366 дней челлендж "Пиши"

      ДЕНЬ 42: "Кошмары на Гриммо 13"       Фандом: Гарри Поттер, UnderTale (AU: BittyTale)       Идея: Гермиона Джин Грейнджер -умнейшая ведьма. А Гарри случайно стал часть группы плохих Сансов... Ах, но эй, они милые битти, так что не страшно.       Предупреждения: Взрослые персонажи, оос, уклонения от канона, некоторые битти честно придуманы мной, потому что нечего себе придумывать - - - - - - -       Каким-то образом, думает Гарри, это имеет шанс сработать. С другой стороны, это план Гермионы, и она никогда не ошибается — а ее ошибки, благодаря своевременной помощи Рона или самого Гарри, не живут достаточно долго, чтобы заявить о себе миру. Это было их маленьким соглашением между ними — как бы долго они не игнорировали друг друга, в конце концов, они всегда придут, чтобы прикрыть спину другого.       Итак, Гермиона. Она всегда была амбициозной ведьмой, стремящейся к вершинам, не стыдясь идти по головам или изворачиваться, как чертова ящерица, которой она была. Иногда Гарри сомневался, какой именно ящерицей он ее видел — волшебной огненной саламандрой, что могла выжить при ужасающих температурах, или обычной хитрой занозой, что сбрасывала при опасности хвост, чтобы иметь шанс выжить. Слизерин плакал бы по такой ведьме кровавыми слезами — если не уже. По крайней мере, Гарри слышал несколько слухов о том, что многие студенты серебристо-зеленого факультета преследуют секретаря Министра с очень «благоприятными» намерениями. И будучи самой собой, Гермиона всегда стремилась узнать как можно больше всего, что только возможно — в случае, если знания выходили за рамки возможного, она дергала за ниточки, использовала Гарри, и получала необходимые для себя знания.       Гермиона Джин Грейнджер была библиофилом высшего разряда, и Поттер искренне уважал это в ней.       Ничего удивительного, что когда в 2004 году монстры вышли на поверхность земли из-под горы Эббот, еще и в колоссальном количестве и вместе с разрывом ткани реальности и дырами в пустоте, двадцатипятилетняя Грейнджер собрала вещи, собрала Рона и, бросив работу, переехала в Америку. Гарри, который остался «присматривать» за Англией, помахал ей рукой, стоя на безопасном расстоянии от самолета, а после спокойно похоронил себя на Гриммо 13, тщательнейшим образом занимаясь очень важными делами и игнорируя мир за пределами дома, кроме нескольких писем из Гринготтса.       В основном, письма из банка были простыми и понятными: маги были открыты обществу; волшебные существа признаны монстрами и были приняты в разные кланы монстров Америки; разные кланы монстров в Америке — это куча одинаковых монстров из разных вселенных. Из последних писем 2009 года, там было примерно семь кланов, но Гарри не стремился изучать этот вопрос поближе. Он заприметил прямой запрос о том, что монстры нуждаются в поддержке, и просто дал карт-бланш своему поверенному разумно распоряжаться сокровищницами Лестрейнджей и Риддла, чтобы помочь волшебным существам. В любом случае, количество денег на одну темноволосую голову дикого героя, было слишком огромным, и деньги продолжали прибывать.       В любом случае, именно этого разрешения ожидали гоблины, чтобы отстать от мага.       Рон был тем, кто в основном звонил Поттеру по волшебному зеркалу, чтобы узнать состояние здоровья зеленоглазого волшебника, и поделиться последними новостями. Со временем Рон, будто в противовес своей второй половинке, — практически буквально, Гарри знал, что их связь крепче, чем многие могут сказать, — стал спокойнее и начал больше пускать корни в место, где живет. Кажется, вместо стремления к высотам, славе или работе в квиддич, он стал больше интересоваться тем, чтобы убеждаться в безопасности Гермионы и заниматься обучением нескольких детей домашней магии.       Рон Уизли был последним человеком, которого Гарри представлял терпеливым и спокойным учителем для детей, но, эй, Гарри считает, война иногда делает это с вами. Меняет мир, меняет местами небо и землю, меняет человека на кого-то абсолютно другого. Не так важно, потому что Рон был Роном, и Гарри этого достаточно.       Это был 2010 год, когда Рон вновь использовал зеркало для связи. Гарри, который с 1998 года изменился разве что тем, что слегка отрастил волосы, чтобы связывать их в короткий пушистый хвост, удивленно приподнял бровь, когда его друг, — выглядящий лет на двадцать пять, маги действительно старели медленно, — появился в зеркальной глади с младенцем на руках и странным маленьким скелетом на плече.       Поттер ожидал младенца. Гермиона была беременной во время прошлого звонка, четыре месяца назад, и была уже на восьмом месяце — хвасталась своим животом, светилась странным «материнским» светом изнутри и строила грандиозные планы на обучение малышки. Рон, мягко посмеиваясь, признался, что хотел позвонить раньше, но руки все никак не дотягивались, с навалившимися постоянными заботами. Но маленький скелет сейчас?       — Я вижу, здесь больше дополнений, чем меня предупреждали, — он хмыкнул, откладывая тонкую железную проволоку с несколькими бисеринами в сторону — его последнее хобби, бисероплетение, было нудным, бесконечно длительным занятием, но Гарри собирался завершить свое дело до конца. — Он выглядит как тот монстр с ютуба, как его? Подавленная ягода?       — Это было «Блюбэрри», Гарри, но нет, — Рон добродушно улыбнулся, опуская от друга взгляд на ребенка — малыш пытался поймать отросшие волосы отца, в то время как маленький скелет с голубыми звездочками в глазницах, одетый в нежно-голубую кигуруми по размеру, полностью сосредоточился на Гарри. — Это Бэйби Блю, один из битти, о которых я рассказывал, — не услышав ответа, Уизли поднял взгляд обратно — натыкаясь на абсолютной пустой, бессмысленный взгляд зеленых глаз, который как можно лучше описывал, насколько хорошо его друг помнит то событие. — Маленькие монстры, появившиеся в следствии болезни нескольких монстров-боссов, чувак. Гермиона визжала от восторга почти неделю.       — О, — глубокомысленно выдал Гарри, озадаченно моргая. Маленький скелет на плече Рона широко улыбнулся ему, помахав рукой. — Эти битти.       Гарри на всю жизнь запомнит эти дни — Гермиона была перевозбужденным комком восторга и ужаса, зацикленной на битти. Судя по всему, несколько — более трех десятков, — монстр-боссов, сильнейших монстров с самыми устойчивыми душами, в 2008 году заболели какой-то инфекцией, которая ввела тех в кому. Магия монстров самопроизвольно разъедала саму себя, вредя себе и своему носителю, при этом в невероятном количестве регенерируясь, чем сильно перегружала организм.       Гермиона не сказала, кто был умником, что решил отрезать часть инфекции прямо с души монстра, но чувак вполне мог заслужить премию — ну, сразу после того, как будет избит всеми вокруг за такой насильнический и опасный акт над душой. Инфекция, будучи отделенной от души монстра, в своем состоянии регенерации и разрушения, каким-то образом становилась маленькими монстрами, и со временем, с лечением, их становилось все больше.       Маленькие ублюдки были разнообразными, были умны, некоторые из них — крутые, как горы. Другое дело, что они нуждались в ком-то рядом, чтобы функционировать и жить нормальной жизнью. Итак, когда монстры-боссы были приведены в порядок, было решено, что малыши станут кем-то вроде компаньонов для любого, кто решит их усыновить. С того времени прошло полтора года, и, как Гарри думает, битти сейчас были во многих странах, так как умели размножаться естественным путем.       Поттер не хочет думать об этом.       — Круто, — он пожал плечами, слегка улыбаясь и махнув маленькому скелету рукой в ответ — тот практически просиял от восторга. — И как зовут паренька?       — Фордж здесь немного немой, но, приятель, он чертово солнце и всегда помогает мне с Рози и учениками, — Уизли нежно улыбался, когда говорил свои слова. Фордж покрылся голубой пылью на черепе, бросаясь к шее человека, стремясь обнять его как можно ближе. — О, чувак, ты делаешь меня сентиментальным, — Гарри хохотнул, наблюдая, как Рон осторожно переложил спящего младенца поудобнее, и свободной рукой слегка погладил скелет по черепу. — Кстати, Гарри, Гермиона хотела связаться с тобой где-то на этой неделе.       — Ей нужна помощь в чем-то? — голос темноволосого парня стал горьким. — Я занят, ладно? Учусь бисеру.       — Несколько месяцев назад ты вязал. Но не это важно, важно то, что у нее снова есть план, как избавить тебя от одиночества.       — Я не иду на свидания вслепую, — Поттер нахмурился. — Америка сделала ее абсолютно бесстыдной женщиной.       — О, тебе ли говорить? — Рон закатил глаза. — Но нет, дело куда круче. Ее ответ твоей проблеме — битти. — — - — - — - — -       …каким-то образом, стоя внутри самого большого центра усыновления битти в Эббот-сити, Гарри ощущал себя голым, когда многочисленные люди, маги и монстры бросали на него взгляды. Может, он выглядел странно, стоя под дверью и не идя дальше уже последние несколько минут, а может, это просто было его социальной тревогой, но он не мог не думать о том, что его судят.       Гермионе нужно было три дня, помощь Рона и несколько обещаний подержать Рози, чтобы Гарри согласился приехать в Америку за своим собственным компаньоном. Он не обещал ей усыновить кого-либо, но обещал быть здесь в этот день, чтобы вместе с ней «хотя бы посмотреть». Опять же, это был ее гениальный план, раз уж Гарри был слабаком для милых и беззащитных вещиц, не умел заботиться о себе, но любил заботиться о других, а также был социально-тревожным существом, ему нужен был битти, что позаботиться о нем.       Гарри называл это чушью, но шанс на то, что это сработает, все же был. Все-таки, это план Гермионы, а ее планы всегда успешны.       — Прости-прости! Ты долго меня ждал? — громкий женский голос отвлек Гарри от своих мыслей, заставив перевести едва сфокусированный взгляд на подошедшую женщину. — Аааа, ты ничерта не изменился! Мне действительно хочется схватить тебя и привести в лабораторию Альфис — так хочется изучить этот феномен!       …Гарри плохо помнит, кем была та Альфис, и еще несколько имен, о которых часто упоминали Гермиона и Рон, но почему-то он не горел желанием исследовать. Гермиона, с более округлыми щеками, мягкой фигурой после беременности, источающая эту энергетику «я позабочусь о тебе как хорошая мать», очень плохо вязалась со своими собственными словами. Гарри почти чувствовал ужасающее уважение к ней.       — Привет, Гермиона, — он улыбнулся, позволяя старшей девушке обнять себя, слегка прижимаясь к ее плечу в знак признательности за физический контакт. — Я все еще говорю, что твоя идея не самая лучшая.       — Тебе нужно только попробовать, Гарри Джеймс Поттер, и ты признаешь, что я чертовски хороша!       Сказать, что Гарри был не в восторге, значит ничего не сказать. Как говорила Гермиона, у Гарри была слабость перед всем милым, хорошим и добрым — но его первой реакцией при столкновении с чем-то подобным, было сделать шаг назад и защищать, пока не сможешь передать это в хорошие, любящие руки. Поэтому милыми, яркими и активными Паппи и Блю Гарри любовался с расстояния, смотря, как какая-то девушка общается с ними. Он перекинулся парой слов с несколькими Санси и Лил Бро, запаниковал рядом с плаксивыми Черри, и поссорился сразу со всей стаей Боссов. Гермиона просто не пустила его к Эгги и Маттам, и Гарри искренне позавидовал мирно спящим и не суетящимся софти о том, как они могут спокойно отдыхать в мире и покое.       Он с интересом смотрел на несколько «уникальных» битти, ощущая себя привилегированным, чтобы иметь право смотреть на них. Маленькие штучки были до смешного дорогими и нуждались во многих дорогих вещах, и Гарри был в состоянии оплатить все необходимые покупки, как ворчливо заметила весьма среднестатистически зарабатывающая ученая по имени Гермиона Джин Грейнджер.       Эхо были значительно более высокими битти, и когда один из трех скелетов заметил Гарри и начал общение с флирта, Гарри, будто испуганная кошка, отскочил на добрые полтора метра, вызвав искренний смех у всех троих битти и шквал комплиментов с пикап-фразами, полными каламбуров. Будет преуменьшением сказать, что зеленоглазый волшебник сбежал из секции Эхо-битти. Он задержался подольше рядом с мутировавшими битти типа Хоррор, несколько Хоррор-Паппи, Хоррор-Санси и даже один Хоррор-Черри, который жался к углу вольера, пытаясь съесть кусок дерева. Несколько мгновений он думал о том, что возможно, он мог бы содержать их, но Гарри не был уверен в себе, чтобы позаботиться о ком-то вроде них. Несколько битти-ламий-скелетов были заперты в одном вольере, и кажется, были больше заинтересованы в том, чтобы сражаться за какую-то игрушку. Совершенно отдельно от всех был один малыш-битти, покрытый странной густой жижей, напоминающей жидкую резину, который смотрел на Гарри единственной глазницей и жевал кусок яблока.       Гермиона, опять же, запретила Гарри идти к частям, принадлежащим огненным, паучьим, цветочным и козьим битти, потому что они не были известны тем, что могли справиться с заботой о людях.       — Я должен заботиться о них, а не они обо мне, — ворчливо заметил Поттер, но позволил увести себя в зону отдыха.       — Конечно, ты, — Гермиона кивнула. — Есть кто-то, кто приглянулся тебе?       Взглядом Гарри можно было пробить титановую стену, защищенную сильнейшими защитными заклинаниями. Гермиона, будучи Гермионой, не была впечатлена. Гарри искренне верил, что она будет великолепной матерью, строгой и уверенной.       — Прости, но ты была слишком властной, у меня не было времени познакомиться с кем-то, — легко ответил Гарри. Лицо Грейнджер скривилось в недовольном понимании. — Думаю, это значит что нам нужно пойти домой и смириться, что я…       — Ээээ, сэр, прошу прощения, можно вас на минуту? — Гарри ошарашенно моргнул на продавца, который перебил его, и приподнял в вопрошании брови. Продавец на вид едва перешагнул двадцатилетие, нервно заламывал пальцы, смотря куда-то в район шеи Поттера, а не в глаза. — Мне кажется, один из битти сбежал с вольера и спрятался в капюшоне вашей куртки?       Максимально осторожно, игнорируя вздыхающую Гермиону, Гарри полез в капюшон, чтобы нащупать странную желеобразную жижу, цепляющуюся к рукам — не менее осторожно он подхватил укутанное в нее тонкое, холодное скелетное тельце, ощущая, как странные отростки хватают его руку крепче, чтобы вытянуть на мир единственного битти в жидкой резине. Маленький ублюдок имел наглость выглядеть недовольным тем, что его нашли.       — Вау, действительно, битти, — задумчиво кивнул Гарри.       Маленькая резиновая жижа фыркнула весьма очевидным словам Гарри, и спокойно упала на ладонь человека — это сопровождалось весьма громким «плюх» и брызгами резиновой жижи по всей руке. Не будучи брезгливым, Поттер только прищурился, смотря на самодовольно ухмыляющегося скелета — теперь, когда он рассматривал его внимательнее, было очевидно, что резиновая жижа повторяла контур скелета, и даже были одного с ней цвета зубы, такие же тупые, как у типа Санси. На нем была пухлая курточка и шорты, также покрытые странной резиновой дрянью.       Продавец выглядел так, будто только что кто-то пообещал ему миллион долларов, смерть его врага и мороженное, без любого «но» или «если». Очевидно, ему не хотелось случайным образом терять маленького ублюдка.       — Спасибо всем Богам, сэр, что он действительно у вас, — он ярко улыбался, быстро протягивая руки. — Могу ли я… Ауч! Какого черта?!       Очевидно, бедный парень не мог забрать битти. Малыш показал это весьма наглядно, когда из его спины выросли странные отростки-щупальца, все также покрытые странной дрянью, и едва не прокололи руки парня. Сам битти довольно ухмылялся и прижимался к пальцам Поттера, будто использовал его руку как своеобразный трон, созданный лично для него.       Зеленые глаза раздраженно сузились, когда нашли невероятно довольную Гермиону. Оба игнорировали причитающего продавца.       — Я думаю, — медленно произнесла она, широко улыбаясь. — Твой битти нашел тебя, Гарри.       — «Не волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника», да? — довольно иронично заметил Поттер, вновь смотря на битти. — Он хоть говорить может…? Эй! — одно из щупалец болезненно ударило по ладони, не причиняя реального вреда, но намекая на недовольство своего носителя. — Не вини меня, я хочу знать, во что ввязываюсь! — — - — - — - — -       Как спустя неделю стало абсолютно ясно, ввязался Гарри в дерьмо похлеще, чем какие-то проблемы с бессмертием. На самом деле, когда весьма смущенно на расстроенное причитание Мамы Край о том, что битти типа Кошмара практически бессмертны и никто еще не узнал, умирают ли они от старости, он ответил, что сам своего рода бессмертен, глаза монстра-кролика просто загорелись восторгом. Поттер почти уверен, что женщина взволнованно шептала о судьбе и о том, что они предназначены друг другу.       В целом, Кошмары были относительно новым типом Битти, который был выведен из другого «уникального» типа — Найта. Тип Найта появлялся всегда в паре с типом Дрим, и имел очевидные стремления к собиранию битти рядом с собой. Кошмары выводились через мутацию, подвергая Найта пыткам и психологическому насилию — если тот не опылялся, он становился Кошмаром, и в данный момент существовало шесть известных Кошмаров. С Дримом могло произойти такое же, они превращались в Саншэйн, которых сейчас существовало ровно четыре штуки. Судя по всему, была создана группа и чат специально для опекунов Саншэйнов и Кошмаров, чтобы обмениваться информацией и помощью друг-другу.       Гарри недовольно ворчал, когда был вынужден на свой телефон скачивать сначала программу для общения, а потом — находить группу и регистрироваться в ней. Ему пришлось сделать три фотографии — себя, Битти и их двух вместе, чтобы создать «правильную» анкету.       Кроме того, ему пришлось подписать большое количество документов, согласиться на несколько месяцев осмотра будущей жилплощади битти, чтобы все были уверены в безопасности маленького мудака — неохотно, но Гарри одобрял эту часть всей работы. Ему пришлось приобрести большое количество вещей лично для битти, не говоря уже о том, чтобы с боем купить маленькую ванну для ублюдка — судя по всему, резиновая жижа вполне могла стираться, и периодически это было необходимо делать для здоровья Кошмаров.       Основной рацион битти, как сказала обеспокоенная Мама Край, состояла из магической еды, обычной человеческой еды и негативных эмоций. Гермиона со смехом заметила, что в последнем у Кошмара не будет никаких проблем.       — Мой дорогой друг здесь — ходячая станция негатива. Может показаться, что он просто чопорный британец, но верьте мне на слово, он уже мысленно проклял вас всеми звездами на небе!       Не то чтобы она была не права, опять же.       Им нужно было три дня, чтобы все подготовить. Поздним вечером третьего дня Гарри и названный Мором битти ночевали в доме Гермионы. Все пошло по дерьмовому пути в момент, когда маленький Фордж попытался познакомиться с Мором, и был отброшен щупальцами, жижа из которых попала на одежду Рона. Количество криков о том, что они — сумасшедшие идиоты, которые привели не ручного и не подходящего для нахождения с детьми битти было огромным. Гермиона смиренно сидела на диване с младенцем, слушая крики, а Гарри, прижимающий к себе абсолютно довольного ублюдка, периодически пытался оправдать себя и Кошмара.       Фордж не был зол или обижен, но на другого битти смотрел с тревогой.       Уже в Англии, когда маленький мудак через неделю собрал на улице целых четыре потерянных и сбежавших экзотических битти, испортил несколько артефактов, сломал биссерную конструкцию и с помощью своих подручных убедился, что Гарри не может работать, пока не позаботиться обо всех и о себе в том числе, Гарри понял, что это было очень плохой идеей. С другой стороны, очевидно, Мор выполнял свою первую функцию, заботясь о Гарри.       Другое дерьмо в том, что Гарри едва был готов к одному битти специфического ухаживания; битти типа Даст и Хоррор! Нуждались совершенно в другом! И что это за тип, Эррор?! Всемогущий интернет не нашел ни одного такого упоминания! По крайней мере, Киллер выглядел более-менее безопасным, если отложить его привычку проткнуть маленькими ножами руку Гарри.