3. Не эгоист.
14 июля 2022 г., 19:51
***
Прошло трое суток с тех пор, как я не выпил эту таблетку. Я просто-напросто не посмел. Я смотрел на этот стакан с водой пустым взглядом, а на таблетку не смотрел вообще. Стакан с водой. Стакан. Виски. Бутылка с лишним... Логическая цепь вновь возвращала меня к моему поступку, который, увы, из памяти стереть я никак не смогу. И виной этому было не только чувство стыда... Йоонас уже 3 дня со мной не разговаривал... Такое было первый раз в жизни. Даже когда они дико повздорили с Йоэлем и даже набили друг другу лицо, они через 40 минут уже пьяные вместе сидели, смотрели хоккей и пытались поделить тарелку с фисташками. Я боюсь... Ужасно боюсь. Я боюсь смерти, но не только физической. И происходит то, чего мне очень не хочется: осознание того, что в глазах Йоонаса я теперь призрак. Он просто меня не видит... Ведь в его глазах я... умер? Может я перегнул? Я очень надеюсь, что это так. Нооо... Неужели за 3 дня я не могу получить простое "привет"? Я не требую большего, всего одно маленькое слово. Единственный знак внимания, который дал бы мне понять, что еще не все потеряно. Проходя мимо меня, он пусто смотрит перед собой, даже не задевая меня. Это не то, что происходит в переходном возрасте, когда парочка разругалась и один демонстративно хлопает дверями перед другим, это совсем не то... Неужели я стал такой свиньей, что потерял настолько дорогую мне вещь?... Доверие и уважение Йоонаса. Черт возьми, как погано. Казалось бы, почему просто не подойти и извиниться? Хотя, слово "просто" здесь излишне. Потому что это было вообще не просто как физически, так и морально. Нужно что-то придумать... Пока в планах на сегодняшний день было, как минимум, поднять зад с кровати и быстренько собираться за новым басом, а потом к Кирилу, он хочет заснять нашу репетицию для очередного выпуска журнала, для которого мы пару дней назад давали интервью, а снимки так и не предоставили. Кайнулайнен ждал нас к 11. — Матела, ты что, совсем оборзел?! "Не понял, что я уже успел сделать, только проснувшись?... А вернее НЕ УСПЕЛ! Все стало на свои места, когда я таки обратил внимания на время. СУКА! 10:39! БОЖЕ, тормоз, тормоз, тормоз! Кирил мне всю плешь проест! А вернее нам. А ВОТ ПАРНИ УЖЕ МНЕ! Где был мой будильник!? Телефон?! Я же ставил?! Аааааа, сейчас начнутся байки : "Где ваша совесть, безответственные вы индюки?!" Тут, блять, абы носки найти, а то совесть, совесть. На месте совесть!" И тут меня передернуло... Моя то, не на месте...***
—... — Кирил, не надо... — НЕ НАДО?! НА 40 МИНУТ ОПОЗДАЛИ! ДОБАВЬТЕ МНЕ В СУТКИ ЛИШНИЕ 3 ЧАСА И НИКАКИХ ВОПРОСОВ! — Кирыль, спокойно, мы же тут, да, опоздали немного — Хватит меня так называть! Так, бегом, аппаратура подключена, инструменты в зубы и вперед! — А мне как рот открывать то? Хокка придурок, даже если он попадет в ад и его сам черт будет вилами мешать в чане, он скажет: "а можно с пузырьками? А пена? А напитки будут?" Короче, в любой ситуации подставляет свою блондинистую голову под мачете. Но сейчас Кирил был страшнее самого черта и лучше его не злить. Но, увы, уже поздно. — А ну иди сюда, я тебе сейчас этот микрофон... Сквозь вопли, сопли и смех вперемешку с криками, Хокка побежал спасать свой зад от Кирила с микрофоном. Причем про зад, я уверен, я попал в самую точку. Главное, чтобы в точку не попал Кирил. Я стоял, давясь слезами от смеха. Парни не стали исключением. Алекс с Нико даже схватили что-то в руки и, имитируя шуршащие помпоны, начали танцевать и визжать. Томми же, слегка усмехнувшись, пошел за установку, т.к любил порядок. Повеселиться, конечно, тоже, но не сейчас. И так много "долгов".***
— ГОЛОВУ ТАК НЕ НАГИБАЙ, ТОЛЬКО МАКУШКУ ВЕДЬ ВИДНО,ЧТО ЗА ПРИВЫЧКА! — Блять, да удобно так мне, Юха. Удобно! — Не всегда нужно делать так, как тебе удобно, Матела! — А... Не успел я слова вставить, как был чуть ли не сбит с ног. Трое суток официально завершились... — Он всегда так делает. Так как ему удобно... Он не думает о других... Йоонас. Он подал звук относительно меня. Он... Он заговорил со мной... Боже. Я не силен в метафорах, но это такое чувство, когда после жесткого отходняка тебе дают банку пива. Одним словом - легче. Но тут немного другое. Чувства смешались и чувствовал я одновременно и радость, и дикую пронизывающую боль в груди. Ведь я услышал его слова в свой укор... — Йоонас... Он мне не отвечает. Видимо время ставить новый счетчик, но это по том, а сейчас я настроен крайне бойко. — Йоонас, пожалуйста. И вновь молчание... —... Парни, что-то случилось?... Выдержав небольшую паузу, он продолжил. — Так, все, кофе-брейк. Два часа поработали, молодцы, несмотря на то, что опоздали. Юха всегда отличался проницательностью и умением вырулить ситуацию в нужное русло. Он понимает, что в такой обстановке работать, как минимум, тяжело, не говоря уже о том, что не хочется совсем. Поэтому при первых же нотках какого-либо раздора, он дал нам время на разборки. Спасибо ему за это. Ведь меня изнутри просто разбирало от эмоций. Я сжимал в руках бас то и дело, бросая взгляд на Порко. Но едва прозвучала информация о перерыве, стоять на месте я просто не мог... Я полетел за Йоонасом. Полетел? Да, полетел, ибо шаг был быстрый и напористый, я думаю, что если бы он вовремя отошел, то меня просто внесло бы в кирпичную стену здания, в котором мы играем. — Йоонас, подожди. — Ради бога. Не надо. Ну вот... — Йоонас, я хочу поговорить. — Зато я не хочу. Учти желание кого-то другого. Хоть раз. По-человечески тебя прошу, Матела. Ситуация начала накаляться, ведь я вновь включил эгоиста, блять. Я не знаю, почему так получилось. Но в тот момент, я вновь шел на поводу у своих желаний, совершенно не думая о последствиях... — Я не уйду. — А я и не удивлен... Ладно. Тогда уйду я. Он взял свой кофе и действительно пошел в сторону выхода. Скорее всего, покурить. Нет. Я не могу... Но, увы, все наши огромные ошибки в жизни совершаются именно в такие моменты. Когда мало времени, но много желания сделать по-своему. Именно такую ошибку я и совершил прямо сейчас... — Если ты сейчас уйдешь - это будет последний раз, когда мы с тобой разговаривали... —... Йоонас остановился. Просто. Резко. Стал на месте. Секунд 10 ничего не наблюдалось, пока я не заметил, что он просто начинает сжимать стакан с кофе. В мыслях уже мелькнула картинка, как, обжигая руки Порко, начинает выливаться темная жидкость. Но этого не произошло. Все затихло. Дальше я слышал только его вопль и чувствовал напиток, который только что прилетел в меня. — В последний раз?! Да пропади ты пропадом! ТЫ МЕНЯ СЛЫШИШЬ?! Ты самый смелый, когда нужно разбрасываться словами! ИБО ОНИ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, НИЧЕГО НЕ ЗНАЧАТ! ВСЕ, ЧТО ЛЕТИТ ИЗ ТВОЕГО РТА - НИЧЕГО НЕ ЗНАЧИТ! Слова любви?! Любишь нас?! НИКОГДА! НИКОГДА НИКТО ИЗ НАС НЕ ПОЗВОЛЯЛ СЕБЕ ТАКОГО! МНЕ БЫ, СУКА, ПРИ ВСЕЙ МОЕЙ НАГЛОСТИ НЕ ХВАТИЛО СМЕЛОСТИ СКАЗАТЬ ТАКОЕ! Где твоя любовь?! Где твоя любовь, когда тебя просят быть аккуратней?! Где твоя любовь, когда мы хотим тебе помочь, а ты хуй кладешь на все наши попытки исправить ситуацию?! ГДЕ ВСЕ ЭТО?! Крик был такой, что, я уверен, было слышно и на улице, несмотря на звукоизоляцию. Мне казалось, что вот-вот и он просто сорвет связки. Его голос постепенно становился тише и приобретал хриплые нотки. Глаза... Его глаза... Они блестят как озеро на закате, ведь воды в них сейчас не меньше... Йоонас просто рыдал. На глазах у всех. — Ты настоящий конченный, наглый и самолюбивый эгоист! Готов отказаться от меня?! Я ЧЕТКО ТЕБЯ УСЛЫШАЛ. Зареванный Йоонас подошел ко мне и резко ткнул пальцем мне в грудь. — Запомни мои слова, мерзавочное ты создание, я ради тебя готов рвать жилы, потому что ты значимая часть моей жизни, но если я в твоей жизни лишь обычный комок пыли, то я лучше буду есть землю, чем еще хоть раз оброню хоть слово в твой адрес. И вот последнее слово, которое он еле выдавил, стало решающим — Спасибо... Он так же резко отдернул палец. Посмотрел прямо в мои глаза, свои вытирать так и не стал, и ушел... А я стоял весь мокрый, поджав и закусив нижнюю губу. Глаза мои были закрыты. Выглядело так, будто я сильно задумался, но нет, я пытался не последовать за Йоонасом. А именно-не заплакать. Прости меня Йоон, прости, пожалуйста. Прошу тебя, прости меня. Прошу, прости. Фраза раз 100 прокручивалась в моей голове, а ей я невольно начал качать из стороны в сторону. Мне очень жаль. Очень. Я... Я бы съел мыла, честное слово. Я не хочу терять Йоонаса. Я не эгоист... Не эгоист... Мне просто больно. Я хотел самовольными поступками облегчить свои страдания, а именно отвлечься алкоголем, но, это ни к чему не привело, но самое обидное, что я, вероятнее всего, знал об этом. Ну, неужели он не понимает мое состояние?! Почему, черт возьми!? Я действительно понимаю, что перегнул палку, так я и хотел за это извиниться! Но вместо извинений... Мне больно, Порко, больно. Меня бросил человек, который мне очень нравился. Неужели и меня понять нельзя!? Пусть не полностью, пусть со скрипом в зубах, но ведь я тоже человек. Так за что ты так со мной?! ... А я то с ним так за что.......? С лучшим другом, который действительно ел бы за меня землю, рвал жилы и метал бы все на своем пути. С человеком, который пытался меня вывести из депрессии, который решал все мои вопросы, если мне нужна была помощь, который, СУКА, ПРЯМО ПЕРЕД ВСЕМИ СЕЙЧАС ПЛАКАЛ ИЗ-ЗА МЕНЯ! БЛЯТЬ! БЛЯТЬ! БЛЯТЬ! Йоонас... Могу ли я себя назвать не иначе, как тварью?... ДА Я, БЛЯТЬ,ПРАВА НЕ ИМЕЛ ОТКРЫВАТЬ СВОЙ РОТ И НЕСТИ ТАКУЮ АХИНЕЮ! ЭТО НЕ ПРАВДА! ЙООНАС, ЭТО НЕ ПРАВДА! Я НИКОГДА НЕ ОТКАЖУСЬ ОТ ТЕБЯ! Но имеют ли смысл крики в самого себя?... Парни слушали все это чуть ли не с открытыми ртами. Они ведь не видели ни единого повода для нашей ссоры. Все ведь было хорошо... Как им казалось. Естественно в сам разговор никто не вмешивался, ибо лезть с такими фразами как: "парни, не ругайтесь" и остальными соплями, никогда нет смысла. Но, естественно, если бы ситуация начала выходить из-под контроля-парни бы незамедлительно разнимали бы нас. На кофе, который в меня полетел, первым среагировал Нико. Глаза-два шара для боулинга, которые бегают то на меня, то на Йоонаса. Он было хотел рыпнуться к нам, но его за плечи держали Йоэль и Томми, которые, как я услышал, сказали лучше не лезть, успокаивая его, как минимум тем, что кофе у всех холодный и тем, что если они вмешаются, может быть хуже. Резко выйдя из состояния ступора, первое, что попалось мне в руки это мой новый бас. В тот момент, остатки здравого смысла вновь покинули меня, как тогда в баре. Мне всегда казалось, что я умею держать себя в руках и брать верх над херовой ситуацией. Но, кажется, я ошибался… Первый удар баса о землю пришелся неудачно: я получил сильную отдачу в руку. Было весьма неприятно и даже слегка больно, но меня это не остановило... — Олли, ОЛЛИ! Томми начал орать. От испуга, от неожиданности. Никто уже не стал ждать, пока я "выплесну эмоции", потому что я уже действительно перешел границы. Но у меня больше не было сил. В руках была лишь новая гитара, с которой я был готов так жестко расправиться, словно она в чем-то виновата. Наверняка, потом я пожалею об этом. Обо всем этом. Но… Это ведь будет потом?... Как же я кричал. Теперь по силе звука я мог посоперничать с Йоонасом. Ведь я чувствовал себя тем, кого, как я гитару, просто взяли в руки и ебашили о любую поверхность. Второй удар гитары пришелся о кирпичную стену. Тут она и поплыла. Оторвалось две струны, появились значительные вмятины. Третий раз я ударить не успел. Меня просто схватили. Сразу после криков Лалли он вместе с остальными ломанулись ко мне и начали хватать меня за плечи. — Олли, Матела, угомонись, слышишь! — ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! — Пожалуйста, ОЛЛИ! Я ничего не слышу. Ничего. Ничего не слышу. Как-то вырвавшись, я со всей дури сделал завершающий удар, а вернее бросок. Мой бас полетел в саааамый конец помещения, встречаясь с кирпичной стеной. Вряд ли теперь получится поиграть на нем. Как говорится, покойся в обломках, мы так и не успели подружиться. Ничтожество... — ОЛЛИ! Я начинал бояться криков. Это пугало. Я пугал сам себя. Пугал своим поведением. Пугал себя реакцией моих друзей на меня. Что я творю?... Остановись, Матела. "Она просто уехала..." Неееет... "Готов отказаться от меня?! Я ЧЕТКО ТЕБЯ УСЛЫШАЛ." НЕЕЕЕТ! Моя голова играет со мной злую шутку. Но смешно ли хоть кому-нибудь из присутствующих...? Вдруг парням вновь удалось перехватить меня, но уже кто-то схватил меня за руку, а остальные держали за плечи. Тут я перестал дергаться совсем... Я испугался. Я испугался, что сейчас меня просто заломают. Совсем как Йоонас три дня назад... Мое резкое сбивчивое дыхание и глаза полные водной пленки выдавали мою эмоциональную нестабильность. Ну и конечно то, что я буквально минуту назад разгромил полздания и разъебал свою новую гитару, тоже. — Я НЕ МОГУ ТАК БОЛЬШЕ!... Интересно, слышал ли хоть что-то Йоонас? Где он?... Йоонас... — Олли, боже, ОЛЛИ,да что успело случиться за эти 5 минут перерыва, блять ,воды ему, срочно! В эту же минуту Нико обхватил мое лицо двумя руками и начал вглядываться мне в глаза. Я не мог смотреть ему в глаза, поэтому просто отводил взгляд. Смогу ли я теперь нормально смотреть хоть кому-нибудь из них в глаза?... — НЕ НАДО, СМОТРИ, СМОТРИ НА МЕНЯ. ДЫШИ, СЛЫШИШЬ!?ОЛЛИ! Несмотря на всю ситуацию, я смог сдержать слезы. Как я это сделал – одному богу известно, но это стало еще одним ударом. Йоонас морально всегда был более сдержанным, чем я. Насколько же ему было больно, что даже он не смог удержать все свои эмоции внутри. За все годы нашей дружбы, я ни разу не видел его в таком состоянии... Помню, был момент. Очень давно, еще в школьные годы. Мы договорились встретиться в гараже его родителей и поиграть на гитарах, возможно, придумать что-то новое. Это было круто, тогда мы еще не знали, к чему это все приведет. Но все пошло немного не по плану. Я опоздал в тот день, и в гараже меня встретила отнюдь не веселая картина. Длинные волосы Йоонаса были сильно спутаны и кое-как убраны в хвост. Под глазом уже алел синяк, как и на скуле. Губа была разбита, правда ранка уже успела покрыться корочкой. Цветная клетчатая рубашка вся в грязи и местами порвана, как и джины. Но что самое удивительное, Порко сидел на стуле и улыбался. Единственное, что он мне сказал: «Сегодня не играем, Олли…У меня это…немного гитару спиздили». Тогда я оказался в полном недоумении. Йоонас очень дорожил инструментом, потому что потратил на него все свои первые заработанные деньги. Он почти везде таскал за собой гитару и сдувал с нее пылинки, ласково называя Люси. И теперь он сидел и так спокойно об этом говорил? Не спорю, возможно, внутри у него извергались сотни маленьких вулканов, но он держал себя в руках. Теперь мы уже не были детьми. Хотя, исходя из моего эгоистичного и безрассудного поведения, можно было сделать другие выводы. Почему я не мог решать свои проблемы с высоко поднятой головой и с улыбкой на лице? Я обхватил руками бутылку воды, которую впопыхах принес Йоэль, и начал пить. Нико же перед этим даже налил немного себе на руки и начал похлопывать меня по лицу и по затылку, чтобы мне стало легче. Спустя минут 7 меня смогли вывести из состояния истерии, и я уже смог, как минимум, дышать более равномерно. Теперь стоял вопрос: как вывести из состояния шока всех остальных в этой комнате? Глаза Томми выражали искреннее непонимание и ужас. Казалось бы, чтобы устроить такое, нам нужно было, как минимум, не поделить титул владыки мира. Слегка придя в состояние равновесия, он таки спросил: — Олли... Что... Что это было?... Причина, какая причина?! Что... ЧТО ПРОИЗОШЛО? Йоонас заплакал! Я ДУМАЛ, ЧТО В ЖИЗНИ СМОГУ УВИДЕТЬ ВСЕ, ДАЖЕ РОДЫ, НО НЕ ЭТО! А ты?! Ты же тоже был на грани. ДА ТЫ ЭТУ ГРАНЬ ПЕРЕШЕЛ! Не заплакал, НО РАЗГРОМИЛ ВСЕ К ЧЕРТЯМ. ОБЪЯСНИТЕ, БЛЯТЬ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ, ПОКА Я НЕ ВЫЗВАЛ НА ВАС И НА МЕНЯ В ТОМ ЧИСЛЕ СВОИХ КОЛЛЕГ. Я НЕ ПОНИМАЮ! ПОЖАЛУЙСТА! С виноватым видом, через большие усили я, но я все-таки смог посмотреть ему в глаза. — Я... Все смотрели на меня с диким интересом и тревогой во взгляде. Что я им скажу?... Что я полный подонок, они уже увидели. Смогу ли я процитировать это?.. Вдруг кого-то осенило. А именно Йоэля. Выражение лица резко сменилось, а взгляд округлился. — Парни, где Йоонас?... Ведь если действительно вдуматься, то не услышать то, что тут происходило мог только тот, кто покинул здание. Да, звукоизоляция, но внутри таки услышать ТАКОЕ можно было со 100% гарантией. — Блять, Йоонас! Он уехал?! ГДЕ ОН, ЧЕРТ ПОДЕРИ?! Окна. Окна выходили прямо на парковку. Я, как очумелый, ломанулся туда. Сердце упало в пятки и кажется, на момент остановилось. Боже, пожалуйста, пожалуйста... — Машина на месте... Как же отлегло. Ему сейчас, как и мне в тот день, за руль было категорически нельзя. Но... — Если машина здесь, то где он?... В тот самый момент, когда мы всей гурьбой уже пошли на поиски, дверь тихонечко открылась, и вошел Порко вместе с Кайнулайненом. Боже, Кирил. Кирюшаааааа. Как я сейчас был рад, что он был здесь. Кирилу я был рад всегда, а сегодня- втройне. Как я уже говорил, Кирил обладает крайней проницательностью, а с тем самым и умеет хорошо поддержать и успокоить. Я был более чем уверен, что после истерики Порко, он сразу побежал за ним, чтобы привести его в тонус и, судя по уже спокойному лицу Йоонаса, это Юхе удалось. Образовалась неловкая тишина. Мы смотрели на Йоонаса с Кирилом, а они в ответ на нас. Прошло меньше минуты, когда тишина прервалась. Прервалась Йоонасом. Он обшарил нас всех глазами и с действительным спокойствием, размеренно сказал: — Продолжим работу.***
Этой ночью я долго вертелся и не мог уснуть. Голова была как CD - диск, который не заело, а наоборот: он без конца крутился в плеере и не мог остановиться воспроизводить все то, что на него записано. Парни разрешили мне оправдаться завтра, ведь сил не было даже на то, чтобы поднять ручку. Интересно, спрашивали ли парни Йоонаса о том, что случилось? Да это уже не важно... После всего, что было я был рад лишь двум вещам: тому, что Йоонас не сел за руль машины и не уехал и тому, что парни не смотрели на меня, как на больного. Но увы, я сам на себя так смотрел. Каждое зеркало будто было фильтром инстаграма, в которой на моё лицо клеится ярлык с очередным оскорблением в мой адрес. За много лет нашей дружбы, парни по единственному шевелению пальца могли понять, в адекватном ли кто-то из нас состоянии или нет. Я действительно был в порядке. Но я эмоционально сгорел. Оказывается то, что я творил в баре, это были цветочки. Сегодня же я выдал не ягодки, а сразу варенье из них. Все, абсолютно все, что произошло, как я уже сказал,я парням объясню завтра, но Томми стал исключением. Он часто был нашим "частным психологом" и действительно мог толково дать совет и поддержать. За час я вылил ему всю свою душу. Во время рассказа на нервах я даже выпил литр воды. Чтобы вы понимали, для меня это было непривычно. Так я раньше не делал. Остальное время Томми разговаривал со мной. Огромный плюс был в том, что Томми не мой психолог Томми - мой друг. Он меня, конечно, обложил привычным матом, но из категории "добрый мат". Никто не говорит, что поддерживая друг друга, мы начинаем сюсюканья из оперы "Розовые сопли". Мы действительно получаем заслуженных пиздюлей, чтобы поставить мозги на место. Лечебные пиздюли, естественно, были в пределах разумного. Но и пиздюлям приходил конец и,конечно,следовали утешения и искренняя поддержка. Этот час был очень разгрузочный. Целый день я собирал все это дерьмо на свои плечи, а сейчас скинул в черную дыру, в которую хотел бы провалиться сам, чтобы уснуть. Сон мой наступил через долгие два с половиной часа Мне ничего не снилось. Этому я был рад, Но во сне я то и дело тер глаза, которые таки были мокрые от слез, которым, наконец, можно было дать волю.
