Мафиози

      Площадь Города-Призрака напоминала пороховой погреб, к которому поднесли спичку. Пять капитанов, пять столпов криминального мира, стояли друг напротив друга.       — А вот и наши девочки пожаловали! — Юстасс Кид оскалился, кивая в сторону подошедшей команды Джимбея. Его металлическая рука искрила, выбивая мелкие молнии на бетонные плиты.       Джимбей прошел мимо, даже не взглянув на него, сохраняя величественное спокойствие. Его молчание бесило Кида больше, чем любая ругань.       — А вы, господа капитаны, закончили свои упражнения в остроумии? — голос Нами прорезал гул голосов.       Она вышла в центр, и площадь мгновенно затихла. На ней были узкие черные джинсы и майка, подчеркивающая напряженные плечи. В руках она сжимала свой посох, на концах которого пульсировало голубое свечение. Она выглядела не как заложница, а как карающий ангел этого места.       Луффи, стоящий чуть в стороне, вдруг коротко и сухо рассмеялся. Этот смех не был веселым — в нем слышался скрежет стали.— Насмешила, Нами. Ты всегда знала, как эффектно появиться.       — Заткнись, Мугивара, — прошипел Тич (Черная Борода). — Ты здесь на тех же правах, что и мы.       — Не смей… затыкать… моего Босса. — Зоро сделал шаг вперед, его рука легла на эфес «Сюсуя». В ту же секунду Киллер и подчиненные Тича выхватили оружие. Атмосфера накалилась до предела.       — ХВАТИТ! — Голос Роджера из динамиков ударил по ушам, как взрыв. — Вы здесь не для того, чтобы мериться эго. Вы здесь, чтобы показать, достойны ли вы своего имени. Нами, начинай. Мне надоело ждать.       Нами посмотрела на Луффи. В её взгляде на мгновение промелькнула такая невыносимая боль, что он невольно сделал шаг к ней. Но она уже подняла посох.       — Вы спросили, готовы ли вы к настоящим испытаниям? Ответ мне не нужен.       Она ударила основанием посоха в землю. Высокочастотный разряд, многократно усиленный скрытыми под площадью реле, прошил землю. Это не было обычным током — это был парализующий импульс, разработанный специально для захвата сильнейших людей мира.       Последнее, что увидел Луффи перед тем, как тьма поглотила его — это холодное, непроницаемое лицо Нами.       Луффи очнулся от запаха гнилой соломы и старой крови. Спина ныла, а конечности казались налитыми свинцом. Он лежал на холодном каменном полу. Стены камеры были из грубого тесаного камня — подземелья старого форта, скрытые под городом.       Вместо двери — массивная стальная решетка.       — Где я?.. — хрипло выдохнул он в пустоту. — Зоро! Робин!       Эхо вернулось издевательским смешком. Он услышал тяжелые шаги в коридоре. Запах дорогого тубака и моря наполнил камеру раньше, чем появился человек.       — Это Игры, Луффи. А Игры не бывают без клеток, — Шанкс стоял по ту сторону решетки. В тусклом свете ламп его лицо казалось высеченным из камня.       — Шанкс? — Луффи поднялся, пошатываясь. — Почему Нами делает это? Зачем она бьет нас током, как скот?       — Потому что это единственный способ спасти ей жизнь, — Шанкс зашел в камеру, скрип металла резанул по нервам. — Роджер хочет сделать её частью одной из банд. Если ты проиграешь, она уйдет к Тичу или Киду. А ты знаешь, что они сделают с дочерью полицейской.       Луффи замер. Холодная ярость медленно начала затапливать его сознание.       — Ты… ты знаешь про Бельмере?       — Весь мафиозный мир знал её, Луффи. Она отправила за решетку больше наших, чем любая спецслужба. Если Кид узнает, чья она дочь, он сдерет с неё кожу заживо. В твоих интересах победить. И в твоих интересах не врать на следующем этапе.       — Что это за этап?       — Испытание на «Омерту», — Шанкс направился к выходу. — Ты пройдешь детектор лжи. Только вместо датчиков будет сыворотка правды и ток. Ты расскажешь Роджеру всё. О своих чувствах, о своих планах, о своих грехах. Идем. Нас ждут.       Нами сидела в своей комнате, обхватив плечи руками. Её трясло. Каждый раз, когда она нажимала кнопку на посохе, она будто убивала часть себя.       — Хорошо потрудилась, принцесса. — Эйс вошел без стука. Он выглядел возбужденным, его глаза горели нездоровым огнем.       — Уходи, Эйс. Я не хочу тебя видеть.       — Ты волнуешься за него? — Эйс подошел вплотную, садясь на край кровати. — За Луффи? Сейчас Шанкс выворачивает его наизнанку. Он узнает всё. Узнает, как Луффи к тебе относится на самом деле.       — Он любит меня! — выкрикнула Нами, вскакивая.       — Любит? — Эйс резко схватил её за запястье и повалил на кровать, нависая сверху всей своей массой. — Он использует тебя. Ты для него — способ доказать себе, что он еще может чувствовать. А я… я искал тебя десять лет не ради этого.       Он впился в её губы грубым, жадным поцелуем. Нами забилась под ним, пытаясь вырваться, её пальцы впились в его плечи, пытаясь оттолкнуть эту гору мускулов. В этом поцелуе не было любви — только удушающая одержимость.       Нами извернулась и со всей силы укусила его за губу. Эйс отпрянул, вытирая кровь. На его лице отразилась смесь ярости и болезненного восторга.       — Что, мой братишка всё еще слаще?! — рявкнул он.       — Уходи! Слышишь?! Ты ничем не лучше его! — закричала Нами, её голос сорвался на рыдания.       Эйс смотрел на неё — на эту непокорную, сломленную, но всё еще гордую девушку — и в его взгляде на секунду промелькнуло сожаление. Но он тут же подавил его. В этой игре не было места жалости.       — Завтра вы увидитесь на полигоне, — бросил он уходя. — Посмотрим, сможет ли он смотреть тебе в глаза после того, что расскажет Шанксу.       Когда дверь захлопнулась, Нами сжалась в комок на полу. Она понимала: Игры только начались, а она уже тонет в крови и лжи тех, кого когда-то считала близкими.       Луффи сидел в тяжелом металлическом кресле. Провода тянулись к его вискам и груди. Перед ним в тени стоял Роджер, а Шанкс настраивал аппаратуру.       — Первый вопрос, Луффи, — голос Шанкса вибрировал от напряжения. — Нами для тебя — всего лишь залог или ты готов сжечь ради неё свою Семью?       Линия на мониторе забилась в конвульсиях. Луффи поднял голову, и в его глазах Шанкс увидел не страх, а готовность объявить войну всему миру.