Время не имеет значения.

Миша бы продолжил давить на Шуру в моральном плане дальше, но на домашний телефон раздался звонок. - Пропусти, идиот! - Шура оттолкнул Московского от себя и направился к телефону. Миша почти не пошатнулся, лишь отошёл в сторону и ухмыльнулся. Он видел, что по сути, это всë тот же Саша, отличается только лексикон, ну, и отношение к людям... Но принцип остался тот же, Миша хотел любой ценой вернуть манерного пижона Александра... Как бы это странно не звучало. Со стороны коридора, куда только что ушёл Саша, сначала было слышно только шуршание. Мишу это насторожило, поэтому он взял всë своë скопившиеся любопытство и пошёл вроде бы ждать Сашу, чтобы продолжить спор, но в тоже время "греть" уши. Московский не слышал, что говорил оппонент на другом конце телефона, но по ответам Шуры, была жуть как интересна суть их интеллектуального разговора... -Витя, вот скажи мне, если у него нет мозгов, ты сам ему это объяснить не можешь? - Шура был на эмоциях и чуть ли не кричал в трубку, но заметив боковым зрением Михаила, стал говорить загадками и спокойно. -... -Вить, хватит буровить. И говори кратко. - По лицу Думского было видно, что он не доволен. А свободная рука крутила карандаш, который к его несчастью лежал на блокноте рядом с телефоном. Карандаш был беспощадно сломан и кинут обратно на столик. -... - Так, значит вы приехали? - После вздоха последовал глубокий выдох, который дал понять собеседнику, что надо поднапрячься. - Хорошо, сейчас выйду и поедем показывать валету как может выглядеть Венера Милосская... Трубка была резко брошена на еë изначальное место, после чего Шура полез на балкон, чтобы взять сигареты. По наблюдениям Миши, Думский взял сигарету, закурил еë, попутно смотря куда-то вниз, после чего вернулся с этой же сигаретой в квартиру и начал быстро ходить по комнатам в поисках чего-то. Дым распространялся по всему помещению. Шура примерял одну из своих любимых рубашек, стоя в гостинной у зеркала, держа зубами тлеющую дорогую сигарету. -Не боишься, что антиквариатные вещи и книги пропахнут этим едким запахом? Таким странным, но в то же время точным вопросом, Михаил убил сразу двух зайцев, по его мнению. Он задел самолюбие Шуры, благодаря которому могли появиться маленькие отголоски любви Саши Романова к искусству и всему ценному. Злой и пронзительный взгляд Шуры, Миша почувствовал на себе сразу же. Думский даже и не поворачивался, а просто смотрел в отражение в зеркале. - Закрой... Свою... Пасть! - Сквозь зубы проговорил Шура, а потом потушил почти дотлевшую сигарету об фарфоровую вазу, 1812 года.

На этом их разговоры, в этот день, закончились.

Шура съездил по своим делам и преподал урок, тому самому пацаненку, который чуть не сел за доставку шмали, что надо уметь бегать от ментов и понимать, когда дело не чисто. А, Миша же, в свою очередь, ночью наслаждался звуками струящийся воды в ванной комнате, в которой сидел тайком Шура и аккуратно, и тщательно намывал фарфоровую вазу, которую сам же чуть не испортил, вечером, из-за своих выкидонов. Для Миши это была победа, ведь, он нашёл те самые ниточки, за которые надо будет дёргать...