Жаркая осень

Ритуся была смешливая девушка, высокая блондинка с серыми глазами. Класса до восьмого она ходила с длинными прямыми волосами, почти закрывавшими лицо, и была довольно стеснительной. В восьмом она вышла из детства, стала общительной и постригла волосы коротко. Тут же оказалось, что у неё растёт соблазнительная грудь и бёдра уже не подростковые. И сексом она начала интересоваться, конечно, в основном теоретически – в их небольшом городке про любые связи узнавали быстро, родители бы её живьём зажарили на шашлык, так что девочки вроде Маргариты и Кати только обсуждали эти темы между собой и иногда посматривали эротику; в лучшем случае целовались со своим парнями и обжимались, но непременно в укромном местечке. В общем, сейчас Ритуся, как и Катя, быстро двигалась к 18-ти и уже интересовалась этим активнее (хотя всё ещё побаивалась родителей). Да и парни на неё заглядывались – у неё не было такой «стены», как у Кати. Вот она и разрывалась между желанием попробовать взрослую жизнь и остаться достаточно скромной, чтобы не сделаться мишенью для слухов. Вернувшись от бабушки, она сразу же позвонила подруге, и Катя сразу же прибежала. Маргарита выглядела просто сногсшибательно, встретив подругу в домашнем белом простом платье, очень коротком – она бы и сама парня в таком не приняла бы, переодела. Но жара ещё стояла, а они с Катей друг друга давно не стеснялись – дружили с тех лет, когда и стесняться-то было нечего. Так что сейчас Ритуся разбросала свои загорелые голые ноги по дивану. На столике были фрукты и бутылочка полусладкого – выпивали за Катино прошедшее семнадцатилетие. Маргарита уже с полгода назад разменяла этот возраст. - Ну за тебя, Катюша! Что пожелать, даже не знаю – вроде всем ты не обижена. Чтобы приятных сюрпризов было много в этом году! – Рита наклонилась и поцеловала подругу в щёчку. Они выпили, вцепились ногтями в апельсины, и по комнате поплыл цитрусовый запах. Разговор быстро перешёл на «популярную» тему. Дело в том, что в деревне Ритусиной бабушки жил давний поклонник Ритуси, Вовка, с которым у неё всегда случались какие-то приключения. Но если в давние года приключения в основном касались речки и леса, сейчас их приключения стали носить явный эротический характер, тем более что спрятаться было куда, одежды летом мало и так далее. Так что если её одноклассницы целовались с дворовыми и одноклассниками, стоя за деревом в парке, Ритуся впервые вовсю сосалась с шустрым Вовкой, лёжа с задравшимся платьишком на поляне в лесу или вообще в одном купальнике на речке. Может, и лишилась бы она невинности лет в пятнадцать, если бы не отчётливое понимание одного: с туповатым, в сущности, дружком из деревни ничего серьёзного у неё никогда не будет – не говоря уже про замужество. Она может только с ним потрахаться, а потом уехать домой и ещё потом поступить в колледж, и больше его не видеть. Причём понимал это и Вовка. Это мешало Рите наконец поиметь с ним свой первый раз. Но не очень мешало Вовке, так что в каждый август Рита привозила рассказы об их дальнейшем исследовании возможностей подростковой эротики. И вот Маргарита после второго бокала уже увлечённо рассказывала, как её бабушка препятствовала её тесному общению с Вовкой: - Если бы он её не боялся, уже точно давно бы меня трахнул где-нибудь под кустом... Ритуся была очень откровенна в речи, особенно после пары бокалов – никто бы не догадался, что она ещё девочка. Но Катя давно привыкла к её рассказам, они её даже не возбуждали. - Так было что-то новенькое этим летом, или так и тискались, как раньше? - Конечно! Я же тебе рассказываю! Он даже один раз ко мне в окно залез! - Ну да, это точно новенькое! - Я тебе говорю! Ну и, видимо, подготовился, помылся – выразил, так сказать, уважение. - Помылся – это было очень значимо? - Ещё бы, я же рассказываю! Я его член в рот брала! - Ого, ну и как? - Погоди... В общем, залез он через окошко, шепчет: «Раз ты мне уступать не хошь, должна по-другому утешить! - И ты сразу...? - Да не лети ж ты! Я с ним спорить, конечно, говорю: не брала и не возьму! Мы, наверное, пошумели, потому что бабушка проснулась. - Прямо с приключениями! И нагнала его? - Да, влетела в комнату прямо со скалкой, он так бросился тикать, цветок на подоконнике уронил! - Ну и на этом же не кончилось? - Нет, конечно! Он, видимо, прождал где-то часа два, и потом снова меня разбудил. - Ну а ты уже была морально подготовлена... - Уже не стала спорить, он стянул шорты, я сразу в рот взяла. - И он кончил? - Кать, ты какая-то бесчувственная, что ли? Это же процесс! Ты его лижешь сперва, язычком по венам, по уздечке... Катя улыбнулась. - Мы ж с тобой смотрели всё это, я как бы в курсе. И он кончил тебе в рот? Ты всё проглотила? - Не оставлять же пятна. Потом почистила его. - И тебе понравилось. Ритуся даже немного надулась. - Да, понравилось. Если бы не бабушка... Она потом следующую ночь не спала, подкараулила его во дворе и таки стукнула его чем-то. После этого в окно он больше не лез. Она сделала ещё глоток и добавила: - Ты знаешь, если бы так лазал каждый вечер... Я бы, может, плюнула на всё и отдалась. Не всё ж в детский сад играть. Пора уже что-то такое... Ну... – Она мотнула головой в сторону бутылки. – Давай наливай. Про детский сад Катю таки немного царапнуло. Наверное, они со Славой тоже играют в отношения, как дети. Вчера вон даже не поцеловались. Не пора ли и им в постельку? Она фыркнула. Всё-таки представить, как она расстёгивает Славику джинсы и берёт в рот его член, без фырканья не получалось. Но ему же, наверное, тоже уже давно хочется?