Interius Tenebrae/Внутренняя тьма

В Пальметто он возвращался на следующий день один. Вивиан приедет в университет двадцать четвертого августа. Он с нетерпением ждал этого момента и ходил несколько напряженным. Мысль, что они с Вивиан снова будут вместе, радовала его. У него рядом будет человек, которому он может безоговорочно доверять. Тренировка прошла нормально, не считая подчеркнутого безразличия компашки Эндрю. Но его это устраивало. Когда он лег в постель, в дверь энергично забарабанили — и, судя по звуку, кулак был явно не девичий. В гостиной скрипнул стул: Мэтт, сидевший за ноутбуком, поднялся и пошел открывать. Вдох. Кевин. В его голове до сих пор не укладывалось, как он мог не заметить, что Дэй — вампир. И рассказывать ли ему об этом Эндрю? Если бы Кевин стал бессмертным, то у Эндрю будет меньше проблем. Хотя какого хрена он заботится об этом? Но Эндрю ему еще должен, а если у него будут проблемы, то он не успеет. Да, именно из-за этого стоит ему рассказать. О чем Мэтт говорил с Кевином, Нил не разобрал, зато услышал возню и звук удара тела о дверь — видимо, настойчивый гость рвался внутрь. — Кевин, богом клянусь, я сейчас… Одного этого имени было достаточно, чтобы Сет подскочил в постели, как ужаленный. Откинув одеяло, он скатился с кровати. После того как он и Мэтт объединили силы, Кевину оставалось только ретироваться, и несколько секунд спустя входная дверь хлопнула снова. Кевину ни Мэтт, ни Сет на фиг не сдались, а значит Дэй приходил к нему. Зачем? Эндрю рассказал ему? Ну и ладно, если что сотрет Дэю память. Или попросит Вивиан. Вариантов много, так что он расслабился и уснул. На следующий день, после тренировки Кевин подошел к нему. Нил как раз выключил воду в душе, как вдруг Кевин коротко стукнул в дверь его кабинки. — В следующий раз, когда я за тобой приду, пойдешь со мной, — заявил он. — Зачем? —Пора мне получить свое. Эндрю больше мешать не будет. Нил ничего не понял, а Кевин без объяснений ушел. В десять вечера стук в дверь повторился. Нил вместе с Сетом и Мэттом смотрел какой-то фильм и на этот раз вскочил с дивана первым. Появление Кевина не стало для него сюрпризом. Звук телевизора внезапно стих — фильм поставили на паузу; заскрипели пружины — Гордон и Бойд поднялись с дивана. В следующий миг они выросли за спиной у Нила. — Тебе. Здесь. Не рады. Какое именно из этих слов ты не понимаешь? — прорычал Мэтт. В упор не замечая ни его, ни Сета, Кевин больно швырнул Нилу в грудь мяч для экси. — Поехали. — Эй, полегче, — возмутился Нил, швыряя его обратно в Кевина, но с большей силой. Сет и Мэтт, стоявшие позади, уже сорвались с места, готовые броситься в драку. Нил предостерегающе вскинул руку. Подойди Сет первым, он бы просто отпихнул Нила и вцепился в горло Кевину, однако Мэтт все же сдержался. Сет, видимо, списал его глаза на наркотический бред, потому что теперь он открыто враждовал с ним. Идиот, лучше ему быть на стороже. — Буду позже, — бросил Нил через плечо. — Совсем дебил? — возмутился Сет. — Следи за языком. Досматривайте без меня, если что. Презрительно фыркнув, Сет демонстративно удалился, а Мэтт вышел в коридор и проводил Кевина и Нила взглядом. Нил не стал оборачиваться и просто пошел за Кевином вниз по лестнице, к парковке на заднем дворе. По сравнению с началом лета машин на ней стало больше, хотя новых лиц в общежитии Нил не видел. В любом случае, заселившиеся спортсмены не делили этаж с командой экси, и заводить с ними знакомство Нил не торопился. Эндрю ждал в машине. Нил даже не удивился, увидев его: Кевин без Эндрю — никуда. Миньярд сидел на водительском кресле, положив руки и голову на руль. Глаза его были закрыты. Когда Кевин открыл переднюю дверь, он даже не шелохнулся. — Если хочешь, я поведу, — склонившись, предложил Дэй. — Мою тачку? Только через мой труп, — отрезал Эндрю. — Так мы едем или расходимся спать? Кевин тяжело вздохнул, как будто не ожидал от Эндрю такой грубости, и опустился на пассажирское кресло. Едва Нил устроился на заднем сиденье (по центру, чтобы видеть обоих), как Миньярд повернул ключ зажигания, выпрямился и повез их на стадион. Кевин отпер ворота и раздевалку своими ключами. Подождав в фойе, пока они с Нилом переоденутся, возьмут клюшки и прочий инвентарь, Эндрю вышел вместе с ними во внутреннюю зону, а когда они направились к выходу на поле, свернул к лестнице, ведущей на трибуны. Выйдя на поле, Кевин запер дверь на засов, отложил клюшки и мячи в сторону и без лишних разговоров приступил к делу. Для разминки они пробежали несколько кругов, позанимались интервальным бегом, сделали растяжку и только после перешли к специальным упражнениям, начав с простых и постепенно их усложняя. Как объяснил Кевин, это были упражнения «Воронов». Нилу была знакома лишь малая часть этих упражнений, и выполнять новые, да еще и без ошибок, оказалось нелегко. Но Нил справился. Все же у него рефлексы явно получше, чем у того же Кевина. Хотя если Дэй станет вампиром и начнет развивать свои способности, то он может его переплюнуть. Но это маловероятно. После, на самом деле, впечатляющего представления Кевина выбивания конусов левой рукой, Нил понял, почему он считает себя лучшим. Когда тренировка закончилась, Нил первым пошел в душ. Он еще мылся, когда услышал, что Кевин включил воду. Обтеревшись полотенцем, Нил натянул одежду в липкой духоте кабинки и понес форму в раздевалку. Потом дождался Кевина и вместе с ним зашел в комнату отдыха за Эндрю. Миньярд на обратном пути не обронил ни слова, но в лифте, когда Кевин вышел, негромко спросил: — Око за око? Нил ухмыльнулся и ответил: — Око за око. Они поднялись на крышу и Эндрю молча протянул ему сигарету. — Спрашивай, — равнодушно сказал он. Нил немного подумал и спросил: — Ты убил свою мать. Почему? — Она была плохой. Наркоманка и алкоголичка, которая избивала собственного ребенка. И подсадила его на наркоту. Когда я переехал к ним, она перепутала меня с Аароном и ударила. Я поговорил с Аароном насчет этого, но он отказался что-либо менять. Идиот, — хмыкнул Эндрю. — Тогда я начал планировать «аварию». Это получилось. Но Аарон так и не понял, что я сделал это ради него. И возненавидел меня, но, честно, мне плевать. Возможно, он возненавидел меня раньше, когда я не оправдал его хотелки. Он хотел идеального брата, с которым он мог разделить наркоту и который терпел бы выходки его матери. Я пролетел оба пункта. После аварии я запер его в ванной комнате и ждал, когда у него пройдёт ломка. После этого он бросил, но иногда проскальзывает желание. Из-за этого мы подсели на крекерную пыль. Нил задумчиво посмотрел на него. Он не мог сказать, что любил свою маму. Он был к ней привязан, да, но не любил так, как сын мать. Он скорее осознавал, что без нее ему не выжить и терпел все подзатыльники да сломанные кости. Возможно, он может понять Аарона, но и Эндрю тоже. От отца он тоже с радостью бы избавился, еще и плюнул бы ему на могилу. — А Мэтта зачем? Эндрю пристально посмотрел на него и начал свой рассказ: — Когда мы с Аароном и Ники поступили в Пальметто, Мэтт разрывался между желанием принять и желанием бросить. Я наблюдал за ним две недели и пришел к выводу, что если не вмешаться, он сорвется. Я не мог этого допустить. Тогда я поговорил с его матерью, Рэнди Бойд, она одобрила мою идею. Тогда я повез Мэтта в Колумбию и предложил спидбол. Он согласился. После этого приехала его мать и не отходила от него ни на шаг, пока проходил синдром отмены. Просила не наказывать меня, даже хотела заплатить Ваймаку. Отмена была такой ужасной, что после этого он бросил окончательно. Методы Эндрю были жестоки, но действенны. Этим он напомнил ему маму. Резко вспомнились ее удары, после того, как она узнала про поцелуй. Нил поморщился и незаметно дотронулся до своих рёбер. Он не считал, сколько рёбер сломала ему именно она. Остановился на семи. — Мне достаточно. Эндрю посмотрел на него и выпустил колечко дыма ему в лицо. Нил фыркнул и рукой отогнал его. — Я кое-что узнал. О Кевине. Эндрю склонил голову по-птичьи. — И что же? Удиви меня, — Эндрю затянулся. — Он вампир. Эндрю закашлялся. Нил ухмыльнулся, забрал из его рук сигарету и спокойно сделал затяжку. Когда Миньярд прокашлялся, требовательно посмотрел на него. — Повтори. — Кевин — вампир, — легко сказал Нил и пожал плечами. — С чего ты это взял? Ни на кого из нас он не напал. — Мне сказала его бабушка. Эндрю скептически поднял брови. — Бабушка, — скорее сказал, чем спросил он. — Ага. — У него нет бабушки. — А вот и не угадал. Есть. Да ещё и не простая. Главная ведьма в магическом мире. Эндрю вгляделся в его лицо, ища признаки лжи и не находя их. — Он не бросался на кровь. — Он просто ещё не умер. Хочешь, я его убью? Или можем попросить Сета, он с радостью это сделает. Эндрю недовольно зыркнул и отвернулся. — А что, хорошая идея, — беззаботно сказал Нил. — Ты подумай об этом. На него, возможно, будут охотиться другие вампиры. Его мать кое-что у них взяла. Теперь они подозревают, что это что-то у Кевина. Его бабушка делает все возможное, но вампиры довольно упертые. Если от Рико ты его хоть как-то защитишь, то вампиры сломают тебе позвоночник и даже не моргнут. Нил попытался все понятно объяснить, но не вдаваться сильно в детали. Эндрю переваривал информация, а потом усмехнулся. — Ты превратишь их в жаб. Нил опешил. Эндрю доверил ему защиту Кевина? — Я сделаю все возможное, — пообещал ему Нил. Он встал, сбросил окурок с крыши и пошел в комнату. Часы показывали начало второго ночи. Войдя к себе, Нил постарался не шуметь, усилия оказались напрасны: Мэтт горбился над столом, сонно таращась на экран компьютера. Когда стукнула входная дверь, Бойд выпрямился, и в отблесках монитора Нил разглядел на его лице беспокойство. — Ты в порядке? До Нила вдруг дошло, что Мэтт не ложился из-за него. Удивление и неожиданное чувство вины свились в груди тугим узлом. — Да. Он показывал мне упражнения «Воронов». — Утром взвоешь, — сказал Мэтт, закрывая ноутбук. Не взвоет. Нил может выпить те зелья, что дала ему Би. Он навестил ее недавно. Они поговорили, и Би, как психолог успокоила его. Нил забрался по лестнице на верхний ярус и уснул. Казалось, прошло всего несколько секунд, и вот уже запиликал будильник. Нил поглядел на часы, перепроверил время, а после протер глаза, прогоняя усталость. Он достал полупустую склянку и допил. Усталость как рукой сняло. Надо попросить у Би еще зелье. На корте ничего не изменилось, если только незаметные взгляды Эндрю, которые Нил, к огромному разочарованию Миньярда всегда замечал. Он видел, что Эндрю начал пристальней наблюдать за Кевином. Может, он обдумывает его убийство? Было бы неплохо. Также он заметил взгляды Ники. Он не контактировал с ним, но зла уже не держал. Пусть помучается. Терпения Ники хватило до вечера среды. Лисы готовились к выходу на поле — кто-то натягивал форму, кто-то надевал экипировку, — когда Ники наконец прорвало. Правда, заговорил он на немецком и вовсе не с Нилом. — Как думаешь, он нас простит? — обратился он к Аарону. — А тебе не все равно? — пожал плечами тот. — Тем более ничего не произошло. Он не наша забота. Нил, возившийся с ремешком защитного воротника, замер и изумленно воззрился на обоих. Эндрю знает, что Нил владеет немецким, следовательно, эти двое тоже должны быть в курсе. Он им не сказал? Нил довольно оскалился. Миньярд нравился ему все больше. Ни один, ни другой на Нила не смотрели. — В смысле — не наша забота? — переспросил Ники. Аарон молчал, и очень скоро Ники не выдержал: — Опять ты начинаешь эту хрень? Хочешь цапаться со всеми до самого выпуска? Поняв, что это обычная ссора и ничего интересного он из нее не вынесет, Нил отключился от разговора. Очнулся только тогда, когда Аарон вылетел из раздевалки, пнув бедную скамейку. Вечером Кевин снова зашел за Нилом. Пожелав спокойной ночи недовольным товарищам по команде, Нил пошел за Дэем в машину. Эндрю курил за рулем, но, завидев их, затушил сигарету. Он отвез их на стадион, подождал, пока они переоденутся, а потом занял свое обычное место на трибуне. Тренировка, в принципе, прошла как обычно. *** Через две недели Комитет по регламенту экси официально объявил о переходе «Воронов» в другой округ. Ваймак звонком предупредил об этом Лисов, когда они вернулись в общежитие после тренировки. Мэтт включил телевизор и нашел спортивный канал. Новость уже озвучили в эфире, и сейчас в студии как раз обсуждали реакцию публики. Ведущий трещал без умолку, и Нил впервые захотел вырубить спортивный канал, на котором говорили об экси. — Ну, началось, — вздохнул Мэтт. — Теперь прохода нам не дадут. У тренера телефон от звонков разорвется. — Я не хочу выступать в этом цирке уродов, — заявил Сет, открывая очередную банку пива. — Отправим его обратно на север, и дело с концом. Нил хмыкнул. Этот ребенок еще уродов не видел. Он вспомнил чудовищ, которых отец заставлял убивать. С помощью магии и с помощью зачарованных мечей, ножей и кинжалов. В голове вспыхнули воспоминания. Маленький, лет 8-9, рыжеволосый мальчик зашел в темную и просторную комнату. Натаниэль огляделся, сжимая в руках длинную катану. Он глубоко вздохнул, почувствовал затхлый, смешанный с кровью запах. Натаниэль сморщился. Он прислушался, и чуткий слух смог уловить тяжелое дыхание, больше походящее на хрип. Натаниэль резко посмотрел в правый угол, откуда доносилось дыхание, и стал вглядываться в неестественную темноту. Шаг. Шаг. Шаг. Монстр приближался, но Натаниэль не отступал, зная, что если камера, висящая позади него горит красным, то она работает. Отец внимательно наблюдает за ним. Нельзя допускать ошибки. Когда чудовище полностью вышло из тени, Натаниэль смог рассмотреть его. Он был огромных размеров. Его тело было синего цвета, а грива грязно-желтого. Огромная пасть, с такими же огромными зубами растянулась в оскале. Четыре красных глаза следили за каждым его движением, а… Нил встряхнул головой и сосредоточил свое внимание на Сете. — За что ты его так ненавидишь? — ухмыльнулся Нил, понимая, что Дэй, со своим характером далеко не ангел. — Меня бесит, что он имеет все, чего не пожелает, только потому что он — Кевин Дэй, — желчно бросил Сет. Мэтт хотел что-то возразить, но Сет жестом его остановил. — Ты понимаешь, что дает слава? Все! Одно твое слово и тебе что угодно преподнесут на блюдечке. Неважно что, неважно кто. Весь мир жаждет угодить Кевину Дэю.       Когда он сломал руку и стал помогать тренеру, фанаты рыдали в три ручья и завалили «Лисью нору» цветами и письмами. «О горе, великий Кевин Дэй больше не может играть, наша жизнь окончена». Убивались по нему — что ты! А скажи-ка мне… — Сет подался вперед, сверля Нила взглядом. — Когда в последний раз кто-нибудь проливал слезы по тебе? Никогда, верно? Ради Кевина фанаты готовы на все, но где они были, когда мы нуждались в их поддержке? — Так ты завидуешь, — понял Нил. Сет сделал вид, будто хочет запустить в него банкой. — Если он талантливее меня, это еще не значит, что моя жизнь стоит меньше! Почему вокруг Сета всё время крутится тема жизни и смерти. Совпадение или все чувствуют его смерть? — У вас с Кевином у обоих отвратительные характеры, но играет он лучше, вот его и любят. — Послушай-ка, умник хренов… — вызверился Гордон, но встретив угрожающий взгляд Нила, с подрагивающими зрачками, немного остыл. —Сет, ты бы прислушался, — вклинился Бойд. — Это твой последний год в универе, может, пора что-то в себе поменять? Стань лидером, поведи за собой, и ты завоюешь любовь публики. — А смысл? — Сет снова развалился на диване. — Мы — посмешище всей ассоциации, и осенью «Вороны» нас в труху перемелют. На хер рвать жилы, если ни одного Лиса все равно не пригласят в сборную. — С таким-то настроем — конечно. А если мы немого постараемся? Если немного приложим усилия? Если немного порвем жилы и собственные задницы? Может быть, нас заметят? Заметят не Кевина Дэя, а нас? Сета Гордона, Мэтью Бойда или Даниэль Уайлдс, — Нил всплеснул руками. — Всех! Если мы будем стараться и выкинем всякую херь из головы, объединимся и порвем Воронов? Тогда все будут говорить о нас. И вот она — долгожданная слава на блюдечке с золотой каемочкой. Нил перевел дух и понял, что потерял контроль. Его глаза стали красными, а зрачки вертикальными. Сет и Мэтт смотрели на него в шоке. — С таким-то фокусником мы выиграем, — прошептал пораженный Сет. — Это точно. Нил понял, что они начнут задавать вопросы, но не сейчас. Сейчас они ошеломлены горячей речью и необычными глазами. Но ему стоит начать думать о том, что им сказать.