Мелированный Чёрт и (не)Серая мышь

Альба никогда не могла сказать, что была ночным жителем, предпочитая в темное время суток спать или хотя бы читать книгу, но эту ночь она запомнит надолго. Когда Ханма увёз её со своего места на набережной, она думала, что он повёз её домой, но ошибалась. Мужчина просто катал её по всему городу, мчась мимо ярких вывесок и декораций, и девушка лишь успевала вертеть головой, чтобы запомнить места и обещать себе приехать туда, сюда, а ещё вон в то место, и вот туда тоже. Страх перед байком ушёл, хотя иногда на особенно крутых поворотах или рискованном обгоне сердце пускалось вскачь, но спокойные уверенные движения мужчины успокаивали, и давали некую уверенность, что рядом с ним ей бояться нечего. Хотя разум и трезвонил о том, что он сам — и есть её главная опасность, но Альба запихнула этот мешающий колокольчик как можно дальше, наслаждаясь ночной лихой ездой. Девушка видела, что Ханма хотел скорости, хотел немного полихачить, но не делал этого. Ради неё или из-за наличия дополнительного груза на Хонде — она не знала, но первый вариант был приятнее для души и сердца. Однако ещё один вопрос упрямо засел в голове, не давая полностью расслабиться, и когда Ханма остановился на одном из светофоров, она тихо задала его, приблизившись к уху: — Эй, а куда мы едем? — Да никуда. Просто катаемся, — ответил мужчина, выпрямляясь, и девушка разжала руки, выпуская его из объятий. Размяв плечи, он сцепил руки в замок и вытянул их, хрустнув суставами. Он повернул к девушке лицо, прожигая жёлтым ехидным взглядом. — Ты против? — Нет, конечно. Но тебе ведь надо отдыхать… — продолжить она не успела, заметив мигнувший жёлтый свет на светофоре, и опять обхватила талию Ханмы, прижавшись щекой к его лопатке. — Со мной всё нормально, выключай свой режим медсестры, — успела услышать она, прежде чем рёв мотора заглушил все остальные звуки, и Альба прикрыла глаза, решив послушаться. Следующая их остановка была на пустой и ярко освещенной заправочной станции, где Альба, стоя рядом с байком, с матерными выражениями разминала онемевшие от долгого сидения вверх коленями ноги. Ханма отошёл на кассу, оставив девушку следить за мотоциклом, и она бросала на него нетерпеливые взгляды через стеклянную дверь заправки, пока нахаживала туда-сюда, имитируя цаплю. Стояла тишина, прерываема периодически проезжавшими мимо машинами да стрекотом цикад, спрятавшихся в кустах и траве рядом на газоне. Девушка прекратила нахаживать круги вокруг байка и присела на сидение, скрестив ноги. Она широко зевнула, прикрыв рот: бессонная ночь сказывалась и на ней и Альба, чтобы ненароком не задремать, легонько ущипнула себя за запястье. -Эй, мышь, не спи, вся ночь впереди, — услышала она вкрадчивый шёпот рядом с собой, и подпрыгнула от неожиданности; сон как рукой сняло. Ханма хохотнул, заметив её испуг: — Какая же ты ссыкуха, пиздец. — Хватит ко мне подкрадываться, чертила патлатый! — Рявкнула в ответ девушка, вставая с байка и пропуская мужчину на его место, но тот не торопился садиться. Натягивая перчатки, он всё так же в упор смотрел на девушку, и с губ не сходила усмешка, отчего щёки невольно залились румянцем от неловкости. — Хватит ржать. Лучше скажи, куда сейчас поедем. Есть ли вообще какой-то план… — Ну, сейчас мы прерываем нашу прогулочку и пиздуем шустро в клуб. Да-да, тот самый, — Ханма хихикнул, увидев скривившееся лицо компаньонки. — Мне позвонил Тетта, сказал приехать на пару минут. Он знал, что я сегодня решил прокатиться. Правда, ахуел, когда сказал, что приеду не один. — Ну, да, я его понимаю, сама ахуеваю, что эту ночь не дома провожу. — Пробурчала девушка, зябко поведя плечами от усилившегося ветра. В воздухе отчётливо пахло дождём, а вдалеке раздавался тихий рокот грома, и Альба с грустью подумала, что промокнет в такой лёгкой одежде. — Ну, ладно, хоть погреюсь. А насчёт чего зовёт? Хотя, нет, стой, — она жестом остановила Ханму, который уже открыл рот сказать, и тот тут же закрыл его, усмехнувшись шире. — Даже знать не хочу, просто надеюсь, это не надолго? — Да не-е-ет, полчасика, не больше. А что? Хочешь больше проводить время со мной, мышонок? ~ — Мужчина задорно подмигнул девушке, и рассмеялся, услышав её уставший вздох. — Да не делай такое страдальческое лицо, прыгай на своё почетное место и поехали. Чем раньше там будем, тем раньше съебемся. Ах, да, кстати, — мужчина завёл мотоцикл, и обернулся к девушке, что опять положила подбородок на его плечо. Она подняла на него серые глаза, готовая слушать, какие ещё сюрпризы её ожидают. — Тебе придётся посидеть с нашим местным цветником, для своей же безопасности. Можешь пить, можешь курить, но дальше верхней ложи носа не суй, усекла? Дождавшись ответного кивка девушки, он тронул мотоцикл вперёд, и ускорился, как только Альба крепко обхватила его талию. Она больше не прятала лицо, наблюдая за дорогой чуть сощуренными от ветра глазами, и Ханма чувствовал, как девушка всем телом прижимается к нему, но при этом совсем не мешала управлять машиной, будто заранее зная, что он будет делать в ту или иную секунду, подстраиваясь под него. Лишь на особенно крутых поворотах Альба пугливо утыкалась носом в его шею, опаляя резким рваным горячим дыханием его кожу, доверительно прижимавшись сильнее, отчего Ханма невольно сбавлял скорость и ехал более плавно, чего никогда не делал. Много раз с ним катались девушки, но большая часть из них были слишком в себе самоуверенные, и в конце лихой поездки больше напоминали испуганных общипанных куриц, чем гордых павлинов, которых из себя строили изначально. Ханма бросил короткий взгляд на зеркало заднего вида, где отражался он сам и Альба, которая, с любопытством ребёнка осматривалась по сторонам, будто запоминая дорогу. Решив ускориться, он наклонился вперёд, к рулю, и девушка, будто единое с ним целое, наклонилась следом, прижавшись сильнее. Она спрятала лицо на его спине, спасаясь от резкого прохладного ветра, и Ханма чувствовал, как ускорилось девичье сердце, пускаясь в пляс от выплеснувшегося адреналина. Он всё ещё удивлялся, как такая ебанутая на всю голову девушка ни разу не ездила на байке, и невольно усмехнулся, вспомнив её фразу про первый раз. Добравшись без инцидентов до клуба за полчаса, Ханма позвонил своему приближенному, вызывая его на парковку. Альба распустила волосы, торопливо приводя их в порядок, на что Ханма лишь закатил глаза. — Перед кем ты там решила хвост распустить, павлиниха доморощенная? — Фыркнул Ханма, на что получил в ответ порцию иностранных проклятий и удар кулаком в целое плечо. — У-у-у, как грозно прозвучало, давай ещё раз. — Да иди ты, — фыркнула девушка, расстегивая молнию на бомбере и поправляя алый полупрозрачный шарф на шее. Ханма взял его кончик в руки и провел пальцами по ткани, на что девушка подняла на него недоуменный взгляд. — Ты чего? — Жди здесь, к тебе сейчас придёт Кейдзи. Помнишь его? — Проигнорировал её вопрос посерьезневший Ханма, а Альба отрицательно качнула головой, отчего тот недовольно цокнул, дернув за шарф. — А зря, этот пиздюк тебя с твоей подруженкой вывел с парковки торгового центра и передал братику. Блондин, у него ещё уши едва от пирсинга не отпадают. А, вижу, что вспомнила. Вот его и жди тут. Не отходи от байка, местные знают, кому он принадлежит, и тебя не тронут. А Кейдзи уже проводит на второй этаж. — А где Джеки? — Спросила Альба, чувствуя, как внутри сжимается клубочек нервов. Хоть Кейдзи уже и мелькал на её глазах, к Джеки было больше доверия, она знала, что рядом с ним, как за каменной стеной, ибо мужчина был верен Ханме до мозга костей, а значит, и приказы выполнял без сучка и задоринки. — У меня выходные сейчас, у него, соответственно, тоже. Его в клубе сегодня нет. Как и его сладостного ангелочка, — Ханма отпустил шарф девушки, что мял в руках, и обхватил пальцами подбородок девушки, одним движением притянув лицо Альбы к себе, и тихо проговорил ей в ухо: — В этом бабском сборище веди себя прилично, ясно, мышь? Не позорь меня. — Да у меня нет и желания с ними близко контактировать, дорогуша, — так же тихо ответила ему девушка, увернувшись от его губ, отчего тот усмехнулся. — Но-но-но, давай без телячьих нежностей на людях. — Много о себе думаешь, дурочка, — фыркнул мужчина, и, махнув ладонью на прощание, широкими шагами направился ко входу в клуб. Альба, сидя на байке, подогнув ноги, следила за ним, и усмехнулась от того, как расступались перед ним люди, как льды перед ледоколом. Охрана в строгих костюмах и вечно недовольным еблом, низко поклонились ему, и один из них открыл дверь, впуская правую руку руководителя «Свастонов» внутрь здания. Девушка тихо вздохнула, немного поерзав на кресле. Ей оставалось только ждать и мерзнуть под начавшим накрапывать мелким дождиком. Уходить куда-то от байка ей не хотелось, с собой не было ничего для самообороны, а близость собственности администратора банды давало мнимую защиту от всяких разных лоботрясов. Кресло, медленно остывающее, ещё давало лёгкое тепло, и девушка приготовилась уже к длительному ожиданию, как вдруг она заметила вышедшего из клуба знакомого молодого парня с осветлёнными волосами. Кейдзи остановился на верхней ступеньке лестницы, медленно оглядывая парковку. Накинутый на чёрную рубашку тёмно-серый плащ колыхался на поднявшемся ветре, и Альба прерывисто вздохнула, заметив до боли знакомые ремни кобуры для пистолета на его теле. «А что я ещё ожидала? Они готовы в любой момент рвануть на дело, чего удивляться наличию у него оружия. Странно, что ещё Ханма не возит с собой пистолет. Хотя, может, и возит, просто не знаешь об этом, дурочка с переулочка», — думала девушка, пока вскакивала с мотоцикла и подошла ближе к крыльцу. Кейдзи, заметив её, кивнул головой в приветствии, и направился обратно в клуб, а ускорившаяся Альба недовольно буркнула себе под нос: — Мог бы подождать, нахал. На кого ты меня оставил, Джеки. Сравнявшись с молодым человеком, девушка нырнула в душный и полутёмный клуб, где по ушам ударяла какофония из музыки и шума толпы. Альба никогда не была в «WOW» в разгаре ночи, и не удержалась от удивленного свиста, увидев количество людей на танцполе и баре. Люди двигались, сбившись в большую кучу, и выглядели, как живое дурнопахнущее море. Танцпол был окутан дымкой, и светомузыка причудливо отражалась в ней, освещая пьяные смазанные лица. Много людей в характерной форме сбивались в кучи, громко разговаривали и хохотали, выпивая и куря, как паровозы. Посреди танцпола стояли башенки, где за ограждениями танцевали под музыку девушки, больше обнаженные, чем прикрытые одеждой, и Альба заметила, как одну несчастную насильно стащили вниз несколько пар мужских рук, но на её место сразу встала другая. Альба почувствовала прилив адреналина, сердце гулко забилось под ритм музыки, и она запоздало вспомнила, что давно уже не ходила в такие места с Айкой. Притормозив у бара, она беглым взглядом оббежала лица барменов, выискивая Эйджиро, когда чья-то крепкая ладонь обхватила её локоть. Одно движение, и девушка оказалась прижата к груди Кейдзи, который хмуро смотрел на неё, недовольный таким поведением. — Не зевай, — сказал он, силясь перекричать басы мелодий. — Ханма-сама мне потом голову оторвёт, если потеряешься, а я жить хочу. — Прости, я искала знакомого бармена. Пошли, его похоже, сегодня нет, — Альба сама направилась в сторону лестницы на верхнюю ложу, и Кейдзи, продолжая держать её за локоть, шёл рядом, лавируя между потными веселящимися телами. У лестницы было пусто, два одинаковых с лица бугая охраняли подступы к ней, пропуская только по известным только им критериям. Заметив Кейдзи с девушкой, один из них отступил в сторону, пропуская их наверх, и молодые люди вихрем поднялись на ложу, где с облегчением выдохнули: оба не заметили, как запыхались, стремясь сбежать с нижнего этажа. Парень стянул с плеч плащ и отдал его мимо проходящей официантке, и повернулся к девушке. Альба невольно отметила, что они были одного роста, и, похоже, одного возраста, ибо очень уж молодо выглядел он по сравнению с другими участниками группировки. — Босс не сказал тебе, где ты должна находиться? — Спросил он, поправляя серёжки в ушах, что сбились от быстрой ходьбы. Альба пожала плечами, и коротко ответила: — Он упоминал какой-то местный цветник.- Увидев страдальческое выражение на лице у парня, она широко понимающе улыбнулась. — Я тут не в первый раз, и Джеки мне показал, где находится «ложа шлюх». Сама могу дойти, не напрягайся. — Я не могу, мне надо лично отчитаться перед Ханмой-сама. — Покачал головой молодой человек, и улыбнулся уголками губ в ответ. — Но спасибо. Я, кстати, Кейдзи Арарати, но ты можешь меня звать просто Кейдзи. Я так понимаю, ты уже давно с нашим боссом общаешься. Странно, что он вообще привёл тебя сюда. Обычно он своих девочек на люди не выводит. — Я не отношусь к его де. — Начала было девушка, но парень лишь подмигнул ей и прижал палец к губам, намекнув, что ему не интересны подробности. Он направился к ярко освещенному столику, за которым сидели несколько девушек, и, скользнув по ним взглядом, Альба облегченно вздохнула: — О, тут Цубаки, как хорошо то. — Я бы на твоём месте так не радовался, — буркнул тихо Кейдзи, и пропустил её вперёд, кивнув девушкам за столиком. — Так, грымзы, новенькую не обижать, а то от меня пиздюлей знатных получите. — С каких это пор приближенные администратора банды приводят своих девочек сюда? — Негодующе протянула полная чёрноволосая девушка, пытливым неприязненным взглядом оглядывая Альбу с ног до головы. Та, не обратив на неё никакого внимания, приветливо улыбнулась Цубаки, и, получив ответную улыбку, села рядом с ней на край дивана. — Э, не наглей, тебя сюда не приглашали. — Заткнись, Акико, я её знаю. — Тихо проговорила Цубаки, и девушка сразу замолчала, с недовольным лицом отпивая из бокала. Кейдзи не прощаясь, нырнул в темноту этажа, оставляя Альбу в женской компании. — Давно не видела тебя, дорогая. Какими судьбами? — Да так, сама не ожидала, что здесь опять появлюсь. Как-то не тянуло обратно, если честно, — ответила Альба, и женщина понимающе улыбнулась в ответ, пригубив красное вино из своего бокала. Цубаки была в алом, как кровь, комбинезоне с открытой спиной и руками, и расслабленно сидела на диване, закинув ногу на ногу. Она напоминала Альбе львицу, что вальяжно отдыхала в тени дерева, делая вид, что её не интересует окружение, но это было не так. Девушка заметила, как на Цубаки смотрят другие девочки в полуоткрытой ложе, следя за каждым её движением и взглядом, ожидая молчаливого знака, и Араи сразу поняла, кто здесь главная мамочка. Этой ночью местный цветник был полпуст, большинство девочек разобрали офицеры и главы, остались либо жены и любовницы с долгими отношениями с конкретными людьми, или не очень симпатичные на мордашки. Заметив официанта, что проходил мимо ложи, Альба окликнула его, но тот быстро прошёл мимо, вызвав у девушки недоумение. Решив спросить у Цубаки, что происходит, она обернулась к ней, и тут же закрыла уже открывшийся рот, заметив её взбешенный взгляд. — Это ещё что за наглость, — рыкнула она, резким движением ставя бокал на столик, отчего остальные девушки на диване вздрогнули и обернулись к ней, взволнованные резкой сменой настроения. — Игнорировать гостью, где это слыханно. Урачи-сан! — Из тени вынырнул охранник, которого Альба ранее не заметила, и молча поклонился перед женщиной, ожидая приказа. — Ты видел эту наглость? Притащи сюда этого официанта! Не волнуйся, солнышко, я тебя тут в обиду не дам, — ласково проговорила Цубаки Альбе, похлопав ту по колену, когда крупный мужчина тихой тенью последовал за ничего не подозревающим пареньком. — Я знаю, что и ты можешь оскалить зубы по нужде, но позволь сегодня мне тебя курировать. — Да без проблем, я сегодня не в настроении глотки перегрызать, — ответила Альба, и в ложе пробежал лёгкий женский смешок. — Мне бы просто что-нибудь лёгкое выпить, я тут не надолго, так что… — Ненадолго? Ты уже с кем-то сюда пришла? — Раздался голос откуда-то из-за жены Мучо, и Альба увидела заинтересованный взгляд миндалевидных зелёных глаз. Она увидела девушку, светлокожую блондинку, тоненькая, как тростиночка, и её платье мятного цвета мягко подчеркивала достоинства такой хрупкой фигурки. Волосы были убраны в аккуратный пучок, открывая вид на шею с лёгкой тонкой цепочкой. Ни яркого макияжа, ни броских украшений — стильно и утонченно, и Альба не могла даже представить, с кем эта сама невинность могла придти сюда «Ещё одна иностранка, ха. Какие всё-таки японцы фетишисты», — подумала она, а вслух произнесла: — Ну, можно и так сказать. Я так понимаю, здесь все сидят и ждут, эм, «своих» парней?.. — Своих покровителей, — поправила её Цубаки, и страдальчески вздохнула, добавив: — И мужей, конечно. Блондинка за её спиной понимающе хихикнула, когда как с другой стороны столика раздалось раздраженное цокание. Акико демонстративно отпивала напиток из стакана, и Цубаки лишь покачала головой на недоуменный взгляд Альбы. — Не обращай внимания, она вечно всем недовольна, — проговорила женщина, приблизив лицо к девушке, и та невольно придвинулась ближе. От Цубаки приятно пахло духами с восточно-сладкими мотивами, которые яркой нотой выделялись среди душного аромата алкоголя, табака и мускуса. — Зачем сюда приходит тогда, не понятно. Многих парней она сама отшивает, видимо, думает, что на неё клюнет рыба покрупнее. — Женщина игриво подмигнула Альбе и откинулась обратно на диван, взглядом проведя по девушкам в ложе. Альба лишь понимающе улыбнулась, тоже осмотрев остальных. Среди них не было ни одного знакомого лица, но в одном сероглазая была уверена точно: выглядела она как воробей среди павлинов. Платья разной длины и фасонов, яркие украшения, зазывающий макияж у большинства из них — всё кричало о желании попасться кому-нибудь на глаза из верхушки «Свастонов», и Альба в своем простом бомбере и чёрных зауженных джинсах была слишком простой и неброской. Она не раз замечала на себе оценивающие взгляды других, и, сталкиваясь с ними глазами, видела лишь очередную гримасу презрения и слышала гул обсуждающих шепотков. Цубаки ярой львицей одним лишь движением ресниц пресекала зарождающиеся сплетни, но её не могло хватить на всех. Но для Альбы это дело казалось настолько смешным, что она даже не пыталась обороняться, лишь сидела, закинув ногу на ногу и сложив руки под грудью, да старалась услышать что-то стоящее и любопытное о себе среди этих шепотков. Одно её только напрягало: постоянный пилящий, прожигающий насквозь взгляд напротив. Акико молчаливо буравила глазами Альбу, и та, вопросительно изогнув бровь, кивнула ей, задавая немой вопрос. — Ты с шестёркой Ханмы, что ли? — Буркнула Акико, скривив лицо, будто ей самой предложили переспать с Джеки или с Кейдзи, или с кем-то ещё другим из подручных администратора «Свастонов». Альба поборола острое желание выплеснуть в неё остатки вина Цубаки, и, чтобы себя сдержать, барабанила пальцами по локтю, выбивая простой ритм. — Вряд ли ты с самим администратором тусуешься. Он вообще специфичный, — продолжила Акико, и Цубаки уже открыла рот одёрнуть её, как почувствовала еле заметный толчок в бок. Скосив глаза на Альбу, она увидела сощуренные в ехидстве серые глаза, и спрятала появившуюся улыбку за бокалом вина, поняв немой намёк. А Акико, не заметив ничего, продолжала бурчать: — Красивый, чертяка, но такой холодный, как скала. Как и сам глава… — Она резко замолкла, услышав за собой шум, и к ложе подошёл телохранитель Цубаки, Урачи, таща за ворот рубашки упирающегося официанта. Выслушав извинения за невнимательность, Альба отпустила молодого человека, заказав любимое местное вишнёвое пиво, и кивнула Акико, чтобы та продолжала. Видимо, алкоголь окончательно затуманил разум девушки и развязал язык, который и в трезвом состоянии был без костей, и она, не заметив ехидных усмешек Цубаки и Альбы, продолжила: -Знаете, многие говорят что Ханма, ну, это, того… — Заметив непонимающие взгляды других девушек, что тоже затихли, прислушавшись к ней, она вздохнула и навалилась грудью на стол, понизив голос. — Ну, того, «по-мальчикам»! Альба со всей силы закусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая неудержимый ржач, рвавшийся из груди, сохраняя заинтересованное выражение лица. Рядом беззвучно тряслась Цубаки, скрывшая лицо за уже пустым бокалом, но иногда всё-таки раздавались короткие всхлипы от смеха, которые скрыла музыка. По ложе пошли смеющиеся шепотки и перешептывания, обсуждая эту новость: — Ох, а может, и в правду… -Да не, больно он брутален для гея… -Геи тоже могут быть брутальными! Эйджиро вспомни… -Точно!.. -Но он же сюда приходил с девушкой… -Что? — Спросила Альба, обернувшись к блондинке, от которой и услышала последнюю фразу. Та обернулась к ней, чуть улыбаясь, и зелёные глаза искрились смехом. — Приводил сюда девушку? Ничего себе, а я ведь тоже думала, что он немного не той ориентации. — Было очень сложно сдерживать рвущийся из груди смех, но Альба справилась, и только подрагивающие губы выдавали её состояние. Цубаки отставила бокал в сторону и закрыла лицо руками, стараясь себя сдержать, и остальные девушки чуть удивленно смотрели на неё, не понимая причины веселья. -Вот-вот, мы тоже были удивленны. Но видели её лишь один раз, а потом пропала, правда, неизвестно, куда, — продолжила блондинка, смотря то на Альбу, то на Цубаки, и уголки губ её подрагивали от сдерживаемого смеха; похоже, она обо всем догадалась. — Кстати, я не представилась. Моё имя Рейчел, я здесь с Такаши… Ох, прости, ты наверное его знаешь как Мицуя-сама. Альба мысленно усмехнулась, удивляясь от своей недогадливости. Она знала от Цубаки, что Мицуя, как и Инуи, считался мягким руководителем, спокойным и адекватным, и что руководил он не ай-ти кампанией и акциями, как большинство, а швейной фабрикой. И такая хрупкая на вид девочка, утонченная и лёгкая, как птичье пёрышко, могла появится здесь, в этом цветнике, только из-за Мицуи. Альба не удивилась бы, узнав, что та раньше была его моделью, настолько она напоминала их своей худощавой фигурой. -Альба Араи, рада знакомству, — ответила девушка Рейчел, и протянула руку для пожатия. Та пожала её в ответ, робко улыбаясь. — О, всё, спелись, — фыркнула Акико напротив них, отставляя в сторону пустой бокал. — И всё-таки, — продолжила она, прожигая взглядом Альбу, морща придирчиво нос: — Чья ты? -Я? Ничья, — ответила Альба, кивая в благодарность официанту, принёсшему ей бокал красного вишнёвого пива. — Я как кошка, гуляю сама по себе, общаюсь, с кем хочу… — … Спину выгибаю под кого угодно, ага, знаем таких, — проговорила Акико, и недовольно шикнула на поднявшийся гневный женский шёпот. — А что я не так сказала? Такие шлюхи у нас тут регулярно появляются. — Что ты к ней прицепилась, Акико-чан? — Спросила Рейчел, и в её тонком голоске проскользнула сталь. — Она только пришла, а ты уже ядом плюешься. Прекращай. Мы тут все на равных. Цубаки переглянулась с Альбой, тихо хмыкнув от этих слов. Кому, как не ей знать, что в таком месте «равных» быть не может. Те девушки, что приходят сюда, кладут всё на кон, лишь бы попасться на глаза кому-нибудь из приближенных к главарям, а если повезёт, то и самой верхушке. А потом остается лишь приложить максимальное количество усилий, чтобы удержать мужчину у себя. Рейчел, Цубаки и отсутствующая сегодня Юми, девушка Па-Чина, были выше всех этих девочек: они были со своими мужчинами очень и очень давно, и приходящие считались с ними, как со старшими. Сам Кисаки просил Цубаки приглядывать за порядком в этом «цветнике», зная, как иногда вседозволенность сносить женщинам голову. И ей не раз приходилось ставить таких на место, мягко намекая их покровителям об этом. Обычно после таких намеков девушки или пропадали из вида совсем, или становились смирными овечками. Цубаки подала знак мимопроходящему официанту, и, когда тот подошел, громко произнесла: — Принеси нам пару бутылок вина и что-нибудь поесть, а то стол совсем пустой… Девочки, если есть какие-то предпочтения, говорите сейчас, — она вопросительно посмотрела на Альбу, на что та подняла ладонь, отказываясь от всего. — Как хочешь, дорогая. Если честно, я не ожидала тебя увидеть здесь совсем, — продолжила она, когда официант отвлекся на других, заполняя лист заказа. — После той истории с крысой в компании Сейшу, ты пропала из вида, и я подумала, что Ханма либо отпустил тебя, либо убил, что, в принципе, равноценно. — Женщина чуть приглушила голос, когда девушки рядом затихли, отпуская молодого человека выполнять заказ. — А тут свалилась, как снег на голову. Ну, какими судьбами? Решила всё-таки покорить его? — О, нет, я тут случайно, честно говоря, — ответила Альба, краем глаза замечая, как замолкла и прислушалась Акико, делая вид, что копается в телефоне. — Он сам сюда и привёз меня, — девушка выделила первое слово, и едва не засмеялась, увидев, как Акико придвинулась ближе. Альба чуть приподняла уголки губ, и взглядом указала на неё Цубаки; та всё поняла без слов, едва заметно кивнув в ответ. — Сказал, что заедет по делам на пару минут. И загнал меня сюда. — Что ж, я рада, а то сегодня скучно. Уж не знаю, чем главам так нравится этот клуб, — Цубаки вздохнула, закатывая глаза к небу. — Маленький, душный, слишком много швали мелкой. И очень много шлюх, что змеями вьются вокруг глав, проходу не дают, — женщина бросила красноречивый взгляд на Акико, и та вздрогнула, отшатываясь на спинку дивана. — Даже к Муто когти тянут, представляешь. Совсем страх потеряли! — Я так понимаю, страх перед Ясухиро-сама. Он, как я помню, очень скептически относится к таким девушкам. — Скептически, боже, ну и слово ты подобрала… Презирает он их, давай попроще. Женщин в целом, — последние слова женщина едва не прорычала, перебирая пальцами по столешнице. Стук ногтей заставил многих обратить на них внимание, и Цубаки тихо покашляла, успокаиваясь, и натянула на лицо приветливую улыбку: — Значит, случайно заехала. Что ж, надеюсь, ещё встретимся. С тобой интересно. Одна из немногих интересных девушек здесь. — Соглашусь, пожалуй, — подтвердила Рейчел, облокотившись на столешницу и положив подбородок на переплетённые пальцы. — Не расскажешь о себе чуть подробнее? — Пожалуй, в другой раз, сейчас я не в настроении рассказывать о себе, — коротко ответила Альба, коротким взглядом обведя девушек за столом, намекая на них. — Ты можешь взять у Цубаки мой номер, как-нибудь спишемся. А, стой, минуточку, я же поменяла номер телефона! Цубаки, продиктуй его ещё раз, я сохраню…. — Вы ещё и номерами обменялись?! — Раздался возглас, и Акико вскочила с дивана. Платье её задралось до самых бёдер, но та будто и не заметила этого. Уперевшись ладонями на стол, она нависла над ним, взглядом потемневших пьяных тёмных глаз прожигая в Альбе дыру.– Да кто ты такая?! Видим тебя тут в первый раз, выглядишь, как мышь серая, а общаешься со всеми, будто главная тут! — Увидев, что Альба шире улыбнулась от её слов, она недовольно зашипела. — Че ты лыбишься, сука?! — Смеюсь с твоей неадекватности. Я не удивлена, что ты сидишь здесь, а не на чьём-нибудь хуе. Давно, видимо, тебя не выбирали, если только по-пьяни, — тихо проговорила Альба, чувствуя, как закипает черноволосая девушка. Она вбила номера телефонов в «книжку», и отложила смартфон в карман. Подняв, наконец-то взгляд на Акико, она продолжила: — Не скаль на меня зубы. Не доросла ещё. То, что я пришла сюда, не ставит меня наравне с тобой, солнце. Ты сюда пришла сорвать куш, я же просто провести время. Мы не одинаковые. — Ах, ты, сука… — Прошипела Акико, судорожно схватив в руки рядом стоящий пустой бокал. Руки её мелко тряслись то ли от количества выпитого, то ли от ярости. Цубаки рядом с Альбой напряглась и резко выпрямилась, нахмурив тонкие брови. — Да я тебя… Но тут Акико дёрнулась всем телом, заметив что-то за пределами ложи в темноте, и лицо её стало бледным, как мел. Она поспешно отставила стакан в сторону и начала поправлять волосы и одежду, особое внимание уделив бюсту. Девушки рядом с ней тоже зашевелились, приводя себя в порядок. Альба без слов поняла, что кто-то собирается подойти, и закатила глаза, не сдержав усмешку от появившейся на лице Акико слащаво-медовой улыбочки. Протянув руки к красному шарфику на своей шее, она одной рукой медленно стянула его, чувствуя духоту и пот, стекающий по шее за футболку. Вытянув на всю длину, она уже собралась завязать его на руке, как за её спиной раздались шаги и из темноты вынырнула ладонь с знакомой татуировкой «Преступления», перехватывая тонкий кусок ткани и без усилий вытягивая из девичьей ладони. Красный шифон скользнул по её запястью, вызывая мурашки, и Альба подняла удивлённый взгляд на подошедшего мужчину. Его силуэт ярко осветился красной подсветкой, делая его похожим на самого дьявола из преисподней, и Альба мысленно похвалила саму себя за удачно подобранное под него прозвище. — Эй! — Воскликнула Альба, хмурясь на игриво ухмыляющегося Ханму, что сделал от неё шаг назад, уходя в темноту второго этажа. — Только не смей его рвать, ты, чёрт патлатый! Он мне нравится! — Мужчина усмехнулся шире, и начал медленно наматывать шарф на раскрытую ладонь, не прерывая зрительного контакта с девушкой. — Ханма! — Вечер добрый, Ханма-сама, — проговорила рядом Цубаки, откидываясь обратно на спинку дивана. Женщина понимала, что рядом с администратором «Свастики» Акико не посмеет причинить Альбе вред, и расслабилась. Ханма не обратил на её приветствия никакого внимания, играя в «гляделки» со своей ворчащей спутницей, но женщина не была в обиде, она знала, что мужчина всегда себя так вёл. Отвернувшись от них, она посмотрела на Акико, и, не сдержала злорадного смешка. Та, приоткрыв рот, перебегая глазами с мужчины на Альбу, осознавая произошедшее. Девушки в ложе затихли, удивленные. Они поглядывали на сероглазую незнакомку, как на восьмое чудо света, понимая всю абсурдность ситуации по обсуждению сексуальных предпочтений правой руки главы при его любовнице. Рейчел прикрыла рот ладошкой, пряча улыбку, как и Цубаки, что опять едва сдерживалась от смеха от неловкой для девушек ситуации. — Так ты с… — начала говорить отмеревшая Акико, как её грубо прервал сам Ханма: — Пошли, мышь, я закончил. — Не дожидаясь девушки, он завязал её шарф на ладони и широкими шагами направился к лестнице. Альба недовольно бурчала ему в спину проклятия, и на мгновение сжала локоть Цубаки, прощаясь с ней. Дождавшись ответного женского кивка, девушка рванула следом за молодым человеком, застегивая на ходу бомбер. Догнав Шуджи на лестнице, она вцепилась ладонью за куртку на его спине, стараясь не отставать, чтобы не заплутать среди этого густого леса потных тел. Мужчина протянул руку назад и положил её на плечи девушки, притягивая к себе, полуобнимая, защищая от толпы. Лавируя между людьми, Альба ловила на себе изумленные взгляды членов банды, и понимала, что помрёт от икоты если не сегодня, так в ближайшие несколько дней, ибо обсуждать её и их отношения с Ханмой будут все, кому не лень. Приобняв мужчину за талию, она подняла на него негодующий взгляд, и, увидев его ехидную усмешку, не сдержалась и ткнула его пальцем в бок, отчего тот хохотнул. — Ты это специально! — прошипела Альба, не надеясь, что он её услышал, но Ханма рассмеялся громко и задорно, обнимая её за плечи сильнее, выводя из клуба. На лице накрапывал холодный дождь, и гром вдалеке намекал на скорое приближение ливня. Альба осознала, насколько было душно и накурено в клубе, только когда глубоко вдохнула свежий и чистый от дождя воздух. В носу зачесалось, и девушка не удержавшись, чихнула, отчего услышала очередную усмешку со стороны мужчины. — Что ж, придётся всё-таки ехать домой. — Пробурчал Ханма, застегивая до подбородка свою байкерскую жёсткую куртку. Он стянул с ладони шарф, и вернул его девушке, что с недовольным бурчанием выхватила его из мужских рук. — Крепкий он у тебя, мышонок. Можно попробовать в деле. — Опробовать в деле? В каком?.. — Непонимающе протянула Альба, распуская узел на ткани. Подняв глаза на мужчину, она увидела его красноречивый горящий взгляд. — Оу, в этом плане… Хм, ну, можно, почему бы и нет. — Игривое настроение передалось и ей. Альба демонстративно облизнула кончиком языка верхнюю губу и отвернулась от Ханмы, завязывая шарфик поверх бомбера, слыша, как он шумно втянул воздух. От этого звука у неё невольно появилась довольная улыбка на лице. Мужчина спустился с низкого крыльца, вставая перед девушкой. Рядом с ними не было людей, кроме охранников, которые старательно отводили взгляд в сторону. Лицо мужчины было почти на одном уровне с её, отчего Альба чувствовала его горячее дыхание напротив, но глаз не поднимала, делая вид, что сосредоточилась на завязывание шарфа. Капли дождя наперегонки стекали по его куртке, и девушка проследила за несколькими взглядом, прежде чем подняла глаза на мужчину. Ханма молчал и улыбался своей бессменной ехидной улыбкой, и неотрывно следил за каждым её движением. Волосы его потяжелели от влаги и легли на лицо толстыми пёстрыми змейками, но мужчина не спешил их убирать в сторону, и девушка, ведомая порывом, сама протянула руку, чтобы убрать волосы с его лица. Ханма неожиданно податливо прикрыл глаза и опустил лицо, чтобы ей было удобнее это сделать, и рука девушки застыла. Альба, удивленная этим жестом, замерла, но всё-таки положила ладонь на его голову, трепетным и ласковым движением проскальзывая в волос. Тяжёлые потемневшие пряди облепили её руку, они с трудом зачесались назад, обнажая лоб со ссадиной и открывая лицо. Альба кончиками пальцев провела по ранке, от чего мужчина нахмурился, и поспешно отвела руку в сторону, поправляя зацепившуюся за ворот куртки тонкую золотую серёжку. Металл стал холоднее на ощупь от дождя, отчего по телу прошлись мурашки, и Альба одёрнула руку, пряча ладонь в карман бомбера. Козырёк крыльца защищал её от дождя, и она ждала, когда Ханма уже решит, пойдут они дальше или уже разойдутся по домам. Мужчина открыл глаза, и в жёлтой радужке больше не отражалось игривое настроение. Ровный и спокойный взгляд, он будто обволакивал девушку с ног до головы, и Альба не могла понять, с чего мужчина стал так добр к ней. В груди защемило, а в животе порхали бабочки, и Альба мысленно давала себе отрезвляющие пощечины, напоминая, что Ханма просто хотел её отблагодарить за помощь, поэтому взял покататься на байке в эту ночь. — Отвезти тебя домой или поедем ко мне, м? — Спросил неожиданно Ханма, прерывая их молчание, и Альба пару раз моргнула, выныривая из своих мыслей. — Шустрее думай, мышь, а то как-то мокро на улице, если ты не заметила. — А куда ближе? — Брякнула Альба, особо не подумав. Но тут же добавила: — Я могу поехать на такси домой, тебе не обязательно… — В этот район ночью такси не ездит, — прервал её Ханма, и потянул девушку за локоть под дождь в сторону мотоцикла. Альба съежилась, чувствуя, как холодные капли дождя барабанят по её лицу. — А в клубе я тебя оставлять не хочу. Тогда рванём ко мне, я тут недалеко живу. — Но дождь… — Похуй, я уже катался в такую погоду. Не ссы, ссыкуха, довезу целиком… наверное. — Мужчина расхохотался, увидев лицо девушки, и одним движением стряхнул влагу с кресла Хонды, сразу же садясь на него. — В смысле «наверное»?! Ханма! — Воскликнула девушка, но поспешно села за спину мужчины, прижавшись к нему сильнее от холода. Ханма ничего не ответил, лишь завёл байк, пробуждая его. Хонда почти ласково заурчала, фонарь ослепительным белым светом пронзил усиливавшиеся с каждой минутой потоки воды. Альба поерзала плечами, чувствуя, как дождь промочил её шарф насквозь и пошёл дальше вниз, под футболку, холодный и неприятный. Поспешно натянув перчатки, Шуджи одним движением головы откинул с лица влажные сползшие пряди и направил машину на дорогу, отъезжая от клуба в сторону своей квартиры.