Внутренняя атимия

      Следующие несколько дней для Акке стали подобны хождению по тонкому тросу.       Одну часть дня ему приходилось проводить в присмотре за двумя детьми. Харланд, его демон-напарник, был хлеще любого забияки: шумный, приставучий и вечно норовит подбить если не на грех, то хотя бы на мелкую пакость их подопечного. И если последнее было нормой для его вида, то все остальное шло исключительно в сторону самого ангела. И было так всегда. Он даже не помнил, как давно они были в паре. Века? Тысячелетия? Однако, работали они всегда честно и на каждом решении Судьбы спокойно воспринимали свои поражения. Хотя у демона их все же было больше.       Вторая же часть дня проходила рядом с Дамианом. Правда, если это можно было так назвать. Старший ангел выполнял свое слово и приходил каждый раз, когда на Токио опускались сумерки. Ему везло, что его смертному было всего семь лет отроду, поэтому по ночам он спокойно спал и в присутствии рядом не нуждался.       Падший ангел первые дни смотрел на него все с тем же недоверием и по несколько часов сидел рядом, лишь изредка кидая фразы. Работе он мало мешал, но сидеть под чужим взглядом было неуютно. Вот только эта часть их времяпровождения была намного лучшей той, когда тот просто уходил к себе, огрызаясь и снова угрожая. «Только посмей сунуться и я сбегу в другой город так, что ты меня больше не увидишь ».       А Акке и не собирался соваться. Хоть ему и было больно из-за такого отношения, но он продолжал цепляться за него. Ощущение чужой ауры за стенкой успокаивало его зудящие раны, и, дабы меньше себя терзать этими мыслями, он стал брать больше работы. Ему всегда это помогало: отчеты и решение проблем отчищали его разум от горьких мыслей, даря хоть какой-то глоток облегчения. Наверное, поэтому он и был известен, как один из главных трудоголиков Светлограда. — Будь ты уже обычным мальчишкой, дерни ее за косичку! — раздается раздосадованным голосом сбоку, заставляя ангела перевести взгляд на владельца того. — С чего бы ему таким заниматься? — С того, что она ему нравится, а она не обращает на него никакого внимания! Поэтому ему нужно стать мужчиной и сделать первый шаг! — Ты явно путаешь менталитеты. И что это за глупый первый шаг? — Дети и в Африке дети, — отмахивается Харланд, а после снова начинает возмущаться.       Сейчас они наблюдали за своим подопечным во время обеденного перерыва. Хиро был достаточно тихим и спокойным ребенком. У него друзей-то толком не было, а этот глупый демон уже напридумывал ему свадьбу и детей с его соседкой по парте, а они даже поговорить нормально не могли. Но тот в первый же день занятий заявил о какой-то искре и предназначение друг другу. Иногда Акке искренне не понимал, как демон может быть вот таким. — Она на тебя посмотрела! Ну же, иди к ней! — все не унимался тот, стоя рядом с мальчиком и размахивая руками. — Ты же помнишь, что он тебя не видит, да? — ангел даже приподнимает бровь. — Я на него влияю, влия-яю! Еще пару минут и точно осмелеет.       Довольный и громкий смех заполняет комнату, перекрывая разговоры детей. Акке лишь вздыхает с этой глупости, но лезть не стал. Прекрасно знает, что это в любом случае бесполезно. Пока это все беззаботные шалости, а если Харланда понесет, он естественно вмешается и направит маленького Хиро на верный путь. В своей очередной победе у него даже сомнений не было. Почти не было. — Не на твою же грустную морду мне смотреть, — раздается слишком неожиданно практически перед самым носом. Демон опять подошел так близко. Приходится отодвинуться немного. — Нормально все у меня с лицом. — Ты же знаешь, что из ангелов вруны никакие? Нет в вас этой прекрасной жилки. Тем более я тебя прекрасно знаю и могу отличить лицо «заткнись, ты меня раздражаешь» от «я заебался, помогите». — Ничего такого… — Дело в том пацане, да?       Акке вздрагивает и сжимает руки в кулаки. Он уже сто раз успел пожалеть, что однажды не выдержал натеска вопросов и все рассказал. И о падении, и о его вине. Теперь его периодически спрашивали, словно действительно беспокоились. Но ведь перед ним демон, которому совершенно чуждо сострадание. — Не понимаю, о чем ты. — Опять по новой. Не умеешь врать – не берись, — фыркает Харланд и щелкает по чужому носу, вызывая чужое фырканье в ответ. — Ты и до этого был весь поникший и постоянно себе на уме. А последние несколько дней и вовсе не здесь, а как Хиро засыпает, сразу же уходишь. Ты нашел его, да?       Акке внимательно смотрит в чужие глаза, пытаясь понять причину расспросов. Признавать чужую правоту не хотелось, но ведь… Из него и правда очень плохой лгун. — Нашел. И, кажется, опоздал. — Ты бы действительно опоздал, если бы Дамиан был уже не падшим, а демоном. Но тот придурок до сих пор не стал кучкой пепла, а значит еще не так поздно.       Если люди после своей смерти просто уходят в Рай или Ад, где позже их ждет перерождение, то с ангелами и демонами все куда сложнее. У ангела есть несколько путей: он может пасть и жить на Земле, не вправе больше подняться на Небеса, может превратиться в пыль, а может… Стать демоном. Для этого просто нужно убить ныне существующего и занять его место. Большая часть демонов в прошлом была ангелами, и один из них как раз стоял перед Акке сейчас. Наверное, в этом и кроется причина его относительно дружелюбного отношения, ведь до этого они были друзьями. — Возможно, ты прав, но… — уже хочет начать говорить ангел, но его грубо прерывают. — Никаких «но», Акке, — голос демона неожиданно становится серьезнее. — Падение не проходит бесследно и он явно не тот, каким ты его помнишь. Но это все еще Дамиан. И всегда им будет. И если ты чувствуешь вину, то прекрати это и прими его таким. Давай, включай свою ангельскую лабуду и вперед, покорять сердце падшего ангела! Если я выиграю в этот раз только из-за твоей хандры, это же вообще полная скукотища.       В коридоре зазвучала негромкая песнь, заменяющая звонок в начальной школе. Дети торопливо стали собирать свои чемоданчики для еды. Перерыв заканчивался, и им нужно было возвращаться к занятиям. Хиро как раз допивал свой сок, как вдруг слишком сильно сжал ручкой пакетик и остатки из трубочки попали ему на школьный жакет. Пухлые щечки покрылись румянцем, а он сам принялся искать платок по своим карманам.       «Но он же забыл его утром», — мелькнула мысль у Акке. Из-за его задумчивости влияние демона немного усилилось, и ребенок стал более рассеянным. Нужно брать это под контроль.       Однако положение спасает та самая соседка, которая протягивает свой платочек с вышитым на нем зайчиком. Хиро благодарит ее и забирает его. Харланд в это время расплывается в улыбке, снова принимаясь махать руками: — Я ожидал не такого, но и так сойдет! Видишь, у них есть искра, есть! Завтра заставлю его дернуть ее за косичку, просто жди!       Демон дальше расходится в своей тираде, о том, как он сведет их вместе, но Акке его уже не слушает. Он тихо наблюдает за улыбкой на лице своего подчиненного. А когда в кабинет возвращается учитель, идет в коридор. — Из тебя просто никудышный демон. — Чё, блять? — возмущается его напарник, направляясь следом. — Тебе напомнить, как я заставил одного из наших прошлых подопечных устроить огромный пожар? — Тебе просто повезло, что тогда ты перетянул влияние на себя, — ангел слегка морщит нос от этих воспоминаний. — С твоими планами тебе надо было в купидоны подаваться. — Ага, разбежался. Еще скажи, что мне подойдут эти… Подгузники, во! Еще про колчан со стрелами на розовом пояске скажи. — О, не приведи Господь, увидеть тебя в таком, — Акке едва сдерживает смех, позволяя лишь прыснуть себе в кулак.       Харланд продолжает возмущаться на заднем плане, но его уже практически не слушают. Хоть он и был глупым демоном, но иногда даже он был способен выдать что-то правильное. Не в его власти изменить прошлое, поэтому как бы он не хотел и признавал свою ошибку, падение Дамиана это не отменит. Только Одному подвластно данное чудо, но сколько Акке уже существует, его никогда не случалось. Павших ангелов было не так много, но они либо предпочитали оставаться на Земле, либо становились демонами. Светлоград словно терял для них любой смысл. Если он, конечно же, был…       Останавливаясь возле окна, Акке наблюдает за полуднечным солнцем. Без этого грубого мальчишки его мир теряет все краски, поэтому каким бы тот сейчас не был, он останется рядом. И сделает все, чтобы снова увидеть ту самую улыбку, которую дарили только ему в дни, когда они были счастливы.