На пристани

Время в быстром, неукротимом темпе летело дальше. И август незамеченным перешёл в сентябрь, а лето неизменно осталось позади, как рывком содранный лист календаря. Первые дни осени еще радовали проблесками солнечного света, а ближе к концу месяца небосвод плотным слоем заволачивали свинцово-угрюмыми тучами, грозно накликающими скорый ливень. В то утро понедельника стояла благоприятная погода. До ушей доносился тихий шелест прелой, ещё не опавшей листвы близстоящих кустов и искривлённых высоченных деревьев. И ветер лениво колыхал по земле гнилые, слегка пожелтевшие листочки и немного увядшую траву. Пелена ночного тумана без следа развеялась, оставив после себя мельчайшие серебристые кристаллы воды, ярко сверкающие в солнечном лучах. Возвышенные над головой небеса кололи глаза отблесками слепящего света. Лишь вдали, на небосклоне простирались размытыми полосами перистые облака. Солнце транжирно опаляло своим искристым сиянием суетливый город. По улицам мелькали жители. Офисные работники, прихватив тяжелые портфели со стопками бумаг, спешили к личным автомобилям или к остановкам общественного транспорта. Женщины с хмурым выражением лица щупали в кармане брюк ключи от входных дверей магазинов и переворачивали таблички с «Ouvert» на «Fermé». Одни мамаши спросонья успокаивали своих детей в громоздких колясках, другие настойчиво тянули за руку свое чадо, дабы отвести в детский сад. Небольшие компании молодых людей, скорее всего студентов, сочились по тротуарам и толпились возле пешеходных переходах в ожидании зеленого цвета светофора, шумно обсуждая предстоящий учебный год. Амьен — городок небольшой, но все равно отчасти напоминал муравейник, кишащий людьми, впопыхах бредущих по своим делам. Эрика Гризманн являлся тысячной частью этого механизма. Она, навьюченная рюкзаком с учебными пособиями и тетрадями, спешила в направлении лицея. В лицо ей дул прохладный свежий ветер, из-за чего нос приятно щемило. А под ногами издредка раздавались слабые хрусты ломающихся веток, припорошённых слоем увядших бурых листьев — Эрика решила прилично срезать путь до учебного заведения. Часовая стрелка циферблата уже обогнула число «8», и уроки должны были начаться с минуты на минуту — в 8:30. В то время, как до школы оставалась бóльшая часть пути. Дорога лежала вдоль пристани реки Сомма, через узкие пешеходные мосты и глубины парка. Проход арки школьной территории остался позади. И быстрыми, семимильными шагами Эрика вбежала по ступенькам лестницы учебного заведения. Силой отворив входную дверь, она зашла внутрь. Холл опустел от учеников. По-видимому, звонок уже раздавался по коридорам лицея. Гардеробом в первые недели сентября нужды пользоваться не было. И Эрика поспешила на поиски нужного кабинета. Как на зло, первым предметом в расписании был французский язык. Нового человека на должность преподавателя нашли только на выходных. И он еще не проводил ни единого урока. И угораздило Эрику испоганить первое впечатление о себе и опоздать на несколько минут на урок. Кабинет французского языка располагался на втором этаже, как и другие аудитории по изучению языков: немецкого и испанского. Словно птица, Эрика летела по школьным ступенькам вверх. И вдруг на повороте она врезалась в мужчину, также спешившего, только по лестнице вниз. Девушка скорее от испуга и неожиданности свалилась на пол. Ткань юбки в красно-черную клетку немного задралась. Из наспех застегнутого рюкзака с треском выпали стопки учебников и тетрадок. Она подняла глаза на мужчину, который по инерции отскочил в сторону. Грудь девушки под рубашкой беспокойно вздымалась от инцидента и предшествующей спешке. Сердце за грудиной подпрыгивало резиновым мячиком: еще герц и точно выскочит. Мужчина был одет в белоснежную рубашку, с ювелирной аккуратностью заправленной в брюки делового синего костюма. Выглядел он весьма растерянно, будто тоже не ожидал столкновения на лестничной площадке. Не успела Эрика отдышаться, как мужчина перестал напоминать ледяную скульптуру и пришёл в себя, протянув руку помощи школьнице. Девушка, недолго размышляя, схватилась ладонью за чужую руку и поднялась на ноги. — Спасибо, — она по привычке начала отряхивать школьную форму. Мужчина вовсе позабыл о том, что с минуту назад куда-то спешил, и опустился на корточки, поднимая с пола упавшие принадлежности Эрики. Та присела рядом, также бегло собирая пособия в рюкзак. Мужчина подал собранные учебники, и девушка поспешно забрала свои вещи. — Еще раз спасибо, — Эрика устремила на него взгляд. Лицо мужчины выражало доброжелательность. И уголки его губ поползли вверх. Он лишь кивнул и продолжил путь к подножию лестницы. Эрика оглянулась на него через плечо и, лишний раз поправив гольфы, побрела к кабинету французского языка. В коридоре второго этажа стояла тишина, только изредка из щелей кабинетов слышались лекции преподавателей и вогласы учеников. С начала урока должно было пройти около пяти минут — срок уже порядочный. Эрика трижды постучала в дверь нужной аудитории и распахнула ее. Макушки одноклассников повернулись в сторону двери, а их взор перевелся с учебника на нее. Место возле учительского стола пустовало. Неужели замену все-таки не нашли? Девушка, словно шпионка, протиснулась через дверной проход и заняла свое место в классе. — А учитель есть? — Эрика обратилась к своей соседке по парте и по совместительству подруге Рашель Легрен-Трапани. — Пропал в неизвестном направлении, — девушка нехотя оторвалась от дисплея смартфона. «Bon!»— мысленно проговорила Эрика и приготовила необходимые учебники. Класс окутывали шумные беседы и разговоры. А секундная стрелка циферблата неукротимо бежала по кругу. Наконец, дверь кабинета со скрипом отворилась, и в проходе показался тот самый мужчина, с которым Эрика по утру столкнулась на лестнице. Однако в отличии от первой встречи в руках он держал портфель. Фразы одноклассников оборвались на полуслове. А мужчина уверенной походкой прошёл к середине кафедры. — Вижу в период моего отсутствия в классе появились новые лица, — начал он, оглядев всех присутствующих, — позвольте представиться повторно. Эммануэль Макрон — ваш новый преподаватель французского. Надеюсь, дальнейших недопониманий у нас не возникнет. «Dieu!» — пронеслось в голове у Эрики. Столкнуться с учителем и опоздать к нему на урок — уму не постижимо. Образцовым, примерным ученицам не пристало обходиться подобным поведением. — Начнем с повторения тем прошлого года, — мужчина открыл учебник на первых страницах и пальцами разгладил переплет. — Месье Макрон, если мы начнем изучение с начала учебника, тогда не уложимся в график. Может, пропустить темы, которые были в прошлых годах? — раздался голос из класса. — Я должен знать, что вы усвоили материал прошедших лет, поэтому прошу всех открыть страницу номер «trois», — остался при своем преподаватель и залился лекцией. Большинство из учащихся слушали навострив уши, не желая испортить впечатление о себе при новом учителе. Их взгляды сосредоточено акцентировали внимание на прописных буквах, что выводил маркером на магнитной доске Эммануэль Макрон. Однако были и те, что витали в облаках, наслаждаясь последними днями солнечной погоды на улице, — во время перерыва на обед можно будет выйти во двор. Эрика по сотому кругу прописывала в тетради одну и ту же тему и с особым вниманием вникала в каждое слово преподавателя. Несмотря на длительность урока в почти час, время прошло незаметно. За несколько минут до звонка, Макрон решился дать небольшой тест в надежде проверить прошлогодние темы предмета. Последняя завитушка в работе Эрики — и по коридорам лицея раздался звонок. Макрон попросил сложить листы с ответами ему на стол. Ученики, выполнив его поручения, поспешили удалиться прочь, в поисках кабинета для следующего урока. — Хотела извиниться за сегодняшний случай, — как только последний подросток покинул пределы аудитории, подошла к учительскому столу Эрика. В одной руке она сжимала лямки рюкзака, будто несколько переживала, а в другой — листок с выполненными заданиями. — Не стоит, — сидящий за стол мужчина поднял на нее взгляд, — это мне следует перед вами извиниться. — Все в порядке, — на лице Эрики заиграла слабая улыбка. Она протянула лист в общую стопку и уже хотела развернуться на одних каблуках туфель. — Мадмуазель Гризманн, все верно? — вдруг обратился к ней учитель. — Да. — Вы хорошо знаете своих одноклассников, мадмуазель? — Макрон изучающе смотрел на нее в ожидании ответа. — Да, пару лет, — она застыла, как высеченная статуэтка из мрамора. Эммануэль вновь опустил взгляд к листам с ответами, казалось, позабыв о ее присутствии. — Месье? — Ничего, можете идти, — сказал он и сжал средь пальцев шариковую ручку с красным цветом чернил. Девушка послушалась его совету и покинула двери кабинета. Следующий урок — математика. Аудитория располагалась на первом этаже первой дверью после холла. Внутри уже на местах сидели учащиеся. И перемена медленно, но верно подходила к завершению. — Как тебе Эммануэль? — вдруг двусмысленным тоном поинтересовалась Рашель, несильно толкнув подругу в плечо. — Месье Макрон? — неосознанно исправила его имя, как подобает, Эрика, — думаю: будет хорошим учителем. — Какое скудное заключение! — чуть ли не отчаянным голосом сказала Легрен-Трапани. — А какое должно быть? — Должно быть, как анкета в «Tinder», — она подняла указательный палец вверх, — мужчина, на вид тридцать лет, холост, галантно одет, с крышесносным голосом и отличной, между прочим, фигурой. — Выглядит, как резюме в гей-клуб, — сморщила личико Эрика и в очередной раз поправила стопку учебных принадлежностей на углу парты. — Зато по правде. — Эрика, что у тебя в третьем задании? — прервал беседу голос одноклассника. — «A», — без заминок ответила девушка парню. — Черт, а у меня «C». — Никто не сомневался, Ален, — бровки Рашель презрительно скакнули вверх. — Да и ладно, — заключил Ален Делон и направился к своей парте. По коридорам лицея раздался звонок. В двери класса вошла медленно передвигающаяся, тучная преподавательница математики, сжимая в толстых, как сардельки, пальцах учебник по предмету, и заговорила хриплым голосом, едва дойдя до учительского стола.