Пока мы ещё живы

Ещё до рассвета, жители Варуленда собрались на главной площади, что-бы с новыми солнечными лучами встретить своего правителя и вознести небесам хвалу о нём. Не пришлось это действие по душе только Ару, он уже давно знал, как правительство пускает пыль в глаза жителей. Он один прекрасно знал о внешней разрухе и бедственном виде их государства, но никакими уговорами и предсказаниями, он не мог убедить граждан снять очки и увидеть настоящую картину города, лишь попадал за свои правонарушения за решётку. Каждый раз выходя за пределы участка, он вновь молил прохожих снять очки и довериться ему, но каждый раз ему угрожали полицией и гнали прочь. И вот однажды молодая карманница, убегая от полиции, забежала в первую открытую перед ней дверь. Залетев в дом, она упала вперёд и очки, прежде, всегда державшиеся на цепочке, слетели на пол. Оглянувшись, она не сразу поняла что произошло. К ней спустился тот, кто являлся постоянным гостем карцера, за устроенные на улицах митинги и расклейку провокационных плакатов. -Варя, какой сюрприз.. Не думал, что мы встретимся где-то ещё, кроме тюряжки. - Тот не сразу обратил внимание на отсутствие очков на девушке. -Заткнись, Ару. Не собиралась тебя встречать, но и садиться сегодня особо не планировала. - Она протёрла глаза и поднялась с пола. Тут Ару понял, что не так. -Ты без очков? Хоть кто-то меня послушал? - Парень с воодушевлением подбежал к ней и вцепился в плечи. -Отцепись, придурок! Они просто упали! - Варя в следующее же мгновение, боковым зрением увидела, как выглядит часть городского пейзажа из окна и чуть не поперхнулась. Ару схватил её за руку и потащил её на второй этаж, хотя девушка сопротивлялась. - Просто посмотри! Ты сама всё поймёшь. - Он невольно толкает её к наполовину обрушенной стене, где ранее наблюдался подоконник и прижал к бетонной панели. Девушка невольно открыла глаза и застыла в смешанных чувствах. Она была в шоке, ужасе и отвращении к правителю. Их так долго обманывали, вешали на уши лапшу, сажали Ару, который пытался донести им правду и буквально открыть глаза. -Теперь, ты мне веришь? - Тот отошёл на пару шагов назад. Девушка же, молча рассматривала полуразрушенные здания и еле дышала от осознания. -Так вот оно что.. А ведь ты был прав.. -Никто мне так и не поверил. Сейчас не лучшее время, но например, через полгода, ты поможешь мне донести народу это? -Хорошо, но пока лучше заляг на дно. Между стражников, я слышала что собираются ввести публичное сожжение нарушителей порядка, а ты там, уже считай первый на прогрев костей. Она схватила со стола очки Ару и сбежала вниз по лестнице, захлопнув за собой дверь. Тот в свою очередь остался на крыше, продолжив изучать карту секторов города и время смены охраны в каждом из них. Он жаждал сбежать, а после привести в Варуленд кого-нибудь, кто свергнет их правителя и освободит народ от лжи. Сейчас же, он мог оставить Варю здесь, чтобы обмениваться с ней информацией, или взять с собой бежать, ибо она умрёт на сожжении через неделю. Решать нужно было быстро и как можно выгоднее для их ситуации. Жизнь в Анархе протекала своим чередом. Люди работали, жили семьями и имели свои грехи. Всё было так-же, как и в среднестатистических странах СНГ. Люди правда, часто выпивали и устраивали беззаконие, но со стороны правительства это никак не наказывалось, словно правителя и не было совсем. "Эмма - мать анархии", "Закон - не имеет веса!" - такие надписи и им подобные, были краской написаны на стенах домов. Те, кому не удавалось устроиться на работу, жили на улице. Жгли мусор в железных баках и грелись около них, между домов. Кому-то было удачно воровать и грабить прохожих, а кто-то мирно спал около бака, напившись спирта и раздражая храпом. Основной работой, тут считался завод по производству необходимых деталей и механизмов для других государств. Продавать и обменивать их на что-то, было очень выгодно. Основным закупщиком являлся Куроград, реже, но не менее важным закупщиком, была Зонтопия. Другой работой была рубка деревьев, дровосеки неплохо зарабатывали, хотя и были зачастую одинокими и грозными людьми. Так-же, были и военные,не представляющие особой важности в мирное время. Куроград был производным государством. Построены были множество заводов и производных цехов. Создавалась техника, оружие, даже несложные роботы.Большая часть этой техники направлялась в другие государства на обмен или продажу. А многие всё так-же задавались вопросом, почему Курон ушёл? Никто не верил что он предал родину, но не могли ослушаться показаний правителя. Послы тосковали по товарищу и почти брату, ведь он единственный разбавлял эту серую тоску редкими шутками и подбадривал всех коллег. -Как вы думаете, он когда нибудь вернётся? - Спросил один из солдат посреди ночи. -Курон? Не думаю, он прекрасно знает, что за самовольный уход его расстреляют.. - Ответил второй из делегации. - Спи давай лучше, и забудь о нём. Как бы грустно то ни было, но забывать о Куроне было необходимо, хотя никто не смог.. Утро в Курограде начиналось в 6 утра, дневальный будит солдат и делегацию, после зарядки, все отправляются приводить себя и свои спальные места в порядок. Дальше завтрак, во время которого один из солдат заводит разговор с послом из делегации на счёт Курона. -Как ты думаешь, почему Курон решил отказаться от родины? - Тот пытался говорить потише, чтобы не услышали чужие уши. -Не верю я, что он отказался от родины. Нам врут, он мне писал.. - Парень сглотнул ком в горле и оглянулся. - Писал, что ему очень нас не хватает, но вернуться не может, потому что правитель считает его народным предателем. Рассказывает что у него всё хорошо, в Элизиуме он как родной и он хотел бы, чтобы так было и на родине.. -Что там за разговорчики? - Грубым тоном громко выразился один из прапорщиков и двинулся к столу, за которым снова вспоминали про "предателя". Резко с места подскочил солдат, сидящий напротив разговорившихся товарищей. Он приложил правый кулак к левой стороне груди, вторую заведя за спину. - Прошу прощения, товарищ прапорщик! Моя вина, начал разговор о младшем брате! После недолгой беседы за пределами столовой, уже в спортзале, те двое солдат задали защитнику вопрос, почему он так сказал. - Курон был мне как брат, я не мог допустить, чтобы прапорщик стал порочить его имя при всём батальйоне , узнав причину вашего разговора. -Спасибо. Ко второй части дня, солдат отправили на заводы, потому что недоставало рабочей силы. За рабочими станками, разговоры продолжались, никто не мог поверить в "предательство" Курона и пошёл слух о том, что Куромаку намеренно солгал на этот счёт, чтобы сделать посла виновным. Ближе к вечеру разговоры не закончились, просто шифровались, чтобы не получить выговор от прапорщика. Ночью все подшучивали над старшиной и прапорщиком. -А ну-ка замолчали! А ни-то я вам всем глаза на жопу натяну! Будете месяц грязь с подошвы жрать! - Один из солдат стоял на кровати и накрыв голову сапогом, изображал старшину, грозного мужчину с глупыми усами. -Тише ты, а то он ещё проснётся, реально тебе натянет. - Его сосед снизу тихо посмеялся и накрыл голову подушкой, выпуская в неё смех. -Спать лучше ложитесь, а то ещё отправят завтра на швейный завод, вот там посмеётесь. - Парень спящий у окна сказал это достаточно громко и было хорошо слышно во всех частях казармы. -Не душни, Курин! Через пару часов всех в итоге пробило на сон и батальйон пускал слюни в подушку.