Prayer by Blood

Крис не видит Даррена три дня. Колфер прячется в городе, запирается во дворце, где он и должен находиться в любом случае. Но Крис не собирается постоянно ограничиваться занудством, изнашивая себя в придворной жизни государственными делами и долгими зваными ужинами. Мраморные полы, шелковые простыни и больше ничего нет в этих стенах, что можно было бы рассмотреть, нет ничего хотя бы отдаленно опасного или захватывающего. Крис может спокойно выходить куда ему угодно, конечно же, его перемещения не ограничиваются его положением. Но он должен брать с собой прислугу, когда покидает пределы дворца и уходит за стены города. Тот факт, что он уже дважды за неделю выходил один, означает, что за ним будут немного тщательнее наблюдать. Крис понимает, что ненавидит все это. Каждую секунду, что он находится под сводчатыми крышами, одетый в плотные сдержанные одежды. Он внезапно чувствует боль от желания выбраться на улицу, погулять под открытым небом, обнажить свою кожу лучам солнца. Он хочет, чтобы его ноги были в грязи, а голые бедра сжимали руки вампира. Крис провел всю свою жизнь в городских стенах — исполнял свои обязанности, обучался манерам, становился тем человеком, которым и должен был стать от рождения. Он идеально соответствовал своему положению. Но сейчас... Сейчас этого было недостаточно. Этого никогда не было достаточно, но тяжелое желание чего-то большего сейчас определилось четче, чем когда-либо раньше. Крис точно знает, чего хочет. И это что-то — Даррен. Но Даррен не для него. Колфер предназначен кому-то из своего вида — еще одному высокому бледному человеку королевской крови и с древней магией в жилах. Избранник не должен быть вампиром. Но так вышло. Он не должен был находиться в лесу в тот день, когда впервые положил глаз на Даррена, дикого и голого. Он должен был быть во дворце, разбираясь с каким-нибудь скучным делом. Что-то типа конфликта между магом и эльфом, которому необходимо внимание Совета. Но тогда Крис проскользнул мимо своего самого бдительного слуги в прохладный темный лес, обширно простирающийся за границами города. Крису всегда было намного комфортнее на природе, где воздух был на вкус как жизнь, а вода — приятно прохладной, освежающей тело. Когда Крис был маленьким, он представлял себя дикой нимфой. Он часами прятался от своих родителей в ухоженных садах дворца, прыгая между высокими кустами роз, пачкая свою одежду, с листьями в голове, нежась под солнцем до тех пор, пока его кожа не покрывалась веснушками. Крис убежден, что обстоятельства его рождения крайне неправильны. Его место снаружи, его место с Дарреном. Грант, Райкер и Курт, слуги Криса, загнали Колфера в угол на второй день после встречи с Дарреном. Он успешно избегал их, оставаясь в своих покоях с книгами и со своими записями. Таким образом он отвлекал себя от выцветших воспоминаний о тепле рук, влажном языке Даррена, о затягивающем электрическом напряжении его звериной силы. Крис видит, как они приближаются к нему с другого конца огромного коридора, все трое красивы по-своему, и Колфер глубоко вздыхает от того, как он хочет развернуться на каблуках и просто исчезнуть. — Не смей убегать, Кристофер, — говорит Грант, его голос потрескивает от подавляемого смеха. Грант всегда точно знает, о чем думает Крис. — Грант. Господа, — приветствует их Колфер коротким кивком, что само по себе смешно, ведь они лучшие друзья. — Ты прятался от нас, — Грант скрещивает руки у себя на груди, он даже выше Криса. — Я был занят. — Занят, избегая нас, — говорит Райкер. Он самый молодой из парней, но самый яркий и взрывной. Он всегда так переполнен радостью, что никто не может злиться рядом с ним. Его магическая сила как будто просто протягивает руку и поднимает всем настроение. — Что происходит, Крис? — спрашивает Курт. Человек, который всегда любит докопаться до самой сути проблемы. — Где ты был вчера? Мы знаем, что ты ходил в лес, но когда вернулся, ты... был сам не свой. Что случилось? Крис думает о том, чтобы солгать, рассказав им историю о том, как он удивился, наткнувшись на стаю оборотней или что-то в этом роде, но каждый оборотень был зарегистрирован у Совета, да и все бы знали о чем-то новом постороннем поблизости. И кроме того, Крис знает, что друзья могут чувствовать изменения в его силе, ту самую нить энергии, которая не принадлежит ему. Энергия, которая явно не такая, как у них. — Я... я встретил кое-кого, — хрипит Крис, даже несмотря на то, что само заявление может повлечь за собой проблемы. — Кого? — спрашивает Райкер. Он звучит взволнованно от любопытства. — Человека. — Ты взаимодействовал с человеком без присмотра? — в голосе Курта неодобрение и шок. Яркие глаза Гранта заинтересовано смотрят на Криса, и Колфер знает, что он может рассказать больше. — Он ведь не просто человек? Крис нервно сглатывает, встречаясь со взглядом Гранта. — Он вампир. — Боже, Крис! — восклицает Курт. Грант сжимает свои губы, будто он старается подавить улыбку. Нижняя челюсть Райкера будто отвалилась от шока — Крис знает, что младший никогда не видел вампира раньше и что ему очень хочется. — Ну что ж, — говорит Грант. — Как его зовут? — Даррен, — живот Криса счастливо дергается при мысли о нем, и он рад, что его друзья не могут чувствовать химию его тела, как это может делать Даррен. — Ты был с вампиром. Наедине. Крис, ты знаешь, что это запрещено, — отчитывает Курт, как будто бы Крис сам не знает об этом. — Кажется, список запрещенных мне вещей намного длиннее, чем список того, что я имею право делать, — усмехается Крис. Он так устал от всех ограничений в своей жизни. — Почему бы тебе не рассказать нам, что произошло, — предлагает Грант. — Я прогуливался по лесу на прошлой неделе. Мне было скучно и немного беспокойно на душе. Он был там — он охотился. Мы поговорили, — Крис не хочет рассказывать о голоде в глазах Даррена во время первой встречи и о том, что он откуда-то знал, что не может коснуться Криса. Он не рассказывает друзьям, что вампир был голым. — И потом, пару дней назад, когда я был на источнике, мы встретились снова. Он подошел ко мне. Крис не рассказывает им, что он купался и что Даррен к нему присоединился. — У нас... У нас был один момент, — Крис тяжело сглатывает и вспоминает, как его сила жалась ближе к телу Даррена, как его член скользил вдоль члена Даррена. Грант приподнимает брови. Райкер выглядит так, словно ему ужас как не терпится узнать, что было дальше. Курт начинает закипать от ярости. — И что произошло в этот момент? — спрашивает Грант. — Мы обменялись силой, — просто выдает Крис. У него нет другого способа высказать это. И так слишком много правил сломано между ним и Дарреном. Пересеченных границ и нарушенных законов. Сейчас нет смысла запутывать друзей, говоря им неправду. Очень долгое молчание воцаряется в коридоре. — Что? — голос Курта звучит очень низко. Крис может чувствовать, как кипит сила в темноволосом парне. — Сила. Он... Его сила потянулась ко мне. А моя ответила. Это охватило меня. Мы, мы связаны между собой, — Крис на секунду прикрывает глаза. Он просто переводит дыхание. Сила Даррена низко бренчит по его собственной, еле заметно, легко, в гармонии. — Дерьмо, — говорит Грант. Он звучит практически впечатлено. Грант никогда не был одним из тех, кто цеплялся за старые обычаи и социальные нормы. — Он знает? — спрашивает Райкер. — Конечно, нет. Он же вампир. Они не могут... Они не достаточно волшебны, чтобы почувствовать что-то подобное. Но я почувствовал. Я уверен, — Крис прижимает свою ладонь к животу. Он до сих пор может чувствовать следы сущности Даррена внутри него, танцующей на его нервах, смешивающейся с его собственной силой. Они не просто связаны — это намного больше, чем просто обмен, но в данный момент они действительно связаны. Не так сильно, но все же. Тот факт, что это вообще произошло, что у вампира было достаточно силы, чтобы обменяться с Крисом, говорит Колферу о том, что выбор, который он собирается сделать, совершенно правильный. Если он будет держаться за это, то это чувство навсегда останется у него внутри. Крис немного улыбается. — Тебе конец, — смеется Грант. — Совет тоже узнает. Они почувствуют, что ты... — Курт замолкает, будто не хочет заканчивать фразу. — Что я? Испорчен? Испорчен вампиром? — Крис смотрит прямо в глаза Курта, пока тот просто моргает. — Эй, чувак, — Курт проводит руками между ними. — Я не это имел в виду... — Тебе не нравятся вампиры, мы поняли. Но это Крис, мы говорим о нем, прояви немного уважения, — вмешивается Грант, за что Крис ему очень благодарен. Он счастлив знать, что заполучил на свою сторону хотя бы Гранта. — Есть еще кое-что, — говорит Крис, потому что уже нет никакого смысла хранить все в секрете. Обмен силой не контролируется; Даррена не привлекут к ответственности за это, даже если это и случилось с кем-то настолько важным и неприкасаемым, как Крис. — Дерьмо. — Он поцеловал меня. Мы целовались, — Крис вздрагивает, вспоминая пьянящий вкус языка Даррена. Мягкость его губ, и как он нежно сжимал в обеих руках лицо Криса, что противоречило желанию и рвению его силы. Крис помнит, как эти руки притянули его ближе и наклонили немного в бок, именно так, как хотел Даррен. Яркая вспышка боли, когда клыки Даррена вонзились в его нижнюю губу. А потом паника, как он оторвался от Даррена, перед тем, как тот вкусил его крови. Поцелуй и так был достаточно плох. Он был неуместен, не говоря уже о законности. Этих обвинений будет достаточно, чтобы изгнать Даррена. — Черт, — выдыхает Курт. — Да. — Он кусал тебя? — спрашивает Райкер с ясным неверием в своем тоне. Он звучит шокировано, но не разочарованно. — Не совсем. Он... просто случайно порезал губу, — Крис скользит языком по нижней губе, чтобы исцелить раны. Он не думает, что сможет когда-нибудь забыть, как Даррен впервые отметил его. — Боже, Крис. Он... — Курт замолкает. — Нет, — качает головой Крис. — Он не пил мою кровь. Если бы Даррен захотел, если бы он взял немного крови Криса, а не только его слюны, то разговор был бы совершенно другим. Крис мечтает об этом. Грант щурится. — Но ты бы ему позволил, не так ли. Это не вопрос. — Я тоже хочу его, — соглашается Крис. Все. Дело сделано. Все сказано. Наступает молчание. — Крис, ты не можешь этого хотеть, — шокировано произносит Курт. — Ты знаешь, что означает быть с таким, как он. — Эй, — говорит Райкер, пожимая плечами. — Чувак хочет вампира. Дай ему вампира. Крис смеется, ощущая облегчение. Он даже хочет обнять Райкера. — Это не просто, — протестует Курт. — Совет никогда не позволит тебе связь с вампиром. Ты слишком важен. И ты знаешь это. Ты уже отшил двух потенциальных женихов... — Трех, — поправляет Крис. — Трех мужчин надлежащего статуса и рождения. Ты не можешь думать, что Совет, который тебе как отец, позволит подписать твою жизнь и силу вампиру. — А что если я сделаю это без их согласия? — Крис вызывающе вздергивает вверх подбородок. Ему не нужно, чтобы Курт отвечал, он и так знает, что произойдет. Он знает на сколько глубока подобная проблема. Ему плевать. Его сила решила, его сердце последовало. — Они могут изгнать вас обоих, — мягко предполагает Райкер. Крис медленно моргает. Мысль о изгнании из города, из страны, не так страшна, как это было до встречи с Дарреном. Это произошло менее, чем за неделю, но его душа знает, его сила знает. И это все, что имеет для Криса значение. — Итак, позвольте подвести итог, — говорит Грант. Он проводит руками между Куртом и Крисом в умиротворяющем жесте. — Даррен, этот вампир, был с тобой без присмотра. Дважды. Он поцеловал тебя. Я уверен, что он трогал тебя и в других местах. И он порезал твои губы. — Еще я был голым, — добавляет Крис, потому что может. Трое мужчин одновременно стонут. Райкер проводит рукой по волосам, а Курт ненадолго отворачивается. Грант кивает. Опять же будто скрывает свою улыбку. — И ты был голым. Ясно. Понятно. Что ты собираешься делать? Что хочешь сделать? Крис чувствует, как некоторое напряжение покидает его тело. — Я хочу его. И он знает, что Даррен тоже хочет его. — Навсегда? — Настолько долго, сколько я вообще могу прожить, — Крису не нужно говорить, что Даррен будет жить столько же времени. — Ты хочешь связи с ним. Крис делает глубокий вдох. Он закрывает глаза, достигая своих пределов там, где сила Даррена окутывает его собственную. Он чувствует себя комфортно, как дома. Будто нашел часть себя, которой он никогда не знал, потому что потерял где-то. Он мечтает быть неразрывно связанным с ним. — Да, хочу. Курт тихо божится, а Райкер взволнованно встает на носочки. Грант только шире улыбается и качает головой. — Ну тогда мы просто обязаны придумать план, не так ли? Крис ухмыляется. Он всегда обожал планы Гранта.