29. Услышь меня.
14 июля 2022 г., 19:51
***
— То есть... — Йоонас, прости, я... — А теперь закрой рот и хватит извиняться. Просто заткнись. Он слез с моих коленей и как-то напряженно втянул воздух, а после, выдыхая, слегка приоткрыл рот, словно собираясь что-то сказать. Я, как было велено, все еще сидел молча, пока от меня, отвернувшись, не потребовали ответа. — Ты... Ты чуть не отымел меня в подсобке Sientro... Как это называть после того, что ты сказал?... — Йоон, ты сам уселся ко мне на колени... — Ты же понимаешь, блять, что закапываешь себя еще больше?... Любое пьяное мудло, усевшееся к тебе на колени, будет вызывать у тебя стояк?!... — Йоонас, ты все не так... — А как?... - Словно устав от всего на свете, запрокинув голову, и уже повернувшись ко мне, жестикулируя руками, сказал он. - Как?! — Йоонас, ты меня волнуешь... Неужели для тебя дело лишь в... — В сексе?! НЕТ! НО ИМЕННО С ТАКОГО РОДА БРЕДА У НАС ВСЕ И НАЧАЛОСЬ!... —...- А если так подумать... Разве одно возбуждение может вызвать чувства к человеку?... Хотеть - не значит... — Я этого не говорил, Матела. ДА, БЛЯТЬ, Я ТЕБЯ ХОТЕЛ. ОЧЕНЬ ХОТЕЛ НА ТОТ МОМЕНТ. Я НЕ ЗНАЛ, СУКА, ЧТО ПРОИСХОДИТ ВООБЩЕ И ПОЧЕМУ ВСЯ МОЯ ДРУЖЕСКАЯ ЛЮБОВЬ К ТЕБЕ ПЕРЕРАСТАЕТ В ЖЕЛАНИЕ МИМОЛЕТНО ХОТЯ БЫ ДО ТЕБЯ ДОТРОНУТЬСЯ!... Я смирился. Я поддался... И вот...- Он вновь пользуется этим приемом: разговор с моей душой напрямую, без посредников. Поэтому, вновь концентрируясь на моих глазах, он повторил: — Так почему сейчас ты говоришь «нет»?... Ты готов был трахнуть меня лишь для получения того, что тебе понравилось?... А потом, получив, с мерзостью отряхнуть руки?... — Йоонас, ты идиот?!... — Мне был важен не секс, Матела... Я хотел момента... Тогда в машине... — Дай мне сказать. — А знаешь, скажи, я хочу услышать, что же ты можешь выдвинуть. Еле-Еле собравшись с мыслями и проглотив ком в горле, который стал со стыда и чувства вины перед Йоонасом, я максимально пытался подобрать слова, чтобы объяснить тот «психологический барьер» и принципы, сидящие в моей голове, при этом, не раскрывая правды. Я же не могу просто взять и сказать ему, что чувствую к нему то же самое, что и он ко мне... А быть ничего не может, потому что на следующий день найдут мою предсмертную, блять, записку. Ведь, несмотря на мои чувства к нему, я не мог, зная, как все началось. Для самого себя складывалось ощущение, будто я одновременно, делая ему приятно, плюю ему в душу, на самом деле того не хотя... Подсобка в Sientro?... Я же уже тогда нутром чувствовал, что меня ведет не алкоголь, а парни меня никогда не возбуждали... — Ты забыл, что мы чувствуем одно и то же?...- я начал подступать ближе, как бы налаживая контакт, для большего расположения к себе и своим словам... - В подсобке... Я бы никогда и пальцем тебя не тронул, если бы ты хотя бы не полностью уверенно бровью повел... - уже сократив расстояние между нами до метра, я начал слегка вытягивать дрожащую руку в сторону его правой руки, замирая на полпути. Удостоверившись, что он не спешит отстраниться, я продолжил, и в конечном итоге моя рука робко легла на его, положив ее на мою грудную клетку. На мое сердце... — Я не дам соврать тебе, как не совру и самому себе...- сердце стало ускорять темп, а глаза Йоонаса становиться стеклянными. - Тогда в подсобке я хотел того же... Но пойми меня... Я не смогу... Я хочу, чтобы ты принял этот факт, но... Но если для тебя важно только это и в нашей «пробе» тебя больше ничего не держит, то... — Прошу... Хватит называть... Не называй «пробой» Голос его дрожал как осиновый лист на ветру, а я чувствовал себя тварью... Ведь я фактически поставил ему ультиматум... Я делаю это не из-за вредности. Я делаю это из-за него... Я хочу, чтобы у него был выбор. Он слишком дорог мне, а рисковать его счастьем - я не могу... Не хочу... Я лучше сяду от этого проклятого заявления, чем сделаю ему больно по своей вине... — Да, у меня нет объяснений, но иначе... Иначе быть не может, Йоонас. - отрезал я, передавая микрофон ему в руки. И как же я был рад, когда без лишних вопросов, абсолютно молча, он вновь крепко обнял меня, снова зарываясь в мои волосы, а потом, когда я уже и так все понял, бросил: — Я надеюсь, ты слышишь, как бьется мое...***
С этого дня я больше не мог, да и не хотел, называть наши отношения «пробой» или чем-то подобным. Да и только сегодня я понял, что осталось у меня ровно два с половиной месяца... До чего? До моей душевной смерти. Наконец до меня дошло: я не знаю, что будет дальше... Переступая порог, я только-только отпустил его руку, понимая, что шел с ним за руку до самой двери дома. Дома был Томми и Алекси, ибо Нико с Йоэлем поехали к своим половинкам. Йоэль в очередной раз заглаживать косяки, а Нико - просто отдохнуть в субботний вечер. — Нихера вы долго. Ты что, лично присутствовал на добыче? — Ой, Леша, хорош. И так тошно. Я у себя, ко мне не входить. Он как-то быстро скинул куртку, повесив в прихожей, и пошел наверх по ступенькам. Меня как-то до боли сжало. Сжало внутри абсолютно все. Я обидел его. Но он остался со мной... Я должен дать ему время для того, чтобы все обдумать. Я оставил двери закрытыми, но не запертыми. Я очень хочу ощущать его рядом. Вместе со мной. Но... Но я даю ему выбор. Лучше пусть переболит в самом начале, чем потом. Если он после всех моих слов сегодня уйдет - я не буду его удерживать... Я уже мертв внутри, а класть его рядом со мной?... Да, я начал все это, спасая собственный зад, но сейчас... Я лучше сяду, чем так поступлю с ним...***
На часах 4:07. А я сверлю взглядом потолок. И это еще не самое странное. В течение часа я пооткрывал и позакрывал все полки и дверцы своего шкафа с комодом, пару раз курил в окно и даже успел полежать на полу. В голову лезла мысль выпить снотворного, но... Почему то я решил, что не стоит. «Как он там?...» Нельзя, не ходи. Нельзя навязываться. Ему нужно спокойствие и личное время. «А вдруг он тоже не спит...» Не ходи! «Или ему плохо.» Олли Элиас Матела, ты спишь! Начало пятого, закрой свои наглые, бесстыжие, лживые глаза... И спи... Но я сам прекрасно понимал, что уснуть я смогу только под утро, если смогу вообще... Тут мой взгляд упал на графин с водой, который я поставил за тюль на подоконник. Возле него же стоял и стакан. Недолго думая, я решил попить воды, может хоть это поможет. Однако, сомневаюсь. Только подняв зад и подойдя к подоконнику, наливая воду, я засматривался в окно. Было видно звезды. Сегодня туч не было, день еще был теплым, поэтому ночью небо было чистым. В одну секунду я резко дернулся, а на пол полетел, к моему счастью, лишь один стакан. Графин я уже успел поставить на подоконник. — СУКА!... — Тихо, блять, Олли! Я шире раскрыл глаза, что при выключенном свете тоже не поможет. Твою мать, вот не я, то он. Четыре утра, почему ты не спишь, Йоонас Хенрик Порко?! — Если сейчас хоть одна душа услышала, что я побил стакан и кто-то спустится проверить, а тут ты, и тут же четыре ночи!... — Нууу... Ну и что? Я скажу, что сонный дверь в твою комнату и в туалет перепутал. Рядом ведь. — Ты почему не спишь вообще?... - включив свет и направившись собирать осколки от стакана, спросил я. Проделав тот же самый маневр, нагнувшись и начав собирать, Йоонас таким же шепотом отвечал. — Не могу уснуть... — Поэтому и мне не даешь? — Ой, а ты так спал с графином в руках? Чего сам-то? — А ты не подумал, что придешь, а я - сплю? Ты знаешь, сон чуткий, потом могу и не уснуть. — Ты в онлайне, дуралей. —... — Так чего не спишь? — Тоже... Тоже не могу. Собрав все осколки, я тихонько сбегал на кухню, выбросив их, и прихватил по дороге полотенце, чтобы вытереть воду. — Твое счастье, даже Алеша за водой не ходил. Все спят, никто не слышал... Я согнулся, вытирая воду, и параллельно отвечая на его немой вопрос. — Нет, не надо, я сам. — Из-за меня же вылил. — Йоонас, угомонись, а... Вода же. Я вытер, встал, направляясь к дверям, но завернул в ванную, выбрасывая мокрое полотенце в корзину для белья. По возврату назад, я заметил, что Йоонас сел на стул за компьютерным столом, развернув стул в сторону моей кровати. — Ты спать не собираешься? — А ты?... — Видимо, нет... — Я... Я могу уйти, если... — Сиди, кудрявый. Не могу уснуть, говорю же. Так хотя бы не один... Я сел на кровать, уставившись на него. И недолго думая, выпалил: — Садись ко мне, да и вообще холодно, гаси свет и давай сюда. Сразу заметив улыбку облегчения на его лице, он погасил свет и сел на кровать, накрывая наши ноги одеялом. — Главное не усни. — Не усну, точно. Впервые за все время нашей комфортной тишины, мне стало неловко. Я чувствовал себя так, будто обидел его... — А если таки кто встанет, то что, скажем, что ты решил прилечь в туалете, а прилег у меня? — Может и правда... Ладно, думаю... - уже потиху вставая с кровати, говорил он, но я решил действовать. Схватив его за руку, я выпалил: — Не уходи... Йоонас, как-то печально взглянул на меня и накрыл своей второй рукой мою руку. — Вообще, я поговорить хотел... И тут все. Конец. Остатки моего рассудка лежали на краю, а тем временем я молил лишь об одном: чтобы он меня не бросил... — Я тебя слушаю... — Может расскажем... Расскажем парням?... ... Чего-чего, а такого!... Расскажем парням?! С одной стороны я выдохнул с облегчением. С дичайшим облегчением. Он хочет признаться парням о нас, о наших отношениях. Значит, он хочет их сохранить... Эта мысль успокоила меня окончательно и даже факт того, что он озвучил, уже меня так не пугал. — Йоон, ты серьезно?... — Да... — А тебе не страшно?... — Страшно. Очень. Но я подумал... Они наши друзья. Семья. Они же рано или поздно должны узнать. — Именно сейчас?... Йоонас, давай... Давай еще подождем. — Чего подождем, Олли?... — Почему ты так хочешь рассказать именно сейчас?... Я только недавно сам это проглотил, я не готов кормить кого-то с этой же ложки, Йоонас... Йоонас, видимо, увидел смысл в моих словах, поэтому молча кивал, также держа меня за руку. Я сегодня веду себя как болван: что-то не то говорю, делаю. Мне кажется, что я его сильно обидел. Спросить? Могу, конечно, но... Может если болит-не давить?... Ведь решение свое я все равно не поменяю... Поэтому я решил извиниться молча. Как обычно. Я лег на подушку и просто протянул руки, показывая приглашающий жест. Йоонас как будто ждал этого, поэтому никаких возмущений, а уж тем более отказа я не получил. Он мягко положил свою голову мне на грудь, а руку в сгибе положил на плечо. Почему настолько не боимся, что кто-то может зайти?... Я не знаю... Судьба накажет меня по-другому. Йоонаса наказывать не за что, чтобы так подставлять его. Поэтому, рядом с ним я фактически находился в безопасности. И не потому, что якобы везло и благодаря ему, я не попадался, нет... Просто стук моего сердца, на котором лежала его голова, выдает меня с ног до головы. Я уснул...***
Резко вскочив от того, что я на обрывках сна понял, с кем уснул, я таки выдохнул спокойно, ведь уснул лишь я. Йоонас ушел. На часах было 6:15. Сколько же он так пролежал со мной?... Меня так разморило от его тепла. Именно про эту защиту я и говорю. Конечно, помимо физической, есть еще и душевная. И в то время, когда днем я тону, ночью, в четыре часа утра ко мне пробирается мой спасательный круг, словно удаляющий все мои проблемы из головы хотя бы на ночь... «Я ушел, Олли. Доброй ночи...» Было отправлено в мой инстаграм в пять утра. То есть буквально час назад. Он минут сорок лежал со мной?... Учитывая то, что я отключился почти сразу... Тут я слегка опешил. Что-то сильно меня взбудоражило с самого момента пробуждения, а вот что - я понять не мог. Не мог, пока не прочитал смс Йоонаса. Духи... Моя футболка пропахла им, пропахла его духами. Когда я вышел в зал я немного опешил, ведь никого не было. Снова. Покричав на стены дома, я понял, что таки один. Но ведь Йоонас тоже поздно лег. А этого хер разбудишь. Может быть, он глухо спит у себя? Поднимаясь, я таки надеялся, что он дома. Стук и тишина. Я постучал настойчивей. Снова ничего. Тут я решил попытать удачу и просто дернул ручку двери, которая не была заперта. На кровати лежал ком из одеяла, а сверху виднелось скопление вермишели. Дома... Пусть спит. Я мягко закрыл дверь и пошел готовить завтрак, правда после того, как убрал комнату. Интересно, куда все подевались? Время уже... СКОЛЬКО?! Часы показывали 15:21, а я чуть не уронил сковородку себе на ногу. ОСОБЕННО КОГДА ЭТОТ ПОДОШЕЛ СЗАДИ. — ДА ЕП ТВОЮ МАТЬ! — ?!... Тот аж сам испугался, хотя неожиданно подкрался он, а не я. Но это не удивительно, я так заорал, что тут и слепой прозрел бы и дернулся. — Чего орешь?! — А чего подкрадываешься?! Хуй с ним со стаканом, а если на ногу горячую сковороду?! Ебу дал?! Так, теперь, когда до меня будет оставаться 10 метров, спокойно начинай здороваться. НЕ РЕЗКО, А ПЛАААВНЫМ ТАКИМ НАРАСТАНИЕМ ГОЛОСА. ПОНЯЛ?!... — И тебе доброе утро, ахаха. — День, дурила. — Ох ё, три? Неплохо. Потянувшись и явно не волнуясь, что мы просрали полдня, он подошел и кинул взгляд на то, что я готовлю. — Я еще не ел твою еду, обычно Моиланен готовит) — А это и не тебе. Я то встал раньше. — А дверь ко мне в комнату закрыть не догадался?) — Ты... — Да, слышал) — А как понял, что я? — Только ты так вежливо стучишь, ахахах. — Ну тебя, ахахаха. Я заметно ободрел. Даже к кофе не притронулся еще. Поэтому Йоонасу отдал свой и усадил есть, а себе стал готовить что-нибудь новенькое. Пусть поест. Таки спать меня укладывал... Мы разговорились за чашкой кофе. Смеялись так, что если бы дома был Йоэль, он бы нахер нас обоих выставил за двери, ибо его лирическая натура часто бывает не в настрое. — Смотри, что могу. Йоонас пошел на ковер. Лег на спину и... Березка? Ахахахахах. Гимнаст. Ей богу. — Порко, Порко, ты сейчас рухнешь, ахахаах! Я подбежал, придерживая ему ноги и показывая, как правильно. В конечном итоге таки это счастье упало ещё и меня за собой повалило! Мы очень громко смеялись, пока я просто не повернул голову в его сторону. — Ну что?)... Этот просто улыбался, видимо, на что-то надеясь. Тут я подкатил глаза, улыбнулся и потянулся к нему, мимолетно, но сильно чмокнув его в губы. И тут я понял, насколько мы везучие. Через секунду дверь открылась. — Нихера, половина пятого, они спят еще?! — Да не ори ты. Ну спят, так пусть спят. — Давно встали! Мы подорвались и пошли встречать парней, расспрашивая, куда ездили. Оказывается, они ездили к Насте с Кирилом, которые приехали вчера. Нас, как объяснили, не взяли по причине того, что спали, да и живут Кайнулайнены не далеко, а они у них давно не были с момента свадьбы. Свадебные хлопоты, семейная жизнь, все дела. — Кстати, а тебе Наст... — Тихо!... — ? — ? — Алешка, блять. Она же сама хотела. — Да что сама? Мы с Йоонасом были как два дурачка, не вникшие в ситуацию. Явно, проболтались. Что она сама хотела сказать? — Короче, мы ездили не просто так. Кайнулайнен сам позвал. Вас тоже ждали, но сказал, чтобы вы вдвоем позже заехали. Но раз уж так... — Настя беременна... — ?!... Беременна?! КОГДА УСПЕЛИ?! Ну нихера себе... В этот момент я даже пожалел, что меня не разбудили. Нужно обязательно наведаться. Поздравить. А Насте пожелать сил. Муж у нее отличный, но работягааа... Что тоже хорошо, конечно, на памперсы точно хватать будет. Да вот абы дома появлялся. — Мы завтра обязательно к ним заедем, да? — Конечно! Вы что-то дарили? — Ну, так-то рано еще, но таки дарили. Когда рассказали, Алеша тайком отпросился, мол, по делам срочно, а сам быстренько в ТЦ смотался. Они же живут рядом. То Кирилу купил виски, а Насте пачку кофе и набор зеленых чаёв, ахахах. — Давайте хоть деньги отдадим. — Ой, да брось, все нормально. Сам если захочешь что купишь. — Договор.***
Уже девять вечера, я курю на террасе один, иногда поглядывая в телефон. И почему в такой шикарный день обязательно появится туча?... «У тебя осталось 2,5 месяца, красавец. Как успехи?)» Никак, стерва. Проигнорировав сообщение, я запалил вторую сигарету, собираясь с мыслями... Я хочу спокойно жить. Если бы можно было просто сменить симку... Сразу вспоминая Йоонаса и в очередной раз, глотая груз вины, я докурил, потушил окурок и вернулся в дом, заходя в его комнату. — У тебя все хорошо?... — Да, а... А что такое? Почему должно быть плохо?) — Волнуюсь за тебя просто... Все нормально. В его взгляде я увидел искру, которая мягко горела, отражаясь в моих глазах. Он не мог подойти. Мы и так много рискуем. Он всего лишь сказал: — Спасибо за уроки Йоги, Олли)...
