В болезни и здравии

      — Карлайл.       Карлайл вскинул голову, поражённый, обнаружив в палате ещё одного доктора. Он был настолько очарован своей парой, что даже не услышал, как открылась дверь или как вошёл мужчина. Он должен был легко услышать доктора, идущего с другой стороны больницы.       Карлайл встал, чтобы поприветствовать онколога больницы.       — Грегори, как он?       Доктор Грегори Бентон вздохнул и передал медицинскую карту Карлайлу.       — Карлайл, это ужасно. Я никогда не видел никого с таким распространённым раком и до сих пор живого. Я не могу поверить, что его вообще не лечили от рака. Прямо сейчас мы лечим его от пневмонии, обезвоживания и надеюсь, когда он проснётся, мы сможем обсудить лечение рака.       Карлайл посмотрел на своего маленького партнёра, который без сознания на больничной койке, подключённый к бесчисленным проводам и трубкам. После того, как Элис отговорила его от превращения новообретённой пары, он немедленно отправил его в больницу для обследования. Он мог легко сказать, что у парня проблемы с дыханием и он горит. Как бы он не хотел быть тем, кто лечит свою пару, он должен был передать его Бентона. Ему было достаточно трудно контролировать свои инстинкты, и он боялся, что вид и запах крови его пары заставит его сорваться.       — Поможет ли ему химиотерапия? — спросил Карлайл, быстро просматривая медицинскую карту своей пары. Рак не был его специальностью, но он мог сказать, что это плохо, очень плохо.       Грегори отрицательно покачал головой.       — Это может дать ему несколько месяцев, если мы ударим рак агрессивным способом, но для этого требуется нечто большее, чем чудо. Карлайл, мальчик должен был умереть несколько месяцев назад.       Карлайл закрыл папку и вернул её Грегори.       — Я поговорю с Гарри, когда он проснётся, надеюсь, я смогу уговорить его на химиотерапию.       Грегори печально посмотрел на Карлайла.       — Как он связан с вами? — спросил он с любопытством.       — Гарри — мой племянник, — солгал Карлайл. Прожив так долго, ложь становилась второй натурой. — Мы с сестрой поссорились около восемнадцати лет назад, и с тех пор я ничего о ней не слышал. Вчера вечером мне позвонили из социальной службы Англии и сообщили, что моя сестра погибла в результате трагического несчастного случая. Я её единственный живой родственник, спрашивали могу ли я взять к себе её сына, моего племянника. Я даже не знал, что у сестры есть сын, и социальные службы не сообщили мне, что он болен. Как только мой сын увидел, как ему плохо в аэропорту поторопил его сюда.       — Прости, Карлайл, тебе должно быть очень тяжело, — сказал Грегори. — Мне не приятно говорить об этом, пока вы скорбите, но есть признаки жестокого обращения и недоедания…       Карлайл закрыл глаза и потёр переносицу. Он заметил все шрамы, которыми был покрыт его мальчик.       — Спасибо, Грегори, — тихо сказал Карлайл. — Мой сын скоро должен быть здесь, чтобы посидеть с Гарри. Я собираюсь сообщить главе отделения, что планирую взять длительный отпуск. Мне нужно быть с моим племянником.       — Понятно, — Грегори кивнул. — Что ж, сейчас я оставлю тебя, но вернусь чтобы поговорить с Гарри, когда он очнётся.       Карлайл вернулся на своё место рядом со своим партнёром, взяв того за руку. Антибиотики, которые ему вливали, действовали. Температура Гарри, всё ещё высокая, значительно снизилась. Протянув руку Карлайл откинул волосы цвета воронова крыла с лица, упиваясь его красотой. Его малыш был совершен, абсолютным красавцем. Карлайл не мог поверить, что этот крошечный, совершенный человечек был его парой. Он отчаянно хотел укусить его, чтобы избавиться от запаха болезни, отравляющего опьяняющий аромат его пары. Карлайл также не хотел, чтобы его малыш страдал. Рак был ужасной болезнью, и одним укусом он мог вылечить своего малыша и дать бессмертие. Он, честно говоря, не знал, сможет ли он сидеть сложа руки и смотреть, как его пара пытается вести битву, в которой не было победы. Рак был повсюду в его крошечном теле, Карлайл никогда раньше не видел такого распространённого рака у человека.       — Входи, Эдвард, — тихо сказал Карлайл, когда услышал, как его сын задержался за дверью. После того, как он смог взять себя в руки, Эдвард и Элис оставили его, чтобы сообщить остальным членам семьи о том, что происходит. Карлайл попросил их приготовить комнату для его пары, чтобы ему было удобно, когда он отвезёт его домой.       — Как он? — спросил Эдвард, глядя на маленького парнишу на кровати.       — Умирает, — просто сказал Карлайл. — Рак повсюду, и даже если мы будем активно лечить его, он всё равно умрёт. Лучшее, что может сделать химиотерапия, это дать ему несколько месяцев жизни.       Эдвард положил руку на плечо отца и сжал его.       — Тебе понадобятся эти дополнительные месяцы, чтобы завоевать его доверие и любовь. Все причинили Гарри боль, те о ком он когда-либо заботился и доверял, ему нелегко доверять. ТЫ не можешь обратить его против его воли, если ты это сделаешь, он никогда не примет ни своего вампира, ни тебя.       — Я не знаю, смогу ли я это сделать, — грустно сказал Карлайл, касаясь раскрасневшейся щеки своей пары. Как он мог уже быть влюблён в кого-то, кого он только что встретил и даже не видел цвет глаз и не слышал его голос.       — Ты можешь, ты самый сильный человек, которого я знаю, — успокоил Эдвард. — Мы также поможем тебе и Гарри. Элис видела, как Гарри становится одним из нас, тебе просто нужно подождать, пока он не будет готов.       Карлайл закрыл глаза и прислонился к сыну.       — Расскажи мне, что ты знаешь о нём.       — Видения Элис немного нарушены и перемешены, когда дело доходит до твоей пары. Потребовалось несколько видений, прежде чем мы даже поняли, что он был твоей парой. Насколько я могу судить, Гарри — сирота, совсем недавно от него отвернулся близкий ему человек. Все, кого он считал друзьями, бросили его, и теперь он чувствует, что ему не за что бороться… за что жить. Когда Элис, наконец, смогла убедить его пойти с нами, он полностью сдался. Он просто собирался сидеть на обочине, пока не умрёт.       — Доктор Бентон сказал, что над ним издевались и морили его голодом. Его тело покрыто шрамами, его спина выглядит так, будто по ней много раз били ремнём. Он так молод, Эдвард.       — Его возраст помешает тебе обратить его? — с любопытством спросил Эдвард.       — Нет, — ответил Карлайл, даже не подумав об этом. — Он мой истинный, и возраст не имеет значение. Очевидно, что если бы он был старше, нам было бы легче, но ему не осталось ещё несколько лет, чтобы вырасти. У меня есть всего несколько коротких месяцев, чтобы убедить его, что он мне важен и позволить обратить его. Если он откажется… ну, я даже не хочу об этом думать.       — Иди попроси отпуск, а я посижу с Гарри. По словам Элис, он проснётся через час, и я уверен, что ты захочешь быть рядом с ним, когда он проснётся. Гарри может быть немного упрям, он даже отказал Элис, когда она пыталась уговорить его поехать с нами.       — Эдвард усмехнулся. — Конечно, в то время он думал, что она была извращенкой с презервативами и крадущая глаза людей.       Карлайл усмехнулся.       — Я думаю, тебе нужно будет рассказать мне об этом, когда я вернусь.       — Расскажу, — усмехнулся Эдвард.

***

      — Сиэтл, штат Вашингтон, был последним местом, где Гарри использовал свою волшебную карту. — Дамблдор сообщил Ордену. Сириусу удалось таки заставить гоблинов выпустить копию транзакций волшебной карты Гарри. Гоблины были недовольны передачей информации, но Сириус имел право как опекун Гарри иметь к ней доступ. Сириус также угрожал забрать все деньги Блэков из Гринготтса, а Блэки были самой богатой семьёй в Европе.       — Что он купил? — спросил Северус.       — Это действительно важно? — огрызнулся Сириус. — Нам нужно найти моего щенка.       — Да, это важно, идиот, — зарычал Северус. — Зная, что он купил, мы можем получить представление о том, как он себя чувствовал, или, возможно, куда он направлялся!       Сириус заворчал, но опустив взгляд на бумагу, которую крепко сжал в руке.       — Похоже, он купил две бутылки Адвила. Что, чёрт возьми, такое Адвил?       — Адвил — маггловское обезболивающее, — ответил Северус. — Если Гарри купил две бутылки, значит ему очень больно. В средней бутылке содержатся от 60 до 100 таблеток, и вы должны принимать две таблетки каждые несколько часов. Если Гарри чувствовал, что ему нужно две бутылки, то он должно быть в плохом состоянии.       Сдувшись, Сириус привалился к своей паре. Его бедный щенок был там один, больной, страдающий от боли и напуганный, и это была его вина. Он был худшим крёстным и не заслуживал такого милого крестника, как Гарри.       — Он вылетел другим рейсом? — спросила Гермиона.       Сириус был слишком взволнован, чтобы ответить молодой волшебнице, поэтому просто вручил ей копию транзакций Гарри. Быстро просмотрев бумагу, Гермиона посмотрела на всех.       — Ну, это хорошо. Согласно этому, Гарри должен быть в Сиэтле, штат Вашингтон в аэропорту.       — Мы связались с американским Министерством, и они отправили кого-то в аэропорт Сиэтла искать Гарри. По их словам, Гарри покинул аэропорт после приёма таблеток, но после этого они потеряли след.       — Ну, Гарри не покупал билета на автобус, поезд или такси, — сказала Гермиона. — Он не мог уйти слишком далеко.       Дамблдор раздал всем карту и фотографию Гарри.       — Для тех, кто хочет пойти, у меня есть портключ, который сработает через час. Я хотел бы, чтобы все разделились на пары и обыскали из обозначенных областей. Все в обозначенной области находятся в радиусе пятидесяти миль от аэропорта. Если мы ничего там не найдём, то каждый день будем проходить ещё пятьдесят миль, пока что-нибудь не найдём. Американское Министерство дало нам разрешение входить портключами каждый день, и они также будут искать Гарри. — Дамблдор с облегчением увидел, что все собрались искать Гарри, и с тем, кто это будет.       Поппи уставилась на фотографию своего любимого и самого частого пациента.       — Молли, если ты составишь мне компанию, мы начнём с больниц и медицинских центров. Каким бы больным не был Гарри, он обязательно пойдёт в одну из них.       Северус хмыкнул.       — Этот мальчик никогда добровольно не пошёл бы в больницу. Он скорее умрёт в подворотне или номере отеля, чем пойдёт в больницу.       Поппи вытерла с глаз слезу.       — Боюсь, ты прав, Северус.       Северус оглядел группу ведьм и волшебников. Ему нужно было выбрать партнёра, такого, у которого не было опыта общения с миром магглов, и такого, который не довёл бы его до белого каления.       — Уильям, — бросил он Биллу Уизли. — Ты со мной. — Северус смог достать три склянки отслеживающего зелья с кровью, которую Поттер оставил на своей подушке. Если бы это не сработало, он бы искал вслепую, как и остальные члены Ордена.       Билл просмотрел на Северуса широко раскрытыми глазами, он никогда не ожидал, что мрачный человек захочет стать его партнёром.       — Мистер Уизли, не смотрите так потрясённо. Из всех сидящих вы меньше всего раздражающий. — Северус усмехнулся.       Билл закатил глаза, усмехнувшись. С уст Северуса это был как комплимент.

***

      Карлайл осторожно провёл пальцами по волосам своей пары. Элис написала ему несколько минут назад, чтобы предупредить его, что Гарри скоро проснётся. Он знал, что его малыш будет напуган и смущён.       — Он просыпается, — тихо сказал Эдвард. Он начал улавливать некоторые мысли партнёра своего отца.       Осторожно схватив за плечи, Карлайл повернул Гарри на бок, когда он начал сильно кашлять. Его пневмония была тяжёлой, и с таким же тяжёлым раком, как у него, это может привести к летальному исходу.       — Эдвард, тебе нужно выйти? — быстро спросил Карлайл, когда Гарри начал кашлять кровью.       — Нет, его кровь не действует на меня, — ответил Эдвард, протягивая отцу полотенце. — Пахнет приятно, но высушить его желания нет. Элис тоже так себя чувствовала.       Карлайл взял полотенце и поднёс его к окровавленным губам своей пары.       — Это странно, интересно, почему это так? — Карлайл повернул Гарри на спину, когда кашель прекратился. — Полегче, Гарри, — успокаивал он, когда его пара начала хныкать. — Ты в больнице, я доктор Каллен.       Гарри чувствовал, что как будто на его грудь кто-то сел. Как бы он ни старался, он не мог получить достаточно кислорода в лёгкие. Не помогло то, что каждый раз, когда он пытался сделать глубокий вдох, он вызывал сильный приступ кашля. Карлайл старался быть настолько нежным, несколько мог, пока держал свою пару.       — Гарри, если ты успокоишься, тебе станет легче дышать. — Карлайл наклонился над кроватью и снял кислородную маску. — Дыши, Гарри, — проинструктировал он, держа кислородную маску у рта и носа своей пары.       Гарри не любил, когда его удерживают, но у него больше не было сил сражаться. Расслабляясь, он сделал, как велел незнакомец. Он был приятно удивлён, когда его дыхание стало легче. Его грудь всё ещё болела, но, по крайней мере, теперь он получал достаточно кислорода.       — Вот так, Гарри, вдохни и выдохни, — инструктировал Карлайл. — Ты находишься в отделении интенсивной терапии больницы общего профиля Форкса. Ты очень больной молодой человек.       Глаза Гарри слабо трепетали. Ему было трудно сосредоточиться, но он мог сказать, что незнакомец, который разговаривал с ним, очень хорошо выглядел. Мужские руки были изящно красивыми и прохладными, облегчая его воспаленное тело. Не задумываясь, он сунул голову в руку мужчины.       Карлайл улыбнулся своему больному партнёру. Эдвард говорил ему, о чём думает его партнёр, а его вампир мурлыкал, когда услышал что Гарри думает что он привлекателен.       — Вот так, продолжай дышать. — У Карлайла перехватило дыхание, когда его пара посмотрела на него самыми красивыми, чарующими изумрудными глазами, которые он когда-либо видел. — Хочешь попить?       Гарри едва заметно кивнул, но вампирам этого было достаточно. Эдвард быстро налил стакан воды и протянул его отцу. Он ухмыльнулся, когда глаза Гарри расширились, когда он заметил его.       — Видишь, у тебя всё ещё есть глаза, и Элис не воспользовалась тобой.       Гарри начал смеяться, но остановился, когда это вызвало новый приступ кашля.       — Вот, пей, — мягко сказал Карлайл, поднося стакан с соломинкой к губам Гарри.       Гарри жадно глотнул прохладной воды. Его горло саднило от постоянного кашля, поэтому вода казалась невероятной. После того, как Гарри закончил пить, Карлайл снова надел кислородную маску и поправил на нём одеяла.       — Меня зовут доктор Карлайл Кален, это мой сын Эдвард и дочь Элис привезли тебя сюда из аэропорта. У тебя очень тяжёлый случай пневмонии, а с твоим запущенным раком это может привести к летальному исходу.       Гарри вздрогнул от слова «Рак». Он просто хотел забыть об этом и поскорее умереть. Он был благодарен Эдварду и Элис за помощь, но было бы лучше, если бы они просто оставили его умирать на этом грязном тротуаре. Зачем оттягивать неизбежное? ОН всё равно вскоре умрёт от рака, зачем страдать ещё больше.       Карлайл сел рядом со своей парой.       — Гарри у нас есть несколько вещей, которые нужно обсудить, прежде чем к тебе придёт онколог, — сказал Карлайл серьёзно. — Ты несовершеннолетний, одинокий и больной, и по закону больница должна обратиться к социальным службам. Я не думаю, что ты захочешь оказаться в приюте, поэтому я сказал начальству и врачам, что ты мой племянник.       — Откуда вы знаете, что в моей жизни нет взрослого?       — Гарри сколько тебе лет? — спросил Карлайл.       Гарри уставился в стену позади врача.       — Пятнадцать, сэр, — тихо ответил Гарри.       Карлайл вздохнул.       — Пожалуйста, зови меня Карлайл. Гарри, пятнадцатилетний, умирающий от рака, не будет путешествовать в другую страну в одиночку, не имея в виду пункт назначения. — Карлайл испытал облегчение от того, что Гарри было по крайней мере пятнадцать. Он бы предпочёл, чтобы его паре было по крайней мере восемнадцать, но он знал, что Гарри ни за что не проживёт так долго. Наличие такой молодой пары должно было немного усложнить ситуацию, но он справится с ними по мере их поступления. Прямо сейчас ему нужно было сосредоточиться на своей паре, у него было небольшое окно времени, чтобы завоевать доверие и любовь Гарри. Его убивало наблюдать, как умирает Гарри, но он не обратил бы свою пару против его воли.       Гарри пожал плечами и отвернул голову, не желая видеть пристальные янтарные глаза доктора, которые до боли напоминали ему о Ремусе. При мысли о Ремусе собственные глаза Гарри начали слезиться. Он так сильно скучал по Сириусу и Ремусу, что это причиняло боль.       Карлайл протянул руку, чтобы коснуться плеча своей пары, но прежде чем его рука смогла коснуться его, он остановился и отдёрнул её. Он мог слышать доктора Грегори Бентона из конца коридора.       — Гарри, мне нужно, чтобы ты послушал, — быстро сказал он. — Я сказал им, что ты мой племянник. Твоя мать, моя сестра, только что погибшая в результате несчастного случая, и тебя послали жить со мной.       Гарри уже собирался возразить, когда Эдвард добавил.       — Гарри, они поместят тебя в приют или приёмную семью. Я обещаю, что ты в безопасности с нами. Мы поможем и позаботимся о тебе, просто дай нам шанс. — Видя искренность в их глазах, Гарри неохотно кивнул.       — Доктор Бентон. — Карлайл встал, чтобы поприветствовать онколога.       — Доктор Каллен, как поживает наш пациент сегодня? — Грегори добродушно улыбнулся мальчику на кровати. Мальчик был бледен, с раскрасневшимся от лихорадки щеками и тёмными кругами под глазами. Его кислородная маска слегка спущена, и в уголке рта была немного засохшей крови. Гарри посмотрел на него со страхом в глазах и дрожащими руками.       Карлайл потянулся вниз и осторожно взял руку своей пары. Гарри напрягся, но расслабился, когда Карлайл начал успокаивающе тереть круги на внутренней стороне запястья большим пальцем.       — Гарри только что, проснулся несколько минут назад. Сначала он кашлял кровью, но сейчас, кажется, дела идут лучше. Его температура всё ещё высока, а заложенность в лёгких не улучшилась.       Грегори кивнул.       — Как ты себя чувствуешь, Гарри?       — Прекрасно, сэр. Могу я уйти сейчас? — Гарри попытался сесть, но очередной приступ кашля испортил его грандиозный побег.       — Карлайл протянул мальчику полотенце, когда кровь начала стекать по руке, прикрывавший его рот. Он осторожно помог Гарри сесть, чтобы тот не захлебнулся собственной кровью.       Грегори бросился к мальчику и начал осматривать его.       — Нам нужно начать лечение с более сильных антибиотиков и снизить его температуру. — Нажав кнопку сбоку от кровати своего пациента, он вызвал медсестру. Он быстро начал выкрикивать приказы взволнованной женщине.       Карлайл, разрывало изнутри, когда он наблюдал, как страдает его пара. Он чувствовал, как его клыки раздирают дёсна, желая прорваться и вонзиться в шею своей пары. Было бы легко положить конец страданиям своей пары.       После безумных пятнадцати минут всё наконец успокоилось. Медсестра достала запрошенные лекарства и подключила их к капельнице Гарри. Сам Гарри выглядел ещё бледнее и чувствовал тошноту от нового лекарства.       — Гарри, мне нужно задать тебе несколько вопросов, готов ли ты сделать это? — спросил Грегори, вытаскивая ручку и переворачивая графики Гарри.       Гарри застонал, но кивнул головой. Он просто хотел, чтобы его оставили в покое, чтобы он мог поспать, но он знал, что доктор вернётся только для того, чтобы досаждать ему позже, если он не ответит сейчас.       — Спасибо, Гарри. — Грегори мог сказать, что молодой человек в стрессе и просто хотел остаться один, к сожалению, ему нужна была эта информация, чтобы он мог разработать план лечения и для отдела выставления счетов. — Во-первых, твоя фамилия Каллен верно?       — Да. — Карлайл сразу же ответил.       Гарри ошеломлённо посмотрел на другого доктора. Почему он хотел заявить на него права? Его собственный крёстный отец не хотел предъявлять на него права. Чего хотели от него эти странные люди? Он собирался поспорить, но решил продолжить. Никому в волшебном мире не пришло бы в голову искать Гарри Каллена… если кто-то вообще его искал, в чём он сомневался.       — Да, — медленно ответил Гарри. — Гаррисон Джеймс Каллен, но только зовите меня Гарри. — Гарри посмотрел на Эдварда, когда услышал его смешок.       — Хорошо, Гарри, сколько тебе лет и когда у тебя день рождения?       — Мне пятнадцать, и мой день рождения тридцать первого июля.       Карлайл немного расслабился. Иметь шестнадцатилетнего партнёра звучало лучше, чем пятнадцатилетний. К сожалению Гарри выглядел ещё моложе пятнадцати. Если Гарри не станет хуже, благодаря химиотерапии он доживёт до своего шестнадцатилетия.       — А как насчёт страховки? Я знаю, что твоя мать недавно умерла, но я спрашиваю о страховке в больнице, — любезно спросил Грегори.       И снова, прежде чем Гарри успел ответить, Карлайл заговорил:       — Я позабочусь обо всех его медицинских расходах.       — Нет, я могу заплатить за себя. Я…       Карлайл прервал свою пару.       — Гарри, как твой дядя, — ухмыльнулся Карлайл своему заикающейся паре. — Это моя работа — следить за всеми твоими медицинскими потребностями. — Карлайл поднял руку, когда его пара решила протестовать. — Не спорь, Гарри, я настаиваю.       Гарри застонал и закрыл глаза. Во что, чёрт возьми, он ввязался? Чего они собирались ожидать от него взамен? Люди просто не принимают нежеланных умирающих детей и не ожидают от них чего-то взамен. Чёрт побери, никто никогда ничего для него не делал, не ожидая чего-то взамен. Надеясь, его первое предположение было неверным, что, если бы они были семьёй помешанных на сексе психов.       Эдвард не смог сдержать смеха. Гарри был слишком милым для этих мыслей. Ему действительно хотелось успокоить паникующего партнёра своего отца, но он не хотел объяснять, почему тот мог слышать, о чём тот думал.       Грегори закрыл медицинскую карту и строго посмотрел на своего пациента.       — Гарри, почему тебя не лечили от рака?       Гарри опустил глаза и начал:       — Я не знал, — прошептал он. — Я узнал о раке только два дня назад.       Грегори откинулся на спинку стула и тупо уставился на маленького подростка. Как он мог не знать, что у него рак? При распространённом раке он, должно быть, некоторое время болел.       — Ты не был болен?       Гарри пожал плечами, не поднимая голову.       — Прошлым летом я заболел гриппом, но мне не стало лучше. Два дня назад я начал кашлять кровью и потерял сознание перед своим учителем. Школьная медсестра отвезла меня в больницу, и там они узнали о раке.       — Гарри, расскажи мне о своей семейной жизни, — попросил Грегори. Какой родитель не отведёт своего ребёнка к врачу, когда тот болен. Если бы рак был обнаружен раньше, и у мальчика был бы шанс победить его.       Гарри притворно зевнул.       — Я очень устал, думаю, я немного отдохну. — Гарри пару раз глубоко кашлянул, чтобы добавить драматичного эффекта. Честно говоря, он был измотан. У него болела грудь и голова, а от лекарств у него кружилась голова.       Грегори вздохнул, были очередные признаки жестокого обращения, но он не хотел давить на ребёнка. Гарри был очень, очень больным молодым человеком, и ему не нужен был дополнительный стресс.       — Хорошо, Гарри, я вернусь через несколько часов, чтобы проверить тебя. Я уверен, что Карлайл планирует составить тебе компанию. Если тебе что-то нужно, не стесняйся нажимать кнопку вызова. Я бы хотел, чтобы ты что-нибудь поел, прежде чем заснуть, даже если это просто крекеры. Лекарство, на котором ты находишься, очень сильное и вызовет у тебя расстройство желудка, если ты ничего не поешь.       Эдвард встал:       — Я пойду за крекерами и имбирным чаем. — Из мыслей Гарри он знал, что его уже тошнит.       — Спасибо, сынок, — тихо сказал Карлайл.       — Гарри, когда я вернусь, нам нужно будет поговорить о твоем раке и вариантах лечения, — сказал Грегори.       Гарри не ответил ему, он просто натянул одеяло на голову и отвернулся от него. Он не собирался бороться с раком, у него не было для этого причин. Зачем жить, когда у тебя никого нет? Всё, чего он хотел, это иметь семью и быть любимым, возможно, он мог бы получить это после смерти, со своими родителями на небесах.       Грегори и Карлайл посмотрели друг на друга. Было очевидно, что Гарри не хотел говорить им даже думать о своём раке.       — Спасибо, доктор Бентон, — начал Карлайл. — Я обсужу это с моим племянником и дам вам знать.       После того, как Грегори ушёл, Карлайл занял своё место рядом со своей парой.       — Гарри, я знаю, что ты не хочешь это слушать, но тебе нужно бороться с этим раком. Твои шансы не самые большие, но у тебя всё ещё есть шанс. ТЫ молод и тебе есть за что жить.       — Мне не для чего жить, — крикнул Гарри, сбрасывая одеяло и садясь. — У меня никого нет… живого. Несколько я помню, моя жизнь была кошмаром. Я просто хочу поторопиться и умереть, чтобы я мог закончить своё жалкое существование. — Гарри начал кашлять, на этот раз по-настоящему.       Карлайл предложил своей паре глоток содовой, с которой только что вернулся Эдвард.       — Я знаю, что сейчас всё кажется плохо, но мы поможем тебе. Тебе не нужно быть одному, ты можешь рассчитывать на нас.       Гарри снова лёг, глядя на Карлайла со слезами на глазах.       — Разве вы не видите, я не хочу бороться. Я устал от борьбы, я просто хочу лечь спать и никогда не присыпаться. Вы даже не знаете меня, почему вы хотите мне помочь? Пожалуйста, просто оставь меня умирать, — медленно его глаза начали закрываться.       — Хорошо, Гарри, — вздохнул Карлайл. — Мы поговорим об этом после твоего отдыха. — Его пара едва могла держать глаза открытыми. Ссора с ним ни помогла бы, ему нужно было показать ему, что есть нечто, за что стоит бороться.       — Не уходи, — сонно прошептал Гарри, проваливаясь в сон.       — Никогда, моя маленькая любовь, — прошептал в ответ Карлайл, заправляя волосы цвета воронова крыла за ухо своей пары.       — Я собираюсь рассказать семье о Гарри и посмотреть, нужно ли им помочь в подготовке его комнаты, — тихо сказал Эдвард, не желая будить спящую пару своего отца.       — Спасибо Эдвард, — сказал Карлайл, грустно улыбаясь своему сыну.       — Всё будет хорошо, — ответил Эдвард, пытаясь успокоить своего обеспокоенного отца. — Его ранили, и он так же упрям, как и они, но он отчаянно нуждается в любви и семье. Прямо сейчас он не доверяет нам, он боится, что ты захочешь что-то от него взамен. У меня такое чувство, что когда Гарри отдаёт свою любовь, он отдаёт сто процентов своего сердца. Мы просто должны быть терпеливыми… и более упрямыми чем он.       Карлайл кивнул головой.       — Я молюсь, чтобы ты был прав, Эдвард. Я не могу потерять свою пару, у нас мало времени.

***

      — Что это такое? — Спросил Билл, уставившись на красный флакон, который держал в руках его бывший профессор зелий. Они стояли на парковке в аэропорту, где Гарри видели в последний раз.       Северус закатил глаза.       — Это зелье?       — Очевидно, — вздохнул Билл. Действительно, этот человек всегда должен был быть таким ослом?       — Это зелье слежения, которое я сделал из крови на подушке Поттера. — Северус посмотрел на старшего Уизли. — Это крайне незаконное зелье, как и всё, что связано с человеческой кровью. Если вы скажите кому-нибудь, просто помните, что я Мастер Зелий… Они никогда не найдут ваше тело.       Билл сглотнул и отступил на шаг от страшного волшебника. Он не сомневался, что Снейп знал много-много способов убить кого-то и избавляться от тела так, чтобы его никогда не нашли.       — Как действует зелье?       Северус закатил глаза и ущипнул себя за переносицу, пытаясь прогнать быстро поступившую мигрень. Достав карту Вашингтона, он откупорил зелье и пролил его на карту.       — Если Поттер в пределах пятидесяти миль, то на карте будет показана красная линия к его местоположению. Если нет то зелье исчезнет. Это займёт около десяти минут, если сработает.       Билл подошёл ближе, чтобы разглядеть карту.       — Сколько флаконов зелья у вас есть?       — Ещё два, и нет, у меня больше нет крови Поттера.       Северус и Билл в ожидании смотрели на карту, чтобы она привела их к Гарри. Билл всегда думал о Гарри как о младшем брате. Он встречался с ним всего несколько раз, но его семья всегда говорила о нём. Гарри даже написал ему несколько писем после встречи с ним перед его четвёртым курсом в Хогвартсе. Гарри был хорошим ребенком, но он не заслуживал того, что ему предстояло. Он был потрясён, когда его брат Рон рассказал ему, как ужасно они обращались с Гарри. Он не мог поверить, что Сириус и Ремус могли так поступить с кем-то, кого они утверждали, что любят.       — Проклятье! — Северус выругался, когда зелье исчезло с карты. — Где ты Поттер, чёрт возьми!       — Кто-то должен был забрать его, но зачем Гарри идти с незнакомцем? — Спросил Билл, теперь беспокоясь за безопасность Гарри. Здесь было много больных, и сумасшедших людей. С больным Гарри им легко можно было воспользоваться. — Что теперь?       Северус просмотрел карту, которая была у него в руках.       — Нам нужно выбрать направление и молиться Мерлину, что это будет правильное направление. У нас есть только два зелья.       — Может быть, мы можем поговорить с одним из американских авроров? — Билл предложил. — Может они видели Гарри на одном из этих фильмов, может быть, они видели, как он разговаривал с кем-то или что-то в этом роде.       Северус сложил карту и положил её обратно в карман.       — Отличная идея, мистер Уизли, два очка Гриффиндору. Кстати, это видеокамера, а не фильм. Если они поймали его на камеру наблюдения, мы так же должны проверить всех, и узнать, есть ли у них какие-либо выводы.

***

      — Думаешь мы найдём его, Миона? Ты знаешь, прежде чем… — Рон сглотнул, и отвёл взгляд от своей девушки. Он не мог смириться с мыслью о смерти Гарри, не говоря уже о том, чтобы произнести это слово. В течение последних двух часов они с Гермионой проверяли каждый отель в радиусе пятидесяти миль от аэропорта Сиэтла. Ему было очень хотелось понаблюдать за взлётом и посадкой самолётов, но им нужно было найти Гарри… и быстро.       — Я молюсь, чтобы мы это сделали. Каждую минуту, когда его не лечат от рака, это уменьшает его шансы на выживание. Я просто не могу понять, куда он мог пойти. Он не использовал свою карту почти двадцать четыре часа, и я знаю что у него не было американских денег. Это всё наша вина…       — Как бы то ни было, — пробормотал себе под нос. Не поймите его неправильно он любил Гермиону но были времена… это была одна из замечательных черт Гарри, когда находится рядом с Гермионой становится невыносимо, он мог ускользнуть с Гарри и просто быть самим собой. Гарри всегда изо всех сил старался быть тем, кто кто-то просил. Если им нужен был лучший друг, он был рядом. Плечо, на котором можно поплакать, был рядом. Кто-то с кем Малфой может подраться, был рядом. Друг по учёбе, он был рядом. Герой… он был рядом. Гарри никогда ничего не просил взамен, и оглядываясь назад, Гарри всегда отдавал, но никогда ничего не получал взамен. По какой-то причине все всегда хотели видеть худшее в своём лучшем друге, а поскольку смотреть было не на что, они это выдумали. Рона убивало признавать это, но он был виноват в том, что делал это пару раз.       — Я не могу поверить, что мы так отнеслись к Гарри. — Рон пробормотал. — Я не могу спать после суда над Сириусом. Каждый раз когда я закрываю глаза я вижу его лицо. Он был раздавлен… сломлен… Мы должны были знать, что была веская причина, по которой он не пришёл. Гарри никогда бы поступил так с Сириусом.       Гермиона повернулась и бросилась к Рона, плача.       — Я знала, что он болен. Я умоляла его пойти к мадам Помфри, и он продолжал говорить мне, что это просто простуда. Он был так счастлив, что наконец сможет жить с Сириусом. Когда я думаю о том, что его ужасная тётя и дядя сделали с ним… Я просто хочу…       — Я знаю, Миона. — сказал Рон, втирая успокаивающие круги на спине. Если бы не ситуация, он бы с удовольствием держал Гермиону вот так. — Знаешь ли ты, что Гарри собирался попросить Сириуса усыновить его? — Гермиона заплакала сильнее и крепко прижалась к Рону. Рон не смог сдержать румянец на щеках, когда почувствовал, как её идеальная грудь прижалась к его груди.

***

      — Его запах заканчивается здесь. — Ремус сказал, всё ещё нюхая воздух. — Он сидел прямо здесь на обочине. Тут есть ещё один аромат, — зарычал Ремус.       — Какой? — Спросил Сириус, которому не понравилось рычание в голосе своего мужа.       — Сириус, не волнуйся. Я могу ошибаться…       — Лунатик, ты никогда не ошибаешься. Теперь скажи мне, какого чёрта ты так расстроен? — Спросил Сириус, отчаянно желая получить ответы.       — Вампиры, — снова зарычал Ремус. — Я чувствую запах вампира на бордюре рядом с нашим щенком и запах другого вампира, который пересёк его путь. — Ремус лично ничего не имел против, но Лунатик их призирал. К счастью, он мог контролировать Лунатика в присутствии вампиров, если только это не было днём полнолуния.       — Т-ты чувствуешь запах крови нашего щенка? — Спросил Сириус. Хотя его обоняние было хорошим на свежие запахи, спустя двадцать четыре часа оно стало не таким ярким.       Ремус вздохнул и печально посмотрел на своего мужа.       — Сириус, ты должен помнить, что Гарри кашляет кровью, даже если…       — Чёрт возьми, Ремус, — сломался Сириус. — Ты чувствуешь запах его крови?       — Да, но не так много, — быстро добавил Ремус, увидев, как краска схлынула с лица Сириуса.       — Они забрали его, — зарычал Сириус. — Чёртовы кровососущие ублюдки, забрали нашего щенка.       — Мы найдём его, Сириус. Ты должен сосредоточиться и не потерять себя, — сказал Ремус. Он очень беспокоился о своём щенке. Вампир мог хотеть от Гарри только одного… его крови.       — Пойдём и сообщим Дамблдору, — предложил Ремус. — Может быть, американское Министерство знает что-то о вампирах здесь.

***

      Гарри был удивлён, когда проснулся и обнаружил, что Карлайл всё ещё был с ним, сидел рядом с его кроватью. Возможно, он не знал этого человека, но то, что он остался, согрело его сердце.       — Ты всё ещё здесь, — сказал он хриплым голосом от сна и продолжительным кашлем, который он испытал. Он с облегчением обнаружил, что чувствует себя намного лучше. Его грудь всё ещё болела, но он не чувствовал неконтролируемой потребности кашлять. В голове также больше не стучало, и он мог сказать, что температура спала.       Карлайл с любовью улыбнулся своей юной паре.       — Я обещал, что не уйду, и я всегда буду стараться сдерживать своё обещание тебе, Гарри.       — Почему? — Спросил Гарри, пытаясь сесть. — Почему ты здесь? Что ты хочешь от меня?       Карлайл хотел помочь своей паре сесть, но знал, что его прикосновения не будут желанными.       — Неужели так сложно поверить, что незнакомец может, позаботиться о тебе?       — Да, — огрызнулся Гарри. — Почему незнакомец должен заботиться обо мне, когда те, кто должен это не делают? — Почему этот невероятно красивый мужчина захотел позаботиться о обиженном, умирающем сироте?       — Тогда, они не те люди, которые тебе нужны в твоей жизни, — сказал Карлайл. — Моя семья и я хотим помочь тебе.       — Почему? — Гарри спросил скептически. — Почему я? Что вы хотите от меня? Если вы занимаетесь детской проституцией или чем-то ещё, то вам не повезло. Я скоро умру, поэтому у меня не будет шансов заработать вам много денег… Я уверен, что ваши клиенты тоже не оценят, что я кашляю кровью.       Карлайл просто сидел ошеломлённый, он не мог проверить, что его пара действительно мог думать, что он так поступит.       — Я не… Я бы никогда… Гарри, я хочу предложить тебе семью, будь то две недели или вечность. Я не хочу ничего от тебя взамен. Ты особенный Гарри, я могу сказать, что ты боец. Я видел шрамы, покрывающие твоё тело, я знаю, что у тебя было ужасное детство. Моя семья особенная, и все они каким-то образом пострадали. Мы просто хотим чтобы ты дал нам шанс.       Гарри содрогнулся при упоминании о своих отвратительных шрамах. Он был слишком слаб и болен, чтобы поддерживать чары, которые их скрывали.       — Я всё ещё не понимаю, — тихо сказал Гарри. — Я ничего не стою чтобы пытаться меня спасти. — Гарри боролся со слезами, которые угрожали пролиться. Он действительно не хотел умереть, это было несправедливо. У него наконец-то появилась семья, шанс по-настоящему жить. Кого чёрт возьми, он разозлил в прошлой жизни, чтобы быть наказанным подобным образом.       В дверь постучали, и вошла пожилая леди с подносом еды.       — Вот дорогой.       Гарри улыбнулся пожилой женщине и поблагодарил её, когда она поставила поднос на столик рядом с его кроватью. Он действительно был не так уж голоден, но прошло по меньшей мере два дня с тех пор, как он в последний раз что-то ел. Сняв крышку с тарелки, он сморщил нос от отвращения при виде того, что там было. Там было то, что может быть ломтиком ветчины, фасолью и горкой картофельного пюре. Там также была миска со свернувшимся черным веществом, которое, как он предположил, было пудингом.       Карлайл усмехнулся над выражением отвращения на лице своей пары.       — Тебе не нужно есть это, Гарри, моя дочь принесёт тебе хорошую домашнюю еду. Она будет здесь через минуту.       Не успел Карлайл закончить говорить, как дверь распахнулась и вприпрыжку вошла Элис.       — Привет, Гарри, как ты себя чувствуешь сегодня вечером?       Гарри посмотрел на Карлайла и указал на Элис:       — Она всегда такая гиперактивная?       — Да, — смеялся Карлайл. — Элис очень весёлая девушка.       Элис ухмыльнулась и протянула большой пакет с ланчем.       — Гарри, тётя Эсме приготовила это только для тебя. Она знала, что тебе плохо, поэтому она провела день, готовя это. — Элис поморщилась, когда увидела помои больничной еды. — Какая гадость, кто бы захотел съесть это? Может быть, они пытаются держать тебя в больнице и кормить этим ядом, не позволю! — Подняв поднос, она передала его Карлайла, а затем начала выкладывать еду, которую приготовила Эсме.       Желудок Гарри заурчал, а рот наполнился вязкой слюной, когда он увидел и почувствовал запах еды. В ланче был суп, свежий тёплый домашний хлеб с маслом и большой кусок шоколадного торта.       Карлайл встал с подносом в руках       — Я скоро вернусь, — сказал он, направляясь к двери.       Сердцебиение Гарри участилось, и он начал паниковать.       — К-куда ты идёшь? — Он не знал, почему уход Карлайла так его расстраивал, но чувствовал, что кто-то ранит его сердце. Уход Карлайла он чувствовал… неправильно.       Карлайла не нравилось видеть свою пару таким расстроенным, но это довало ему надежду, что он был расстроен его уходом.       — Я просто отнесу поднос в буфет, затем позвоню домой и зарегистрируюсь. Я буду отсутствовать только несколько минут… обещаю.       Гарри прикусил нижнюю губу.       — Ты никогда не нарушаешь своих обещаний? — Тихо спросил он.       Карлайл улыбнулся.       — Никогда, Гарри.       Гарри кивнул головой, хотя хотел умолять мужчину остаться. Он не понимал своих чувств к Карлайлу, но сам Карлайл заставил его чувствовать себя в безопасности и желанным.       Элис присела в ногах кровати Гарри.       — Не волнуйся, Карлайл не нарушит своего обещания тебе. Карлайл взял меня много лет назад, и он ни разу не нарушил свои обещания.       С большим трудом Гарри оторвал взгляд от двери, за которой исчез Карлайл.       — Ты имеешь ввиду, Карлайл не твой настоящий отец?       — Нет, — ответила Элис, громко воскликнув. — Карлайл, усыновил всех нас.       — С-сколько вас? — Спросил с любопытством Гарри. Зачем Карлайлу принимать нежеланных детей.       — Ну, Карлайл принял меня после того, как моя семья бросила меня. Я мало что помню о них, я была другой, и это их пугало.       — Я знаю, каково это, — пробормотал Гарри.       — Теперь Эдвард, Карлайл усыновил его после того я как его родители умерли от болезни, — объяснила Элис. Она не собиралась вдаваться в подробности, но хотела, чтобы он понял, что Карлайл был хорошим парнем. — Далее это Розали и Джаспер, брат и сестра, которых принял Карлайл. И последний, но определённо не менее важный, это Эммет.       — Вау, — сказал Гарри, чувствуя себя немного ошеломлённым. Карлайл, должно быть святой, раз взял на себя воспитание столько детей. Он не знал, что сам чувствует по этому поводу. Карлайл казался отличным парнем, но он не думал, что сможет видеть в нём образ отца. Если быть честным с самим собой, из-за Карлайла в его животе порхали бабочки. То, что он чувствовал рядом с Карлайлом, было таким же, как он чувствовал рядом с Чо… только в десять раз меньше. Он никогда не думал о том, чтобы быть с таким парнем, как… Но он действительно думал, что Драко был довольно симпатичным, и он не мог перестать смотреть на мускулы Чарли, когда они делили палатку. Может быть, он был геем… не то чтобы это имело значение, он всё равно будет мёртв через несколько недель.       — Почему Карлайл взял вас всех? — Спросил Гарри, пытаясь понять, почему Карлайл засел у него в голове.       — Потому что он заботиться о нас, — просто сказала Элис. — Гарри, у Карлайла большое сердце, и он заботиться обо всех, поэтому он стал врачом. Он принял нас и предложил нам безусловную любовь. Пусть он предложит тебе тоже самое.       Гарри оживился, когда Карлайл вошёл в палату.       — Всё хорошо? — спросил Карлайл.       Гарри покраснел.       — Да, просто наслаждался этой вкусной едой и знакомством с Элис.       — Это здорово, Гарри, — протянул Карлайл и позволил пальцу коснуться руки Гарри. Он чувствовал, что его пара напряжена, но он также заметил, как его щёки покраснели ярко-красным. Да, ещё может быть надежда. Он мог сказать что его идеальный маленький партнёр был привлечён к нему. — Когда ты закончишь есть, нам нужно поговорить. Доктор Бентон скоро придёт, и он захочет поговорить о твоём раке и лечении.       — Рак повсюду, зачем с ним бороться? Надежды нет. — Гарри быстро отвенул голову от пристального взгляда мужчины, когда из его глаз наконец потекли слёзы. Всё происходило так быстро, что у него не было времени всё размыслить. Теперь всё это оседало… он собирался умереть.       Карлайл встал, и сел на край кровати и заключил свою пару в объятия. Он был уверен, что его партнёр отстранился бы, вместо этого Гарри обхватил его тонкими руками за талию и уткнулся лицом в его грудь, рыдая.       — Я не хочу умирать, — плакал Гарри, цепляясь за Карлайла. Как бы сильно он ни ненавидел физический контакт, это было потрясающее чувство, когда его держат в сильных руках Карлайла. Нет, он определённо не мог видеть Карлайла своим отцом, учитывая то, что он чувствовал в объятиях Карлайла.       Карлайл зарылся лицом в волосы своего партнёра глубоко вдыхая.       — Всегда есть надежда, Гарри, — тихо сказал он. — Но если ты сдашься сейчас, тогда ты упустишь любой шанс на надежду. Ты должен бороться, Гарри.       — Я боюсь, — прошептал Гарри. — Я боюсь умереть, Я боюсь лечения и боюсь остаться один.       — Твой страх понятен, Я бы тоже испугался. Гарри, ты не будешь один, Я буду рядом с тобой на каждом шагу… Я обещаю.       Гарри поднял голову и посмотрел в янтарные глаза Карлайла.       — Обещаешь, обещаешь?       — Я втрое обещаю, малыш. У тебя будет целая семья, Гарри. Просто борись, пожалуйста, — умолял Карлайл.       — Я не знаю, что такое химиотерапия. Я толком ничего не знаю о раке, — сказал Гарри, всё ещё цепляясь за Карлайла.       — Я всё тебе объясню и не покину твою сторону, что бы ты ни выбрал. — Карлайлу нравилось обнимать своего партнёра, он просто хотел, чтобы обстоятельства были другими. Он действительно не хотел смотреть, как его больной партнёр страдает от химиотерапии, когда он мог легко вылечить его, обратив.       — Скоро, Карлайл, — тихо сказала Элис, настолько тихо, чтобы Гарри её не услышал. — Сейчас становится яснее, Гарри станет одним из нас. — Элис улыбнулась Карлайлу и выскользнула из палаты. Она была так счастлива за своего отца, он заслужил, наконец обрести и свою пару.