Если умрёшь ты, умру и я

Власти все взяли в свои руки. Они спешно начали вылавливать всех людей Бишопу по миру. Это длилось целых два месяца. Как оказалось, на удивление всей семьи Харгривз, Менди и Маргарет оказались живы. Маргарет посадили за решетку, а Менди в психиатрическую больницу, ведь была она невменяемая. Это сказал сам Диего, ведь все же он вновь начал работать в отделении полиции. Венди исчезла. Никто не знал куда, да и не хотел знать. Им дела не было до нее. Жизнь, кажется, налаживалась. Диего вместе с Лайлой вскоре переехали в небольшой дом. Эллисон уехала не так далеко от академии вместе с Клэр и теперь полностью была погружена в воспитание дочери. Виктор первым делом же устроился на другую работу, а потом и сам переехал, как и все ранние. Клаус же остался в академии. Нет, в его жизни почти что ничего не поменялось, если только он устроился на работу. И кто знает сколько он там продержится. А Пятый? Пятый был подавлен. Он не плакал, не кричал от боли, наоборот молчал, держал все в себе. Полтора месяца он вновь перестал почти что выходить из комнаты. А вскоре устроился на работу в супермаркет. Полгода спустя       Парень снова сидит около могилы. Сначала он смотрел в небо, а после на надпись.       —Джейн, знаешь…-Номер Пять замешкался.—я до сих пор помню тебя, да и забыть не смогу…Джейн, я правда тебя любил и до сих пор люблю. С самого детства. Я всегда тебя помнил, никогда тебя не забывал. Ну почти,-он усмехнулся.       —Я не могу без тебя, мне тяжело,-ком в горле мешал говорить.—Мне правда жаль, прости меня…Каждый день я вспоминаю тебя, вспоминаю, как мог коснуться тебя в любой момент. А щас..сейчас не могу этого сделать. И от этого осознания на душе не спокойно становится. Это из-за меня ты погибла в тот день, только я в этом виноват. Не смог уберечь любимую девушку.—Харгривз поднял голову, чтобы слезы не полились ручьем.—Прости меня. Понимаю, что прощения мне нет, но хотя бы пойми. Хотя, нет, не надо. Вини меня. Я виноват и не собираюсь оправдываться. Но как же мне тяжело без тебя. Я буквально потерял смысл жизни, который появился у меня почти недавно. Лучше ты бы так же продолжала меня доставать, как делала это почти что всегда, но была рядом. Лучше бы умер я, а не ты. Ты была достойна лучшего. Ты самая лучшая, кого я встречал, Джейн, и всегда ею останешься.       Внутри все разрывалось от боли. Хотелось кричать, рыдать, но Пятый не мог. Один раз он заплакал. Именно в тот зловещий день, который для него оказался своим Концом света. 1 апреля как раз и погибла Джейн Харгривз. Иронично, не так ли?       —Джейн, ты же знаешь, что я пытаюсь всегда держать свое слово. И помнишь как я сказал, что если умрешь ты, умру и я? Так вот, я сдержал это слово. В тот день умер и я.       Пятый все же не сдержался. Слезы начали литься как ручей. Уж слишком много их скопилось за это время. Никогда в своей жизни он так не плакал. Плакал навзрыд, со всхлипами, дрожа почти всем телом. Никогда ему не было так больно.       —Хватит рыдать как баба,-вдруг услышал он знакомый голос. Пятый тут же вытер мокрое лицо, вскочил на ноги и знатно удивился. Перед ним стоял сам Эдвард Галлагер. Своей персоной!       —А ты что…-Номер Пять на секунду замолчал.—ты что тут делаешь?-для Пятого это было удивительно. Да и вообще, какого черта этот предатель забыл здесь?!       —Пришел посетить могилу Джейн. Разве тут есть что-то странное?-тот пожал плечами и прошел мимо Пятого.       —Есть,-процедил Харгривз.—ты ее нагло предал и сейчас приходишь на ее же могилу. Я бы на твоем месте даже к ее могиле не смел подходить.       —Ну я же не ты,-Галлагер положил цветы. Ее любимые.—Как никак я все же с ней с детства дружил.       —Точнее даже передружил,-сказал странное слово Номер Пять, чувствуя напряжение между ними. С детства дружил с Джейн? А он что нет?       —Такого слово нет,-поправил его Эдвард и усмехнулся.       —Мне далеко плевать, ты все равно понял, что я имел в виду.       —Ну, даже отрицать не стану, ты прав,-Эдвард выдохнул и посмотрел на Пятого.—Кстати, речь красивая была.       Этот придурок еще смел подслушивать его? Он что, высмеивает его? Харгривз поджал губы. Он значит тут изливает свою душу, просит прощения, а его тут высмеивают за его чувства. Да как этот Эдвард вообще смеет что-то говорить про него?       —Не для тебя толкал ее,-Пятый отвернулся. Он правда старался сдерживать себя.—И подслушивать плохая привычка.—добавил он.       —А я и не подслушивал. Просто так вышло, а я не стал тебя отвлекать. По тебе видно как ты все сдерживал в себе,-Галлагер вдргу положил свою ладонь на плечо Пятого.       —Убери руку,-прошипел Пятый, сжав кулаки.       —Нет.       —Убери.       —Извини,-вдруг произносит Эдвард, слегка сжав плечо парня.—Правда извини.       Пятый вдруг поворачивается к Эдварду. Он был в недоумении. С чего бы это Галлагеру извиняться перед ним? Это точно Эдвард Галлагер.       —Мой отец участвовал в этом и заставлял меня. Поверь, я тоже подвергался такому, как Джейн, но не в таких масштабах, как она. Мне просто было страшно. А щас мой отец за решеткой, я, как жертва, отмазался. Нет, я не оправдываю себя, говорю как есть,-Эдвард отошел от Пятого.—И делаю это ради Джейн. Как никак она любила тебя, да и, думаю, где сейчас она находится, до сих пор любит.       Что-то здесь не так…Или Пятый просто накручивает себя?       —И поверь мне, Джейн не хотела бы, что бы ты сейчас сам себя убивал. Медленно, мучительно, убивая свой организм,-говорит Эдвард. И почему-то Пятый перестал чувствовать гнев. Вслушивался в каждое слово Галлагера.       —Живи дальше, это самый лучший вариант. Этого бы Джейн тебе и желала,-парень вздохнул и посмотрел на могилу.—И, поверь, она не хотела бы, что бы ты ее возвращал. Ведь Джейн всегда верила в судьбу. А значит, это была ее судьба, и ее никак не спасти.       —Эдвард, тебе правда она нравилась?-вырвалось у Пятого.       —Да, но, как видишь, полюбила то она тебя,-Галлагер усмехнулся.—Такова жизнь. И хватит винить себя в ее гибели. Ты правда не виноват, Пятый. Так сложилось все. Судьба давно решила все за нас.       —Может быть, ты прав,-пробормотал Номер Пять, опустив голову вниз.       —Мне пора, Венди ждет,-резко сказал Эдвард и протянул руку для рукопожатия.       —В-венди?-заикнувшись, переспросил Харгривз.—Она тут?       —Не совсем,-быстро ответил парень.—Но не бойся, она под моим контролем. Больше к вам не полезет. Короче, Пятый, живи дальше, хотя бы постарайся.       —Учту,-Пятый пожал руку Галлагеру. Тот еще раз посмотрел на могилу девушки, вздохнул и ушел, довольно-таки быстро. И Пятый вновь остался наедине с собой. Он до сих пор не понимал к чему все это говорил Эдвард. Может все же он ошибался насчет его? Ведь Джейн отзывалась о нем очень хорошо. Может быть правда Эдвард делал этого не хотя, ведь знал, что с ним будет, если он ослушается отца? Номер Пять тряхнул головой.

***

             Парень идет по лесу. В конце леса что-то ярко светилось. И почему-то он думал, что именно туда ему и нужно идти. Чувствовал, что его кто-то ждет там. Лес был мрачным. В нем находиться было тревожно, некомфортно, и постоянное чувство, что кто-то следит за тобой. Много пар глаз смотрит на тебя, на то, как ты идешь по протопленной тропинке. Но, несмотря на это, брюнет шел дальше, хоть ему и было немного страшно. В лесу начиналось находиться еще больше страшнее, когда деревья начали покачиваться, а ветер стал слишком сильно дуть. «Иди вперед через свои страхи…»-будто бы шепнул ветер, снова подув. И Пятый продолжил идти. Становилось все темнее, и ему казалось, что это все бессмысленно. Что то сияние становится только дальше от него, когда он начинает подходить к нему ближе и ближе. «Тебя ждут»,-вновь шепнул ветер, снова подул, толкая Пятого в спину, не давая ему отступать. Харгривз через страх пошел вперед. Ему так и казалось, что кто-то наблюдает за ним. Иногда казалось, что кто-то что-то шепчем ему на ухо, от чего он вздрагивал. А мрачный лес все не кончался. Ветер продолжал дуть, а деревья качаться из стороны в сторону. Вдруг на тропинке появляется черный ворон. Он приземлился так близко к ногам Пятого, что тот сразу же остановился, чтобы не наступить на него. Этот ворон посмотрел в его сторону, наклонив свою голову в левую сторону. Он рассматривал парня, что тому казалось, что это длиться вечность, но на самом деле длилось это всего лишь тридцать секунд. А после ворон вдруг размахнул крыльями в сторону, каркнул и слегка клюнул ногу брюнета. Номер Пять поморщился. Он и сам не знал почему засмотрелся на эту птицу. В те тридцать секунд они глядели на друг друга, не отрывая взгляда. Ворон, все так же с расправленными крыльями, пошел вперед, по той же тропинке, куда шел Пятый. Парень же продолжал смотреть ему вслед, но, кажется, ворону это не понравилось. Птица повернулась назад, взлетела на несколько метров и села на плечо Пятого, больно вцепившись в кожу. Они снова встретились взглядами. И у ворона, как показалось Пятому, взгляд был вполне осознанный, что слегка напугало парня. Ворон вдруг клюнул его в ухо и Харгривз дернул руку, отчего ворон приземлился на землю, громко каркнув. Кажется, что ему не очень понравилось поведение брюнета, и начал вокруг него ходить. Пятый закатил глаза, переступил через ворона и пошел дальше. Чертов ворон потратил его время! Из-за этого Номер Пять слегка разозлился. Ветер усиливался, толкал Пятого в спину. В стороне, в пару метров от него, дерево рухнуло на землю с грохотом. Услышав это, Пятый вновь вздрогнул от испуга. Он понятия не имел, что его тут держало, хотя даже не помнил как здесь оказался. Парень вновь остановился. Опять этот чертов ворон! Этот ворон снова начал смотреть на него, после подбежал к Номеру Пять и, будто бы звав его за собой, поскакал на своих двух лапках вперед по тропинке. Пятый, нахмуривший брови, все же пошел за ним. «Смерть…»-прошептал ему кто-то на ухо, и Харгривз огляделся по сторонам, но никого не увидел. Ворон иногда останавливался и поворачивался назад, походу смотрел, идет ли за ним Пятый или нет. Когда же в лесу стало невозможно находиться, Пятый ускорился за вороном, который снова каркнул в его сторону и полетел вперед. Деревья начали часто падать, звуки как трескается дерево разносились повсюду, откуда можно было. Ветер все больше и больше толкал его в спину, а голоса что-то быстро шептали ему на ухо, что Пятый не мог разобрать и двух сказанных слов. Вскоре ворон исчез из поле зрения, и Пятый занервничал. Тропинка закончилась, а он не знал куда ему идти. Ведь сияние тут же потухло. «Иди туда, куда велит тебе сердце»,-прошептал ему ветер, который все время помогал ему. И тогда Номер Пять закрыл глаза, слыша как сильно стучится его сердце. Почему-то его вдруг потянуло направо и пошел туда, а ветер лишь посмеялся. Пятый вдруг побежал. Ему не хотелось находиться в этом страшном лесу. Хотел выбраться из него и вернуться домой. Домой, где будет Джейн. «Зачем бороться за смерть?»-вдруг кто-то спросил его. И Пятый ускорился.       Парень выбегает на просторное поле, окруженное лесом. Лишь зеленая трава была на этом поле и больше ничего. Он оглянулся назад и увидел как деревья мрачного леса резко закрывают путь, откуда он выбежал только что. Здесь было намного спокойнее находиться, чем в лесу. Тот был мрачен, давил, наводил жути, а на этом поле было ярко: светило солнце, где-то наверху летали птицы, заяц прыгал в зеленой траве. Пятый даже удивился, когда увидел пушистого зайца. Здесь царствует спокойствие. Никакого чувства, что кто-то следит за ним, не было. Лучи солнца падали на пушистого зайца, который прискакал к ногам Пятого. Пушистик подергал своим бледно-розовым носом, попрыгал вокруг парня и поскакал вперед. И Номер Пять зачем-то пошел за зайцем, который бывало останавливался, вновь прыгал вокруг него, а после снова скакал на свои лапках вперед. Харгривз иногда оглядывался по сторонам, задаваясь многими вопросами. Но его жутко тянуло именно в это место, в поле. Он обязан здесь быть, так велит его сердце. Понятия не имел, что именно тут ищет, но не мог отступить назад. Это не по его принципам. Брюнет продолжал идти за скакавшим зайцем. На этом поле росли пионы, которые напомнили о Джейн, и Пятому стало больно. Она обожала эти цветы, и он жалел, что так и не успел их подарить. Хотя очень хотел, но когда они покончат с Бишопом. Вдруг заяц останавливается, поворачивается к Пятому, смотрит на него несколько секунд и ускакал в неизвестное направление. Парень лишь пожал плечами. Он подошел туда, где последний раз стоял заяц, и увидел обрыв. Посмотрев вниз, увидел спокойное море, которое билось об край этого поля, на котором парень и стоял, только сверху. Посмотрев в сторону, Пятый увидел красную лавочку. Этот цвет тоже напомнил ему о девушке. Красный цвет был для нее самый лучший и самый любимый, вот поэтому она и решила покрасить свои волосы в красный. Номер Пять сел на лавочку и начал смотреть куда-то вдаль, ни о чем не думая. Он совсем и позабыл, что что-то искал. Умиротворение — вот что он чувствовал в данный момент.       Вдруг Пятый боковым зрением видит как кто-то подсаживается к нему. Сначала он не решался посмотреть в сторону этого человека, но когда увидел белое платье, то понял, что это была какая-то девушка. Несколько секунд его терзало любопытство, неловкость. От этой девушки веяло чем-то родным, теплом. Сердце часто начало стучаться, дыхание сбилось. И любопытство победило, и Пятый повернулся к девушке и тут же забыл как дышать. Рядом с ним сидела сама Джейн. Его девочка. Его Джейн Харгривз, которую он потерял по своей вине. Девушка смотрела вдаль, туда же, куда и Пятый несколько секунд назад. Она улыбалась, кажется, ей было тут вполне комфортно находиться.       —Чего смотришь?-неожиданно для парня спросила девушка и повернулась к нему лицом. Это точно Джейн. Его любимая девушка. Она все такая же прекрасная. И как же ей идет это платье!       —Это ведь ты, да?-все никак не мог осознать происходящее Пятый.       —Я,-она вдруг посмеялась.       —Джейн, девочка моя,-и парень обнял ее так крепко, как только мог. Аккуратно, с любовью и тоской, которые стали одно целое. Он так мечтал ее увидеть. Мечтал дотронуться до нее, вновь услышать ее голос, увидеть ее прекрасные голубые глазки. Уткнулся ей в плечо и не хотел отпускать, боялся, что она исчезнет, если отпустит. Девушка тоже обняла его, так же крепко.       —Пойдем домой, ромашка,-сказал Пятый, продолжив обнимать ее.—Я соскучился по тебе, не могу без тебя.       Девушка вдруг берет обе руки Пятого, прижимает их к своей груди, поджав свои тонкие губы.       —Пять, я не могу вернуться домой,-с тоской сказала та, опустив взгляд вниз.—Не могу и все.       —П-почему?-заикнулся брюнет.       —Ты сам прекрасно знаешь ответ.       Он прекрасно знал ответ, но не хотел верить в это. Но сейчас же перед ним Джейн! Он же может забрать ее с собой домой! И они будут жить вместе, так, как мечтали.       —Но сейчас ты передо мной, в чем проблема?!-с надеждой говорил парень, размахнув руками в стороны.       —Отпусти меня, Пять,-произносит Джейн и посмотрела вдаль.       —Джейн, принцесса, пожалуйста, хоть раз послушай меня,-умолял Пятый.—Джейн, я не могу без тебя. Ты моя жизнь, без тебя нет смысла жить. Пусть лучше я останусь здесь, с тобой.       —Не неси чушь, Пятый,-она махнула рукой.—Мне тошно от того, как ты губишь себя. Я наблюдала за тобой все эти полгода, и знаешь как мне было больно, потому что ты страдаешь из-за меня?       —Прости меня, ромашка. Я виноват перед тобой, ты из-за меня погибла. Если бы я..       —Пятый,-девушка обхватила двумя руками лицо парня.—пожалуйста, хватит винить себя. Ты не виноват. Я никогда не винила тебя в этом. Судьба у меня такая.       —Виноват.       Девушка поцеловала Пятого в губы, напористо, крепко, но быстро. А потом обняла Пятого.       —Пятый, пожалуйста, ради меня, живи дальше,-прошептала она, водив руками по его спине.       —Я не могу,-из глаз его полились непрошеные слезы, когда он снова уткнулся ей в плечо.       —Можешь, я верю в тебя, мой мальчик,-ответила Джейн.—Поверь, Пять, жизнь на этом не заканчивается. Понимаю, больно, но ты справишься и без меня, как раньше и справлялся.       Они отстранились друг от друга.       —Отпусти меня, слышишь?-Джейн взяла за руку брюнета, тот неохотно кивнул, поджав губы.       —Я люблю тебя и буду любить, никогда тебя не забуду,-сказал Пятый. В душе все разрывалось на части, сердце окончательно разбилось на мелкие осколки. Слезы не заканчивались, наоборот, становилось все больше. Ему хотелось кричать, бить все вокруг, но лишь бы Джейн была рядом с ним.       —Мне тут хорошо, не волнуйся за меня,-Джейн улыбнулась ему.—И передай Эдварду, чтобы он помог Венди. Он поймет, о чем речь.       Пятый кивнул в ответ и почему-то впервые за долгое время искренне улыбнулся.       —Пятый, я люблю тебя и всегда буду рядом с тобой,-девушка положила свою ладонь ему на грудь.—Вот здесь,-и подмигнула.       Они вновь обнялись. В последний раз. У Пятого продолжали идти слезы, но ему становилось легче.

И этот сон Пятый запомнит надолго…

***

      Парень продолжил жить. Он отпустил девушку, но никогда не забывал о ней. Чувствовал, что она всегда рядом с ним, и это утешало Пятого, когда ему становилось совсем тоскливо. Пятый вернулся в свое привычное состояние, хоть и далось ему это не легко. Начал вновь подкалывать Клауса, который жил с ним в академии, но тот больше не сердился, а лишь смеялся в ответ. Нет, Клаус не изменял своим привычкам, но стал это делать реже. А у Диего и Лайлы родилась прекрасная дочь, и Пятый стал вдвойне дядей. Впервые он увидел свою младшую племянницу как раз таки через пару дней после того сна и был, для его удивления, безумно рад. Он понятия не имел, почему Клэр тянулась к нему, а маленькая дочь Лайлы и Диего всегда успокаивалась на его руках. Пятый радовался жизни, как и хотела этого Джейн, да и не только она. Со временем Пятый понял, что все те полгода его семья всячески пыталась помочь ему, но тогда Пятому это было не нужно. А сейчас он вдруг понял, если бы не они, то он бы точно где-то бы да умер. И, кстати, он передал Эдварду слова Джейн. Тот, конечно, удивился, но поблагодарил Пятого.       Но он продолжал иногда тосковать по Джейн. Особенно когда приходил к ней на могилу. Это стало привычкой, каждую неделю в один день приходить туда. Он мысленно продолжал говорить с девушкой, иногда смеялся, рассказывал про то, как поживают другие. Про дочь Диего и Лайлы тоже рассказывал. Пятый не знал почему, но эта маленькая девочка, Джейн, ему понравилась. И Пятому нравилось, что из дочь зовут как его любимую девушку. Нет, он не вспоминал свою Джейн, а видел в племяннице новую личность, которой предстоит многое пережить.

И жизнь продолжалась…