Время не имеет значения.

Утро 4 января, Миша спал как убитый, обнимая вторую подушку и улыбаясь довольной ухмылкой, как чеширский кот, во сне. То ли от того, что произошло ночью, то ли ему что-то снилось. Шура же не мог уснуть всю ночь... То неудобно было лежать на кровати, то было слишком жарко, то холодно, то пить хотелось, то курить, а иногда было ярое желание задушить Московского, подушкой, пока тот находится в самом безвредном состоянии, но его останавливал тот факт, что он - не Золотая Орда, чтобы калечить Москву для собственной выгоды. 6 утра. Шура сидит на кухне и, нервно и громко, мешает чай ложечкой, в сервисной кружке. Смотря в одну точку, где-то между стеной и плинтусом, он как будто выжигал дырку, но его снова посетили воспоминания из прошлого. * 1946 год. Война только-только закончилась, улицы ещë в покалеченном и изуродованном виде, а наш Сашка еле как шёл, но шёл в сторону вокзала. Первый раз за столько лет он осмелился встретиться и поговорить со своим бывшим лучшим другом. Да... Уралов решил приехать к Александру и объясниться. Он не хотел его терять, поэтому на протяжении 29 лет, каждый месяц он писал письма с просьбой о разговоре и встрече, а также он всячески старался помогать Саше, при возможности. И вот, Костя, стоит с двумя небольшими чемоданами и каким-то странным свертком в руках, и смотрит на исхудавшего Сашу. - Ох, Саша! - На его лице не было сожаления или чувства жалости, на нём виднелась гордость за друга, ведь он понимал, через что он прошёл и отстоял своë. - Здравствуй, Костя. - Его голос был тихим, а взгляд усталым и измученным. - Послушай, давай сейчас без прелюдий, пойдём ко мне домой и там уже поговорим. До дома они шли молча. И дома тоже молчали, пока Уралов всë же не решился начать разговор. -Саша... Понимаешь ли... Не знаю с чего начать... - Костя перебирал пальцами ткань своих брюк и смотрел куда-то в пол. - Я знаю, что ты не причастен к смерти императора и его семьи, я тебя не виню... Почти. - Тихо проговорил Саша и укутался в одеяло. - Что? - На глазах Кости накалились маленькие бусинки слез, а голос затрепетал от удивления. - Ты сейчас не шутишь? - Нет. - В этот момент Костя воспылал от ярости. - ТО ЕСТЬ, ВСЕ ЭТИ 29 ЛЕТ Я КАРАЛ СЕБЯ В УГРЫЗЕНИЯХ СОВЕСТИ, В ТОТ МОМЕНТ, КОГДА ТЫ НЕ ВИНИЛ МЕНЯ?! - Нет... Я перестал тебя винить с 1944, после того как уехал Московский... Я... Я понял, что ты почти и не виноват, виноваты люди... - Московский значит? - Костя взглянул на свëрток. - Он просил передать тебе этот свёрток... Я видел его за день до отъезда к тебе. Шура взял и выкинул свëрток в камин, так и не узнав, что там лежало. После этого они всë же поговорили по душам, и Саша понял, что бывших лучших друзей не бывает... Бывают только ошибочные статусы, которые ты доверял людям. * Миша лежал на кровати уже с недовольным лицом, кроме того, что его раздражало громкое, как ему казалось, тиканье напольных часов времëн Александра 2, так ещё, больше всего по ушам било частое и монотонное битьë чайной ложечкой по кружке. Всë же собравшись с мыслями и встав с кровати, Миша надел на себя кофту и вышел из комнаты в сторону кухни. Облокотившись на дверной косяк кухни, Миша уставился на Думского. Его сонные глаза так и прижигали в Шуре неприятные мысленные метки, а охрипший от сна голос так и прошёлся по коже мурашками. - Тебе доставляет удовольствие шуметь в такую рань? - Мой дом, что хочу, то и делаю. - Монотонно ответил парень, продолжая смотреть всë в ту же точку. С одной стороны, Думский был прав, и Миша это понимал, но с другой стороны, его раздражало то, что даже находя уязвимые места Шуры, он остаётся как бронированный танк, такой же нетронутый... Такое ощущение, что его проектировал Юра... Миша подошёл вплотную к парню и положил свою руку на его, тем самым завершил процесс помешивании чая. - И всë же, прекрати, раздражает. -Какого чëрта ты мне указываешь? - Раздражённо взвизгнул Шура и выхватил свою руку как ошпаренный. - Иди отсюда, Московский! По коже Миши пробежали мурашки, а в голове пробежала мысль о том, что Саша всегда реагировал так же на его прикосновения, ведь мальцу всегда было неловко. Миша облокотился одной рукой на спинку стула, на котором сидел Шура, а второй об стол. - А если я не хочу? Что тогда, Саш? В глазах Саши пробежало то ли чувство испуга, то ли искорка. - А знаешь, что? - Что? - Миша наклонился ещë ближе к лицу парня, чувствуя, как его тело дрожит, хотя Думский старался держать себя в руках. -Пойдем, я отведу тебя в одно место... Иди одевайся. - Что за место? - Чем быстрее ты соберёшься, тем быстрее узнаешь. Любопытство начало пропитывать каждый сантиметр его тела, он быстро собрался и уже ждал Сашу у выхода. - Ты скоро? - Поинтересовался блондин, смотря на то, как темноволосый расхаживает в тапочках из одного угла в другой, и тихо-тихо пошаркивает. - Да... Собравшись с мыслями, Шура обулся, накрутил шарф на шею, взял пальто и повернулся к Мише. - Пойдём. -Спокойно проговорил тот и указал рукой на дверь. Московский открыл дверь и вышел на лестничную площадку, ожидая, что Шура выйдет за ним вслед, но дверь быстро захлопнулась, оставляя Мишу одного. Парень подлетел к двери и начал бить кулаком по двери. - Саша, открывай! У нас уговор был, ты не честно играешь! - Пошёл к чёрту, Михаил Московский! Миша облокотился спиной об дверь и скатился по ней вниз. - Ладно, я подожду здесь, пока ты не откроешь дверь. - Видимо ты будешь долго ждать, я не открою. - Тихо проговорил в ответ Саша, прислонившись лбом и ладонью к входной двери со стороны квартиры. На тот момент Миша даже и не догадывался, что с ним разговаривал уже Саша, который не хотел говорить и слова в его адрес.

Старые мысли, обиды и воспоминания вернулись к нему... Думского больше нет, но есть острая как игла обида и тоска по родному человеку.