Мелированный Чёрт и (не)Серая мышь

Ближе к полуночи того же дня Альба молча наблюдала, как Ханма застегивает рубашку, следя за ловкими движениями пальцев, и усмехалась, зная, на что эти пальцы способны ещё. Она сбилась со счёта, сколько раз они переспали за эти часы, и прекратили только тогда, когда закончились презервативы. Мысленно сделав себе пометку заказать их с какого-нибудь сексшопа побольше, приподнялась на локтях. Тонкий красный плед, что по дешёвке купила в супермаркете, сполз с тихим шуршанием с плеч, обнажая покрытую засосами и укусами спину. Она недовольно зашипела, растирая шею и плечи, чувствуя, как завтра будет болеть эта зона. — Ну и зверь же ты, Ханма, — пробурчала девушка сипло: голос сел ещё на третьем заходе. — Зубы тебе вырву к чертям собачьим, будешь дедом. -Ты сама подставлялась, так что не выебывайся, — пробурчал устало Ханма, стоя у зеркала и завязывая галстук. Альба фыркнула на это заявление, но промолчала, положив подбородок на раскрытую ладонь, продолжая наблюдать за мужчиной с легкой улыбкой. И улыбка её стала шире, когда заметила выглядывающий из-за воротника рубашки алый засос на боку шеи: она времени тоже не теряла, оставляя свои метки на его шее и ключицах, пока он не пресёк это, схватив за горло. О, она определенно не жалела ни о чем, осознав, какой словила куш в виде красивого умеющего трахаться мужчины. И хотя он был довольно груб и на хую вертел её желания — в прямом и переносном смысле этих слов — он всё равно мог довести её до оргазма. Альба зевнула, прикрыв рот, глаза её слипались от усталости, но она хотела проводить мужчину и в последний раз принять душ. Заметив, что Ханма вышел на кухню в поисках очков и жилета, она осторожно спустилась с дивана, закутавшись в плед. Услышав ругательства мужчины, та босыми ногами прошлёпала к выходу из комнаты, и, прислонившись плечом к косяку, наблюдала, как рычит себе под нос нецензурную брань Шуджи, крутя в руках треснувшие очки. -А нечего кидать хрупкую вещь куда попало, — хмыкнула девушка, откидывая запутавшиеся пряди с лица. Заметив недовольный взгляд мужчины, поспешно добавила: — В этот раз не я их выкинула, не надо так на меня смотреть. Ханма лишь отмахнулся от неё, убирая очки в карман жилета, и выглянул в мутное кухонное окно, высматривая свою машину: Джеки он позвонил заранее, ещё не начав одеваться. Альба вновь зевнула и прислонилась виском к косяку, прикрыв глаза. Шея ныла, как и губа, и она понимала, что завтра точно съездит домой за своей аптечкой, иначе такими темпами Шуджи на ней живого места не оставит. Она услышала, как мужчина остановился рядом с ней, и, открыв глаза, подняла на него взгляд, вопросительно изогнув бровь. — Какая ты не выносливая, мышонок, — сказал он, прислонившись плечом к стене рядом с ней. Глаза его бегло осмотрели её уставшее лицо, на губах самодовольная усмешка: ему явно нравился вид вымотанной девушки. — Посмотрю, как быстро выдохнешься ты, когда у тебя будет двухгодовое воздержание, — буркнула Альба, и, не удержавшись, тыкнула его в пресс. Ханма лишь усмехнулся на это, даже не дернувшись. — Ты, что, щекотки не боишься? — Я довольно крепкий малый, — сказал мужчина, проигнорировав вопрос. — Чтобы меня утомить, потребуется вся ночь. — Он поиграл бровями, намекая о дальнейшем её испытание, но девушка лишь хохотнула на это, опуская лицо вниз. — Уверена, что ещё к середине выдохнешься. — Хочешь проверить? — Пф, а почему бы и нет. Но не в ближайшее время, — честно ответила девушка, ещё раз погладив рукой ноющие плечи. — Дай организму восстановится, а то будешь трахать бревно. — Ну, если ты, после отдыха, будешь ещё более раскрепощенной, то я готов подождать. Скажем… — он скрестил руки на груди и прислонил большой палец к подбородку, сделав задумчивое выражение лица. Девушка с уставшей улыбкой рассматривала его татуировку на ладони, ожидая продолжения. — Скажем, послезавтра, — Альба ошеломленно похлопала ресницами и подняла удивленные глаза на ухмыляющегося мужчину. — Ты будешь спать с бревном, чёрт патлатый, я тебе серьезно говорю. Давай хотя бы дней пять, — Альба подавила зевок, поправляя сползающий с груди плед. Заметив на запястьях синяки от грубых сжиманий мужчины, она недовольно цокнула: — Боже мой, даже здесь… — Ладно, пять так пять, — согласился Ханма, с гордым видом осматривая шею и запястья девушки. Он был диким собственником, своих любовниц любил помечать, чтобы больше никто ими не пользовался. Правда, мужчина не делал это уже довольно давно, изредка пользуясь бабочками-однодневками, больше с ними не созваниваясь. С улицы раздался короткий сигнал автомобиля, и молодые люди одновременно выпрямились, понимая, кто мог сигналить в такой час. Ханма торопливо надевал ботинки, а Альба стояла рядом, решив закрыть дверь за мужчиной, чтобы удостоверится в закрытом замке. Шуджи выпрямился, и насмешливо окинул её взгляд с ног до головы, спросил: — Чего стоишь, мышонок? Решила проводить, как жена мужа, м? -Ой, иди ты нахуй, я дверь за тобой закрыть хочу, — устало брякнула Альба, закатывая глаза. Тот лишь хохотнул, и открыл дверь, впуская внутрь прохладный свежий ночной воздух, отчего Альба поправила плед, натянув его на плечи. — А, Ханма, подожди, — мужчина остановился в дверях, обернувшись к девушке, — можно я завтра украду у тебя ненадолго Джеки? Мне бы домой съездить за некоторыми вещами. Ну, часа на два, примерно. — Да без проблем, — хмыкнул Шуджи, доставая сигарету и скрытого кармана жилета. Прикурив, он продолжил: — Позвони ему, когда будет необходимо. Если будет свободен — приедет. В конце концов, должен же я отблагодарить за такой приятный вечер. — Ханма поиграл бровями, с ехидной усмешкой смотря на довольно улыбнувшуюся девушку, и нырнул в темноту ночи, оставив входную дверь приоткрытой. Альба прошлёпала босыми ногами к ней и выглянула наружу, провожая взглядом стремительно подходящего к чёрному Мерседесу Шуджи. Он, не обернувшись на дом, сел в машину, закрыв дверь громким хлопком, и машина зажгла фары, тронувшись с места, выезжая на дорогу. Девушка ещё немного постояла, вслушиваясь в удаляющийся шум мотора, который перекрыл громкий стрекот сверчков, и, глубоко вдохнув прохладный воздух, закрыла с легким щелчком входную дверь. Повернув дважды замок, она скинула плед с плеч, закинув его на диван одним метким броском, и ушла в душ, чувствуя приятную сытую тяжесть в теле.

***

В обед следующего дня Альба уже ехала к себе домой, тихо дремля на переднем кресле Мерседеса, спинку которого Джеки услужливо наклонил. Девушка держала в руках свой уже пустой рюкзак, а на заднем сидении мешком лежала большая спортивная сумка, которую она нашла, когда разбирала шкаф — видимо, в молодости Ханма всё-таки посещал какую-то спортивную секцию. Машина мягко трогалась и тормозила под чутким руководством водителя, из радио играл джаз, и Альба чувствовала себя необычайно счастливой после всех этих дней молчаливого ада в родном доме. Джеки закурил, и густой крепкий запах табака защекотал нос, вынудив девушку чихнуть и открыть глаз, недовольно посмотрев на водителя. — О, принцесса польская, ты проснулась, — сказал тот, заметив недовольный взгляд, брошенный на него. — Сейчас проветрится немного, я заднее окно открыл. — Меня тяжело застудить, так что можешь и переднее открыть, если удобнее. — Пробормотала сонно Альба, потерев глаза, отгоняя дремоту. Над ухом мягко прошелестело опускаемое стекло, в уши ворвались громким звуки города. — Прости, что-то я не выспалась, вот и задремала. -Хм, даже интересно, почему, — иронично протянул Джеки, и тут же тихо засмеялся, услышав недовольное цокание от девушки. — Не закатывай так глаза, а то обратно не выкатишь. Я не святой апостол, чтобы осуждать тебя. Мне вообще тебя жаль, — заметив недоумевающий девичий взгляд, он пальцем показал на шею, которую девушка не нашла чем прикрыть в жаркий летний день. — Ханма у нас каннибал-гурман, похоже, раз пытался тебя живьём сожрать. — А, это… Поэтому я и попросила тебя помочь мне съездить домой. Кроме вещей, я заберу оттуда свою мазь от синяков. Прекрасная вещь, работает на ура. — Альба выпрямила спинку кресла и невольно попыталась прикрыть шею распущенными волосами, прикрывая алые следы. — Ах, кстати! — Джеки вопросительно изогнул бровь, не отрывая взгляда от дороги. — Спасибо большое, что согласился поехать со мной! Так неловко тебя дёргать по пустякам, но ты мне облегчил жизнь. Джеки усмехнулся, выдохнув клуб дыма. Затормозив на светофоре перекрестка, он повернулся к девушке со снисходительной улыбкой и окинул её добрым взглядом. Альба невольно обратила внимание, что глаза у него настолько насыщенного кофейного цвета, что казались почти чёрными, едва не сливаясь с бездонным колодцем зрачка. — Послушай, принцесса, мне не тяжело привезти и увезти человека, особенно, если это ты, — проговорил он, стряхнув пепел в приоткрытое водительское окно. — Я много повидал любовниц Ханмы, и среди этого цветника ты мне импонируешь больше всего. — Джеки зажал сигарету в зубах и переключил передачу, тронув машину с места на зелёный сигнал светофора. — Да и, в конце концов, сам босс мне и сказал, что ты у него отпросилась. Он сразу вчера ночью, как в машину сел, заявил: «свози её, куда там нужно». Если честно, я очень удивился этому. — Тем, что так спокойно отпустил? — Угу, — промычал Джеки, заворачивая в знакомый девушке переулок с частными домами. — Обычно он девочек нахуй шлёт, когда те просят у него что-то, без разницы, вещь это или услуга. Я это делал очень редко, и то сам не хотел. Многие сразу возносили себя до небес от того, что разочек переспали с боссом. Обращались со мной, как с рабом. — Взгляд Джеки посуровел, он снизили скорость, приближаясь к парковке, резким движением переключив передачу. Альба вздрогнула от неожиданного звука и настороженно смотрела на мужчину. — А ты исключение из правил. На переднее сидение я никого без нужды не пускаю, — мужчина усмехнулся, припарковывая машину на стоянке рядом с домом девушки. — Теперь это твоё почётное место, принцесса. Мне пойти с тобой? — Он улыбнулся в ответ на широкую девичью улыбку, и Альба отрицательно покачала головой, отстёгивая ремень безопасности. -Хочу удостовериться, что там никого нет, — сказала она, открывая дверь. — Потом если только сумки до машины донести поможешь. Джеки понимающе кивнул и откинулся на спинку кресла, принимая расслабленную позу. — Если что — кричи, я буду слушать, — проговорил он, когда девушка заглянула на заднее сидение, вытаскивая сумку. — Ханма мне голову оторвёт, если тебя твой братик с прибабахом в доме запрёт. Альба тихо рассмеялась на это заявление и, закрыв дверь машины, быстрым шагом направилась к знакомому дому. Их район был новым, с однотипными бежевыми двухэтажными недорогими домами, которые в основном заселяли молодые семьи. Сейчас во многих дворах было тихо, в летний жаркий день дети редко когда сидят дома, а родители заняты работой и домашними делами. Альба прошла мимо соседской калитки, откуда незамедлительно раздался собачий лай: белый шпиц Момо всегда так встречал непрошенных прохожих, когда дома никого не было, и девушка даже не вздрогнула от этого звука. Подойдя к своему дому, она вгляделась в зашторенные окна, и опустила взгляд на парковочную зону. Ни машины брата, ни велосипеда сестры не было, и девушка уверенно открыла калитку своим ключом и зашла внутрь. Остановившись на крыльце, она на минуту замялась и оглянулась на парковку. Мерседес всё так же стоял на своём месте, водительское окно было максимально опущено, и оттуда высунулась рука с большим пальцем: Джеки заметил её тревожный взгляд и пытался подбодрить. Альба тихо вздохнула, улыбнувшись уголками губ от такого жеста, и открыла дверь, прислушиваясь. Дома было тихо, и Альба прошмыгнула внутрь, плотно закрыв входную дверь без лишнего шума. Девушка замерла, вслушиваясь в тишину дома, и убедившись в безлюдности, поднялась в свою комнату, перепрыгивая на лестнице через ступеньки. Зайдя внутрь, она резко остановилась, в шоке оглядывая нетронутую комнату. Она ожидала хаос и беспорядок, но помещение оставалось таким, каким она его оставила. И только гирлянда в виде листьев горела привычным жёлтым светом. Скинув с плеч рюкзак и сумку, Альба сразу выключила её и выдернула из розетки, начав аккуратно сматывать и снимать с гвоздиков, которые когда-то вбил сам Мамору. Эта гирлянда была его первым подарком после переезда девушки сюда. Альба сматывала её, вспоминая, как увидела эти красивые полупрозрачные листья на витрине магазина с лампами, и застыла, залюбовавшись. Брат в то время ходил за ней хвостом и заметил этот заинтересованный взгляд. Каково было удивление девушки, когда вернувшись из колледжа, она застала брата в своей комнате, вбивающим под потолок маленькие гвоздики-крючки. В тот день они впервые не ругались, и вместе развесили гирлянду, длины которой хватило на всю небольшую комнату девушки. А теперь она снимала её, хотя изначально не хотела брать, но сейчас, увидев, что к ней всё-таки заходили и оставили маленький знак, что ждут, девушка решила так показать, что не намерена возвращаться в этот дом. Будто этим она окончательно разрывала все связи со своей семьёй, перечёркивая даже малейший шанс на возвращение. Перевязав гирлянду наспех найденной в ящике верёвкой, девушка закинула её в рюкзак и открыла шкаф, начиная перебирать вещи. ___ Джеки ожидал девушку уже около сорока минут, бездумно роясь в телефоне и скуривая одну сигарету за другой. Периодически поднимая глаза, он оглядывал территорию вокруг и всматривался в дом девушки, гадая, насколько она ещё там зависла. Отложив телефон в сторону, он затянулся сигаретой и задумался. — Чем она его таким приманила, интересно, — вслух пробормотал он, стряхивая пепел в окно. — Сам сказал, что взгляд у неё бесстрашный, и хочет сломать, при это трахается с ней, как сумасшедший. Нелогичный, пиздец. — Мужчина замолк, затягиваясь, и тут же поерзал на сидении, принимая удобное положение, заметив, как открылась калитка дома девушки. Альба шустро закрыла за собой все замки и едва ли не бегом помчалась к машине, осознав, сколько времени потеряла в доме. На часах было почти три часа дня, а в это время Мамору возвращался домой на обед. Джеки открыл заднюю дверь Мерса, видя панику на лице девушки, и та закинула сумки на сидения, сразу же ныряя на знакомое переднее кресло. Подняв затонированное окно со своей стороны, она глубоко вдохнула и медленно выдохнула, успокаиваясь. -Че случилось? Спалили? — рыкнул Джеки, заводя машину. Мотор под ногами мягко рыкнул, пробуждаясь. — Брат может сейчас приехать, едва время не проебала, — прохрипела Альба, застегивая ремень безопасности. — Но, похоже, успела. Ох, блять! — Вскрикнула она, сползая по сидению вниз, заметив машину брата, заезжающую в переулок. Джек, моментально собравшись, поднял своё стекло до середины, скрыв лицо, и включил фары дальнего света. Сняв машину с ручника, он мягко дернул её вперёд, заставляя Мамору ускорить заезд. Синяя Тойота убыстрила ход, заворачивая к дому, из которого только что, как ошпаренная, выскочила Альба, не заметив людей, что в напряжении следили за её водителем. Джеки решил не искушать судьбу, и, как только проезд освободился, сразу с рёвом развернулся в сторону дороги, выезжая. — Вовремя ты вышла из дома, — прервал молчание мужчина, периодически бросая нервные взгляды в боковое зеркало. — Странно, полицейский, а на машину с затонированными окнами посреди пустой парковки внимания не обратил… — Ханма за мной следил, сам ведь знаешь, — сказала Альба, массируя висок, чувствуя, как он пульсирует от пережитого напряжения. — И его ребятки ничего лучше не придумали, чем торчать в затонированной тачке круглыми сутками на общественной парковке. Вот и привыкли к этому люди. — Придурки. — Согласна. — Альба помассировала шею, мазь на которой впиталась и притупила болезненные ощущения. — Поехали обратно. Хватит на нас приключений. Да и Ханма тебя ждёт, скорее всего. Он без тебя, как без рук, — на последнюю фразу Джеки громко усмехнулся, обнажив щербатые резцы. — Давай. А сумки я тебе занесу сам, и это не обсуждается, принцесса. Альба лишь устало отмахнулась на эти слова, опуская спинку сидения и укладываясь поудобнее. Джеки лишь кивнул с легкой улыбкой, поднимая окна и включая кондиционер, чтобы звуки города не мешали девушке дремать. Та привычным жестом обняла пухлый рюкзак и закрыла глаза. Когда они подъехали к её новому дому, на небе появились лёгкие перьевые облака, прикрывшие послеобеденное горячее солнце. Поднялся прохладный приятный бриз, трепавший русые волосы девушки, лохматя и без того пушистый конский хвост, который девушка поспешно собрала в машине. Джеки грозным медведем вышагивал к дому, таща в руках сумку и рюкзак, и девушка шла чуть позади него, руки её шарили по карманам брюк в поисках ключа. Водитель поднялся по лестнице и хмуро оглядел стоящего у перил мужчину, который курил, прислонившись спиной к двери соседней квартиры девушки. Незнакомец поднял на подошедшую пару глаза и сухо кивнул в приветствии, выдохнув дым. Джеки оставил этот жест без ответа, а Альба кивнула ответ, торопливо обогнув водителя Ханмы и открыв дверь ключом. — Уф, принцесса, натаскала ты себе вещей. — Пробурчал Джеки, складывая рюкзак и сумку у кухонной тумбы. — Ну, я же тут надолго, Джеки, — ответила девушка, прислонившись к косяку входной двери, ожидая, когда мужчина выйдет. Джеки, разминая плечи, неторопливо вышел из квартирки, буравя исподлобья взглядом всё ещё курящего соседа. Альба тоже достала сигаретку и прикрыла за мужчиной входную дверь, намериваясь остаться на площадке. -Едь спокойно к Ханме, — проговорила глухо Альба, держа в зубах сигарету. Она достала из маленького кармашка зажигалку и поигрывала ею в пальцах. — Спасибо тебе большое ещё раз, что помог. -Да не за что, — Джеки перевёл взгляд на девушку, моментально меняясь в лице, добрея на глазах, и, приобняв её за плечи, направился к лестнице. Пройдя мимо молодого человека, который крутил в руках докуренный бычок и теперь просто копался в телефоне, он на мгновение замялся и обернулся к Альбе, нахмурив брови: — Если кто обижать будет — звони, примчусь в любое время суток. Альба лишь с улыбкой кивнула на эти слова, зажигая сигарету. Кончик её заалел, и девушка лопнула кнопку, взглядом провожая мужчину, что громовыми шагами спускался по лестнице. Её сосед тоже краем глаза следил за удаляющимся водителем, и, когда тот отошел на приличное расстояние, обернулся к девушке и негромко проговорил: — Мне показалось или последняя фраза намекала на меня? — Голос его был с сильным акцентом, мужчина картавил, и слова на японском языке давались ему с трудом. Девушка лишь с легкой улыбкой кивнула, прислонившись бедром к резным железным перилам, взглядом провожая чёрный Мерседес. — Да, Джеки намекал на вас, — Альба выдохнула дым и обернулась к молодому человеку, что буравил её взглядом, рассматривая в ответ. Он был примерно с неё ростом, худой и бледный, с синими мешками под глазами. Длинные пшеничные волосы были собраны в небрежный пучок, плешивая светлая щетина покрывала его худые щеки и подбородок, скулы выпирали настолько, что о них можно было порезаться. Он был одет в легкую чёрную футболку с длинными рукавами, и в открытом вороте сильно выделялись торчащие кости ключиц. Чёрные спортивнее брюки были в пятнах, а на босых ногах неожиданно яркие кислотно-зелёные вьетнамки. Мужчина неспешно закурил ещё одну сигарету и оторвался от двери, подойдя к перилам и присев на них. Его карие глубоко посаженные глаза отражали горящий кончик сигареты, и он молчаливо ожидал, когда девушка перестанет его рассматривать, сам тоже шаря глазами по ней. Два иностранца в этой фриковатой стране всегда чувствовали себя увереннее вместе, даже если имели разные родины. Но Альба, понявшая по голосу парня, его акценту и картавости, что он жил явно не так далеко от Польши, улыбнулась скромно и сказала, перейдя на русский язык: — Ты иностранец? Славянин? — проговорила Альба, затягивая сигарету. Мужчина рядом с ней встрепенулся, и удивленно посмотрел на девушку, хлопая глазами. Хоть она и знала большинство языков на начальном уровне, русский ей давался очень тяжело, и слова выходили кривыми и косыми на слух, но интуитивно понятные для молодого человека. — Тебе комфортнее говорить по-японски или на русском? Я полиглот, пойму тебя. Но сама говорить плохо, сам слышать. - Да, я слышу, — ответил сосед и чуть улыбнулся уголками губ. Он протянул руку девушке в приветственном жесте. — Моё имя Николай Рокоссовский, русский иммигрант. — Альба Араи, наполовину полячка, вернулась на родину моей матери, — Альба легко пожала ему руку в ответ, отметив её гладкость. — Не видела вас за эти дни. — Аналогично, — проговорил мужчина, тихо засмеявшись. Его смех был лающим хриплым, как у старой собаки, и Альба лишь удивленно приподняла бровь на такую сильную разницу между смехом и внешностью. Его глаза искрились от веселья, когда он вновь посмотрел на девушку. — Говорите лучше по-японски, так вам будет легче. Я его на слух воспринимаю лучше, чем говорю. Русский у вас с диким акцентом, непонятный… — Ну, как скажете, Николай, — девушка докурила сигарету и выбросила бычок в сторону, выдыхая следом за ним дым. — Давно вы тут живёте? — Уже года два. Я работаю в фирме, которая держит этот дом. Но из-за того, что я иммигрант, меня не очень хотят видеть в офисе. Так что работаю из дома. Иногда езжу в главное офисное здание на совещания. Тогда привожу себя в более божеский вид, — мужчина опять засмеялся, прикрыв рот, чтобы приглушить смех. – А вы тоже буквально второй день здесь? Я слышал, как тут проводили уборку, а потом ещё мельком видел, но вы спешили куда-то с целой кучей пакетов, решил вас не отвлекать. -А, да, я позавчера переехала. Не знаю, на какой срок, но точно на несколько месяцев, — Сказала Альба, скрестив руки под грудью. И тут ей пришло осознание, что вчера ночью они с Ханмой отнюдь не придерживались тихого часа, она думала, что по соседству никого нет из-за вечно тёмных окон и тишины. Она смущенно прокашлялась, накрывая волосами всё ещё красную шею, понимая, что уже поздно скрывать следы преступления. Николай тепло улыбнулся, увидев смущение девушки, и докурил сигарету, выкидывая бычок куда-то за спину. Он выпрямился и потянулся, промычав от удовольствия, покачивая руками из стороны в сторону, разминая затекшие мышцы спины. Мужчина резко опустил руки вниз с коротким выдохом: — Ладненько, — мужчина обернулся на девушку, с хрустом почесав щеку. — Что ж, мне пора дальше работать, сроки горят. — Альба понимающе кивнула, тоже выпрямляясь. – Кстати, я хотел сказать, что в основном работаю ночью… — Девушка старалась незаметно закатить глаза, на что губы Николая дрогнули в улыбке, — …и в наушниках, поэтому храп меня особо не волнует, не беспокойтесь. Альба облегченно выдохнула, сложив руки на талии, а потом недоуменно посмотрела на мужчину, решив, что ослышалась: — Храп?.. А Николай уже с хохотом старого ворона зашел внутрь свой квартиры, плотно закрывая дверь. Девушка непонимающе похлопала глазами в след, застыв в нелепой позе. И тут же разразилась смехом, наконец-то поняв, на что намекал молодой человек. Откинувшись спиной на перила, она блаженно прикрыла глаза, продолжая улыбаться. Жизнь налаживалась после долгого месяца серости и тоски. Побывав в старом доме, она наконец-то убедилась в том, что была права, уйдя из него. Да, брат ещё формально считался её опекуном до двадцати одного года, но тяготы этой связи оборвутся через пару месяцев, в её день рождения. И сложно сказать, кто будет рад этому больше, она или её брат. Альба тихо вздохнула, чувствую всё ещё не отпустившую тоску, что сжало сердце в тиски. Да, Юки и Мамору её семья, последние близкие люди на земном шаре, и она очень их любила и была готова пожертвовать всем ради них. Но не всё зависит только от неё, эту простую истину Альба усвоила ещё в школьном возрасте. Так же, как и усвоила, что не надо идти на контакт к тому, кто всеми способами избегает их. Встряхнув головой, выбрасывая ненужные мысли, девушка зашла в квартиру, и огляделась. Ей было сложно ещё назвать эту комнатушку своим новым гнездом, но в глубине души догадывалась, что так оно и будет. Прислушавшись, она услышала негромкую музыку, играющую из-за соседней стены, и улыбнулась. Альба чувствовала, что этот новый знакомый ещё сыграет свою роль в её жизни.