Андромеда

Никогда я ещё так не радовалась звонку на урок. Я делала домашнее задание около двух часов, отнеслась к нему с полной серьёзностью и была уверена на то, что получу пятёрку. Наталья Геннадьевна стёрла с доски, затем уселась на учительский стул и начала медленно оглядывать наш класс. Женщина это была довольно приятная, не то что некоторые другие учителя. В меру строгая, но в тоже время не очень добрая, не баловала нас. Мы ее уважали.     Меня всегда забавляли ее кофты, они было совершенно разные, казалось, у неё был целый гардероб, просвещённый различным кофтам. И с рюшами, и со стразами, с пайетками. Рисунки на них были тоже интересными, можно было весь урок потратить на рассматривание этих рисунков. В двух словах, интересная была особа. — Петровой нет. Как всегда. Интересно, когда она возьмётся за ум? Начался урок, и прошло уже тридцать минут, он подходил к концу, а домашнее задание все ещё не спрашивали. Я подняла руку в тишине, она тряслась от ожидания. —Миран? —Наталья Геннадьевна, а вы соберёте у нас домашнее задание? — робко поинтересовалась я, сглатывая, и опуская на парту руку. Когда с задней парты я услышала злобное: «Стеша», пришлось обернуться. Я лицезрела скалящуюся физиономию одноклассницы, которая была готова меня разорвать в клочья. И только тогда я поняла, что сделала. —Точно, я совсем забыла! Спасибо, Стефани. Тетради на край стола, я пройду, соберу. А потом можете считать урок оконечным. Лиля обернулась: —Стеша, кто тебя просил? Куда посмотреть? Кругом были только унылые и злые лица. Я повела себя как зубрила. Но а что мне ещё делать? Я просидела над задачей столько времени, мне нужна пятёрка за мои старания. Даже не хочу упоминать, что со мной произошло на перемене. Меня обвиняли разумно, но обидно. Громче всех высказывалась Микки, доказывающая, что я эгоистка. —Это ведь ваши проблемы, что вы не сделали домашнее задание! Я просидела над ним больше часа, я имею право на хорошую оценку. —Ты поступила ужасно, ты предала меня. — говорила Лиля, будто я только что пыталась скинуть ее с крыши. Пальцы ее недовольно стучали о парту, что мне показалось, что там скоро образуются вмятины. —Говоришь как ботан.— заявил Дима, сидевший на парте и угрюмо грызший огрызок от яблока. —Знаю!— вскрикнула я.— но в этом виноваты только вы. Обвиняйте меня дальше, но уже без моего присутствия. На этой ноте я выпорхнула из класса, хлопнув дверью. На секунду стихли голоса, а потом раздались с новой силой. Будто я им мало помогала. Одной Лиле — сколько раз прикрывала ее перед учителем? —¿Qué pasó?— услышала я за спиной. Неужели, сама Диана решил выучить испанский? Она стояла за мной и перебирала кудрявые волосы. —Они меня обвиняют, за то, что я напомнила учителю про домашку. В этот момент Диана захлопала длинными ресницами, а потом так и покатилась со смеху: —Пф, и ты теперь на них теперь ещё и обижена? Не понимаю ее иногда. Что смешного в моей фразе? Мне например, напротив, очень грустно. —Понимаешь,— мы начали идти по пустому освещенному коридору, все ребята уже собирались в зале лекций.— я делала эту работу два часа, почему я не могу потребовать награды за свой труд? Диана ещё недолго кивала головой, потом вздохнула и начала свою речь: —Но понимаешь, ты же делаешь домашнее задание не ради пятёрки? А ради понимания материала и... —Ты говоришь как семидесятилетняя учительница!— перебила ее я, хотя прекрасно понимала, что Диана говорит правду. Но ведь лишняя пятёрка никогда не помешает! Сколько я тружусь ради хороших оценок, а некоторые мои одноклассники и глазком в учебник не глянут. И что ли, я в этом во всем виновата?     Мы с Дианой подошли к залу, где должна была сейчас начаться долгожданная лекция о космическом пространстве. Внутри уже было душно, ученики слегка шумели. Учителя запускали всех поочерёдно. Чтобы сесть рядом с Дианой, мы должны были пройти сразу же друг за другом.     Наш лекционный зал был одним из самых лучших и удобных мест в школе. В зелёных цветах, просторный и с большими окнами. Огромная доска, размером почти на всю стену. Места для докладчика оставалось совсем немного, так как все остальное пространство было заставлено стульями. Моих одноклассников ещё не было.     Мы заняли места в четвёртом ряду у окна, самый крайний стул я поберегла для Лили. Она сейчас появится. И вот, я уже вижу копну каштановых волос, Машу рукой, давая понять, что заняла ей место, но девочка церемонно отводит от меня взгляд, и садится совсем в другой ряд, с другой стороны. Обида залегла в ней, хотя я прекрасно знала, что та уже забудет об этом спустя час и будет как ни в чем не бывало громко хохотать и общаться со мной. Такая уж была у неё натура. Я решила сместиться, и уже была готова отвлечь Диану, как к месту, которое я занимала для Лили кто-то подошёл. Я подняла глаза, и увидела испуганные, метавшиеся в разные стороны глаза. Передо мной стоял Лёва, тот самый, которого вся школа  принимала за сумасшедшего. —Тут свободно?— дрожащим голосом произнёс он, все ещё пошатываясь. —Да...— ответила я, и слегка отодвинулась, что в свою очередь заметила Диана и даже слегка пискнула. —Лёва?— прошептала она, сглотнув. —Да. А что? —Нет, нет, ничего.— а затем ещё раз прибавила:— ничего. Лёва присел на стул и робко улыбнулся Диане. Потом отвернулся от нас и начал внимательно смотреть в окно, будто там было что-то инопланетное. Странно, со стороны он совсем не выглядел ни больным, ни психом, ни сумасшедшим. Самый обычный скромный мальчик, совсем непримечательный и скованный. Такой хрупкий, казалось, что он вот-вот рассыплется, даже если его просто тронуть пальцем. Я рассматривала его затаив дыхание. Дело в том, что волосы его были цветом точь в точь как у меня, Такие же светлые. Даже оттенок тот же. Нос ровный, губы пухлые. Вовсе не уродец, как его называли некоторые. —Что такое?— вдруг спросил он меня, резко обернувшись. —Ничего, а что случилось?— я поистине напугалась. Даже его голос был очень тихим и спокойным. —Ты уже около минуты разглядываешь меня.— он вздохнул.— все в порядке? —Как ты это понял? Он медленно опустил глаза, а затем и голову. —Это было видно, я же не полностью отвернулся. —Прости, пожалуйста, я знаю, это неприлично.     Лёва ничего не ответил, голову он не поднял. Замер. Смотрел в пол, не двигаясь. Такой одинокий, холодный, среди всей суматохи он казался таким маленьким, будто потерявшийся ребенок посреди вокзала. Внезапно выпрямился, встряхнулся и уставился на проектор, к которому уже выходил лектор. Мужчина лет пятидесяти, полный и очень некрасивый. Он покашлял в кулак, отхлебнул из термоса и начал говорить. Говорить очень монотонным голосом.     Я обернулась на одноклассников, ребята весело шептались о чем-то, а я загрустила, что меня нет в их компании. По бокам от меня сидят Диана, которая уже тихо сопела, и Лёва, без лишних движений смотрящий в окно. —Объект Мейола. Это две галактики, входящие в созвездие Большой Медведицы. Безусловно, они взаимодействуют друг с другом.— говорил лектор, то и дело прерываясь на термос. Если уж Лёва действительно с другой галактики, как говорила Диана, то скорее всего, именно с Объекта Мейола, прилетел на землю, преодолев четыреста пятьдесят миллионов световых лет. Такое возможно? Я не становлюсь такой же сказочницей, как Диана, но иногда можно и предложить какую-то интересную теорию. —Я слышу тебя, небо.— услышала я шёпот со стороны Лёвы. Он сидел, заворожённый видом из окна. Потом он медленно повернулся ко мне и улыбка пропала с его лица.— ты что, совсем не любишь небо? —С чего ты взял? —Ты не смотришь на него. —Смотрю. Но не в данный момент. —Я каждый день смотрю на небо. Если кто-то меня обидел, и я начинаю считать себя бесполезным человеком, я смотрю на небо. Оно меня убеждает в обратном, у неба никогда не бывает ошибок, оно даёт жизнь людям, и дало жизнь мне, значит, я нужен этому миру.     Последнюю фразу мне удалось пропустить с особым трудом. Разумеется, разумеется ты нужен этому миру! Как вообще можно считать себя бесполезным? Меня интересовало, почему этот мальчик вдруг ни с того ни с сего начал со мной разговаривать? Он будто почувствовал, что я интересуюсь им, что хочу попробовать с ним поговорить.     Меня сегодня обидели одноклассники. Или же, это я их обидела. Неразбериха получилась с этим домашним заданием. Я посмотрела на небо, в надежде узнать все ответы на многочисленные вопросы, кто был прав, кто виноват, но увидела лишь пустые облака. Никакого эффекта не было, и никаких ответов это бесконечное пространство мне не дало. Как вообще можно с таким интересом наблюдать за облаками, сменой цвета? Лично я пыталась лицезреть закат, как медленно опускаемся солнце, окрашивая все вокруг в малиново-рыжий цвет, и создавая аккуратный и плавный градиент. Но мне надоело уже на второй минуте. Видимо, нет во мне чего-то такого, таинственно и интересного, что заставляло бы меня хотеть так долго любоваться небесами. —Небо с тобой общается?— тихо спросила я, передвигаясь все ближе, чтобы не пропустить далекие, холодные и тихие реплики мальчика. —Да, я слышу его. Оно всегда искреннее.     Сумасшедший... Я чуток побаивалась его. Все таки разные слухи ходили об этом человеке. Не зря его все сторонятся. Но с другой стороны, жалко было его. Он ведь вовсе не виноват в том, что является изгоем, и не только класса, всей школы. Ну разве здоровый человек будет общаться с неодушевленным? Он настолько одинок, что единственный его собеседник— небо. Тут он резко встряхнул головой и с ужасом посмотрел на меня. —Прости!— выпалил он. —За что? —Я слишком много всего говорю. Даже сейчас. Я не должен был сейчас говорить то, что только что сказал... все. Больше ни слова не уроню.— это он проговорил так быстро, что я еле успела уловить смысл фразы. —Ты что? Все в порядке.     Постой, не уходи, вернись! Я хочу ещё поговорить...     Но Лёвы уже не было со мной. А точнее, физически он сидел рядом, но душа его уже улетела к другому объекту. Лектор продолжал нудить, и со всей моей любовью к космосу, даже я стала потихоньку засыпать. Он говорил что-то про Урана, про Бога Неба, в честь которого назвали планету. Уран, наверное, тоже умел разговаривать с небом...