Чёрный Лотос

— Ура, органика сдана, сессия завершена, время отмечать!!! — громкий голос Накамото Юты, полный искренней радости, разнёсся по всему университетскому двору, заставляя находящихся поблизости студентов с улыбками обернуться. — Ты ещё не знаешь результатов, неизвестно вообще, сдал ли ты, — обеспокоенно проворчал Сычен. Японец тут же надул губы и возмутился: — Ты совсем в меня не веришь, милый, я же так усердно готовился, день и ночь штудировал материалы… — Я знаю это как никто другой, я помогал тебе готовиться, забыл? — тихо ответил омега и мягко коснулся предплечья своего истинного. — Просто я переживаю, экзамен был очень сложным и… — Не волнуйся ты так, я написал всё, что мог, главное, что мы всё сдали и четыре года страданий в универе позади! — Юта расплылся в яркой улыбке и притянул к себе Сычена, крепко сжимая талию омеги и засосывая вторую руку в карман шорт. — Что ж, последний год учёбы завершён, впереди только выдача дипломов… -… и поиск работы, и настоящая взрослая жизнь, — вздохнул китаец, прижимаясь к боку возлюбленного. — Джэ, ты чего такой притихший? Я уверен, ты сдал всё на отлично… — У Тэён-хёна сегодня защита магистрской, а наш Джэ переживает так, словно это ему, а не сонбэ, предстоит защищать свою работу перед строгой комиссией профессоров… — громким шёпотом ответил ему Юта, бросая взгляд на друга, который с самого утра был как на иголках и даже после сдачи последнего экзамена по органической химии совсем не выглядел расслабленным. — В общем, мы пойдём праздновать окончание сессии, но ты, наверное, подождёшь хёна?.. Джэхён рассеянно кивнул, всё ещё мыслями пребывая не здесь: — Да, да, я хочу подождать его, узнать, как всё прошло… я обещал ему, что мы проведём сегодняшний день вдвоём. С этой сессией и защитой диплома мы так мало времени проводили вместе. Сычен с Ютой с улыбками переглянулись, и японец похлопал друга по плечу: — Хорошо, не сомневаюсь, хён сдал всё на отлично, тогда увидимся позже. Пойдём, дорогой, время веселиться! Друзья поспешно покинули территорию кампуса, оставив Джэхёна одного посреди залитого жарким июньским солнцем двора. Чон мерил шагами дорожку под окнами здания университета, то и дело бросая взгляд наверх к открытому настежь окну аудитории на третьем этаже, где защищали свои дипломные работы магистры. Высаженные вдоль дорожки кустарники роз приятно благоухали, тихо шелестя тёмно-зелёной листвой, солнце припекало, но Джэхён не обращал на жару внимания, покусывая нижнюю губу. Последние пару недель они с Тэёном встречались лишь изредка, вечерами гуляя по парку, расположенному недалеко от кампуса, или выпивали по чашке кофе в кофейне за углом — оба были слишком заняты интенсивной подготовкой к сессии и защите дипломов, чтобы проводить вдвоём больше времени. Джэхён невероятно скучал по временам, когда они с Тэёном проводили вместе целые выходные напролёт, не расставаясь ни на минуту, гуляя, держась за руки, целуясь каждую свободную минуту. Он скучал по близости омеги — их последний раз был две недели назад, а альфе казалось, прошла целая вечность с момента, когда они провели целую ночь в жарких объятиях друг друга, доставляя друг другу неземное наслаждение. Он присел на скамейку, проводил рассеянным взглядом кучку студентов омег и старательно отогнал воспоминания об их последней бурной ночи. Бросив взгляд на наручные часы, ярко блеснувшие в лучах летнего полуденного солнца, подумал о том, что Тэёну уже пора было бы защититься. С утра, когда они пересеклись в холле универа на несколько минут, омега выглядел неважно, должно быть, сильно нервничал перед презентацией. — О, Джэ, ты здесь, а мы уже закончили, — окликнул его мягкий голос, и обернувшись, альфа увидел перед собой соседа Ли по комнате, омегу Ким Чону. Рыжеволосый парень приветливо помахал Джэхёну рукой и улыбнулся: — Он сейчас подойдёт. Я так рад, что мы отстрелялись, свобода! — Поздравляю, Чону, — вскочил на ноги альфа и поискал глазами в потоке высыпавших на улицу старшекурсников возлюбленного. Чону проследил за его взглядом, с улыбкой покачал головой и зашагал прочь, теряясь в толпе оживлённо болтающих студентов, а Джэхён наконец заметил фигуру светловолосого юноши, облачённого в тёмные брюки и белую рубашку с коротким рукавом. Тот выглядел устало, но улыбался и приблизившись, тепло посмотрел на альфу. — Ну как прошло, хён? Комиссия задавала много вопросов? Они остались довольны твоей презентацией? Было сложно? Как ты…? — Всё в порядке, я защитился на отлично, вопросов было немного, я на все с блеском ответил, не переживай, — прервал поток вопросов омега, вплотную шагнув к альфе и прикоснувшись щекой к обтянутой футболкой груди. От этого ласкового действия сердце Чона ёкнуло в груди, а улыбка расцвела на губах. Он крепко прижал к себе юношу, жадно целуя в макушку. — Поздравляю, любимый, ты так много сил вложил в написание своего диплома и подготовку к защите. Я так горжусь тобой, ты проделал огромную работу, мой умничка. — А как твой экзамен по органике, всё успешно? — встрепенулся Тэён, отрывая лицо от широкой груди альфы. — Я уверен, что сдал идеально, — усмехнулся Чон, беря Ли за руку и утягивая за собой. — Пойдём, я так скучал по тебе, поэтому сегодня весь день я хочу провести наедине с тобой, друзья подождут, сегодня только ты и я. Я отвезу тебя в парк, там нас ждёт пикник, ты же наверняка проголодался, уверен, с утра тебе кусок в горло не лез из-за стресса… Тэён крепче сжал его руку и позволил утянуть себя к припаркованному у ворот ниссану. Вскоре они достигли парка и расположились на расстеленном на мягкой зелёной траве покрывале, в тени раскидистого тополя недалеко от озера, гладь которого переливалась золотистыми солнечными бликами. Альфа достал из корзины разные закуски и фрукты, бутылку белого вина и бокалы и посмотрел на Тэёна, который смотрел на всё это блестящим взглядом. — Поздравляю нас с окончанием учёбы, — прошептал омега. — Остался только выпускной и вручение дипломов. Я очень горжусь тобой, Джэ. Спасибо за то, что подготовил всё это… и за то, что ты со мной. Его глаза внезапно наполнились слезами, и совершенно неожидавший этого Джэхён поспешил обнять юношу за плечи, однако тот попытался вырваться из объятий, закрывая лицо руками и пытаясь обратить всё в шутку: — Прости меня, что-то я расклеился, не обращай внимания, прости… — Эй, почему ты извиняешься, всё хорошо, ты просто устал, ночами не спал, сидя за конспектами и книжками, вот стресс и накопился. Всё в порядке, хён, — альфа не позволил парню ускользнуть, сгрёб его в охапку и прижал к себе, зарываясь носом в жемчужные волосы. — Ты перенервничал, хён, тебе надо как следует расслабиться, у тебя даже запах изменился… Вишнёвый запах с нотками зелёного чая сейчас ощущался как-то иначе, как будто став ещё слаще, хотя такое, казалось, было невозможно. — Да я в порядке, правда, — бормотал Тэён, но не переставал всхлипывать, вцепившись пальцами в футболку альфы. Когда он наконец успокоился, Джэхён взял с тарелки кусочек персика и поднёс к губам старшего. Тот послушно проглотил угощение, но когда Чон предложил ему бутерброд, внезапно отстранился, помотав головой: — Я не голоден. — Хён, ты точно в порядке? Ты выглядишь неважно, совсем бледный… — Джэхён всерьёз забеспокоился, вглядываясь в утомлённое лицо Ли, который сжимал в руках бокал с вином, но так к нему и не притронулся. Его Тэён, обычно такой энергичный, спокойный и ласковый, сейчас был сам на себя не похож, и Джэхён уже был готов удариться в панику. — Хён, ты заболел, да? Давай я прямо сейчас отвезу тебя к врачу… — Джэхёни, послушай меня. Я… последнее время действительно чувствую себя не лучшим образом, — Тэён отставил бокал в сторону, обхватил себя за колени и заскользил взглядом по траве, заметно волнуясь. Джэхён с замиранием сердца смотрел на него. — У меня пропал аппетит, я быстро устаю и всё время хочу спать. Но я уже был у доктора и я вовсе не болен, Джэ. Дело в том, что… у нас будет малыш. Я жду ребёнка, Джэхёни. Несколько мгновений альфа, не мигая, смотрел на взволнованного омегу, который теребил край покрывала и на лице которого играли лучики солнца, пробивающиеся сквозь ветви дерева. Затем коснулся пальцами подбородка Тэёна и аккуратно приподнял голову, заглядывая в влажные карие глаза. — У нас будет малыш, — повторил он, всматриваясь в глубину тёмных омутов и наклонившись вперёд, крепко прижался к мягким губам Ли. Сердце в груди забилось часто и сильно, а уголки губ поползли наверх, улыбаясь в поцелуй. Он уложил ладони на бледные щёки омеги, поглаживая кожу со всей нежностью, которая захлестнула его будто цунами, и поцеловал в лоб. — Я так счастлив, Тэён, у нас будет ребёнок, — прошептал он, тыкаясь носом в висок старшего. — И ты, ты правда рад, то есть, ты готов к детям и ты правда хочешь этого ребёнка? — дрожащим голосом произнёс Тэён, зажмуриваясь. — Может быть, ты ещё не хочешь детей, тебе ведь всего 23, может ты хотел пожить сначала для себя, мы ведь только закончили учёбу и… — Дурачок что ли? Ты думаешь, я могу отказаться от него? Тебе, должно быть, гормоны в голову ударили, — Тэён открыл глаза и увидел, как его истинный тихо смеётся, а его глаза сияют как солнце на небе. Омега неуверенно шмыгнул носом, затем оттолкнул от себя младшего и закрыл лицо руками. — Да я самый счастливый на свете от этой новости, хён, я уже люблю его. Никогда не смей сомневаться во мне, — прошептал Джэхён, кладя руки на колени омеги, который уже плакал навзрыд: — Прости, я никогда не сомневался в тебе, это всё беременность, я сам не свой, всё время переживаю из-за пустяков, лью слёзы из-за каждой мелочи, сам себя не узнаю, я больше не прежний Чёрный Лотос… — Всё хорошо, это нормально, ты же носишь нашего малыша, не вздумай просить прощения. Я буду рядом с тобой, мы пройдём через всё это вместе, я сделаю всё, что ты попросишь, всё, что скажешь, — альфа погладил его по коленкам, чувствуя, как внутри всё распирает от неведомого раньше чувства радости и гордости. Он станет отцом. — Тогда обними меня пожалуйста, — тихо произнёс омега. Джэхён тут же обхватил его за плечи, прижал к себе, покрывая мелкими нежными поцелуями влажное от слёз лицо старшего. Тот зарылся носом в футболку альфы, кутаясь в объятия, и пробормотал: — Ненавижу вот так распускать нюни. Неужели так будет всю беременность? Не знаю, как ты будешь выносить меня всё это время… — Глупый, я буду заботиться о тебе и о нашем малыше и оберегать вас. Я мечтал о семье с тобой, с тех самых пор, как понял, что люблю тебя по-настоящему. Слышишь, хён? Я тебя люблю. — А я тебя, мой единственный, — выдохнул Тэён, нащупал джэхёнову руку на своём плече, снял её оттуда и осторожно положил к себе на едва заметно округлившийся живот. Улыбнулся, когда пальцы альфы погладили сквозь ткань рубашки, ладонь бережно прижалась к животику. — Теперь тебе надо быть осторожнее за рулём, — вдруг встрепенулся Джэхён. — Я хотел погонять завтра вечером один на один, но думаю, сейчас тебе не стоит… — Всё в порядке, я же не болен, я смогу ездить до тех пор, пока мой живот не станет таким большим, что сидеть за рулём будет неудобно, — ответил Тэён, надувая губы. — Я не хочу, чтобы моя жизнь изменилась настолько кардинально, что я не смогу даже заниматься любимым делом… я буду предельно осторожен, никаких больших скоростей, правда. Не переживай, всё не настолько плохо… — Но ты выглядишь так, словно не спал неделю, — строго заметил альфа. Тэён вздохнул, придирчиво вертя в руках спелую клубничину, раздумывая есть её или нет: — Сессия вместе с ранним сроком беременности, конечно, неблагоприятно сказалась на моём самочувствии, но это не значит, что потом я не смогу сесть за руль… мне надо просто хорошенько отдохнуть… — Ты как ребёнок, хён, от которого собираются отобрать любимую игрушку, — фыркнул Джэхён, отпивая вина и отправляя в рот ломтик персика. — Я знаю, что ты всем сердцем любишь гонки, но ты ведь не хочешь рисковать?.. — Конечно нет! Я ни за что не стану рисковать здоровьем малыша!!! — омега разъярённо взглянул на своего альфу и через секунду всхлипнул: — Просто я буду скучать без гонок… Ну вот, у меня опять скачет настроение, теперь мне кажется, что я буду плохим папой для нашего сокровища, что я за родитель такой, который думает о своих капризах сначала, а потом только о ребёнке… Его глаза снова наполнились слезами. Он отбросил ягодку клубники в сторону и уткнулся в грудь Джэхёну, который с улыбкой погладил его по спине: — Ты будешь самым замечательным папой на свете, мой родной хён, просто пока тебе тяжело, гормоны шалят, да ещё и учёба высосала из тебя все силы, не будь строг к себе, поменять свой образ жизни непросто, но ты справишься. И я буду рядом. Ты немедленно переезжаешь ко мне, универ закончен, тебе больше нет нужды ютиться в общаге, я уже сто лет назад предлагал тебе съехаться, а ты всё упрямился, хоть и тысячу раз ночевал у меня. Теперь я не потерплю возражений, завтра же переезжаешь ко мне, я буду присматривать за тобой и окружу тебя заботой, комфортом и уютом. Ну-ну, поплачь, Тэёни-хён, от твоих слёз моя футболка совсем намокла, и мне не так жарко в этот летний день… Ох, надо сообщить эту прекрасную новость Юте и Сычену, только представь их реакцию, хён?..

***

10 лет спустя -… и реакция в данном случае не происходит. Что ж, на сегодня всё, спасибо за внимание. Омега коротко поклонился, выключил презентацию, собрал со стола бумаги и убрав их в сумку, направился к выходу из аудитории. Почти у самой двери его остановил юный студент: — Простите, профессор Ли, я староста первого курса Лю Янян, и я хотел сказать вам от лица всех ребят, что нам очень понравилась ваша лекция… вы так интересно и понятно всё рассказываете… Тэён улыбнулся, доброжелательным жестом хлопая альфу по плечу и кивнул: — Рад, что вам понравилось. Если есть вопросы по материалу, смело пишите мне на эмайл. К сожалению, я пока что читаю лекции только как приглашённый лектор, но совсем скоро смогу вернутся к полноценной работе… — Мы будем вас ждать, — закивал парнишка, низко кланяясь и, когда Тэён уже собрался было покинуть помещение, вдруг, набравшись храбрости, выпалил: — Профессор, а это правда, что вы… что вы и есть знаменитый гонщик-омега Чёрный Лотос? Тэён замер, схватившись за ручку двери и улыбнулся. Затем повернулся к смущённому студенту, спрятав улыбку и сохраняя спокойное выражение лица: — По секрету скажу, что да, это правда. А теперь прошу меня простить, мне пора идти. Он толкнул дверь, услышав тихий восхищенный вздох Яняна за спиной, и зашагал по коридору, не в силах сдержать улыбку. — О, профессор Ли, рад снова вас видеть, — к нему бодрой походкой приблизился заведующий кафедрой, зажав под мышкой стопку документов. — Жду не дождусь, когда вы вернётесь к полноценному графику, студенты вас просто обожают… — Осталось подождать совсем немного, господин Пак, совсем немного, — весело ответил Тэён, энергично пожимая заведующему руку. — По-моему, профессор Мун Тэиль прекрасно справляется с этим курсом, он замечательный преподаватель, хоть и бывает чересчур строг… — Вы правы, однако вы, профессор Ли, просто незаменимы… Что ж, я позвоню вам позже насчёт предстоящих лекций, не буду задерживать, — распрощался господин Пак, суетливо поправляя очки на носу и гору папок под мышкой, и вразвалочку направился прочь по коридору. Тэён поправил пиджак и торопливо спустился по лестнице к припаркованной у ворот новенькой тойоте. Сев за руль, включил зажигание и набрал номер Джэхёна, поставив на громкую связь: — Ну как ты там, справляешься? Всё хорошо, он уже покушал? Ты ведь дал ему именно ту смесь, которую я показал, а не из второй бутылочки? И надеюсь, ты её слегка подогрел? И ещё не забудь про… — Милый, не волнуйся, всё хорошо, малыш покушал и спит, я всё сделал в точности как ты сказал, — раздался в трубке мягкий голос Чон Джэхёна. — Я уже скоро буду, — омега пристегнул ремень и вырулил на шоссе, поддавая газу. Бледное осеннее солнце освещало дорогу, вдоль улицы мелькали магазины, жилые дома и редкие жёлтые и красные деревья. — Достань из морозильника мясо, пусть разморозится к моему приезду и… — Не волнуйся, я уже заказал доставку, чтобы тебе не пришлось готовить, — бодро ответил из динамика голос Джэхёна. — Скоро вернутся из школы мелкие, и мы все вместе пообедаем. — Люблю тебя, — проникновенно произнёс Ли, сбрасывая звонок и переключая скорость, разгоняясь до 75 км/ч. Через полчаса машина затормозила во дворе красивого двухэтажного дома с ухоженным садом, и Тэён, поспешно отстегнув ремень, выскочил из машины, почти бегом направляясь в дом. Он нетерпеливо поднялся по лестнице, на ходу ослабляя узел галстука, и толкнул дверь в детскую. Джэхён, стоящий у окна в домашних серых штанах и розовом свитере крупной вязки, обернулся через плечо и слегка улыбнулся, осторожно баюкая на руках свёрток. Тэён несколько мгновений просто любовался открывшейся его взору картиной, затем скинул пиджак, повесил его на спинку стула и бесшумно подошёл к мужу. — Спит, — полушёпотом произнёс Чон, улыбаясь так, что ямочки отчётливо заиграли на щеках. Тэён протянул палец к крошечной румяной щёчке и погладил бархатистую, как у персика, кожу. — Спасибо, что смог отпроситься с работы и посидеть с ним, пока у меня были занятия в университете… — сказал он, бережно перенимая малыша с джэхёновых рук. Тот покачал головой: — Никаких проблем, мои подчинённые справятся как-нибудь денёк и без своего руководителя… — Ты не думаешь, что я слишком рано согласился снова читать лекции? Мой декретный отпуск ещё не закончился, Джисону ещё нет и года… — Это всего лишь лекции пару раз в месяц в качестве приглашённого преподавателя. Ты всей душой любишь своё дело и студентов, так что не о чем жалеть, я рад, что ты потихоньку возвращаешься к работе. Больше, чем свою работу, ты, пожалуй, любишь только гонки… Глаза альфы искрились. Тэён встретился с ним взглядом, мягко укачивая на руках сопящего Джисона: — Больше чем что-либо, я люблю тебя и наших детей. Джэхён нежно поцеловал мужа в щёку и бросил взгляд на часы: — Кажется, вот-вот прибудет доставка, я спущусь вниз. Мелкие у себя в комнате, пришли со школы прямо перед тобой… Альфа покинул комнату, а старший ещё немного покачал малыша на руках, прижимая к себе, прежде чем уложить в кроватку. Затем тихо вышел, притворив дверь и заглянул в соседнюю комнату, заранее услышав за дверью возню и тонкие голоса: — Ну отдай мне Мистера Кота, Минхён, ну отда-а-а-ай! — Ты должен учить уроки, Хёкки, а не играть. Разве вам ничего не задали сегодня? — Потом сделаю домашку, почему ты вечно отбираешь от меня мои игрушки? — Так, что тут происходит? — Тэён прислонился к дверному косяку, наблюдая за тем, как младший сын-омега стоит посреди комнаты, сжимая маленькие кулачки и выглядит так, словно готов вот-вот разрыдаться, а старший, альфа, прячет за спиной плюшевого полосатого кота, забравшись на кровать с ногами. — Папа вернулся! — Минхён бросил кота в дальний угол и кинулся к Тэёну, крепко обнимая его за ноги. — Папа-а-а-а, он отобрал от меня Мистера Кота, он говорит мне учить уроки, но я только пришёл со школы… — голосок Донхёка дрожал, а в больших круглых глазах плескалась детская обида. — Минхён, ну и зачем ты отобрал у брата Мистера Кота? — погладив сына по волосам, спросил омега, затем мягко остранился, шагнул на середину комнаты, опустился на корточки и обнял Донхёка за узкие плечики. — Не обижайся на него, он не хотел тебя расстроить. — Я не хотел, просто ты уже в первом классе, Хёк, ты должен учиться, а не только играть, — пробубнил Минхён, теребя карманы своих оранжевых как апельсин штанишек. — Ты старше меня всего на два года, а вечно строишь из себя самого умного, — захныкал Донхёк, утыкаясь лицом в плечо папе. Тот крепко его обнял: — Не ссорьтесь, ребята, пожалуйста. Минхён, ты абсолютно прав, что нужно хорошо учиться. Но отбирать чужие игрушки нехорошо. Хёк, брату просто нравится дразнить тебя, не ведись на это. Ты можешь отдохнуть и поиграть придя со школы, а потом сделать уроки. Главное, чтобы они были сделаны к нужному сроку. Ты всегда можешь попросить помощи у меня или отца, если чего-то не понимаешь, мы всегда поможем. Тебя не обижают в школе, всё хорошо? Он схватил сына за плечи, заглядывая во всё ещё обиженное круглощёкое личико Донхёка. — Нет, не обижают, но я всё ещё привыкаю к учителям и одноклассникам… — Ты привыкнешь совсем скоро. Я люблю тебя, мой первоклашка, ты уже такой взрослый, — прижал к себе хрупкое тельце Тэён. — Ты любишь его больше, чем меня, и Джисона ты любишь больше, чем меня, — пробубнил под нос Минхён, покачиваясь с пятки на носок и закусывая нижнюю губу. — Что ты такое говоришь, я люблю вас всех одинаково, — Тэён выпустил из объятий сына-омегу и быстро повернулся к маленькому альфе, взволнованно вглядываясь в личико старшего сына, на котором отпечаталась тень ревности. — Я всегда буду любить вас всех одинаково. — Минхён, твой папа любит тебя и братьев сильнее всего на свете, — Джэхён бесшумно вошёл в комнату и подошёл к сыну, кладя руку ему на плечо. — И я тоже. Мы оба любим вас одинаково, и это никогда не изменится. Тэён с благодарностью взглянул на супруга и сгрёб старшего сына в объятия. — Стол уже накрыт, идём кушать, — весело сказал Джэхён, чмокая Минхёна в каштановую макушку и наклоняясь к младшему, чтобы подхватить его на руки. — Хёкки, ну где там твой Мистер Кот? Мы же не можем пойти обедать без него… Донхёк запищал от радости, хватая плюшевого зверька и крепко обнимая отца за шею. Тэён наконец отпустил попытавшегося вырваться из кольца рук Минхёна, и все вместе они спустились на первый этаж, где Чон уже накрыл стол. — Я всё ещё не могу привыкнуть к новой машине, — тихо пожаловался мужу омега, пока дети о чём-то снова препирались, ковыряя в тарелках лапшу. — Ты привыкнешь, она хорошая, просто ты столько лет отъездил на своей верной тойоте, что сложно так сразу переключиться на другую… — успокаивающе ответил Джэхён, подхватывая палочками кусочек мяса и отправляя в рот. — Кстати, Тэиль приглашал нас к себе на следующих выходных, они с Доёном будут только рады, если мы придём, но малыш… я не хочу надолго оставлять его, пусть даже я и доверяю твоим родителям… — Они будут рады посидеть с ним, ты же знаешь. А тебе будет полезно выбраться из дома, немного развеяться. — Может быть, мы сможем пригласить их к себе? Так я смогу присматривать за Джисоном. И Юту с Сыченом и мелкими тоже позовём. Ченлэ хорошо ладит с Минхёном, а Ренджун с Донхёком, они же одногодки, так что им будет весело вместе. — Отличная мысль, я сообщу Юте… Хёк, малыш, ешь аккуратнее, не надо пачкать скатерть. Кому ещё добавки? — Пойду проведаю Джисона, — всполошился Тэён, отправляя в рот ложку супа и на ходу жуя, убегая на верхний этаж в сторону детской. — Мальчики… — отложив палочки, серьёзно заметил Джэхён, смотря на сыновей. — Ваш папа очень много на себе тянет: нянчится с малышом, делает домашние дела, заботится о вас, ещё и успевает подрабатывать лектором в университете, потому что безумно любит свою работу. Пожалуйста, не ссорьтесь по пустякам, не огорчайте его и никогда не говорите ему, что он недостаточно любит вас. Мальчишки притихли, уткнувшись в тарелки и молча доели свою лапшу. Минхён поблагодарил за обед и взглянул на отца: — Можно я пойду погуляю недолго с друзьями? Джено и Джемином, ты их знаешь, они живут недалеко от нас. — Конечно можно, только возвращайся пока не стемнело. Маленький альфа просиял и поспешно вышел из-за стола. Хёк прижал к груди Мистера Кота и выскочил из-за стола следом, бормоча что-то насчёт того, что теперь детская полностью в его распоряжении. — Хёк, что нужно сказать, когда закончил кушать? «Спасибо», — крикнул ему вслед отец и покачал головой. Со второго этажа доносился негромкий плач, должно быть, Джисон проголодался или снова капризничает. Джэхён убрал со стола пустые тарелки, навёл порядок и вымыл посуду. Поднялся наверх и заглянул в детскую, где Хёк с лицом, полным сосредоточенности, строил конструктор на полу — и Мистер Кот, конечно же, пристроился рядом. — Тебе помочь? — альфа присел на корточки рядом с сыном, разглядывая разбросанные по полу пластмассовые детали. Донхёк отрицательно помотал головой, вертя в руках маленькую деталь и от усердия закусив пухлую нижнюю губу. Джэхён ласково потрепал его по волосам и вышел из комнаты, заглядывая в соседнюю. Тэён пытался одеть Джисона, который капризно хныкал и размахивал ручками, никак не желая просунуть их в рукавчики. — Давай я, — мягко произнёс Джэхён, подходя к столику и перехватывая инициативу. Через минуту малыш уже был одет как надо и притих, хлопая глазёнками и надув щёчки. Джэхён подхватил его на руки, вытягивая наверх и чуть-чуть покружил в воздухе, от чего крошечный альфа ярко заулыбался. — Ты наше сокровище, Джисони, не капризничай больше, а теперь я уложу тебя в кроватку, — проворковал Чон и бережно положил ребёнка, укрывая тонким одеяльцем. — Что бы я без тебя делал, — вздохнул Тэён, укладывая локти на столик и опуская на них голову, с любовью наблюдая за действиями супруга. Потом бросил взгляд в окно, наполовину прикрытое голубой тюлевой занавеской: — Уже начинает темнеть, надеюсь, Минхён не задержится на прогулке… — Я доверяю нашему сыну, не накручивай себя, он скоро придёт, — мягко ответил Джэхён, беря в руки погремушку, от чего кроха радостно залепетал, протягивая ручки к отцу. Чон оказался прав, старший сын пришёл совсем скоро, с порога оживлённо рассказывая про своих друзей и что интересного случилось на прогулке. Вечером Джэхён уложил Минхёна и Донхёка спать, пока Тэён за стенкой баюкал снова расплакавшегося Джисона. — Когда я вырасту, я тоже хочу стать гонщиком, как ты и папа, — прошептал Минхён, убирая любимую машинку в коробку и залезая под одеяло. Джэхён подоткнул концы одеяла и улыбнулся: — Если ты по-настоящему захочешь, то станешь им. Мы с папой научим тебя всему, что сами знаем и умеем. Но самое главное в этом деле — это соблюдать правила и думать о безопасности. — Правила… звучит скучно… в школе и так одни правила, — проворчал альфа, натягивая одеяло до самого подбородка. — Хочу гонять на такой скорости, чтобы все мне завидовали, хочу всех-всех обогнать! — Ты ещё мал, вырастешь, поймёшь, что это не главное… — Как так, а что же главное в гонках, если не прийти первым? — захлопал ореховыми глазками Минхён. Джэхён наклонился к нему, невесомо целуя в лобик и поправил одеяло: — Спи уже. Завтра суббота, поедем гулять на набережную, и Ренджун с Ченлэ к нам присоединятся… — Ура, я хочу показать Ченлэ, как научился ездить на скейте!!! — Обязательно покажешь, а сейчас пора спать. Джэхён подошёл ко второй кроватке, где Донхёк лежал в обнимку с Мистером Котом, плотно закутавшись в одеяло. — Сладких снов, Хёкки. — Отец, а можно у тебя спросить? — шёпотом, чтобы не слышал брат, произнёс Донхёк. — Конечно, золотце. — А как ты думаешь, я тоже смогу… однажды стать… ну, гонщиком? То есть, это же всё-таки больше занятие для альф и… — И это я слышу от сына Ли Тэёна, самого лучшего гонщика-омеги, которого только знала Азия? — усмехнулся Джэхён, нежно заправляя русую прядку малыша за ушко. — Какая разница, альфа ты или омега, если ты любишь то, что делаешь? Если у тебя есть мечта, не позволяй чужому мнению мешать тебе идти к ней. Но как я уже сказал твоему брату, вы ещё слишком маленькие. Вот подрастёте, тогда и посмотрим… вдруг потом ты уже не захочешь быть гонщиком? — Я хочу быть таким же крутым как вы с папой, — пропищал Донхёк, и его глазёнки-бусинки ярко заблестели в свете ночника. Джэхён тихо засмеялся, целуя в лобик, и, ещё раз пожелав спокойной ночи, вышел из спальни старших детей. — Малыш только-только успокоился, — устало вздохнув, сказал Тэён, укачивая на плече кроху. — Давай я уложу его, а ты пока сходи в душ. И не спорь, — Джэхён взял сына на руки, грозным взглядом отправляя своего омегу в ванную комнату. Когда Тэён, посвежевший после душа, переодевшийся в майку без рукавов и растянутые домашние штаны, вернулся в детскую, Джэхён приложил палец к губам и торопливо вытолкал его в коридор, выходя следом и тихо закрывая дверь. — Он наконец-то заснул. Пойдём и мы ложится. Они зашли в свою спальню, и Тэён с наслаждением плюхнулся на постель. — Кажется, у него начинают резаться зубки… сегодня он весь вечер проплакал, я еле его успокоил, — вздохнул он, откидывая со лба влажные после душа волосы. Джэхён остановился возле полки, на которой расположились многочисленные кубки и большой розовый кролик, и заметил с усмешкой: — Знаешь что? Кажется, наши дети всерьёз решили пойти по нашим стопам… — Что, они хотят стать гонщиками?! Ох, это всё-таки весьма опасное занятие, я же буду переживать… нет, я с ума сойду от беспокойства… — Вспомни себя и своего дедушку, тебя не остановили его опасения и попытки отговорить. — Кажется, теперь я его понимаю, — слабо улыбнулся Тэён, зарываясь пальцами в жемчужную шевелюру. — Нет, ну какие гонки, они же ещё крохи, ну чего они себе удумали… — Ты не соскучился по гонкам, любимый? — рассматривая выставленные в ряд кубки, поинтересовался Джэхён. — Ужасно соскучился. С тех пор как родился Джисони, я ни разу не превысил скорость выше положенной на дорогах, ни разу не поучаствовал в соревнованиях… последний раз я слышал рёв трибун в свою честь два года назад. Кстати, уже даже мои студенты знают, что я тот самый Чёрный Лотос, сегодня мне об этом сообщил староста первокурсников. — Надеюсь, ты сказал ему, что твой муж — легендарный Ястреб?.. — Скажу в следующий раз, — хихикнул омега. — Когда у тебя намечается гонка, в начале октября? Мы обязательно придём поболеть за тебя. Джэхён кивнул: — Знали бы мои подчинённые, что руководитель отдела разработок в свободное время гоняет на спорткаре, прослыв звездой гонок в любительских кругах… — Думаю, это бы только повысило твой авторитет в их глазах. Тэён подтянул к себе подушку, опуская тяжелеющие веки и зевая. Джэхён опустился рядом, нежно поглаживая плечо мужа. — Ты ведь не забыл? — О чём? — сонно пробормотал омега, обнимая подушку. — О нашей годовщине через три дня. Тэён резко открыл глаза и виновато уставился на мужа: — Совсем вылетело из головы, как я мог забыть… — С тремя детьми это неудивительно, — проурчал альфа, мокро целуя супруга в голое плечо и пальцами поддевая край тэёновой майки-безрукавки. — Как насчёт ещё одного?.. Твоя течка совсем скоро… — Нет уж, даже не думай, Чон Джэхён, Джисони ещё слишком мал! Вот сам и рожай! — возмутился Тэён и не удержался от смеха, когда пальцы альфы пощекотали его бок. — Я хочу вернуться к работе и гонкам, пока что никаких больше детей… ну если только позже, когда Джисон подрастёт… — Как скажешь, любимый, я же шучу, я никогда и ни за что не стану тебя принуждать, — Джэхён провёл кончиком носа по щеке Ли и поцеловал в шею, пальцами поглаживая рёбра омеги. Тэён блаженно прикрыл глаза, расслабляясь и подставляя шею влажным тёплым губам альфы, вдыхая ментоловый феромон с нотками кедра и примешавшейся вишни. Их запахи за все эти годы плотно смешались друг с другом, и теперь сладкий запах омеги отдавал освежающими нотками мяты. — Давай на нашу годовщину уедем ото всех к морю? Возьмём наши машины и погоняем по пустой дороге, как в старые добрые времена… Я возьму отгул на работе и попрошу Юту и Сычена посидеть денёк с детьми, мелкие будут только рады, они обожают «дядю Юту», заодно снова встретятся с Ченлэ и Ренджуном. Нам нужно побыть иногда только вдвоём, Тэёни… — Звучит привлекательно, — с улыбкой пробормотал старший, не открывая глаз. — Знаешь, я как вчера помню тот день. Гонка один на один, ты готов был порвать меня, а я уступил тебе, поддавшись на самом финише. — Я так разозлился на тебя… я был таким дураком тогда, — фыркнул альфа, притягивая к себе мужа ещё ближе и с трепетом поглаживая его тёплое тело. — А потом я впервые поцеловал тебя… как сейчас помню наш первый поцелуй, твои нежные губы, с такой готовностью ответившие мне. — Ты стал таким зрелым, Джэхёни. С тех пор ты так возмужал, став самой сильной опорой для меня и наших малышей… — Тэён повернулся, опуская взгляд на чётко очерченные губы своего истинного, и они одновременно подались ближе друг к другу, соединяя губы в нежном, любящем поцелуе. — Я люблю тебя. Так значит, решено, через три дня едем на море? Я зарезервирую коттедж на берегу и мы проведём нашу годовщину только вдвоём, слушая шум волн… и непременно устроим гонку, ты уже засиделся без адреналина в крови… Завтра же звоню Накамото… Тэён? Тэёни? Омега уткнулся ему в грудь, тихо сопя, бессовестно провалившись в крепкий сон. Джэхён не смог сдержать улыбки, скользя взглядом по красивому лицу мужа — тот с возрастом стал лишь прекраснее. Из-за стенки раздалось хныканье, и Джэхён поспешил подняться с кровати, укрыл старшего одеялом и, оставив на его щеке ласковый, полный нежности, поцелуй, поспешил в детскую к младшему сыну.