Мафиози

      Расстояние между ними измерялось парой метров, но для Нами оно превратилось в бесконечное пространство, заполненное липким, удушающим туманом.       Препарат действовал беспощадно. Мысли путались, воля таяла, как воск под пламенем. Она видела Луффи — его темный силуэт на фоне книжных стеллажей — и её тело, предав её разум, само сделало шаг навстречу. Каждый дюйм пути сопровождался внутренним криком, который не мог прорваться сквозь онемевшие губы.       Луффи не двигался. Он ждал, наслаждаясь своей победой. Когда она подошла достаточно близко, он собственнически притянул её к себе. Его руки, горячие и властные, казались клеймами на её коже.       Когда Луффи прижал Нами к кровати, её тело предало её, откликнувшись на его прикосновения, несмотря на внутренний протест. Она чувствовала растущее чувство беспомощности, пока он исследовал её тело, а его руки и губы разжигали огонь, который она не могла контролировать. Одна его сильная рука удерживала её руки над головой, а колени раздвинули её ноги.       Нами чувствовала, как внутри неё нарастает паника, но тело отказывалось подчиняться командам. Она была пленницей собственной плоти и не могла остановить волны удовольствия, которые пронизывали её, пока губы и язык Луффи творили свою магию. Она прерывисто дышала и чувствовала, как её сердце бьётся в груди, словно дикий барабан.       Луффи, казалось, чувствовал её смятение, но это только разжигало его желание. Он хотел сломить её, разрушить стены, которые она возвела вокруг себя, и завладеть ею полностью. Он просунул руку между её ног, нащупал клитор и стал медленно и размеренно поглаживать его. Нами попыталась свести бёдра вместе, чтобы прекратить это мучительное удовольствие, но Луффи не давал ей сдвинуть ноги.       — Пожалуйста, — всхлипнула она, и слёзы застилали ей глаза. — Пожалуйста, прекрати...       Но Луффи не остановился. Вместо этого он усилил давление, его пальцы задвигались быстрее, и он наклонился, чтобы впиться в её губы страстным поцелуем. Его язык проник внутрь, повторяя движения его руки между её ног. Нами чувствовала, как нарастает оргазм, её тело напряглось, готовясь снова её подвести.       И тут на неё обрушилось нечто, словно приливная волна, разбивающаяся о берег. Её тело содрогнулось, спина выгнулась, и она закричала прямо в рот Луффи. Он проглотил её крики, а его пальцы продолжали двигаться, продлевая её оргазм, пока она не осталась лежать под ним без сил, тяжело дыша.       Но Луффи ещё не закончил с ней. Он отпустил её руки и снова устроился между её ног, прижимаясь твёрдым членом ко входу. Нами попыталась оттолкнуть его, чтобы хоть как-то контролировать ситуацию, но её тело было безвольным и не реагировало на команды.       — Посмотри на меня, Нами, — приказал Луффи мрачным и опасным тоном.  Она заставила себя открыть глаза и встретиться с его пристальным взглядом.  «Теперь ты моя. Каждый сантиметр твоего тела принадлежит мне».       С этими словами он вошёл в неё, полностью заполнив. Нами вскрикнула и впилась ногтями в его спину, когда он начал двигаться. Она чувствовала, как по её лицу текут слёзы, но была бессильна их остановить. Её тело больше не принадлежало ей, и она полностью находилась во власти Луффи.       Он грубо овладел ею, его бёдра шлёпали по её бёдрам, пока он входил в неё снова и снова. Нами почувствовала, как в ней снова нарастает удовольствие, её тело откликалось на его движения, в то время как разум протестовал. Она была в ловушке, в плену собственных желаний, и ничто не могло ей помочь.       Когда Луффи почувствовал приближение оргазма, он крепко сжал её бёдра, впиваясь пальцами в кожу. Он запрокинул голову, и с его губ сорвалось гортанное рычание, когда он кончил, наполнив её своим горячим семенем. Нами почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, её тело сотрясали рыдания, и она наконец поддалась тьме, которая грозила поглотить её.       После этого Луффи рухнул на неё сверху, его тело было тяжёлым и потным. Нами чувствовала, как его сердце бьётся у неё в груди, и понимала, что уже никогда не будет прежней. Она принадлежала душой и телом мужчине, которого не волновало ничего, кроме собственных желаний. И пока она лежала под ним, не в силах пошевелиться, она не могла не задаваться вопросом, осталась ли в ней хоть частичка, которая принадлежит ей.       Для Луффи это был триумф. Он шептал её имя, вдыхал её запах, убеждая себя, что эта податливость — и есть то, чего он хотел. Но где-то на периферии сознания зудела мысль: её глаза были пустыми. В них не было Нами.       Нами очнулась в предрассветных сумерках. Комната тонула в серой дымке. Воздух казался тяжелым, пропитанным запахом пота, секса и предательства.       Рядом спал Луффи. На его лице играла едва заметная, довольная улыбка. Он выглядел почти невинным, и от этого зрелища Нами едва не стошнило. Каждый мускул её тела ныл, напоминая о произошедшем.       Она осторожно, стараясь не дышать, поднялась с кровати. Ноги дрожали. Шатаясь, она дошла до ванной и закрыла дверь на засов.       Вода была обжигающей. Нами сидела на полу душевой кабины, обняв колени, и позволяла кипятку бить по плечам. Она терла кожу мочалкой до красноты, до боли, пытаясь содрать с себя его прикосновения, его запах, само воспоминание об этой ночи. Слезы смешивались со струями воды, стекая по лицу. Она не рыдала вслух — она кричала внутри себя, в той пустоте, которая образовалась на месте её души.       Дверь ванной распахнулась. Луффи стоял на пороге, заспанный и раздраженный.       — Ты что здесь устроила? — рявкнул он, видя её в клубах пара. — Хочешь свариться заживо?       Он шагнул к ней, рывком выключил горячую воду и включил ледяную. Нами вскрикнула от термического шока. Он вытащил её из душа, грубо замотал в полотенце и вынес в комнату, бросив на кровать.       — Совсем из ума выжила?! — он нависал над ней, его глаза горели гневом. — Ты хоть понимаешь, сколько сейчас времени?       — Уходи… — выдохнула она, отворачиваясь к стене. Её голос был мертвым.       — Что ты сказала?       Нами медленно повернула голову. Её взгляд, пустой и холодный, встретился с его яростью.       — Ты изнасиловал меня, Луффи.       Слова упали между ними, как ледяные глыбы. Луффи замер. Его челюсть сжалась так, что послышался скрежет.       — Ты сама пришла ко мне, — процедил он, и в его голосе прорезалась опасная нотка. — Ты касалась меня. Ты просила. Я не насилую женщин, Нами. Они сами мечтают оказаться в этой постели.       — Я была под препаратом! — Нами сорвалась на крик, и в этом крике было всё её отчаяние. — Ты накачал меня дрянью, чтобы я не могла сказать «нет»! Ты трус, Луффи! Ты боишься честного отказа, поэтому используешь химию!       Луффи смотрел на неё, и на его лице медленно проступала маска холодного безразличия. Его гордость Дона не позволяла ему признать правду.       — Я получил то, что хотел, — холодно ответил он. — А как именно — не имеет значения. Теперь ты принадлежишь мне. Привыкай к этому.       Он оделся быстрыми, резкими движениями и вышел, хлопнув дверью так, что в библиотеке зазвенели стекла.       В коридоре он остановился, тяжело дыша. Кулак с силой врезался в стену. Штукатурка осыпалась, костяшки пальцев разбились в кровь, но это не помогло. Его преследовал её взгляд — не сломленный, а презирающий. Он получил её тело, но Нами ускользнула от него, закрывшись в своей ненависти.       — Черт! — прорычал он. — Санджи! Вызови сюда Чоппера. Пусть осмотрит её.       Он не заботился о её здоровье. Он просто хотел убедиться, что его «собственность» в порядке. Но где-то в глубине души Монки Д. Луффи понимал: эта ночь была не победой, а началом его самого сокрушительного поражения.       Робин стояла в тени коридора, наблюдая, как из комнаты Нами выходит разъяренный Босс. Она видела его разбитые руки и слышала крики подруги.       — Ты зашел слишком далеко, Луффи, — прошептала она, прижимаясь к холодной стене. — Это не та Семья, которую мы строили.       Она знала: завтра приедет Эйс. И завтра этот дом превратится в филиал ада.