Prayer by Blood

Даррен не забыл о Крисе. Он никогда, никогда в жизни не сможет забыть его. Но спустя несколько долгих дней, с тех пор как он виделся с ним в последний раз, с тех пор как целовал и прикасался к Крису, Даррен пытается отступить сам, чтобы больше никогда снова не увидеть высокого бледного парня с глазами цвета морской глубины. Крис сбежал безо всякого объяснения. Он и не должен был ничего объяснять Даррену. Крисс знает, что он просто вампир, а Крис... Крис что-то совершенно необыкновенное. Целыми днями Даррен охотится, поглощая больше крови, чем ему обычно требуется. Он пьет ее до тех пор, пока его живот не опухает и его конечности не тяжелеют. На погоню за оленем ему требуется намного больше времени, чем просто размять ноги и заполнить легкие свежим воздухом. Он собирает больше дров, чем ему может понадобиться зимой, больше, чем может понадобиться его брату и родителям, вместе взятым. Они просто качают головами, когда он бросает к их ногам очередную охапку; они могут чувствовать запах следов Криса, оставшихся на нем, и знают, чего он ждет. Даррен пытается занять себя. Он живет уже много веков, но не было еще таких дней, когда ему было бы плохо настолько долго. Он проверяет, не протекает ли крыша (конечно, нет), уверяет себя, что в холодильнике заморожено достаточное количество крови, и голыми руками постоянно вычищает землю вокруг кустов роз. Эти кусты росли всегда, даже до того, как Даррен поселился в этом небольшом доме. Зимой у этих рваных кустов не на что смотреть, всего лишь скрученные коряги. Но весной они цветут насыщенно красным. За исключением одного куста, затаившегося между ними, бутоны которого желтые, как солнце над головой. Даррен проводит большим пальцем по толстому острому шипу, оставляя на коже полоску собственной крови. Он подносит палец к губам и нежно его облизывает. Собственная кровь никогда не казалась ему вкусной, она содержит привкус тех, кем он питается, а сейчас это сочетание оленей и слабый намек пумы, которую он преследовал целый час. Даррен больше не пьет человеческую кровь, с тех пор как встретил Криса. Ночи теперь для него намного длиннее. Даррен ложится спать в полночь, слушая знакомые звуки леса: шелест листьев на ветру, как лапа животного продавливает глину, дыхание других существ, скрытых в темноте. Он протягивает руку, будто сможет услышать стук сердца Криса. Но он слишком далеко и, скорее всего, заперт в городе. Даррен чувствует, как по его телу распространяется тепло при мысли о Крисе. Он помнит вкус его губ, который сейчас кажется таким горьким в его отсутствие, тепло кожи под кончиками пальцев, как тяжело бьется его сердце. Даррен думает об этом, проводя рукой вниз вдоль своего тела, как он уже делал много раз, с тех пор как встретил Криса. Даррен не получил пика наслаждения на том источнике, и каждый оргазм, который он пытается дать себе, будто что-то упускает. Его недостаточно. Даррен спрашивает себя, как долго, сколько еще десятилетий ему придется ждать, пока он не почувствует хоть что-то отдаленно похожее на то, что он испытал с Крисом всего за несколько минут. Луна проглядывает сквозь деревья в открытое окно, она кажется такой огромной на небе, хотя она даже не полная. Даррен знает, что сегодня оборотни будут бороться со своей неизбежной судьбой. Зуд под кожей, ломающий их кости. Даррен не жалеет их, он их понимает. Потребность в крови, боль внутри. Он знает, каково это – находиться под контролем каких-то первичных инстинктов. Его кожа покрывается мурашками, и рука Даррена застывает на его возбужденном члене. Где-то, скользя между деревьями, приближается сердцебиение. Даррен дрожит, его живот немеет – это сердце Криса. В один момент он спрыгивает с кровати и оказывается у входной двери. Он может чувствовать запах Криса даже через толщу деревьев, может слышать, как пульсирует кровь в его жилах. Все тело Даррена ноет от боли. Он прижимает ладонь к двери. Даррен ждет, как пройдет эта вечность до стука в дверь, и он тянет ручку. Крис стоит на его пороге. Он выглядит также дико, как и чувствовал Даррен. Колфер задыхается, его щеки красные от напряжения и волнения. Предвкушение. Его сердце колотится очень быстро и жестко в его груди, и Даррен чувствует запах его возбуждения. Запах неземной – оттенок лунного света и розы. Кожа бледная, гладкая, кроме тонкого шрама на его длинной шее, Даррен не позволяет себе долго смотреть. – Привет, – начинает Крис. Его глаза скользят вниз по телу Даррена, голому и соблазнительному, и оценив вид, он нежно прикусывает губу. Даррен вздрагивает – он помнит, как сам поранил ее. И хочет снова. – Что ты здесь делаешь? – Даррен держит свои ноги на земле, чтобы не броситься на Криса и не затащить его внутрь, откуда он никогда от него не сбежит. – Мне нужно было увидеть тебя. Даррен слышит всю необходимость в его словах, хотя не совсем понимает его. – Как ты меня нашел? – спрашивает Даррен. – Я, – Крис затихает, будто не совсем уверен, что готов все рассказать. Он проводит рукой по волосам; Даррен чувствует легкий аромат его шампуня смешанный с древесным дымом из леса. – Я послал разведчиков. – Что? – Мне нужно было найти тебя, но я не мог... – Крис глотает слова, борется с самим собой. – Даррен. Крис делает шаг навстречу к нему, Даррен вздрагивает. Он чувствует, как что-то теплое и электрическое скользит по коже, обвивая его запястья и бедра, и он прикрывает ненадолго глаза. Это что-то волшебное, это что-то – Крис. – Ты сбежал, – говорит Даррен. – Тогда ты просто оставил меня. Я думал, что ты не захочешь меня снова увидеть. Он чувствует всплеск сожаления от Криса и как что-то теплое скользит по его груди. – Все намного сложнее. – Объясни мне. – Я не могу. Пока что нет. Я хочу, и я объясню. Я все тебе объясню, – Крис переминается с ноги на ногу. – Но сначала мне нужно кое-что узнать. – Все, что угодно, – Даррен уже представляет, как он лежит на Крисе и прижимает свои зубы к его горлу, как только он попросит. Но никакого намека на это даже близко не было. – Мне нужно знать, что ты хочешь меня, – выдыхает Крис. Это больше, чем признание. – Черт, Крис. Так сильно. Ты даже понятия не имеешь насколько, – Даррен смотрит голодным взглядом, как бьется пульс у основания шеи Криса. Его клыки болят. Каждый его мускул напряжен, туго натянут. – Нет, я... не просто так... – Крис беспомощно взмахивает руками, как будто он хочет прикоснуться к Даррену, но пока не может. – Мне нужно знать, хочешь ли ты быть со мной. Быть моим. Также, как я бы хотел принадлежать тебе. Он касается рукой собственной груди, прямо над сердцем. Даррен вздрагивает один раз, а затем набрасывается на Криса. Он не может больше ждать. Он обхватает лицо парня ладонями и соединяет их губы. Крис стонет и прижимается к нему, рукой скользя к голой талии Даррена. Это намного лучше, чем воспоминания Даррена. Губы Криса такие горячие и мягкие, а его язык на вкус, как прохладная вода с тонким ароматом специй. Даррен скользит внутрь языком, втягивая Криса в глубокий поцелуй. Крис выше его, и Даррен становится на носочки, чтобы поцеловать его. Даррен прижимается ближе, трется голым, болящим от возбуждения, членом о бедро Криса, отчего тепло распространяется в его животе. Он стонет, когда член Криса прижимается к нему, такой заманчиво толстый и твердый. Все внутри Даррена говорит ему укусить, взять, съесть. Все говорит ему, что Крис хочет того же. Жар внутри него увеличивается, ускоряется темп биения сердца, Даррен чувствует пятно смазки и хочет попробовать ее на вкус. Руки Криса сжимаются на его талии, поглаживая большими пальцами его бока и впадинки на бедрах, задевая его чувствительные точки, отчего Даррен стонет. Его твердые соски болят от трения о рубашку Криса, и Даррен рычит в поцелуе, пока Крис крепче сжимает его в своих руках. Крис задыхается от его губ. Даррен отрывается от него, чтобы каким-то образом сделать пару шагов от двери. Кора дерева, из которой выполнена дверь, должна быть твердой, царапающей нежную кожу Криса, даже через его тонкую одежду. Даррен хочет успокоить его боль своим языком. – Крис, – задыхается Даррен. Колфер выглядит великолепно: красные губы, опухшие от поцелуев Даррена, порозовевшие щеки, грудь тяжело подымается с каждым вздохом, его твердый член выпирает из-под тонкой ткани штанов. Его зрачки расширены, радужка темно-синяя, еле заметная из-за огромных зрачков, и Даррен чувствует пот на всем теле Криса. Даррен ничего не может с собой поделать – он наклоняется и оставляет языком горячие влажные дорожки на длинной прекрасной шее Криса. Он стонет; Крис на вкус соленый и желанный, с тонкими нотками дорогого мыла. Его кровь так близко, что Даррен умирает от желания вонзить поглубже свои зубы. – Пожалуйста, – скулит Крис, задыхаясь. Он раздвигает ноги, и Даррен оказывается между ними. Колфер, извиваясь, трется о Даррена, царапая его широкую голую спину, ногти Криса будто гвозди. Они причиняют боль, отчего Даррен приоткрывает рот на шее Криса. Толстая венка находится чуть пониже под дрожащей кожей, потребуется не так уж и много силы, чтобы разорвать ее и взять то, что должно принадлежать Даррену. Он выдыхает, горячо и влажно, отчего бедра Криса толкаются вверх, против его члена. – Даррен, давай же, – ногти Криса впиваются в плоть ягодиц Даррена, пытаясь прижать его еще ближе. Даррен отрывается от Колфера только ради того, чтобы избавить его от одежды. Он срывает ее меньше, чем за секунду, и Даррен совершенно точно уверен, что он ничего не порвал. Не то, чтобы он сильно переживает, но все же он не может перестать думать о дорогой ткани и серебряных нитках. Даррен вновь внимательно оглядывает тело Криса, упиваясь его красотой. Его длинные сильные ноги так приятно обнимают его, прижимаясь к бедрам. Сладкий изгиб талии Криса, твердый плоский живот. Его плечи широкие, а в центре мускулистой груди рассыпано немного светлых волос. Крепкие, сильные руки. Даррен хочет, чтобы Крис сжал его в тесном объятии. Член Колфера такой твердый и длинный с капелькой смазки на головке, медленно стекающей вниз. Он настолько великолепен, что Даррен практически не может вдохнуть. – Ты так и собираешься пялиться? – спрашивает Крис, наклоняя голову и укладывая руки на свои бедра. На его лице легкая лукавая улыбка, и Даррен хочет согнать ее поцелуем. Даррен тянется, сжимая Криса в своих руках, и кладет его на пол, прямо на землю. Крис не может дышать – немного ворча, немного смеясь – когда они падают вниз. Даррен приподнимается над Крисом и тщательно изучает его взглядом. Он до смерти поражен видом, открывшимся перед ним, лежащим на грязной земле, улыбающимся и немного покрасневшим от возбуждения Крисом. Принадлежать ему. Даррен никогда в жизни не увидит ничего и вполовину прекрасного. Он опускается вниз и обжигает поцелуями грудь Криса, его соски, основание шеи, заставляя вздыхать и стонать Криса, отчего сердце Даррена бьется сильнее в триумфальном ритме, что именно он заставляет Криса так стонать. Даррен оставляет языком длинную широкую полосу на животе Криса; он чувствует, как мелкие волоски щекочут его язык и губы, и он усмехается. Даррен готов потратить целый год, облизывая кожу гибкого тела Криса. – Какое из имен богов твое? – удивляется Даррен вслух, проводя носом по горлу Криса. Он хочет оставить засос на бледной коже, но пока не знает, можно ли ему. Крис тянется к нему, одной рукой обнимая его талию, ладонью другой хватаясь за его шею. – Твое, – шепчет он, перед тем как прижаться к его губам. Даррен стонет в поцелуе и опускается вниз. Он широко раздвигает ноги Криса за колени, а Колфер крепко сжимает Даррена своими бердами. Даррен движется, его член скользит напротив члена Криса, и он хочет громко кричать от того, что он чувствует. Это намного приятнее, чем кожа к коже. Тело Криса такое горячее, оно излучает тепло, жизнь и силу. Такое ощущение, будто сама энергия Криса протягивает невидимую руку, лаская его тело, обволакивая его. А Даррен даже еще не оказался внутри. Крис толкается бедрами, покачивая ими в такт ритмичным движениям руки Даррена на его члене. Он немного подкручивает ладонь, отчего Крис высоко скулит, с придыханием. Даррен может чувствовать, как пульсирует кровь, как перемещается кожа с каждым его движением, словно шелк под его требовательными пальцами. – Ты никогда не...? – спрашивает Даррен, нежно сжимая пальцы на его головке. Все тело Криса резко дергается, и его член пульсирует у Даррена в руках. Будто вместо крови у него под кожей огонь. – Конечно же, нет, – задыхается Крис, покачивая бедрами в кулак Даррена. Чувство собственности рождается в животе Даррена, теплое и темное. Крис задыхается, будто он тоже это чувствует. Даррен знал, так или иначе он изначально знал, что Крис невинен, когда впервые прикоснулся к нему, Крисс почувствовал что-то новое, что-то, о чем никогда не знал. Смазка собралась на его головке, и Даррен размазывает ее по всей длине твердого члена Криса. Крис дрожит, выгибаясь в пояснице; мышцы на его животе сжимаются. – Черт. Давай я... – Даррен отстраняется, чтобы скатиться с тела Криса. Его рот просто истекает слюной, он так много хочет дать Крису, так много чего хочет заставить его почувствовать, но его останавливает рука Криса на плече. – Нет, – говорит Колфер, качая головой. Влажные от пота пряди волос лежат на его лбу. – Я хочу... тебя. Он нежно закусывает губу, как будто не знает, как сказать то, что хочет. – Я... Мы можем заняться бóльшим попозже. Желудок Даррена сжимается от мысли, что он сможет сделать все, что захочет, как только Крис ему позволит. – Но сейчас, прямо сейчас мне нужен только ты. Даррен приподнимается и снова целует его, вовлекая во влажный развязанный поцелуй. Рот Криса легко открывается, его язык движется навстречу языку Даррена, зубами он легко покусывает его губы, посасывая их. Даррен опускает свою руку вниз к яичкам Криса. Его пальцы находят упругую кривую задницы Криса, прижимаются к его входу, еле касаясь. Его кожа мягкая, гладкая, такая теплая. Обманчиво деликатная. – Ах, черт, у меня нет... у меня нет ничего, – судорожно стонет Даррен, прижимаясь лбом к груди Криса. Его член пульсирует от боли, прижатый к бедру Криса. – В моих штанах, – скулит Крис. – У меня в кармане. Я принес... Даррен вслепую бросается к одежде Криса. В кармане он находит хрустальный флакон с прозрачной вязкой жидкостью. Даррен с облегчением смеется. Он скользит обратно к телу Криса и увлекает его губы во влажный поцелуй. Крис с нетерпением открывает свой рот и скользит языком навстречу Даррену. – Ты просто чертовски потрясающий, ты знаешь? – шепчет Даррен в губы Криса. Он чувствует, как всплеск наслаждения и удовольствия от Криса омывает его. Даррен облизывает его шею, спускаясь к остроконечным соскам, и не может пройти мимо них, несмотря на то, как Крис от нетерпения ерзает под ним. Он проводит языком по жесткой плоти и награждается тихим стоном и тем, что бедра Криса прижимаются к его животу. Даррен опускается ниже, располагается между его широко расставленных бедер и отрывается назад, чтобы посмотреть. Крис похож на дикого зверя – в его волосах листья, на бледной коже следы грязи, щеки розовеют от удовольствия, что приносит ему Даррен. У Крисса перехватывает дух, насколько он невероятно великолепен. Он выглядит так, будто его место всегда было здесь. Вне города, в лесу. С Дарреном. – Скажи мне еще раз, – говорит Даррен. Он открывает флакон и покрывает свои пальцы душистой жидкостью. – Я хочу этого, – ноги Криса раздвигаются еще сильнее, вонзаясь пятками в прохладную землю. – Я хочу тебя. Даррен кружит пальцем у входа Криса, размазывая смазку, давая Крису насладиться нежными прикосновениями. Бедра Криса дергаются, и Даррен резко прижимает их к земле. Быстрое и дикое тепло уже растет внутри него. Оно клокочет у него в паху и играет по его венам; пот выделяется через его кожу. Он сглатывает свое безудержное желание взять его. Крис не просто какое-то тело, он гораздо большее. Даррен прижимает свой большой палец против входа Криса и немного давит внутрь. Совсем немного, ощущение открывающейся тесноты тут же пульсирует на члене Даррена. Он хочет дать Крису время, чтобы поднять его ноги и исследовать его изнутри своим языком. Руки Криса прижимаются к его плечам, держась за них. – Если ты ничего не сделаешь сейчас же, клянусь богами... – голос Криса обрывается на хриплый вздох, когда Даррен скользит внутрь своим смазанным пальцем. – О, черт, – шепчет он. – Блять, – вторит Даррен. Крис такой тугой, даже с одним пальцем. Крис его погубит, Крис вдохнет в него жизнь заново. Гладкие стенки пульсируют, пока Даррен медленно движет пальцем внутри, стараясь изо всех сил, чтобы не торопиться. Слишком грубо. Крис не тонкое существо, он не какой-то утонченный эльф, но Даррен не хочет причинить ему боль. Он чувствует, что палец уже хорошо скользит и добавляет к нему второй. Он знает, что его пальцы достаточно длинные, и он скользит глубже, чувствуя, как Крис раскрывается вокруг него. Теплые бабочки нежно скользят в его животе, и мяукающий тихий звук слетает с губ Криса, отчего голова Даррена кружится и чувство беспокойства накрывает его. Даррен использовал достаточно лубриканта, он стекает вниз, на землю, по ягодицам Криса. Дразнящий сладкий запах смешивается с вязким теплым ароматом Криса: его пот, его кровь, его возбуждение. Даррен хочет утонуть в этом запахе, погрузиться в него, как оборотень принимает жертву. – Давай же, – стонет Крис, дергая бедрами. – Еще чуть-чуть, – Даррен вытаскивает свои пальцы, глотая поцелуем жалобный стон, который срывается с губ Криса. Смазанная дырочка Криса пульсирует, пытаясь удержать Даррена внутри себя. – Позволь мне... – Даррен увлажняет свои пальцы снова и легко входит в Криса тремя, настолько медленно, насколько он способен сейчас. Даррен немного поворачивает запястье. Крис скулит, вероятно от растяжения, его ногти впиваются в плечи Даррена. Следы от них больно саднят, и Даррен надеется, что после них останутся шрамы. Даррен останавливается, все еще сдерживая себя, пока Колфер сжимается вокруг его пальцев. Все его тело дрожит, ноет от любого прикосновения, и его член дергается от каждого сжатия дырочки Криса. Даррен чувствует это, когда тело Криса наконец уступает, растягиваясь так, что он может двигаться глубже, растягивая Криса и дальше, как можно осторожнее. Он толкает пальцы, пытаясь найти. Он ищет. Даррен меняет угол наклона, и у Криса вырывается высокий вздох, все его тело натягивается. Даррен усмехается, обнажая зубы. – Хорошо? – Даррен наклоняется и целует шею Криса, чувствуя, как пульсирует кровь под его языком. – Блять. Все еще твердый член Криса свободно лежит на его бледном животе, такой темно-красный, с блестящей головкой от выделившейся смазки. Даррен ничего не может с собой поделать. Он смещается вниз, ныряя ниже, и медленно проводит языком вниз по его члену, cлизывая горькую теплую жидкость. Крис резко вздрагивает и сильнее сжимается вокруг его пальцев. Даррен спрашивает себя, сколько раз он сможет заставить Криса кончить, прежде чем им понадобится отдых, сколько раз он сможет заставить его кричать, прежде чем его голос сорвется. – Хорошо. Хорошо. Пожалуйста, – рука Криса скользит по плечу Даррена, его шее и зарывается пальцами в его волосы. – Боже, Даррен. Пожалуйста, – все тело Криса напрягается. Даррен знает, о чем он просит. Даррен скользит вверх к Крису, оставляя долгие поцелуи по всем участкам тела, что оказываются перед ним – животу, груди Криса. Так аккуратно, чтобы не укусить его, как хочется на самом деле Даррену. Он прячет свои зубы, чтобы не повредить идеальную плоть. Руки Криса хватаются за плечи Даррена, притягивая его ниже, чтобы Колфер мог поцеловать Даррена, влажно, покусывая его губы, как бедра Даррена оказываются напротив его члена. Эрекция Даррена прижимается к яичкам Криса, а головка давит на его растянутое отверстие, задевая скользкую смазку. Даррен чувствует восходящее ощущение в животе Криса и то, как он задерживает глубокий вдох. Даррен наклоняется и обхватывает его член дрожащими пальцами, проводя вверх. – Крис, посмотри на меня. Крис открывает глаза, в его взгляде только одно беспокойство. Даррен резко выдыхает. Темные дикие зрачки Криса почти полностью поглотили голубую радужку, и теперь в темных омутах в своем отражении купается луна. Губы Криса ярко-красные, опухшие, влажные от поцелуев Даррена, а на некогда бледных щеках играет румянец. Что-то заставляет Даррена почувствовать, будто какое-то волшебство расплывается у него в горле, перетекая в его грудь. Эта неизвестная сила оставляет за собой множество мурашек на коже Даррена, и Крисс чувствует необъяснимое тепло. Он чувствует, как какая-то сила скользит внутри него, проникая через поры, прямо в его кровь. – Мне нужно, чтобы ты повторил то, что сказал, – Даррен проводит кончиком носа за ухом Криса. Заметив небольшой розовый шрам, он скользит по нему языком и далее, вниз по шее Криса, давит в себе всплеск желания взять Криса и ревность, которая неожиданно в нем пробуждается. Даррен хочет спрятать ото всех эту идеальную шею и никогда не отпускать. – Скажи мне, что ты хочешь. Даррен должен быть абсолютно уверен. Пальцы Криса сжимаются в его волосах, теплая дрожь бежит по животу Даррена. – Я хочу тебя, – шепчет Колфер, прежде чем он втягивает Даррена в беспорядочный поцелуй. Он щипает нижнюю губу Даррена. – Сделай меня своим. Даррен прижимает бедра Криса и толкается вперед. Головка его члена скользит внутрь, и громкий рычащий стон вырывается из горла Даррена. Это слишком горячо, слишком жарко, и Крис почти болезненно сжимается вокруг него. Даррен не может дышать, капли пота стекают с его волос. Крис выпускает напряженный стон, и его голова запрокидывается назад, приподнимая подбородок и обнажая бледное горло. "Нетронутый, – кричит все существо Даррена. – Теперь мой." Это чувство триумфально горит в его груди. Он толкается медленно, настолько, насколько способен, настолько глубоко, как смеет, держа одной рукой бедро Криса в воздухе, а другое, лежащее на земле, он оборачивает вокруг себя. Бедра Криса дергаются с каждым толчком, встречая Даррена в определенный момент. Даррен мягко выходит, осторожно, чтобы удержать свою головку внутри. Крис сжимается вокруг него, а его ногти глубоко вонзаются в спину Даррена. Хриплые стоны срываются с губ Криса, и пот дорожками спускается по его шее, стремясь куда-то вниз, к груди. Даррен хочет, чтобы Крис выглядел так всегда. Он наклоняется, чтобы слизать пот с кожи Криса. Послевкусие – острая горечь ярко горит на его языке. Даррен встает на колени и входит так глубоко, как только может, и Крис громко стонет из-за перемены положения. Его спина резко выгибается, и Даррен рычит, оттого, что Крис кусает его в плечо. Это больно, и Даррен вздрагивает; его следующий толчок резкий, возможно, слишком резкий. Крис задыхается и дрожит под ним, а его тело тесно сжимается вокруг члена Даррена. – Ах, черт, Крис, прости... Я... – пальцы Даррена врываются в землю рядом с головой Криса, цепляясь изо всех сил. – Не останавливайся, – ноги Криса на талии Даррена сжимаются, давя пятками на его задницу и заставляя того войти куда более глубже. Он достигает предела, упираясь своими яйцами в сладкие изгибы задницы Криса. – Боже, никогда больше не останавливайся. – Никогда, – стонет Даррен. Он втягивает Криса в еще один поцелуй, вкус которого опьяняет. Тело Криса так открыто перед ним, так желанно. Лежа на постели из листьев, он получает удовольствие от Даррена. Он прекрасен. Даррен знает, что он уже совсем близко, его яички поджимаются и болят, и по запаху Даррен определяет, что Крис тоже на пределе. Его член зажат между ними, пульсируя в такт сердцебиению, оставляя следы от смазки на их животах. Тепло собирается в животе Даррена, мчась по его конечностям. Он чувствует себя так хорошо, так идеально. Он хочет, чтобы это состояние длилось вечно, хочет остаться так глубоко в Крисе, пока луна омывает их своим светом, а лесной шум обволакивает их. Он хочет провести всю свою жизнь с Крисом, и он уверен, что Колфер не откажется. – Ох, ты... – внезапно стонет Крис. Его голос звучит жестко и напряженно, намного ниже, чем обычно, что Даррен чувствует, как его звук отдается новой волной удовольствия в его члене. – Что? Что-то не так? Я могу... – Даррен не хочет отстраняться, пока не уверен в чем дело. Но если Крису так надо, то... – Твои зубы... – шепчет Крис. – Они... Рука Криса аккуратно прикасается к его рту, и он прижимается губами к губам Даррена. Сердце Даррена сжимается, а бедра дергаются. – Боже, прости. Я не могу контролировать их. Я... – Даррен знает, что его клыки полностью обнажились. Его зубы зловеще острые и смертельно опасные, истекающие слюной. Они должно быть очень ярко светятся белизной в лунном свете. Он пытается прикрыть их своими губами, но у него не выходит. – Не надо. Они, о! – стонет Крис, его глаза прикрываются, от ощущения такого твердого Даррена внутри него. Его рука соскальзывает с лица вампира, зарываясь в волосы. – Они часть тебя. – Крис, я... – Даррен обрывается. Он знает, что люди думают о вампирах; как они бездушны и бесчеловечны, что они всего лишь порочные существа, животные, недостойные никого. Даррен – вампир, он не может изменить свою природу, и он не стыдится своей жизни. Но Даррен не знает, как объяснить боль, возникающую в нем от нужды большего, от нужды в крови. Он пытается игнорировать это чувство, но импульс неисправно подпитывается в нем, чем ближе он подходит к оргазму. Крис заслуживает большего, а не такого животного, как Даррен, даже если ему кажется, будто он действительно его хочет. – Мне... Мне нужно... – Даррен горбится, роет локтями землю, чтобы сдержать себя, он сжимает руки в кулаки в волосах Криса. Даррен опускает голову, оказываясь в опасной близости от шеи Криса. Его клыки касаются уязвимой кожи горла. Чтобы прокусить ее не понадобится слишком много сил. Он чувствует, как с его клыков капает слюна, увлажняя кожу Криса. Он знает, так или иначе, он знает, что вонзит свои зубы в Криса, пока будет дальше двигаться внутри него, и это будет означать намного большее, чем вообще возможно понять. Это будет означать все. – Пожалуйста. Я хочу, чтобы ты... – рука Криса скользит в кудри Даррена, сжимая их своими пальцами, удерживая его голову рядом со своим горлом. – Боже, пожалуйста. Желание, разрешение, твердость и предельная ясность скользит в задыхающемся голосе Криса. Он поворачивает голову в сторону, щекой прикасаясь к почве, открывая больше пространства для Даррена, и тот видит, как двигаются сухожилия под бледной кожей. Даррен не может сопротивляться такому приглашению, не может сказать "нет". И он кусает. Его опасные клыки глубоко вонзаются в нежную плоть с ужасающей легкостью. Крис вздрагивает под ним, его тело сжимает член Даррена так туго, что почти причиняет ему боль. Горячая, солено-сладкая кровь наполняет рот Даррена, и его бедра дергаются вперед, резко толкаясь в тело Криса. Такое чувство, что все тело принимает электрический шок в тот момент, когда кровь Криса касается зубов Даррена, будто что-то нагревается внутри него и обхватывает его душу. Даррен стонет в шею Криса, позволяет крови заливаться в его горло. На вкус Крис как солнечный свет, как древний мир. Как сила, как магия. Чистый, ничем незапятнанный. На вкус он как любая мечта, что когда-либо была у Даррена. Криссу кажется, что они оба светятся в лунном свете. Сейчас происходит что-то большее, чем секс, чем кровь, что пьет Даррен, но он не знает, что именно. Теперь он точно уверен, что Крис не человек, он что-то большее. Даррен сковал Криса, тот принял его член и зубы. Он получил его, как и хотел, когда впервые увидел этого великолепного мужчину, настороженно наблюдая за ним из-за деревьев. Даррен рычит и резко входит, он знает, с какой силой может трахать Криса, чтобы подарить ему удовольствие. Крис скулит и дрожит под ним, его член грубо зажат между телами парней, его задница пульсирует вокруг члена Даррена. Крис тянется вниз и хватает Даррена за бедро, вонзая в твердость мышц свои ногти. Даррен мычит в его горло и представляет, как Крис истекает кровью. Мысль о том, что у Криса останется след от него, заставляет член Даррена пульсировать во влажном теплом теле Колфера. Его клыки вонзаются немного глубже в беспомощное горло Криса. Даррен старается не выпить слишком много крови Криса, не хочет причинить ему боль, но его вкус слишком завораживающий. Тепло крови, омывающей его язык, стекающей по горлу Даррена и отдающейся жаром в его животе, заставляет все инстинкты Даррена выбраться наружу. Эта кровь ярче и богаче вкусом, чем любая другая, что пробовал Даррен, и ни одна из них не могла удовлетворить его настолько. Крис сдавленно шумит, возможно, произносит имя Даррена, если бы он мог говорить, и Даррен чувствует знакомые потоки силы, вьющиеся вокруг его запястий и бедер. Прикосновения похожи на скольжение рук Криса, и Даррен делает последний большой глоток крови из его горла. Крис неожиданно кончает, его тело выгибается в пояснице, высоким голосом громко крича что-то в раннем утреннем свете восходящего солнца. Его тело сжимается вокруг Даррена с болезненной силой, ритмично пульсируя. Его член подергивается и кончает толстыми струями прямо на его живот и грудь. Горько-соленный аромат спермы распространяется в воздухе, и все вокруг пахнет так, будто сейчас кого-то заклеймили. Оргазм Криса утягивает Даррена в собственный. Тесное желание стягивает его, накрывая волной удовольствия, и он кончает, глубоко в Криса, задыхаясь и дрожа всем телом. Удовольствие омывает его снова и снова. Когда оргазм накрывает Крисса, он понимает, что такого он еще не чувствовал, ничего подобного. Это гораздо больше, это просто неописуемо. Кровь приливает к его ушам, его сердце бьется так часто и резко, что Даррен думает, будто оно вот-вот лопнет. Это больше, чем просто тело, каждый кусочек будто отваливается от него, а затем сливается обратно, воедино с остальными. Он может чувствовать это своей душой, своим сердцем, своей кровью. Он стал чем-то большим, чем был раньше. Будто он стал частью Криса. Даррен падает вниз на грудь Колфера, которая тяжело вздымается, будто без костей, дрожащая в после оргазменном шоке, который был намного мощнее, чем все, что он когда-либо испытывал. Удовольствие сочится через его тело. Сильные руки Криса плотно прижимают Даррена к его телу, обнимая. Крис опускает ноги на землю с талии Даррена, чтобы отдохнуть. Даррен чувствует, как бешено колотится сердце Криса, как его руки скользят по потной спине Даррена. Он бормочет нежные слова низким голосом, которые Даррен не может разобрать, но он чувствует, как они приятно успокаивают его после оргазма. Запах секса все еще витает в воздухе – запах пота, спермы и крови. И аромат чего-то яркого, возможно, магии. Даррен привстает, как только удовольствие растворяется, оставляя за собой сверхчувствительность. Крис тихо стонет, и его задница сжимается, когда Даррен выходит, будто пытаясь оставить его внутри. Даррен прячет влажное лицо в нежном изгибе шеи Криса, где пот смешался с кровью, где остались крошечные следы от зубов Даррена. Он устало лижет ранки, омывая их слюной. Пот подсыхает на их коже, и они дрожат от холода лесного воздуха, омывающего их нагретые тела. – Крис, – шепчет Даррен, когда снова может говорить. – Это было... – он останавливается, не зная, что сказать. – Как ты? Крис проводит пальцами по влажным от пота волосам Даррена, разделяя кудрявые локоны, царапая кожу головы. Даррен дрожит от каждого контакта с Крисом. Тело Колфера вялое, гибкое и сейчас пресыщено удовольствием. – Думаю, я должен кое-что рассказать тебе, – говорит Крис. – О том, кто я такой, – он поглаживает большим пальцем скулу Даррена. – Ты. Маленькая. Нимфа. – Почти, – Крис прикасается ладонью к шее Даррена. Тепло бежит по его спине. – Фея. – Ох, – слабо стонет Даррен, отказываясь верить. Он сползает с тела Криса, укладываясь рядом с ним на землю, в листья. Понимание, реальность бьет его ударом под дых. Он знает, что попал в большие неприятности. Законом запрещено нелегально пить кровь фей, если они не принадлежат тебе. Даже прикоснуться к фее уже преступление. А сейчас внутри Даррена свежая бурлящая кровь, которая прожигает его вены, сладко тянет его желудок. Даррен в полном дерьме. Даррен прикрывает глаза рукой. Совет вызовет его на суд, закованным в железо и пепел. Они приговорят его к самому страшному наказанию. Сознание Даррена в полном смятении от мысли, что с ним будет. Они заклеймят его, выгнав за границы города, оставив ему ярко-красный выжженный след на плече. Совет навсегда запретит ему пить человеческую кровь. Они изгонят его туда, куда только Бог может знать. Даррен любит жить в лесу, он не хочет уходить, но, что бы не случилось, он пойдет за Крисом куда угодно. – Есть еще кое-что, – говорит Крис. Его голос легкий, бодрый, Колфер ближе прижимается к Даррену, закидывая на него ногу. – О, боже, что? – Даррен не может представить что-то похуже того, что уже узнал. Его член все еще полутвердый, влажный, прижимается к его бедру. Несмотря ни на что, он хочет большего. – Я... Ну, я живу во дворце, – рука Криса устраивается на его животе, аккуратно поглаживая. Даррен чувствует кожей энергичный пульс из запястья Криса. – Я из королевской семьи. Даррен вздрагивает, громко рыча: – О, твою мать! Это гораздо хуже, он так облажался. Он выпил кровь члена королевской семьи фей, с которым он даже не был связан. Даррен даже не должен был оставаться наедине с Крисом, не говоря уже о голых телах, питье крови и освежающем сексе за городом, посреди леса. Совет даже не будет возиться с судом. Они просто посадят его на кол, исключат, а потом сожгут. Публично. С песнопениями. А потом они созовут всех оборотней и заставят их помочиться на его тлеющий пепел для пущей меры. – Даррен, – Крис прижимается подбородком к его груди. Он задевает большим пальцем его сосок, и Даррен дрожит от прикосновения. Он все еще испытывает сверхчувствительность. Даррен смотрит вниз на тело Криса. Его маленькая фея улыбается ему с горящими глазами и розовыми щеками. Небольшой мазок крови все еще остался на его шее, испачканной в грязи и копоти. Даррен хочет прикоснуться к следам, что оставили его зубы, вылизать каждый дюйм кожи, обильно смочив слюной. – Позволь... Мы просто... Я... – Даррен зарывается рукой в свои волосы. Все его тело раскалено от горячего удовольствия. И магии. Он чувствует эту силу глубоко внутри, бегущую по его мышцам. Кровь Криса все еще на его языке, тепло греет живот Даррена, просачивается в его венах, растворяясь в его теле. – О боже. – Даррен, мой хороший, – шепчет Крис, и Даррен прикрывает глаза от ласкового прозвища. – Я же сказал тебе, что хочу этого. – О, так ты хочешь, чтобы Совет убил меня? – Нет, конечно, – возражает Крис, практически рыча. Низкий гул его голоса резонирует в теле Даррена. – Я не думаю, что ты понял меня до конца. Я хотел, чтобы ты стал моим. – Кисть Криса ложится на грудь Даррена, прямо над его сердцем, прямо там, где он впервые прикоснулся к нему. – Навсегда. Тяжелый вздох вырывается изо рта Даррена, каждое слово Криса так и светится теплом и энергией. Сердце Даррена будто заикается. – Ты... Ты хочешь быть связанным со мной? Крис улыбается, немного щуря глаза. На его щеках появляются ямочки. Он так красив. – Да. – Почему? Я просто... Я просто я, просто вампир. А ты... Боже, Крис. Ты... – Даррен не может найти слов, чтобы описать Криса. Лунный свет отражается в его глазах, ярко освещая его голую кожу. Он неземной. – Просто Крис, – выдает Колфер. – Ты сказал, что тоже хочешь меня, – он все еще играет с сосками Даррена, легко касаясь нежной кожи. – А, черт, Крис. Конечно, я хочу, – Даррен протягивает руку и обхватывает ладонью лицо Криса, подтягивая его к себе, чтобы втянуть в поцелуй. Он касается его языка своим, преследуя его вкус. Даррен спрашивает себя, может ли Крис почувствовать вкус собственной крови на своих губах, и от осознания этого, Даррен чувствует, как горит кровь в венах. – Конечно, я хочу, – шепчет Даррен, когда отрывается от губ Криса. – Я отдам свою кровь, свою жизнь – это все, что у меня есть – и выпью твоей крови. Все что угодно. Все, – он целует его снова, прикасаясь своими пальцами к щекам Криса, его челюсти. Слова в языках разные у каждой культуры, но означают одно и то же. – О, хорошо, – говорит Крис. Он прикасается к губам Даррена своими, легко как перо птицы, мягко, как шелк. – Потому что это все, что я хочу от тебя. Навсегда. – Я твой, – подтверждает Даррен. Его тело так легко чувствует себя, но достаточно приземлено, как еще никогда не бывало. Он думает, что нашел дом для своей души, что он даже не подозревал, что всегда искал, что ему не хватало этого. Даррен втягивает Криса в глубокий, медленный поцелуй. Он щиплет нижнюю губу Криса, отчего несколько капель крови вырываются из мягкой плоти, и Даррен слизывает их. Крис дрожит над ним. Кровь Криса сейчас принадлежит ему, и мысль об этом разливается сладкой болью по телу Даррена. – Я должен рассказать кое-что еще, – говорит Крис. Некое поддразнивание слышится в его голосе, и Даррен моментально влюбляется в такой тон. – Ты же не можешь забеременеть? – спрашивает Даррен, ухмыляясь. Его сердцу так легко в груди, оно как будто бы трепещет от счастья. – Потому что я не уверен, что смогу сейчас принять еще какую-либо правду. – Нет, – смеется Крис, прижимаясь губами мягким поцелуем ко рту Даррена. Живот Даррена судорожно поджимается от мысли, что Крис пробует вкус собственной крови с его губ. – Но это было что-то вроде подготовки. – Крис нависает над Дарреном, лениво потираясь бедрами о бедра Даррена, тем самым напоминая, что их члены все еще полутвердые, что если Даррен захочет, он может перевернуть их и вновь войти в Криса. – Что? – голос Даррен немного срывается. – Я знал, что суд никогда не разрешит мне тебя или меня тебе. Но я знал еще с того момента, как впервые увидел тебя в лесу, что ты предназначен для меня. Только для меня. Даже если ты... – Крис замолкает, пожимая плечами. – Просто скромный вампир? – спрашивает Даррен, приподнимая брови и вырисовывая большим пальцем на щеке Криса какие-то узоры. – Не фея с надлежащим рождением, званием и социальным статусом, – исправляет Крис, щипая соски Даррена. – Совет и мои родители никогда бы не разрешили мне подобное. Тебя. Я даже не должен был оказаться рядом с тобой, не говоря уже о том, что бы остаться наедине с тобой. – Они могли бы изгнать меня за то, что я прикасался к тебе. Убить за то, что я пил твою кровь, – рука Даррена мягко поглаживает спину Криса. Пот практически подсох, отчего кожа Криса немного липкая. – Не говоря уже о том, что произошло... О том, что я взял тебя, – Даррен жадно вдыхает в себя воздух, когда бедра Криса двигаются напротив его, и Даррен чувствует, как его член становится полностью твердым. – Это в их правах. Это закон. – Уже нет. Моя сила одобрила тебя. Совет узнает, что это не было насилие, что ты меня не принуждал. Если они причинят тебе боль, то они причинят боль и мне. Тогда они будут обязаны изгнать и меня тоже. Таким образом, Совет не сможет разлучить нас. Я уже наполовину твой. У тебя есть моя кровь, моя... – Крис жестом показывает на пространство между их животами, где подсыхает его сперма на коже Даррена. – У меня есть твоя сила и твоя... Эм... – Крис медленно заливается краской и двигает бедрами, чувствуя, как сперма Даррена все еще находится внутри него. – Они ничего не смогут тебе сделать. Моя сила знает тебя; я никому не позволю причинить тебе боль или забрать тебя у меня. И себя от тебя тоже. Все, что нам осталось сделать, – это закончить связь. Мы можем сделать это немедленно. – Ты маленький шалун, – говорит Даррена, его голос полон удивления. – Я настаиваю на том, что я фея, – зубы Криса прикусывают нижнюю губу, а его ресницы черны, как ночь. Теплые искры бегут по спине Даррена от его взгляда. – Очень злая и умная, – говорит он в восторге. – Я собираюсь установить связь с каждой частью твоего тела. – Что ж, – щеки Криса мило розовеют, и Даррен понимает, что полностью влюблен в него. – Я определенно надеюсь на это. Даррен проводит руками по спине Криса, запоминая каждую мышцу, кривые костей и мягкость кожи. Он чувствует запах возбуждения в нем и спрашивает себя, как Крис отреагирует, если Даррен перевернется на живот и отдаст ему всего себя. Теплый член Криса, трущийся о его бедро, говорит ему, что это полностью приветствуется. – Получается, у тебя есть моя сила. Та малая часть того, что во мне было, – Даррена не заботит, что вампиры не самые волшебные существа. У него есть свои сильные стороны. Крис кажется доволен всем, что ему досталось. – А у меня есть твоя? – Еще нет, – Крис оставляет поцелуй на шее Даррена, касаясь его мягкой кожи языком. – Но ты еще будешь связан со мной. Я охотно дам тебе ее и так быстро, как это возможно. Наша магия – канал связи. Постоянный. Неразрывный, – глаза Криса смягчаются, наполняясь темно-синим. Его взгляд становится довольным, в зрачках читается что-то больше, чем просто удовлетворенность. – Ты будешь чувствовать меня, а я тебя. Мы будем делить силу. Жизнь, – он рисует пальцем на груди Даррена замысловатый узор, скользя между волосками. – Знаешь, мы были связаны раньше, – размышляет он, его голос полон мечтаний. – Уже были? – На водопаде. Когда мы целовались. Ты... Твоя сила, суть твоего существования, потянулась ко мне. Моя сила ответила. Ты, наверное, почувствовал, но просто не знал, что именно происходило, – Крис прикрывает глаза и давит рукой на сердце Даррена. – Здесь, ты можешь почувствовать... Даррен задыхается. Волна теплого наводнения накрывает все его тело, задевая конечности. Та же самая энергия, которую он чувствовал каждый раз, как встречался с Крисом, только более сильная, чем когда-либо. Он чувствует, как сила Криса находится внутри него, как она растворяется в его теле. – О боже, – стонет он. – Это ты. Твоя сила. – Так и есть. – Я чувствовал это, – Даррен беспокойно ворочается. – Раньше. Когда мы встретились. В воде. Я чувствовал это. Чувствовал. Что-то клокочет внутри груди Криса, и он утягивает Даррена в глубокий, влажный поцелуй. – Потому что ты предназначен мне, а я тебе. Когда мы связаны неважно, как далеко мы друг от другу. Мы всегда будем чувствовать нашу силу и наши жизни. Наши души узнают друг друга из любого количества других душ. Даррен обхватывает тело Криса руками и переворачивает их, нависая над ним. – Как будто я всегда знал тебя. – Просто потребовалось немного времени, чтобы найти друг друга, – Крис широко улыбается, поглаживая щеку Даррена кончиками пальцев. Крисс чувствует его прикосновения, вплоть до костей. – Останься со мной, не возвращайся сегодня в город, – шепчет Даррен. Он целует лоб Криса, его щеки и аккуратно касается его шеи. Самая сладкая и спокойная улыбка сверкает на губах Криса. – О, мой хороший. Я буду с тобой всегда. Даррен прикрывает глаза, делая глубокий вдох. В его голове ощущение полнейшей эйфории. Луна уступила первым утренним лучам, позволив сменить свой холодный свет на розовый, греющий от поднимающегося солнца. Лес начинает просыпаться, шумя множеством звуков – шелест деревьев, шуршащая листва, первые звуки пения птиц. И под всем этим два устойчивых сердцебиения сливаются в унисон.