутрь здание, удостоив помещение беглым взглядом. — Занятная у них семейка.       Кроу фыркнул. Их собственная семейка была не менее забавной, но уже по-другому. Дядя тем временем махнул ей на свободный столик, пока сам шагнул к кассе, чтобы заказать что-нибудь.       — Мне двойной чизбургер! — сказала ему Янг, усаживаясь. — И колу!       Кроу махнул ей, не глядя. Для охотников один-единственный чизбургер был лишь лёгким перекусом, даже если он был двойной. Всего пять сотен калорий, которые она могла потратить всего за час, даже меньше.       Есть Янг не хотелось, да и дядя тоже не хотел. Они были здесь совсем не для еды.       — Эх… — Старый ворон вернулся. — Двойной чизбургер и кола с кое-чем для меня.       Кроу протянул ей бумажку с номером, которую она лениво взяла, взглянув на цифры, а после на табло, где высвечивались заказы. Очередь была не самой большой, поэтому их заказ будет сделан весьма быстро.       — Обычный бургер? — взглянула на дядю она, заметив его собственный заказ. — Есть мы особо не хотим.       — Я бы выпил, но… — почесал щетину Кроу. — Сегодня, видимо, не тот день.       — Ого, уже обед, а дядюшка Кроу не пьян, — с весельем произнесла Янг. — Руби не поверит мне, если я ей скажу.       — Она знает, что я в Вейле?       — Нет.       Кроу кивнул, откинувшись на спинку, постукивая пальцем по столу. Янг было немного непривычно наблюдать за настолько серьёзным дядей, который прочно ассоциировался у неё с беззаботностью и пьянством. Любимый и сильный, но беззаботный дядя.       Янг открыла рот, чтобы задать свой вопрос, но Кроу спросил первей:       — Так что вы забыли в порту?       Янг закрыла рот, немного обдумав этот вопрос, а после фыркнула:       — Разве мы уже всё не сказали в участке?       — Рассказали, — согласился дядя. — Только вот я надеюсь, ты не думаешь, что мы все поверили в вашу историю, Фейерверк? Тем более, что вас очень легко отпустил старик Оз, отмазав от легавых. Особенно вашу кошечку, которая вообще ничерта не сказала.       Янг вообще не знала, что говорила каждая из её сокомандниц. Они как-то не обсуждали единую версию, а после этих событий они лишь сошлись на том, что они более-менее выдали единую версию, умолчав одни и те же моменты.       — Мы просто спасали Блейк, — тихо произнесла Янг, громко вздохнув. — Думаю, директор уже давно знает, что она бывший член Белого Клыка…       — Об этом знают все, кто знает основателей Белого Клыка, — пожал плечами Кроу, заметив её приподнятую бровь. — Белый Клык основали Гира и Кали Белладонна. Родители вашей кошечки.       — Сегодня я узнаю о своей команде всё больше и больше нового, — весело подметила Янг. — Раз ты уже всё знаешь, то зачем спрашивать?       — Мало ли есть какие детали, что вы смогли всё же умолчать, — пожал плечами дядя. — Например, кто-то ещё с вами был в порту, помимо той девчушки из Атласа.       — Её зовут Пенни, — ответила ему Янг. — Очень странная девушка из Атласа.       Пенни была очень странной. Она вела себя как-то… не по-человечески? Слишком радостная, слишком послушная, слишком неподвижная. При взгляде на неё или общением с ней появлялось очень не комфортное ощущение.       — Атласцы все такие, — усмехнулся Кроу. — Чопорные, ровные, смотрящие на всех свысока. Но я всё же не о ней. Её существование вы не скрывали, а вот какого-нибудь фавна там…       — Ты думаешь, что Сан был членом Белого Клыка?       — Ах, так с вами всё-таки был какой-то ещё фавн, помимо кошечки.       Янг про себя выругалась. Она не ожидала, что Кроу будет что-то выведывать, даже зная, что он чем-то занимался в порту. Чем-то явно незаконным или секретным, раз пропал почти сразу, как помог.       — А что ты делал в порту, а, дядя?       Кроу фыркнул.       — Работал я там. Занимался всякими взрослыми делами, которыми занимаются профессиональные охотники, а не студенты, — махнул рукой он, оглянувшись. — За Белым Клыком сейчас очень сильно следят, видя их след везде. И вот самое паршивое, находят же.       Янг не интересовал никогда Белый Клык. Не слышать о них было почти невозможно, но Вейл был самым толерантным королевством, в котором проблемы расизма были на порядок меньше, чем в том же Атласе или Мистрале.       Патч же и вовсе был слишком маленьким для того, чтобы погрузится в расизм.       Тем не менее из-за Блейк им всем пришлось узнать больше о Белом Клыке. И они с Руби выслушивали обе точки зрения. Правда была где-то посередине, но события в порту больше указывали на правду Вайсс, чем на правду Блейк.       — Много находят?       — Достаточно, чтобы задумываться о том, чтобы записать их в реестр террористических группировок и запретить на территории Вейла, — ответил Кроу, уронив голову на руку. — Мистраль и Атлас уже давно признали их таковыми, но у них они и действовали соответствующе.       — И всё это из-за действий в порту?       — Не просто из-за нападения. Они нарушили торговую инфраструктуру. Уничтожили груза на огромное количество денег, задрав цены на прах ещё больше. С учётом того, что они и так воруют его, подрывая экономику Королевства.       В последнее время прах было сложно достать в городе. По разумной цене достать было сложно, всё же полностью оборвать поставки праха было невозможно. На нём работало всё Королевство.       Это не было похоже на то, что Белый Клык просто «заблудился».       — Заболтался я как-то об этом, — закрыл глаза старый ворон. — Я тебе об этом не говорил, а то Оззи может разозлится на меня.       — Директор же член совета, — вспомнила очевидный факт Янг. — Он может повлиять на то, будут ли Белый Клык признан…       — Он голосует за, — открыл глаза Кроу, взглянув прямо на неё. — Это уже не борьба за права фавнов. В Вейле много проблем, но проблемы фавнов это далеко не настолько острый вопрос, чтобы переходить к терроризму.       Янг нахмурилась. Она не видела ярких примеров расизма, кроме единичных идиотов, таких как Кардин. Молчание и отсутствие помощи Вельвет было примером не коллективного расизма, а коллективного игнорирования проблемы хулигана. На месте Вельвет мог быть и обычный человек, никто бы всё равно не помог ему.       Тем более, что Жону никто не помог с Кардином. Он сам решил эту проблему.       — Наверное. — Янг отвела взгляд в сторону. — Если бы Блейк это услышала, то точно бы вспылила…       — Ей стоит повзрослеть, — ответил старый ворон. — Тем более, что у неё явно есть скелеты в шкафу.       Фиолетовые глаза вновь обратились на Кроу с немым вопросом, который он заметил. И усмехнулся.       — Когда-то Белый Клык был просто мирной организацией фавнов, что боролась за их права. «Мирные демонстранты», — сделал кавычки Кроу. — Таковыми они стали далеко не сразу. Фавны не были довольны результатами революции. Люди не были довольны их победой. Война закончилась, но проблема не была решена.       — Разве…       — Изначально Белый Клык — это те фавны, что не смогли покинуть Мистраль по мирному договору, — продолжил Кроу. — Да, они тогда ещё так не назывались, но это были те, кто начали это движение. Среди них был и некий Гира Белладонна. Один из немногих фавнов, которые получили в то время высшее образование.       — Это было таким из ряда вон выходящим?       — После Великой Войны в Мистрале было отменено рабство. А оно приносило Королевству огромные деньги. Только вот в Королевстве ещё задолго до войны был принят закон, по которому фавны признаются более «низшей» расой, чем люди. Так что закон об отмене рабства не принимался для фавнов.       — Нам не рассказывали о таком, — нахмурилась Янг. — События войны и революции фавнов мы довольно бегло проходили.       — Это вы будете проходить после, — ответил Кроу. — Тему рабства вообще не любят. В Мистрале пытаются не упоминать этот нюанс революции, хотя всё ещё кое-где присутствует рабство. Там, где правительство не может дотянуться. В племенах.       Кочевников и племён в Мистрале было довольно много. Янг была не полной отличницей в Сигнале, но у неё была довольно твёрдая «A» по истории. И то, что говорил ей дядя было в новинку.       Впрочем, у них программа концентрировалась на истории Вейла, а не Мистраля.       — Наш заказ готов, — взглянул в сторону Кроу. — Пойди забери.       Фиолетовые глаза обратились к куску бумаги, на котором был номер, который прямо сейчас уже был в колонке готовых, что ожидали своих клиентов. Янг со вздохом поднялась, бросив на дядю недовольный взгляд.       Кроу лишь ухмыльнулся ей, махнув рукой.

***

      Обида — тяжёлое чувство. От него нельзя было просто так отмахнутся или забыть, даже если всеми силами пытаться не обращать на неё внимание. Каждый раз, когда человек затаивает обиду что-то в нём навсегда меняется. Его восприятие настоящего меняется.       Душевная травма, которая может быть даже хуже, чем предательство.       Предательство можно было простить, но обиду только загладить. Прикрыть, но не забыть. Казалось бы что-то такое незначительное, но всё равно большое и значимое. Неополитан была предана и затаила обиду одновременно.       — Мисс Неополитан, — смотрел я прямо в разноцветные глаза. — Доброе утро.       Нео прищурилась глядя на меня. Под её взглядом я не дрожал и даже не пытался отвести взгляд. То, что с ней сотворил я, было отвратительным. Можно было оправдать себя тем, что я мог бы сделать ещё хуже, но…       Во мне была ещё вера в то, что я не опустился на самое дно.       — Сейчас два часа дня, — продолжил я. — Ваша рука должна быть в порядке, как и голова. Если вас тошнит, то возле кровати есть ведро.       Судя по тому, что она кидала в меня гневные взгляды, то её не тошнило. Скорее всего плохо, но гнев ко мне пересиливал плохое состояние. Впрочем, она не напала на меня и это было хорошо.       Никаких больше ударов по Нео.       Нео пошевелилась. Одеяло сползло с неё, открывая грязную одежду. Белая ткань была запачкана грязью и кровью. Собственной кровью Нео, которую пустил я. Мрачное напоминание того, что я дважды чуть не убил её.       — Вы собираетесь нападать на меня?       Разноцветные глаза вновь обратились на меня с недовольством. В этом взгляде читался дискомфорт, гнев и усталость. Не только физическая усталость, но и умственная. Каждый мой удар по ней сказался на рассудке девушки.       Мне не было позволенно хоть как-то посочувствовать ей, ведь во мне так же была обида на неё.       Да, обида. Обида на Нео за её непослушание. За её упёртость. За то, что чуть сама себя же и не убила. И за то, что заставила меня её чуть не убить. Виноват был я, но обида была на неё.       — Полагаю, что это нет, — вздохнул я и снял очки, аккуратно сложив их, закрепив на шарфе. — Теперь мы можем поговорить как цивилизованные люди без драки и криков.       Немые крики Нео были даже более ужасными чем обычные крики человека. Она была охотницей. Убийцей. Да, она не умела разговаривать, но это ей не мешало. Она прекрасно выражалась тем, что у неё было.       И прямо сейчас, она схватилась за грудь, сгорбившись.       Трость стукнула, а туфли заскрипели, когда я поднялся на ноги, шагнув к Нео, чей слух сразу же уловил это. Разноцветные глаза взглянули на меня из-под лба, заставив остановиться возле кровати.       «Я тебя ненавижу».       Даже так, я мог слышать это от Нео. Я принимал это молча и спокойно.       — Прямо сейчас у вас должно быть ощущение тяжести в груди, — опустил трость, оперевшись на неё. — Рука немного должна неметь, но подвижность скоро вернётся полностью. Если она уже есть сейчас, то дайте знать.       Нео взглянула на вторую свою руку, вяло шевеля ею. Поддавалась она очевидно плохо, но миниатюрная убийца всё же смогла поднять её перед своим лицом, глядя на ладонь, шевеля пальцами.       Разноцветные глаза смотрели на меня сквозь них, пока резко все пальцы кроме одного не прижались к ладони.       — Значит, подвижность вернулась, — лишь прикрыл глаза я, не смотря на средний палец, что показывала мне Нео. — Попробуйте встать.       Нео лишь покачала головой не отрывая взгляда от меня, опуская руку. Раз рука вернула себе подвижность, то и ходить она могла, но проверить не помешало, хотя сама Нео отказывалось это делать.       Настаивать я не стал.       — У вас сейчас, должно быть, много вопросов.       Нео подняла руку всего с тремя пальцами. Спустя секунду остался лишь указательный, которым она указала на свою шею. Голую шею без ошейника, который подавлял ауру.       — Вам нужно было восстановиться, — ответил я. — Мои действия были немного… излишни. Аура помогла вам востановится намного быстрей.       Черепно-мозговая травма не могла быть подвергнута лечению обычными методами. Только реабилитация или операция. Ремнант был на достаточно технологичном уровне, чтобы операция на мозг была не проблемой, но травма от моей трости была не настолько большой.       Аура же справлялась почти со всем. Сотрясение, растяжение связок, переломы и синяки. Со всем этим аура справлялась. Намного быстрей чем у обычных людей.       Тонкий указательный палец указал вниз и мне потребовалось некоторое время, чтобы понять второй вопрос.       — Там, под Биконом я спрашивал вас про одну сказку, — начал осторожно я. — «История времён года». Вы могли видеть, что эта сказка на самом деле просто повесть о том, что случилось давным давно.       Даже сам Озма уже не помнил, как в точности это было. Каждое новое воплощение Озмы заставляло терять что-то внутри него, заменяя это на новое. На частички новых воплощений.       Озму прокляли на бессмертие, а с ним не шла безупречная память, поэтому я сомневался, что будь на моём месте он, то смог бы рассказать полную правду о тех событиях.       — Каждая сказка основана на чём-то реальном, — продолжил я. — Довольно часто они не имеют прямого посыла, но иногда… стоит воспринимать сказки буквально.       Нео скептически взглянула на меня, но я не закончил свой рассказ, который остановил, размышляя. О не самых этических методах, но я уже перешёл эту черту, не оставляя выбора Неополитан.       Так что не было ничего плохого в том, чтобы заставить её стать добровольной пешкой, не так ли?       — Сказок много и что из них правда, а что лишь вымысел, довольно сложно разобраться, но… — трость тихо ударилась об пол. — Вас никогда не смущало существование таких существ, как гримм?       Лицо Нео перестало выражать что-либо. Её глаза поменяли цвет, будто бы отображая её размышления, которых не было видно на лице.       — Существа, что не имеют никаких органов. Не имеют твёрдой структуры как таковой, пребывая одновременно во всех трёх состояниях. Воплощение негативных чувств людей? Получается, люди могут создавать жизнь, но появляются только гримм? Что-то не сходится, вы не думаете?       С самого появления гримм люди спекулировали на тему того, что они такое. Конечно, Первое Человечество знали причину появления гримм. У Первого Человечества были ответы на вопросы бытия, но у Второго Человечества их не было.       У Второго Человечества, у текущего Человечества были лишь руины давно ушедших цивилизаций, что пошли против своих Богов и новые Боги, которые говорили как жить. И эти новые Боги не отвечали на многие вопросы, да и существовали они довольно недолго, но про них не забыли. Не забыли даже про их бой, пусть и о нём знали столь мало, что сейчас говорят, что это был природный катаклизм.       Ужасное землетрясение, которое уничтожило величайшую империю и откатило прогресс на тысячелетия назад. Потеря уровня трагедии медного века. Письменность уничтожена. Принципы государства забыты. Торговля перестала существовать.       Само Человечество вновь оказалось на грани полного вымирания, но без вмешательства Богов оно выжило, восстав вновь, чтобы стать игрушками в руках этих существ.       Люди самые жестокие существа, но такими их родила природа.       — Нет. Гримм это не что-то, что могло появится естественным путём. Точно так же, как и магия, которой вы теперь обладаете, — указал на Нео я. — Она неестественна для вашего тела. Вы прекрасно должны это чувствовать. Оно будто было воткнуто в ваше тело насильно, что так и есть.       Пламя вспыхнуло в руке тихой убийцы. Дикое и неподвластное пламя, что прерывалось, дрожало и огрызалось на сам воздух. Сжатый кулак погасил это пламя, а разноцветные глаза вновь обратились на меня.       Тонкий палец чётко указал на мою грудь, прямо на сердце.       Разноцветные глаза смотрели так же пристально, но губы убийцы не шевелились. Не было голоса, который озвучил вопрос, который я не мог до конца увидеть в этих глазах. Но мне этого было и не нужно. Я уже понял этот вопрос.       Это обвинение.       — Да, тот самый старик из сказки про времена года сидит перед тобой, — спокойно произнёс я. — И теперь ты дева. Такая же, как и те первые девушки, которые получили эту силу.       Разноцветные глаза не моргнули и не поменяли свой цвет. Рука тихой убийцы упала, а я молча наблюдал, ожидая. И девушка вздохнула покачав головой. Не отрывая взгляда от меня.       — Они были добрые. Каждая по-своему, и в вас тоже есть что-то подобное, — постучал пальцем по трости я. — Но врать не буду. Ваш случай не такой как у них. Выбора у вас нет.       Нео сжала кулаки и в них вспыхнула молния. Слабый запах гари ударил в нос, но ни я, ни тихая убийца не обратили на это внимание, продолжая смотреть друг другу в глаза.       — Они создавали новое общества, а вам нужно их защитить.       Нео быстрым движением скинула одеяло. Разноцветные глаза оказались прямо перед лицом в десятке сантиметрах. Жар ощущался на шее от огня в руках тихой убийцы.       — Вы знаете чем это закончится, мисс Неополитан…       Пламя почти коснулось моей щеки, но мой голос не тронул. Взгляд не моргнул.       — Вы убийца, мисс Неополитан, но и я тоже. Так что успокойтесь и работайте добровольно.       Нео сжала кулаки, гася пламя и со злостью отворачиваясь от меня, шагая по кровати к подушкам. Одна из этих подушек была пнута мне в лицо, но перехватить её мне не составило труда.       — Вы будете обучаться у меня владению магией. — Я аккуратно положил на край кровати подушку. — Так же за вами будет следить команда охотников.       Тихая убийца села на кровать, глядя на меня, моргнув, меняя цвет глаз. Никакого возражения в этом жесте я не увидел, так что продолжил.       — Я надеюсь, что вы сообщите мне личность вашего нанимателя с мистером Торчвиком. Этот человек теперь и ваш враг, который убьёт вас при первой же возможности.       Нео приподняла бровь и беззвучно фыркнула. Это был свой способ сказать: «Да пошёл ты». Обида превышала логику, давя её. От тихой убийцы можно было ждать только предательства, но это и было нужно мне.       Для Синдер она всё равно стала врагом.

***

      Приятное покалывание коснулось языка Янг, когда она попробовала холодную колу, глядя на дядю, который лениво смотрел на улицу не фокусируясь на чём-то конкретном.       — Что произошло со STRQ?       Алые глаза взглянули на неё с удивлением. Вопрос был странным. Янг давно уже искала информацию про её мать, но никак не могла найти её. Дядя никогда не отвечал на вопросы про неё, поэтому Янг не спешила задавать прямой вопрос.       И старый ворон прекрасно понимал это, судя по взгляду.       — После свадьбы распались, — просто ответил Кроу. — Только мы с Саммер по заданиям и бегали. А потом, после свадьбы Саммер и Тайя я вообще стал один ходить на задания.       Саммер после нескольких лет семейной жизни вышла обратно на задания. Янг отчётливо это помнила, но не это сейчас её зацепило.       — Почему… моя мама ушла?       Кроу отвернулся.       — Только не надо делать это лицо и уходить от ответа, дядя, — нахмурилась Янг. — Или я всё ещё маленькая, чтобы понять причины?       Пыльный ворон скривился. Это оправдание они с отцом уже много раз давали что ей, что Руби. Они слишком маленькие, чтобы понять. Нужно подрасти, чтобы узнать правду. Или лучше им не знать.       Янг слишком много раз слышала подобное.       — Она… не смогла остепениться. Не смогла принять спокойную жизнь, как не смогли это сделать и мы с Саммер. — Кроу постучал пальцем по столу, слегка хмурясь. — Мирная жизнь без постоянных заданий, что идут рядом со смертью, оказалась нам просто не по силам. Даже Тайанг иногда выходит, чтобы размять кулаки. И если для него это просто способ расслабиться, ощутить старый запал, то для меня и Рейвен это всё, что было в нашей жизни.       Янг молча ожидала продолжения, боясь спугнуть пояснения, которых не было. Дядя просто замолчал, даже не думая продолжать свою речь. Он никогда не рассказывал о себе до Бикона, но и они никогда об этом не спрашивали.       Какое это имело значение на фоне интересного Бикона?       — Рейвен… Она бросила нас ради карьеры охотника?       — Нет, тогда она была бы как я, — грустно сообщил дядя. — Она просто не смогла влиться в общество. Для неё всё это оказалось чуждым и даже Патч оказался для неё слишком большим. Поэтому она ушла.       — Ради чего? — не поняла Янг. — Она бросила свою семью, и ради чего?       — Если я скажу, то ты обязательно за ней погонишься, — цокнул языком Кроу. — И это не та встреча, к которой ты готова. Может быть, после выпуска из Бикона? Пока ты просто слишком слабая для того, чтобы она хотя бы разговаривала с тобой.       — Я заставлю её говорить со мной, — злобно оскалилась Янг. — Если надо, то выбью…       — Если ты не можешь выбить дерьмо из своего старика, то из неё и подавно, — закатил глаза пыльный ворон. — Она слушает только силу и если ты сильна хотя бя так же, как я, то она тебя выслушает. Если нет, то разговора не будет.       Это не то, что она хотела услышать о своей матери, но это было чем-то новым. Хоть какой-то новый кусочек информации, который она получила вместе с ещё кое-чем, в чём она не была уверена до конца.       — Значит, ты общаешься с ней.       Янг бросила это без полной уверенности в словах. Лишь догадка, которой нужно было подтверждение, реакция от Кроу, чьи уголки губ дёрнулись. Янг попала в точку, и дядя не смог полностью скрыть реакцию, что он прекрасно понял, глядя в аметистовые глаза.       — Нет.       — Почему? — жалостливо протянула Янг. — С тобой она меня хотя бы выслушает!       — Она не стала слушать меня, когда ушла, и тебя слушать она тоже не станет, — с раздражением произнёс Кроу. — Если бы я мог её переубедить, то уже бы это сделал, Фейерверк.       Янг сжала кулаки от бессилия и злобы. Всё своё детство она думала, что это с ней что-то не так. Что-то, что заставило её мать уйти, бросить их. Что-то, что сделала её не такой в глазах матери. Она хотела узнать причину.       Узнать всё это именно от неё.       — Так… где она?       Кроу лишь покачал головой, ничего не говоря, будто отказывая ей. Аметистовые глаза на мгновение вспыхнули алым. Лишь на мгновение её гнев вспыхнул и погас.       — Я же всё равно не оставлю это просто так, — вздохнула Янг, прыкрыв глаза. — Я же её всё равно найду и спрошу, почему она оставила нас с папой. Почему она не вернулась, когда Саммер пропала.       — Тебе её ответ не понравится, — скривился дядя, словно вспоминая, прикрывая челюсть рукой. — Ты его просто не поймёшь. Это… отвратительный ответ, который лучше вовсе никогда не слышать.       — Что она сказала?       — Ты просто не поверишь в это, — со вздохом ответил Кроу. — Так что не стоит об этом спрашивать. Тебе стоит вовсе забыть о ней. Будет лучше для тебя.       — А как же папа? — спросила Янг. — Ему ты такой же совет дал?       — Уход Саммер ударил по нему намного больней, — тихо произнёс дядя. — Рейвен… Это была его школьная любовь. Идеал в его глазах, который он заполучил, но идеал оказался совсем не таким, каким он себе представлял. Её уход был болезненным, но не ужасным.       — Неужели он никогда не пытался её искать?       — Нет, не пытался, — сухо произнёс Кроу. — Он принял её выбор и не советую поднимать эту тему при Тайе. Так что… сперва ты должна закончить Бикон. Без этого никакого разговора с Рейвен не будет.       Янг не собиралась бросать Бикон, но если только так у неё получиться узнать ответ от матери то… наверное, в таком случае она может бросить Бикон. Но она всё ещё хотела стать охотницей.       Без ответа она не найдёт покоя.       — Когда я закончу Бикон, то смогу с ней поговорить?       — Останавливать я тебя не стану. Твоя жизнь, твои решения, даже если они не нравятся мне, они твои. Ты должна помнить, как Тайанг пытался отговорить Руби от становления охотницей.       — И у него не получилось, — кивнула Янг, прекрасно помня искренне не понимания Руби того, о чём говорил папа. — Но разве не было проще объяснить всё это раньше? Как ты это сделал с Саммер?       После смерти Саммер только Кроу был тем, кто сохранял целостность их семьи. Отец ушёл в алкоголь, Руби была слишком маленькой, чтобы что-то понимать, а Янг — слишком глупой. Но именно ей пришлось взрослеть быстро после разговора с дядей, которому предстояло вытащить отца из запоя.       Это был не быстрый процесс, но Кроу с ним справился, а Янг в это время следила за Руби.       — Ты была слишком маленькой, чтобы говорить тебе правду, — ответил пыльный ворон, взяв стаканчик с колой в руки. — Даже Руби мы рассказали всё только в десять.       — В восемь, — кисло произнесла Янг. — Я ей объяснила в восемь. Вот только в отличие от неё вы мне вообще ничего не говорили.       — Объяснить, что кто-то больше никогда не вернётся, легче, чем объяснить по какой причине тебя бросили. — Кроу поставил стаканчик обратно, вздыхая. — Я сам не до конца понимаю почему она это сделала. Но как показала жизнь, брат из меня выдался не очень. Только дядя из меня крутой!       Пыльный ворон подмигнул ей, взяв свой бургер и откусывая от него солидный кусок. Взгляд же Янг опустился на свой бургер, к которому она так и не притронулась.       — Каждая команда распадается после выпуска?       — Как правило, — спокойно ответил дядя, не глядя на неё. — Вначале кажется, что ты с этими тремя никогда не сживёшься. Потом ты считаешь их частью своей семьи, а может, и единственной семьёй, что у тебя есть, и ты с ними навсегда. А потом… наступает взрослая жизнь и вот, вы уже в разных Королевствах и дай Оум встречаетесь раз в год.       — У вас было так же?       — Какое-то время после выпуска мы всё ещё были командой, но довольно быстро она стала дуэтом меня и Саммер, — пожал плечами пыльный ворон. — Пик команды STRQ это третий и четвёртый курсы. Золотые годы, когда мы уже перестали быть просто студентами и считались уже почти охотниками.       Кроу с улыбкой погрузился в воспоминания, а Янг лишь наблюдала за его алыми глазами, которые действительно светились от воспоминаний про старые деньки. Может быть, она когда-нибудь окажется на его месте? Тоже будет сидеть и вспоминать про счастливые дни команды RWBY.       Без этих ссор про Белый Клык.       Невольно Янг нахмурилась. Из её команды только она и Руби могли повторить судьбу Кроу. Вайсс, несмотря на всё своё желание быть охотницей, неизбежно свяжет свою судьбу с компанией Шни. От такого имени просто так не отказываются. Блейк же…       Янг не верила в то, что эта кошка откажется от Белого Клыка. Нет, она ушла из него и явно не поддерживает терроризм, но она горела борьбой за права фавнов, а не делом охотников. Этим горела Руби, а Янг…       Она больше плыла по течению, ведь её единственной целью был ответ от матери.       — Ммм… — протянула Янг и заметила взгляд алых глаз. — Что?       — Парня нашла? — ехидно задал вопрос дядя. — Или девушку?       — Что? — опешила она. — Нет! Прошло даже не так много времени!       — О, значит, дело только во времени? — усмехнулся Кроу и почесал щетину, размышляя. — Если не ошибаюсь, то в Биконе будет проходить бал в честь фестиваля… Может, удастся на нём кого-нибудь подцепить?       — Он только во втором семестре будет, — невозмутимо ответила Янг. — Зимой. Ты, кстати, будешь дома этой зимой?       Кроу не всегда успевал провести все зимние праздники дома, но всегда присутствовал пару дней. Иногда он успевал на празднество, иногда приезжал только после. Они никогда на него сердились из-за этого.       — Думаю, смогу на все праздники остаться, — улыбнулся дядя и поднял руки. — Но ничего не обещаю. Со всем этим делом Белого Клыка и остальным…       Кроу махнул рукой, замолкая. В Вейле что-то происходило, но это всё происходило за пределами их глаз. И событие в порту были каплей в море скорее всего, а объяснять всё студентам никто ничего не планировал.       — Руби так ничего и не говорить, да?       — Пока нет. Не нужно её отвлекать, я потом сам сделаю ей сюрприз, — улыбнулся Кроу и замолчал, достав свиток. — Потом. Сейчас вам явно лучше разобраться со своей командой и взаимоотношениями.       — У нас в команде всё вполне нормально.       Кроу закрыл свиток, прочитав что-то в нём, но не ответив. Янг не смогла разглядеть что там было в свитке, но она особо и не пыталась, хотя ей было интересно.       — У вас кошка сбежала из команды, как мне известно.       — Мы ничего такого не говорили…       — У вас в команде Шни и Белладонна. — Кроу постучал двумя пальцами по столу. — Между ними не может не быть напряжения, и оно уже было. Это хорошо, что ничего плохого не произошло и все живы. Так же хорошо, что вы решаете это. Первый курс обычно полностью уходит на такое.       — Целый курс драмы?       — Четыре года драмы. — Кроу демонстративно поднял четыре пальца. — На первом это просто самое проблемное. Вы ещё друг друга плохо знаете и только открываетесь. На втором, третьем или четвёртом вы уже легче друг друга прощаете.       — Разве нельзя жить без драмы?       — К вам вопросы, — просто ответил пыльный ворон. — Сама вспомни, сколько вы с Руби спорили по пустякам. А теперь добавь ещё двух людей, которые спорят не только с вами, но и между собой.       Да, Янг помнила эти ссоры, которые происходили по каким-то пустякам, хотя в тот момент им казалось, что таковыми они не были. Руби действительно могла долго обижаться.       В этом Блейк была похожа на Руби. Хотя она никогда не скажет подобного ни Руби, ни Блейк, конечно. Ей не хотелось, чтобы они дулись на неё из-за такого пустяка несколько недель.