Глава 3. Ужин
23 июля 2022 г., 00:07
— Для чего тебе телефон, идиотка?
Скорпиус, даже не удостоив взглядом, с раздражением схватил вышедшую из-за двери сестру за запястье и потащил в сторону выхода. Лира молчала, еле успевая передвигать ногами за широкими шагами брата. Она зациклилась на одновременно заинтересованных и осуждающих взглядах посетителей лаунж зоны, которые, не стесняясь, провожали провокационную для элитного места пару.
— Ты можешь быстрее? — сквозь зубы прошипел он, обернувшись и резко замер. Лира не ожидала такого маневра и, не успев остановиться, врезалась в его корпус.
— Мерлин, что с тобой? Все хорошо? — он ослабил свою хватку и заботливо переместил ладонь на ее плечо, второй рукой проводя по раскрасневшейся щеке.
Сначала Лира не поняла причину странного поведения и в недоумении нахмурилась, но украдкой взглянув в панорамные зеркала, возле которых они стояли, звонко рассмеялась. Конечно, любой бы начал переживать, увидев перед собой девушку в подобном виде. Салазар, ее будто переехал поезд.
Сидящее ранее по фигуре платье выглядело как обтянутая вокруг тела занавеска, перекрутившаяся где-то в районе талии. Держалось оно лишь на честном слове одной уцелевшей лямки. Вторую, видимо, она порвала каблуком, когда споткнулась об одежду в кабинке. От груди до шеи красовались различного размера кровоподтеки, а на голове творился полный хаос. Из ее идеального хвоста повылезало множество завивающихся волосков прилипающих к коже лица от пота. Лицо, Мерлин, лицо! Выбрать черный цвет для глаз стало грубейшей ошибкой, ведь теперь аккуратные линии были размазаны под глазами, образуя несколько дорожек до подбородка от вытекших в эйфории слез. Губы опухли раза в полтора, а от четкого коричневого контура не осталось ничего.
Скорпиус на миг остолбенел, прежде чем на него снизошло осознание.
— Это было по обоюдному согласию? — Лира все также смеялась, нервно прикрывая лицо ладошками, он встряхнул ее за плечо, — По обоюдному? Лира, только скажи и от этого ублюдка не останется ни…
— Да, прости, все хорошо, — она еще раз взглянула в зеркало и издала последний смешок, — Я никогда прежде не видела себя в таком ужасном состоянии.
Он грубо скинул с нее руку, закатил глаза и снял свой бомбер, накидывая на спину едва прикрытой сестры. Лира натянула его поудобнее и шагнула в камин вслед за братом. Она сама обхватила его широкое предплечье, крепко прижавшись щекой к плечу и зеленые языки пламени окутали их силуэты.
Переступив порог камина, девушка скинула куртку на пол, устало подошла к своей постели и плюхнулась лицом в пушистый розовый плед, подложив руки под голову. На правой стороне, уже переодетая в пижаму, спала Грейс. Скорпиус, скрестив ноги, сел на кушетку возле кровати и легонько пихнул ее в открытую лопатку. Салазар, эта идиотка даже не потрудилась застегнуть платье, выбегая из кабинки. Он поморщился, отгоняя от себя невольно пришедшие мысли о том, что было внутри.
— Чего разлеглась? У нас осталось двадцать минут. Отец обещал зайти и разбудить тебя к восьми тридцати.
— Сразу не мог сказать? — возмутилась она, кинув усталый взгляд, и лениво приподнялась на вытянутых руках.
— Спасибо, Скорпиус, что в очередной раз прикрываешь мою обнаглевшую в край задницу перед родителями. Ты самый лучший брат на свете! — передразнивая ее обычно приторно сладкий тон, процедил он.
Лира ухмыльнулась, подойдя к платяному шкафу, и достала оттуда банный халат.
— Почему они так рано?
— Маме поплохело еще на благотворительном вечере. Они испугались за ребенка и поехали в Мунго, — Лира повернулась к брату, встревоженно округлив глаза, но он отмахнулся. — Ничего серьезного, просто переутомление. Ей сказали остаться до утра, понаблюдать за состоянием. Как только они вернулись, Тинки сообщила мне, и я отправился к тебе, — Скорпиус немного помолчал, а затем добавил. — Кстати, с тебя сорок галеонов. Мне пришлось заплатить за вход.
Что ж, справедливо, — подумала Лира, оставив свои мысли не озвученными. Найдя в ящике свежий комплект белья, она обратилась к брату, прежде чем пойти в душ.
— Почему Грейс спит здесь, а не в гостевой комнате? — Скорпиус так широко заулыбался, что обнажил зубы, — Боже, не говори, что вы тут…
— И ты еще смеешь жаловаться? Знаешь, ты просто воплощение неблагодарности! — он кинул в нее одно из полотенец, лежащих на кушетке рядом с ним.
Домовики каждое утро приносили хозяевам чистый набор, оставляя его возле постели, либо в ванне. Кто как предпочитал. Лира, скривившись, поймала его и подошла к двери, ведущей в ванную, но остановилась, взявшись за ручку.
— Скорпиус?
— М? — он посмотрел на неё и по губам прочитал тихое «спасибо».
застывший обреченный взгляд был прикован к девчонке, сидящей на спинке дивана и болтающей стройными ножками, которые этим же ранним утром лежали у него на плечах… Черт побери... Белое платье с рукавами-фонариками, обвязанное широким бантом на талии, в сочетании с распущенными кудрями создавало столь наивный, безгрешный образ, что Теодору поплохело. Без всей этой тонны чар гламура она поистине походила на только что закончившую школу выпускницу. Незнакомка. Нет! Лира смотрела прямо в душу, невинно похлопывая глазками, будто ее совершенно не удивило его появление. Даже наоборот, хищный блеск в карих глазах заставил Нотта усомниться в своей адекватности.
Казалось, он попал в один из своих дурных снов. Возникло желание хлопнуть себя по лицу, да щипнуть пару раз, лишь бы поскорее проснуться.
Вокруг не существовало ничего. Картинка по бокам размывалась, оставляя ему обзор исключительно на идущую в его сторону не то крестницу, не то любовницу. Он сглотнул сухой ком, скопившийся в горле, наблюдая за каждым ее по-детски подпрыгивающим шагом. Кардинально противоположным тем женственным покачиваниям бедрами в клубе!
Лира обняла его за шею, предусмотрительно встав на носочки. Сказать, что Тео чувствовал себя неуютно - не сказать ничего. Он скорее по инерции поднял свои ладони, стараясь ее не касаться. Девчонка же решила уничтожить остатки здравого смысла и незаметно, всего на миг, высунула язык, оставив влажный мазок на той же родинке на шее, приглянувшейся утром. Нотт подумал, что если бы верил в маггловского бога, ему был бы приготовлен отдельный котел в аду. Салазар! По их странным обычаям он же фактически был ее вторым отцом. Кажется, только что в гробу перевернулись мистер и миссис Грейнджер, настоявшие в свое время на причудливом обряде.
Тео настолько ушел в свои размышления, что не заметил вошедших с Гермионой чету Забини. Грейс застыла на пороге в оцепенении, сразу узнав в нем незнакомца из бара. Скорпиус скептично наблюдал за происходящим на расстоянии, не упустив замешательства на лице своей девушки и проявлявшую интерес к другу семьи сестру.
Пока все было как в тумане, друзья поочередно обменялись приветствиями, обнялись и даже успели присесть за стол. Он очнулся, лишь когда Джинни, сидящая рядом, взволнованно похлопала его по плечу.
— Тео, с тобой все в порядке? Какой-то ты непривычно тихий.
О, спасибо, дорогая, со мной все в порядке, я всего лишь собственноручно вырыл себе могилу — вертевшийся в мыслях ответ едва не вылетел с уст, но Скорпиус, явно знающий больше положенного решил добить его.
— Тяжелая ночка? — спросил он, стреляя прожигающим взглядом на Теодора. За что получил заметный тычок локтем от Грейс.
— Все, м, — Тео прочистил горло, в попытке устранить нервную дрожь в голосе, — Да, Скорпиус прав, я немного перебрал вчера.
— Так ты останешься на ночь у нас? — спросила Лира, состроив такую мину, будто ее совершенно не интересовал его ответ и вопрос был задан лишь для приличия.
— Я снял номер в маггловском отеле поблизости, пока не найду подходящее в Англии жилье, буду обитать там.
— С чего это ты, наконец, решил к нам вернуться? — шутливо уточнил Блейз.
— Пережив несколько стрессовых ситуаций в последнем своем приключении, я понял, что моей постаревшей заднице пора бы остепениться, завязать с тусовками и прочим, — предельно честно ответил Теодор, пока Лира и Грейс едва заметно переглянулись.
— У нас огромное поместье, можешь оставаться в Мэноре сколько тебе потребуется, — предложил Драко.
— Да, Тео, оставайся. Если тебя беспокоит уединение, можешь жить в другом крыле. Вот увидишь, мы вряд ли когда-нибудь пересечемся, — хихикнула Гермиона, и остальные ее поддержали.
— А если устанешь от вечно перекошенной физиономии Малфоя, можешь перебраться к нам, — подмигнула Джинни.
— Уизлетта, года идут, а ты всё не меняешься.
— Что-то все-таки поменялось. Если мне не изменяет память, я уже восемнадцать лет как Забини, хорек, — Драко остановился резать половинку картофеля, кинув на Джинни взгляд с приподнятой бровью.
— О, подеритесь ещё тут, — вскинула руками Гермиона.
— Я благодарен вам, ребят, но неделя в отеле уже оплачена. Если за это время не найду ничего подходящего, воспользуюсь вашей…, — он не договорил, ощутив в горле горящий спазм.
Все бросили взгляд на Теодора, видимо, пытающегося выплюнуть свои легкие – так надрывно он закашлялся, подавившись пережевываемой спаржей. Чертова девчонка с блядским белым бантом вокруг талии, по иронии судьбы сидящая напротив, прямо сейчас, под столом, водила своей нахальной ножкой в области его паха. Ее взгляд при этом не выражал ничего. Вернее, он точно не выражал «я лапаю друга своего отца за семейным ужином». Мерлин, она что, так сильно жаждет его смерти?
— Тео, дорогой, налить тебе вина? — спросила Гермиона, уже потянувшись к бутылке.
— Я сам, — он вскочил со стула как ошпаренный, перехватывая стеклянный сосуд быстрее нее, — Как-то неудобно сидеть без дела.
— Серьезно, Нотт? Ты и неудобно? Это что-то новенькое, — Блейз ухмыльнулся и подозрительно переглянулся со всеми присутствующими.
— Люди имеют свойство меняться, Забини, тем более за десять лет, — Тео опустошил стакан воды, поданный обслуживающим стол эльфом.
— И это говорит человек, что месяц назад прислал нам на годовщину свадьбы набор для изготовления гипсовой скульптуры рук для двоих, прикрепив к посылке уже готовый слепок своего детородного органа с подписью «вот вам наглядный пример вариантов его использования»?
Теодор обходил стол, поочередно разливая эльфийское вино в бокалы.
— Вам тоже? — одними губами прошептал Драко, Блейз кивком подтвердил.
— Забини, здесь дети, — Джинни предупреждающе перехватила руку мужа, подносящую ко рту вилку с наколотой картофелиной.
— Да ладно вам, все присутствующие здесь хотя бы раз видели член. Причем, подавляющее большинство именно у старика Тео, — невозмутимо вставил Скорпиус, нарезая говяжий стейк. — Что? Я что-то не так сказал?
Он приподнял плечи, безразлично глянув на озадаченные лица всех присутствующих взрослых, прежде чем с удовольствием съесть отрезанный кусочек. Лира и Грейс старательно ковырялись в своих тарелках, делая вид, что ничего не слышали.
Тем временем очередь дошла до самой настоящей дьяволицы в костюме ангела. Оказавшись в непосредственной близости, Теодор мысленно уговаривал взять себя в руки. Ничего сложного: слегка наклонить бутылку и налить. Он проделал это движение уже четырежды, прежде чем дойти до нее.
Наклонить и налить.
Наклонить и налить.
Наклонить и...
С губ Лиры срывается сладостный стон, сужая весь его мир до прекрасно знакомого звука.
— Клюквенный соус восхитителен! — заявила она, языком мазнув по верхней губе.
Рука дрогнула в воздухе, а все внимание сконцентрировалось на капельке соуса, что осталась на ее языке, скрываясь во рту. Алая жидкость так стремительно растеклась по столешнице, что большая часть попала на ангельски чистое белоснежное платьишко. Чертовка даже не вздрогнула. Просто ждала, пока все оставшееся вино испортит ее божественный наряд.
— Похоже я еще не оправился от похмелья, — нервно посмеялся Тео, — У вас есть в запасах спасительное зелье?
— У меня есть, — ответил Скорпиус быстрее всех, будто всегда готовился к этому моменту, пока Джинни заклинанием очистила поверхность стола.
— Мерлина ради, Скорпиус! Чем еще сегодня порадуешь? — Гермиона кинула осуждающий взгляд на сына, который даже бровью не повел, дважды за этот вечер ошарашив всех своей прямолинейностью.
— Красавчик, угостишь? — Нотт подмигнул младшему Малфою и поспешил удалиться, на пороге проговорив, — Я пока пойду умоюсь. Так сказать, дополнительно взбодриться.
— Мам, спешу напомнить, что я был рожден, когда ты была на год младше меня сейчас. Думаю, я вполне имею право на всякие взрослые штуки.
— Не забывайся, — предупредил Драко.
— Ты прав, — она наигранно улыбнулась и продолжила, — Но я же имею право не хотеть обладать информацией о познаниях своего сына в похмелье и членах, которые ему удалось повидать?
— Министр Магии говорящий о членах в присутствии своих детей. Какой-то у нас сегодня особенный вечер получается, вам не кажется? — пригубив вина, вставил Блейз.
***
Теодор еще какое-то время просидел в кабинке, сверля взглядом одну точку в противоположной стене. Он даже не потрудился одеться, все раздумывая о том, что ему удалось услышать в ходе их скорого прощания. Она казалась абстрактной, нелепой фантазией, пришедшей к нему в самом сладком реалистичном сновидении в его беспутной жизни. С самого начала пришло осознание, что рано или поздно придется проснуться, и незнакомка исчезнет, оставшись призрачной потрясающей выдумкой. Со временем ее обличие безжалостно стерло бы четкие очертания, удерживаясь лишь на тонкой нити заставивших потерять голову эмоций. Услышав ее имя, она перестала быть такой эфемерной. Ее звали Лира. Теперь он знал и был рад, что успел выудить даже такую мелочь, ставшую, быть может, единственным шансом разыскать девушку в будущем. Он пробовал ее имя на вкус, прокручивая в голове, как идеально то ей подходит. Такое же утонченное, необычное, довольно редкое в магическом сообществе. Тео знал лишь одну девушку с именем Лира. Каким бы сейчас до абсурда комичным это не казалось, дочь Драко и Гермионы звали также. К счастью, ее нельзя назвать девушкой, всего лишь девочка. Он помнил дочурку Малфоев еще совсем малышкой, с очаровательными, выцветшими на солнце до бела кудряшками и пухлыми щечками, украшенными россыпью светлых веснушек. Когда состоялась их последняя встреча, она своим ростом едва доставала до его живота. Сколько ей сейчас? Наверняка, не больше четырнадцати. Для Скорпиуса и Лиры он стал сказочным дядюшкой, радующим подрастающих где-то вдалеке детишек подарками на праздники и редкими письмами о своих приключениях во время путешествий. Идея стать крестным для Лиры казалась ему заманчивой, но он был слишком молод и безрассуден, чтобы действительно отдавать себе отчет, насколько на самом деле то было серьезным шагом. Теодор искренне удивлялся способности Драко в двадцать лет понести столь серьезную ношу и весьма успешно с ней справляться. В двадцать лет у Тео умерла единственная и горячо любимая рыбка из-за банальной забывчивости. Что было бы, оставь его с живым ребенком больше, чем на вечер, он боялся представить. Чего уж греха таить, остепениться не удалось даже к сорока годам. Ему до сих пор были чужды ответственность и постоянство. Скорпиус родился спустя два с половиной года после выпуска из школы, значит, ему около двадцати одного года. Он стал подарком ко дню рождению Грейнджер, родившись в сентябре двухтысячного. Мать твою, как это произошло? Теодор, вдруг, понял, насколько время варварски забирает годы. Разница в возрасте Скорпиуса и Лиры была небольшая. Он не мог сказать точно, но знал, что около трех-четырех лет. По телу пронесся опасный холодок, напомнив о его абсолютной наготе. Вот же черт. Нет! Дурацкое совпадение и сегодня вечером при встрече с Малфоями он обязательно в этом убедится. Пепельные завитки и карие глаза с янтарными крапинками в цвет веснушек на вздернутом носике, пробивающиеся сквозь чары гламура, коварно насмехались над ним, всплывая в памяти. Нет, вообще не показатель! — успокаивал он себя. Будто мало волшебниц с идеально белыми волосами. Не такая уж и отличительная черта Малфоев эти их белокурые пряди. Сейчас каждая вторая прибегает к маггловским окрашиваниям. Точно! Девчонка, которая провела с ним ночь, явно покрасила свои локоны. Он мог только надеяться, что воспоминание о темных, чуть видных, но явно отросших корнях не было его самовнушением. На вид она была молода, но не настолько. Не может же ребенок в семнадцать-восемнадцать лет выглядеть и вести себя так. Даже в мыслях слово «ребенок» неприятно кольнулось, закрутив в спираль какое-то странное чувство внутри груди. — Хорошие друзья, хорошие книги и спящая совесть – вот идеальная жизнь. — много лет назад выдала Грейнджер, процитировав Марка Твена. Тео чрезмерно приглянулось высказывание. Он модернизировал фразу под себя, сделав ее негласным девизом: Хорошие друзья, хорошая живопись и спящая совесть – вот идеальная жизнь! И по сей день он успешно придерживался данного принципа, ни разу не пробудив голос своей совести. Разве что когда рыбка погибла... Но то длилось недолго. Сейчас же неприятное чувство поглотило его целиком. Стараясь отвлечься, Тео поспешно натянул на себя одежду и заказал еще две порции огневиски для успокоения внезапно проснувшегося мандража от предстоящей встречи. Залпом осушив обе порции, он отправился в гостиницу, пообещав себе до вечера забыться крепким глубоким сном.***
— Гермиона, может, ты уже присядешь и дашь эльфам отработать их законную зарплату? Приобняв сзади, Драко подошел к жене, старательно натирающей салфеткой бокалы для вина. Он не переставал восхищаться тому, как любовь всей его жизни делает вручную вещи, подвластные магии за секунду. Она всегда говорила, что в маггловских действиях есть особый шарм, заставляющий чувствовать, как идет жизнь. И только полный кретин не был бы с ней согласен. Его родители никогда не занимались ни работой по дому, ни прямым воспитанием Драко. Жизнь аристократов сплошь и поперек ограничена традициями, пресекая наслаждение простыми житейскими моментами. Гермиона перевернула представление Драко о семье, любви и дружбе, подарив осознание, что настоящая радость прячется в мелочах. Спустя столько лет их любовь ни на дюйм не угасла. Он поистине наслаждался каждой проведенной подле нее минутой, благодаря жене, вкусив ранее неизведанные, настоящие краски жизни. Она тихо всхлипнула себе под нос, ощутив поглаживающие движения на слегка округлившемся животе. — Милая, ты что плачешь? — Прости, это все гормоны. Я расстроена, что Рон не смог отлучиться из-за сборов в Америке, а Гарри снова отказался приходить, — она поставила бокал на длинный обеденный стол и положила свои ладошки поверх мужских. Гарри Поттер спустя столько лет так и не смирился с тем, что его невеста сбежала за неделю до их свадьбы с Блейзом Забини. Он смог принять выбор подруги, подружиться с Тео и зарыть условный топор войны со слизеринцами, но простить предательство Джинни – нет. Гермиона устала, что вечно приходилось выбирать меж двух огней, либо испытывать неловкость и напряжение на общих праздниках, а разбушевавшиеся чувства беременной женщины не давали шанса перенести информацию без слез. — Давай так, — Драко взял жену за руку и потянул на себя, заставив развернуться, — Ты иди умойся, а я пока закончу с бокалами, — он взял ее лицо в ладошки и нежно поцеловал в припухший и покрасневший нос. Гермиона несколько раз судорожно кивнула головой, прильнула поближе, крепко обняв напоследок мужа, и удалилась в уборную. Драко глубоко вздохнул, прежде чем взять со стола отброшенное полотенце и начать чистить оставшуюся посуду. Все-таки не всегда маггловское ведение быта вызывало удовольствие, но что поделать. Спорить с эмоционально нестабильной Гермионой Малфой крайне травмоопасно. — Сенсация! Самый главный сноб Британии вручную натирает бокалы, — послышалось со стороны входа в обеденную, и Драко поднял голову, с ухмылкой откликнувшись на успевший позабыться озорной голос. — Что-то я не вижу радостных возгласов и страстных объятий после долгой разлуки, — Тео встал в проходе, неодобрительно покачивая головой. — Размечтался, придурок. Мужчины улыбнулись, дав себе мгновение вспомнить дружеские перебранки в молодости. Малфой обошел разделявший их стол, забросив полотенце себе на плечо и друзья горячо обнялись, похлопывая друг друга по спине. — А где же самая красивая женщина на свете? — произнес Теодор, выглядывая из-за спины Драко в поисках Гермионы. — Надеюсь, это обо мне? — он едва не вывихнул шею, когда по коже прошелся озноб осознания. На полосатой бархатной софе сидела та самая девчонка, что он помнил восьмилетним кудрявым очарованием. Та самая незнакомка и та самая Лира в одном лице, вместе с братом, как две капли воды похожим на Драко в его возрасте. — Лира, Скорпиус, знакомьтесь – это Теодор Нотт, наш однокурсник. Формально, вы уже знакомы, но столько лет не виделись, что… Дальше он не слышал, в голове поселился гул. Его***
Еле-еле дойдя до уборной, Теодор подошел к двойному умывальнику, не раздумывая окатив себя потоком холодной воды. — Они говорили! Они же, блять, говорили! — пальцем он зло тыкнул в отражение зеркала, читая самому себе нотацию, — Повзрослей, Тео! Твои похождения до добра не доведут! — из него вырвался истеричный смешок. Мерлин, кажется, впервые за всю свою жизнь он, будучи взрослым, состоявшимся мужчиной, был в шаге от того, чтобы разрыдаться, как сопливая девчонка. В голове не было ни одной идеи, что делать в данной ситуации дальше. Он понимал, что ни в коем случае нельзя повторять их встречу, но член, колом стоящий с той минуты, как Лира при всех незаметно лизнула его шею, не давал мыслить разумно. Салазар, восемнадцатилетняя школьница крутит сорокалетним, пускающим от одного ее взгляда слюну идиотом, искусно дергая за нужные ниточки! — Допрыгался, клоун? — еще раз плеснув на лицо ледяную воду, произнес он громче, чем следовало, и, склонившись над раковиной, с силой похлопал свои щеки ладошками. На контрасте с прохладой обжигая кожу. — Значит, клоун? А я думала Тео. Будем знакомы, я – Лира. Да, клоун. Тео всю жизнь паясничал, создавая вокруг себя беспечную атмосферу. Такое поведение стало его устоявшимся и весьма успешным стилем общения. Ему было комфортно, и до сегодняшнего дня присущая беззаботность ни разу не выходила для него боком. В последние же сутки он ощущал такое разнообразие неловкости, неуместности и сарказма, будто его запихнули в дешевую романтическую комедию маггловского кино. Где через пару сцен по правилам должна пройти тяжелая драма. В конце, разумеется, с благополучным исходом. Теодор понимал, что с Драко Малфоем счастливая концовка ему светит лишь в том случае, если смерть будет быстрой и безболезненной, что маловероятно. Услышав голос совсем нежданной гостьи, он по струнке выпрямился и через зеркало увидел, что девушка стоит почти вплотную. Тео несколько раз моргнул, пытаясь сбросить с себя помутнение. В глубине души он все еще надеялся, что сможет проснуться и страшный сон, наконец, оборвется. Тонкая рука, дабы подтвердить явь, поднялась и пальчиками пробежалась по мужскому плечу. Он жадно втянул воздух, почувствовав прикосновение, и тело словно налилось свинцом, отказываясь двигаться. — Что…Что ты тут делаешь? — голос заметно дрогнул. — Ты испортил мое платье, забыл? Меня отправили переодеться, — ее шепот в выглядывающую из-под рубашки шею, пустил по телу электрический разряд, заставив зажмуриться. — Да, то есть, нет… Я думаю тебе действительно стоит снять это. Мне казалось, хозяйские спальни находятся в другой стороне, — он еле выдавил из себя что-то складное, опасаясь разлепить веки. — Верно. Он ощутил, как ее фигура отстранилась, а затем послышался скрип двери. Для убедительности Теодор выждал секунд тридцать, прежде чем собрать все свое мужество, обернуться и открыть один глаз на разведку. Он протяжно выдохнул и расслабленно облокотился тазом о раковину обнаружив, что на горизонте никого не было, а приоткрытая ранее дверь была заперта. Внутри поселилось явное облегчение со скребущимся на задворках разочарованием. Успокоившись, что ему удалось избежать испытания на выдержку, мужчина хмыкнул и ненароком бросил взглянул в сторону. На лбу проступили бисеринки нервного пота, когда боковым зрением он уловил очертания блядского белого банта, валяющегося возле унитаза. А эти нетерпеливые ладошки, расстегнувшие пуговицу на его джинсах, теперь он узнает из тысячи. Перед Тео на коленях в одних трусиках сидела она. Девушка, ставшая его погибелью. — Ты с ума сошла?! — он жесткой хваткой вцепился в ее запястье, не давая сделать движение, — Прикройся сейчас же! — Ты же сам сказал, что мне стоит снять платье! Горячая волна прошлась по телу, сосредотачиваясь прямиком в члене, когда девчонка медленно облизнулась, увлажнив свои пухлые губы. Мерлин, перед ним сидит стройная, полуголая охуительная молодая ведьма, с жадностью пожирающая его почти плачущий от жалких попыток сопротивляться взгляд, но он должен это прекратить. — Смерти моей хочешь?! Малфой меня убьет! Соблазнительно хлопающие ресницы Лиры, сменились опасным прищуром, заметив, как Тео всеми силами старается не смотреть ниже глаз обнаженной девушки. — Я тоже Малфой, — она вырвала свою руку, освобождаясь от крепких тисков, осторожно подняла волшебную палочку, лежащую возле стройного бедра, и повела острым концом вверх по его ноге. — А Малфои всегда получают то, чего они хотят. Тео едва ли не застонал. Вновь зажмурив веки, он опрокинул голову назад, наслаждаясь легким дискомфортом от царапающего древка. Просто невероятная, такая властная, дерзкая, самоуверенная. Ну почему? Почему девушка его мечты – дочь его лучшего друга? — Инкарцеро, — таким бархатным голосом произнесла Лира, что осознание дошло с запозданием. Веревки обвились вокруг запястий, лаская кожу своей шершавостью, затем мягко потянули руки назад, соединяясь за спиной воедино. Тео открыл глаза и дернул руками, но безрезультатно, те плотно были прикованы к металлическому золотому смесителю. — Ты чокнутая, — и это не было оскорблением, скорее, неприкрытым восхищением. — Тебе нравится, — подчеркнула она. — Будешь для меня послушным мальчиком? Или как ты предпочитаешь, чтобы я тебя называла? Может, папочка? Салазар, его точно ждет самый яростный котел! Ибо то, как болезненно дернулся его член от обращения «папочка» из уст его крестницы, ненормально! Тео пораженно зашипел, сдаваясь. В этой борьбе у него не было шансов. Он проиграл всухую, сгорая со стыда за проявленную слабость. Девчонка победно ухмыльнулась, наслаждаясь его загнанным в угол взглядом. Иметь связь с Лирой Малфой было опасно, но... Черт возьми, иметь Лиру Малфой было настолько изумительно, что все риски уходили на второй план. Ее ангельское личико приблизилось к паху, пальчиком зацепив язычок ширинки из-под укрепляющего шва. Лира зубами прихватила его, пока Теодор впитывал каждое ее движение. Кровь стучала в ушах, заглушая звук опущенной молнии. Лира рванула брюки вместе с бельем вниз так решительно, будто делала это тысячу раз, освобождая, в отличии от своего хозяина, давно ставший покорным для нее член. С губ вырывался стон. Ощутив, как язык мучительно медленно прошелся вокруг головки, останавливаясь по центру. Больше всего на свете Тео сейчас желал зарыться в пепельные кудрявые локоны, оттянув ее самодовольное личико, и грубо натянуть обратно, по самое горло, наказывая дьяволицу. Она умело обхватила член своими губками, втягивая верхушку. Всасывала, не забывая работать языком и оставляя блядские мокрые следы. Дрянная девчонка. Его бедра дрогнули навстречу ласкам, и Лира, решив поощрить его, насадилась на всю длину, задержавшись насколько смогла. Она отстранилась, заглядывая потемневшими глазами, и Теодор без сомнений решил, что вид тянувшейся от его головки ниточки слюны к ее губам достоин вызова патронуса. — Хороший мальчик, — прошептала она и правая ее рука поднялась, касаясь мошонки. Мерлин, он не понимал, кем ему хочется быть для нее больше: покорным мальчиком или строгим папочкой. Но точно знал, что готов на все, что угодно, лишь бы как можно чаще видеть, как ее радужку поглощает искрящий желанием зрачок. Лира опустилась туда, где покоилась ее вторая рука, и языком провела от мошонки до кончика члена. — Мне кажется, ты заслужил освобождения, — она подняла палочку, но не спешила с заклинанием. — Да, блять, пожалуйста, — застонал Тео, предвкушая осуществить свое желание и потянуть за эти мягкие локоны. — Разве хорошие мальчики могут так грязно выражаться? Ты же не хочешь быть наказанным? Он однажды смотрел порно, где учительница в строгих очках наказывает нерадивого ученика. Лира, томно облизывающая свои припухшие от работы губы, сейчас похлопывающая древком по ладошке, буквально воплощала в реальность одну из его влажных фантазий. — Хочу, очень хочу, — прошептал он, сглатывая слюну. В нем загорелся интерес. — Вот как, — Лира самонадеянно выгнула бровь, будто другого ответа и не ожидала, пока Тео судорожно качал головой в подтверждение, — Слабо верю, попробуй убедить меня. — Пожалуйста, Лира, ты сводишь меня с ума. То, как звучит твой голос, твой запах, эта чертова клубника, — он зашипел, спотыкаясь на каждом слове, ощутив, как девушка слегка сжала его мошонку, — Твои стройные ножки, твой характер, я распластался перед тобой, как сопляк, потому что ты воплощение моих самых грязных мечтаний. Она встала, отбросив в сторону палочку, чтобы обнажить его верх. Глаза в глаза. Он сдался, полностью отдавая себя на ее ведение. Распахнув полы рубашки, Лира спустила ее до локтей, ноготками царапнув по вздымающейся с бешеной скоростью груди. Он так и не коснулся ее. Ни разу! Пока девчонка могла делать с ним, что вольна. Она припала к его шее, больно зажав губами, а затем влажно лизнула, успокаивая саднящую кожу. Прям как он их прошлой ночью. Лира вела себя непредсказуемо, нигде не задерживаясь надолго, царапая, кусая, целуя, мягко сжимая в хаотичном порядке разные части тела. Она поставила себе цель узнать его поближе, рассмотреть со всех сторон и насладиться каждым его сантиметром. Наконец, наигравшись, она вновь упала перед ним на колени, и Тео ощутил на головке горячее дыхание. Девчонка больше не медлила, полностью насадилась на член, левой рукой придерживая ту часть, которую не могла погрузить в рот. Он выл от желания излиться в ее умелый ротик. Все охватившее его ранее противоречие растворилось. Тео настолько погрузился в ритмичные движения, что не заметил проворные пальчики, пробирающиеся к стенке между мошонкой и его неприкосновенным задним проходом. Неожиданно надавив, она вырвала с его губ сладкий стон. Еще никто и никогда не прикасался к нему подобным образом. Эта девчонка переходила все немногочисленные границы и устои Теодора. Буквально все в ней контрастировало на грани допустимого и кричало о неприемлемости, заставляя его отчаянно терять голову, поддаваясь соблазну. Резвые женские ручки продвигались все выше и выше, пока не достигли той самой точки, с легким нажатием проникая внутрь. Его мышцы натянулись, он вздрогнул, и лицо исказилось в гримасе неверия и растерянности. Он вопросительно взглянул в ее глаза, не веря в происходящее. — Доверься мне. — убедила она, отстранившись всего на мгновение. И он расслабился! Покорился, отдав себя целиком и полностью. Тео готов поклясться, что сейчас на мордашке чертовой дьяволицы неприкрытое ликование. В который раз он сдался, даже не пытаясь держать оборону. Поначалу Лира действовала неспешно, давая ему привыкнуть к необычным и слегка неприятным ощущениям. Спустя некоторое время ее палец двигался в унисон с головой, методично и решительно. Тео тяжело дышал и сжимал кулаки, пытаясь справиться с собой и подавить рвущиеся наружу стоны. Ее абсурдное изумительное поведение плавило все нутро. Не выдержав больше сладкой пытки, он закусил губу, приглушая всхлипы. Его бедра напряглись, по члену прошлась волна наслаждения. Он задрожал, получая самый крышесносный оргазм в жизни. Лира отстранилась и вынула аккуратный язычок, давая его удовольствию падать на лицо. Кажется, он сказал, что слюна достойна вызова патронуса? Он ошибался! Ее ангельское личико, покрытое спермой – вот та картинка, ставшая самым счастливым его воспоминанием. Он знал, что теперь не отпустит ее. Просто не сможет. Окончательно смиряясь с тем, что потерял голову.
