you're my one and only

I never have thought

When you're gone

I'd find it hard to carry on

And it's probably 'cause

I fell in love way back then

And I think about us when

I think about us when

© Drunk by Keshi

      После того завтрака они не списываются, возвращаясь к обоюдному игнорированию. Сатору чаще появляется в офисе, нагружая себя работой, дабы лишить себя возможности в лишний раз поддаваться предательским мыслям.       В среду он засиживается едва ли не до десяти ночи, разбирая отчеты и другие документы, требующие его подписи. Отвлекает его входящий звонок от Сёко. Поднеся пальцы к глазам и надавив на них слегка, чтобы снять напряжение, он принимает ее звонок. Но не успевает он ответить, как на него выливается следующая тирада:       — Почему в дверях твоей квартиры я увидела ни тебя, ни Мегуми, а какого-то милого розоволосого юношу в его футболке? И, прежде чем ты спросишь, с чего я взяла, что это была футболка Мегуми, именно её ты три часа выбирал, пока висел со мной на линии и спрашивал у меня, цитирую: понравится ли этому маленькому гремлину этот принт и цвет?       Сатору едва не морщится от резкого и громкого голоса подруги, а уж потом задумывается над сказанным ею. Постепенно он вспоминает, как на днях Мегуми заходил к нему с закусками от его матери и спрашивал, может ли пару часов провести с Юджи у него, чтобы подготовиться к какому-то проекту. Сатору, и так проводящий в квартире минимальное количество времени, согласился без лишних вопросов.       — А, — тянет он, — видно Мегуми привёл своего друга потусить.       — И почему ты так спокойно об этом говоришь? — возмущению девушки на том конце нет предела.       — А как я должен при этом звучать? Удивленно? Раздраженно? Удрученно тем, что он наконец социализируется? Пусть и с одним человеком? — он не выдерживает и коротко смеется. Усталость, собравшаяся в теле, постепенно отступает.       — Это-то да, но ты не думал, что немного опасно оставлять двух парней в разгар пубертата одних в квартире?       — Ну детей-то они не наделают, — Сатору прыскает. — Да и что они могут делать? Смотреть порно? А чего ещё ты ожидаешь от шестнадцатилетних? Будто сама его не смотрела.       — Нет, — пауза. — Я читала.       — А точно, пардон.       — Ой, как будто ты у меня их не тырил. Посмотрю я на тебя после того, как они натворят дел или покалечат друг друга в процессе, — явное беспокойство проскальзывает в голосе девушки. Ее способ волнения выражается в таком вот ворчании.       — Да не драматизируй ты, ведь сейчас есть доступ к интеренету, — спешит он ее успокоить. — Тем более, я же не мать или отец, чтобы сидеть над ним наседкой. И к слову, я уверен, что Мегуми пока даже не дошёл до того, чтобы рассматривать Итадори в романтическом плане.       — В смысле?       — Зная его, тот на данный момент воспринимает парнишку как друга и за неимением других друзей скидывает все свои чувства именно на дружеские, — задумчиво тянет он, повернувшись к окну и вглядевшись в ночной город.       — И ты видимо ему в этом не поможешь?       — В пробуждении его ориентации? — он смешливо поднимает бровь.       — Звучишь вульгарно, но что-то в этом роде.       — Просто признай, что за него волнуешься.       — Так и есть. Я вообще удивлена, что после знакомства с тобой он до сих пор жив и здоров.       — Ой, да иди ты, — смеется Сатору. — Я не хочу давить на него со своими советами и прочим, ведь ты знаешь, какой у Мегуми сложный характер и как долго он привыкает к человеку. Я вообще удивлен, что он рассказал мне об Итадори. Уверен, что до этого он раз сто подумал перед тем, как предстать передо мной не совсем дединсайдом.       Сёко на том конце выдыхает.       — Но в случае чего, я ему помогу, ты же знаешь, — пытается заверить ее он. — За эти несколько лет этот щегол стал мне семьей.       — Как скажешь, — в ее голосе можно разобрать нотки облегчения.       — Кстати, чего ты забыла у моего дома в такое-то время? — вдруг вспоминает он, с чего вообще начался разговор.       — А ты чего не дома в такое-то время? — парирует девушка.       — Каюсь, заработался, — готовясь услышать еще один поток возмущения, признается он.       — Что ты сделал с моим Сатору? Признавайся! — смешливо спрашивает Сёко и после некоторой паузы продолжает с некоторой серьезностью в голосе: — На самом деле, я хотела с тобой выпить и поговорить.       Сатору невольно хмурится, вставая и подхватывая свой пиджак. Сёко редко когда приходит к нему вот так без предупреждения, а если такое и случается, то обычно из-за того, что что-то стряслось.       — Рядом с моим домом есть неплохой бар. Я частенько там бываю, и атмосфера там хорошая, тем более, сейчас там не должно быть много людей. Встретимся через полчаса? — говорит он, уже покидая свой кабинет.       — Ты лучший, Сатору, — смеется в трубку она, — знаешь это?       — Ты лучше, — парирует он. — Сейчас отправлю адрес.       К тому моменту, как он подъезжает к бару, Сёко устраивается за дальним столиком с коктейлем в руке. Завидев его в дверях, девушка улыбается и взмахивает рукой, подзывая к себе. Вежливо кивнув бармену и попросив как обычно, он подходит к подруге, снимая пальто и вешая его на спинку стула.       — Долго ждала?       — Без малого сорок минут, так что с тебя выпивка, — высунув язык, говорит Сёко и придвигается ближе.       В баре приглушенное освещение, так что, чтобы разглядеть черты друг друга, им нужно сидеть довольно близко. Сёко недовольно щурится, вставая с места и всматриваясь в его глаза, а после выдыхает безапелляционно:       — Сейчас же сними их в уборной и пожалей свои сосуды.       — Но… — не успевает воспротивиться он, как девушка взмахивает рукой, мол, даже не спорь со мной.       Коротко улыбнувшись, Сатору следует ее приказу и спустя несколько минут возвращается к их столику, замечая заказанный саке с двумя чашками токкури. Без линз он, конечно, чувствует себя гораздо легче — даже усталость отступает, но этого он не скажет ей, ни за что.       Сёко довольно улыбается, мягко сжимая его ладонь, как только он садится напротив.       — Теперь-то расскажешь, что стряслось? — Сатору смотрит на нее с плохо скрываемым волнением и видит, как выражение лица девушки вмиг теряет все краски, становясь серее тучи.       Внимание тут же привлекают заметные круги под ее глазами, которые теперь даже консилер не скрывает. Неужели опять берет сверхурочные? Хотя не ему из-за этого возмущаться.       — Даже не знаю, с чего начать, — замявшись, тянет она и отпивает от своего коктейля, несильно барабаня пальцами свободной руки по столу.       — Связано с работой? — помогает Сатору, наливая себе саке.       Девушка отрицательно качает головой, отводя взгляд. И он все понимает, пусть и с небольшим опозданием.       — Утахимэ? — имя повисает между ними на несколько долгих минут, пока Сёко набирается сил, чтобы высказаться.       — От тебя ничего не скроешь, — наконец говорит она, опустошив свой стакан и отставив его в сторону. — Все сложно, — при этих словах она хмурится и проводит пальцем по переносице.       — А когда человеческие отношения были простыми? — Сатору опирается локтями о стол.       — Ну, — Сёко жмет плечами, пододвигая к себе саке и наливая во вторую токкури. — У вас с Гето, казалось, все было просто, — не успев закончить предложение, она спохватывается и поднимает на него виноватый взгляд, — прости.       — Все в порядке, — он улыбается ей. — Если бы у нас с ним все было просто, мы бы не расстались. Все дело в том, что мы не показывали, через какие трудности проходили.       — И чего ты ломаешь мое представление об идеальных отношениях? — шутливо ругает она его. — Но вы хотя бы были уверены в чувствах друг друга.       Голос ее наполнен непривычной горечью.       — Как давно ты ее любишь? — спрашивает Сатору, пытаясь поймать взгляд подруги.       — Не знаю. Иногда кажется, что я всегда ее любила, просто не знала до нашей встречи с ней. А порой я смотрю на нее и сердце бьется, как у подростка, понимаешь? Мне ведь и много не надо, просто, чтобы рядом была, — Сёко позволяет губам растянуться в улыбке. — Но она… боюсь, ей трудно. Свыкнуться с этим всем. Что она может любить меня — девушку, а не парня.       — Но ведь к нам она относилась нормально, — в недоумении хмурится он.       — Вы с Сугуру просто существовали в другой вселенной. Вы всегда выбивались из канонов и были отдельной константой в новой плоскости, понимаешь? Смотря на вас, никто и не сомневался, что вы просто не можете быть вместе. Это казалось абсурдным, — впервые в интонации Сёко он может разобрать нотки белой зависти. — Но мы с Утахимэ… никогда ведь и не было нас. Сначала мы просто были одногруппницами по одному проекту, потом подругами, а потом я и сама не заметила, как эта девчонка завладела всеми моими мыслями. И я всегда знала, что мне нравятся девушки, так что в начале все, казалось, было просто. Вот только, из нас двоих, только я одна приняла свои чувства столь быстро.       Сатору не перебивает ее, молчаливо выслушивая и протягивая руку, чтобы сжать ее хрупкую ладонь в своей. Сейчас Сёко не нужно, чтобы ей дали совет или сказали, как поступить лучше, а всего лишь, чтобы выслушали. Дали выговориться и посмотреть на ситуацию под новым углом, ведь людям не всегда нужны рациональные ответы. Ведь порой достаточно того, что их слушают и дают понять, что слова их не канули в лету.       — Я предложила ей съехаться, — продолжает девушка, — А она сказала, что ей нужно время и я отнеслась с пониманием, но потом она стала говорить о том, что может нам не стоит торопиться и что, если мы путаем дружбу с влюбленностью. Представляешь, Сатору? Она убеждала меня в том, что я запуталась в своих чувствах, когда как я последние несколько лет знаю, что люблю ее. И, — Сёко резко выдыхает, — я не выдержала. Мы сильно поругались и теперь я не знаю, что делать.       Она поднимает на него взгляд, и Сатору видит, насколько разбита его подруга. Видит, насколько ей больно, отчего его сердце тоже ноет.       — Ты ведь понимаешь, что с внутренней гомофобией не так уж просто справиться, — после паузы, говорит он. — Одним необходимо несколько месяцев, другим же не хватит и всей жизни, чтобы принять самих себя. Все, что ты сейчас можешь сделать, дать ей чуть больше пространства и свободы. Позволь ей побыть наедине со своими чувствами и разобраться в себе, ведь из вас двоих самой запутавшейся является как раз-таки она. Если ты ей дорога, то она все равно вернется. Просто, не дави на нее, хорошо? Ей нужно время.       — Я…я боюсь, что она может уйти и не вернуться, понимаешь? — на грани шепота, отвечает Сёко, и он видит кристаллы звезд в ее глазах. — Что… что, если не будет даже нашей дружбы? Как же я с этим справлюсь?       Сатору требуется десять секунд, чтобы встать и подойти к ней, а затем заключить в свои объятия.       — Т-ш-ш… все будет хорошо, — заверяет он. — Ты справишься, а я буду рядом.       Сёко дышит шумно, пока не позволяет себе один всхлип, за ним — другой. Сатору прижимает ее ближе к себе, в надежде спрятать от всего мира.       Через час они заказывают неизвестно какое по счету саке, вслушиваясь в незамысловатую песню, доносящуюся из динамиков. Что Сатору любит в этом заведении больше всего, так это то, что тут всегда можно поговорить в спокойной обстановке, или наоборот посидеть в обоюдной тишине.       — Спасибо, — говорит Сёко, смотря на него с благодарностью.       — Я всего лишь выслушал тебя, — пожимает плечами он.       — И это много для меня значит, — заверяет девушка.       — Ты сделала для меня еще больше.       — Разве не для этого нужны друзья? — приподняв чашку токкури для того, чтобы чокнуться с ним, Сёко улыбается, и Сатору не может не подметить то, какая же она все-таки красивая.       — Вот именно! Так что хватит благодарностей, — шутливо отмахивается он, тоже приподнимая свое токкури и после отпивая.       — Кстати, — она щелкает пальцами, словно что-то вспомнив. — Ты же не передумал насчет выходных?       — Если бы я это сделал, Мэй на мне бы живого места не оставила.       — Ты же знаешь, что Гето тоже будет? — с куда меньшим энтузиазмом продолжает девушка.       — Догадывался, — закусив губу, кивает он.       — Мы виделись с ним за обедом в начале недели. Он выглядел очень потрепанно, — в ее голосе мелькают нотки волнения. — Оказывается, на той неделе объявился его бывший, стоял под его дверью и отказывался возвращаться в Лондон, пока они не разберутся в их отношениях.       Вспоминая неожиданный звонок, на который Сугуру все же ответил, Сатору кивает, даже не удивляясь этой информации.       — Он мне этого не сказал прямо, но думаю, что у того парня есть суицидальные наклонности и он во всю этим пользуется, чтобы оказать влияние на Гето, — выдыхает девушка. — Просто дурдом какой-то.       При ее последних словах Сатору хмурится, узнавая о новой и не самой приятной информации. Было не сложно догадаться, что Сугуру до сих пор поддерживает связь со своим бывшим, судя по их разговорам, но узнавать, что последний не принимает разрыв и всячески пытается склеить разбитое стекло посредством угроз навредить себе, — не то, к чему он был готов.       Он никогда не прибегал к манипуляциям в отношениях, считая, что такое поведение прежде всего обесценит те чувства, что изначально связали его с человеком, не говоря уж о том, насколько это жестоко и несправедливо по отношению к партнёру. Отношения вовсе не должны строиться на боли и обоюдном абьюзе, ведь в итоге страдать будут оба и от любви там не останется ничего.       Теперь же, узнавая о том, в каком дерьме оказался Сугуру, он не может не почувствовать укол искреннего сочувствия и желания хоть как-то помочь. Вот только здравой частью мозга Сатору осознает, что не будет пытаться помочь ему или говорить, что идти на поводу у такого человека, все равно что крепче привязывать себя к нему, ведь тот будет видеть, что его методы работают. Во-первых, жизнь Сугуру его более не касается. Во-вторых, он не может бежать сломя голову, не зная всех подробностей и не имея представления о полной картине вещей.       — Ой, — спохватывается Сёко, — только не говори ему, что я тебе сказала.       Сложив руки вместе, она смотрит на него умоляющим взглядом, хотя по покрасневшим щекам и без того видно, что девушка напилась до той кондиции, когда не может следить за своим языком.       — Хорошо, — заверяет ее он, и заказывает им такси.       Горечь селится у него в горле, мешая сделать глубокий вдох.

* * * * * *

      К выходным погода, сжалившись над ними, радует ярким, но плохо греющим, солнцем и несильным ветром. Сатору и сам не замечает, как на два дня усыновляет двух подростков, беря их с собой на горячие источники. Мегуми молчаливо помогает с сумками, пока взволнованный Юджи переговаривается с дедушкой по телефону, говоря тому, что навестит его в больнице в понедельник после школы.       — С возрастом здоровье стало его подводить, — после звонка обращается он к Сатору, — так что раз в полгода он проходит лечение в больнице.       — Надеюсь, ему вскоре полегчает, — взлохматив волосы юноши, улыбается ему Сатору.       — Конечно. Моего дедушку так просто не сломить! — Юджи расцветает в яркой улыбке и оборачивается к подошедшему Мегуми, что остановился за его спиной молчаливой тенью. — Кстати, Фушигуро, если хочешь, можем вместе его навестить. Он давно хотел встретиться с тобой.       Мегуми на миг теряется. Сатору замечает, как на лице юноши отражается искреннее недоумение, но вскоре он награждает Юджи короткой улыбкой.       — Хорошо, — отвечает он, кивнув и сжав рукой плечо друга.       Сатору, наблюдающий за ними, вспоминает разговор с Сёко и не может не усмехнуться мысли о том, что та с одного взгляда разглядела чувства обычно закрытого Мегуми. Впрочем, она всегда замечала такие вещи. Проницательная девушка, что уж с нее возьмёшь. Он никогда не забудет то смущение, с которым пришлось столкнуться, когда она раскусила их с Сугуру ещё после их первого свидания, когда даже они сами не были уверены, во что все выльется.       — Ну что, готовы? — отвлекая их, Сатору оправляет свои очки и садится на переднее сидение.       Юджи тут же кивает и вместе с Мегуми устраивается на заднем, вновь светясь ярче любой лампочки. Ну что за ходячий позитив.       — Нам нужно кое-кого забрать по дороге и после сразу отправимся на источники, — заводя машину и поправив зеркало заднего вида, Сатору вводит координаты квартиры Сёко и выезжает со стоянки.       Юноши на заднем сидении надевают одну пару наушников на двоих, тут же утыкаясь в смартфоны и, видимо, во что-то играя. Время от времени поглядывая на них в зеркало заднего вида, Сатору не может не улыбнуться мыслям о том, как комфортно те чувствуют себя в обществе друг друга.       К квартире Сёко они подъезжают через двадцать минут. Девушка уже стоит на парковке, облачившись в джинсы, теплый свитер грубой вязки, и темно-коричневое пальто. В одной руке у неё рюкзак и шоппер, другой же она придерживает сигарету. При их виде она торопливо тушит сигарету.       — Долго же вы, — говорит она, убрав вещи в багажник и потеснив парней на заднем сидении.       — Здравствуйте, Иэири-сан, — едва ли не в унисон здороваются подростки.       — Чего вперед не сядешь? — Сатору не без удивления оборачивается к ней, и видит виноватую улыбку девушки, примерно представляя её следующие слова.       — Можем забрать ещё кое-кого? Нанами с Мей и Утахимэ уже на полпути к источникам, — Сёко пытается посмотреть на него жалостливым взглядом. Получается у неё так себе, к слову. — А с машиной Гето снова что-то приключилось.       При упоминании знакомого имени, Мегуми отвлекается от игры, не сильно пиная спинку переднего кресла.       — Гето-сан? Твой давний друг? Вы до сих пор общаетесь? — неожиданно закидывает он Сатору вопросами. Бросив выразительный взгляд на подругу, Сатору ловит взгляд юноши в зеркале заднего вида и кивает в ответ на все три вопроса.       — Он недавно вернулся обратно, — поняв, что кивка будет недостаточно, продолжает он.       — А вы разве не рассорились? — хмурясь, допытывается Мегуми, что совсем на него не похоже. При этом юноша щурит глаза, словно в попытке считать любой намек на ложь.       — Да ведь это было черт знает сколько лет назад, — пытаясь свести все к шутке, Сатору нарочито резво заводит машину, вводя новые координаты на навигаторе.       — О, а ведь вы мне, ребята, так и не рассказали, как познакомились, — отвлекая их, влезает в разговор Сёко и выжидающе смотрит на каждого из парнишек.       — Ничего особенного, — бурчит Мегуми, вновь теряя интерес к разговору.       — Я могу рассказать, — неловко взъерошив волосы на затылке, Юджи смотрит на девушку с некоторой неуверенностью.       Сёко подбадривающе ему улыбается, кивая, отчего юноша расслабляется, тут же опуская напрягшиеся до этого плечи.       — Я перевелся в класс Фушигуро еще в начале весны, когда мы с дедушкой решили перебраться в город, чтобы ему было удобнее посещать больницу для его лечения. Вы не поверите, но, кажется, в самом начале, я ему совсем не понравился, — Юджи смеется, толкнув парня плечом и получив тычок под ребра в ответ. — Но, так как нас усадили вместе, я буквально от него не отходил, потому что не знал где и что находится. А потом он влез в драку, — юноша прерывается, ведь Мегуми резко опускает руку на его бедро, несильно сжимая и смотря на него убийственным взглядом. — А, ой. Это был секрет?       — Учитывая то, что он время от времени ходил с разукрашенным лицом, это навряд ли можно назвать секретом, — давит смешок Сатору.       — Так вот, — стушевавшись, Юджи виновато улыбается другу, получая от того усталый вздох. — И я сам не заметил, как тоже оказался в гуще событий. Потом мы вместе сидели в мед. пункте, пытаясь обработать ободранные костяшки и щеки, и разговорились. Я узнал, почему он вечно шел против оравы отморозков, и захотел стать его другом. А Фушигуро и не возражал, не так ли?       Мегуми поднимает взгляд от своего смартфона, коротко кивая. Вот только покрасневшие уши выдают его с потрохами.       — Надо же, — усмехается Сёко, бросая многозначительный взгляд на Сатору. — А ты еще с кем-нибудь дружишь, Итадори?       — Ну, — Юджи задумывается, — есть несколько сенпаев, с которыми мы время от времени зависаем, а и в наш класс недавно перевелась одна девушка, Кугисаки Нобара, вредина настоящая, но с ней весело.       — Только тебе и весело, — ворчит Мегуми, на что Юджи смеется.       — Они с Нобарой как кошка с собакой. Что ни день, то цепляются.       — Могу себе представить, — Сёко подмигивает парнишке.       К району Сугуру они подъезжают меньше, чем через полчаса. Сатору ловит взгляд подруги в зеркале заднего видения, тут же ее прося:       — Напишешь ему, что мы приехали.       На лице девушки вновь мелькает виноватая улыбка, но он вовсе не злится. Как бы сильно он ни пытался заглушить все свои чувства, запихнув их куда подальше и закрыв за семью печатями, он, нет-нет, да, думал о том, что на выходных вновь встретится с Сугуру. Сатору даже кажется, что у него постепенно едет крыша, ведь видеть парня хотя бы раз в неделю становится новой потребностью, и это ему вовсе не нравится.       Сугуру появляется в поле зрения спустя пару минут, костяшками пальцев постучав по его стеклу. Спустив его, Сатору невольно вздрагивает, едва ли не сталкиваясь с ним нос к носу. Последний раз, когда они находились настолько близко к друг другу был три чертовых года назад. Сатору слышит уже знакомый Bleu de Chanel, чувствуя, как парфюм пробирается под кожу. Ему стоит больших усилий сдержаться и не сделать глубокий вдох.       — Откроешь багажник? — просит Сугуру, и он не может не подметить, насколько тихо и утомленно тот звучит.       Волосы у Сугуру, к его удивлению, собраны в тугую косу, отчего на открытом лице первым делом привлекают внимание темные мешки под глазами, а скулы кажутся болезненно острыми.       — Хорошо, — кивнув, он поднимает окно, нажав на кнопку снятия двери багажника с блокировки.       Сугуру садится на соседнее место спустя минуту, поворачиваясь к сидящим сзади и с легким изумлением здороваясь с ними. Юджи с интересом разглядывает его, пока Мегуми смотрит с некоторым отголоском на обиду.       — Ты так вырос, Фушигуро, — мягко улыбнувшись, говорит он.       — Так вы меня помните, — юноша произносит несколько удивленно, приподняв бровь.       — А должен был забыть? — при этих словах, Сугуру коротко смеется.       — Ну, вы вдруг резко исчезли, — зажевав нижнюю губу, Мегуми бросает короткий взгляд на Сатору, но быстро спохватывается. — Ладно, не важно. Это мой друг — Итадори Юджи, — знакомит он.       — Приятно познакомиться, Итадори. Я Гето Сугуру, и можешь опустить формальности, — Сугуру обращает взгляд на второго юношу, что тут же расцветает в доброжелательной улыбке.       — Надо же, вы говорите прямо как Годжо-сан… то есть Годжо, — не скрывая своего удивления, восклицает он.       — Вот как? — Сугуру усмехается, поворачиваясь вперед и на миг посмотрев в сторону Сатору. — Мне считать это за комплимент?       — А…я…ну, — растерявшись, Юджи смотрит на Мегуми в поисках поддержки. Тот успокаивающе сжимает его бедро, вновь возвращаясь к игре.       — Можешь не отвечать ему, — тоже успокаивает его Сёко и, потянувшись, несильно дергает парня за косу. Сугуру тихонько ойкает, тут же сводя все к шутке.       Сатору слушает этот переполох вполуха, перестраиваясь, чтобы выйти на кольцевое движение. Он не хочет признавать, но чувствует легкий трепет. И осознание это кольцом сжимает горло, мешая ровно дышать.       Сугуру удобнее устраивается, пристегиваясь и указывая на бутылку воды на подставке прежде, чем спросить:       — Могу я?       Сатору на миг отвлекается от дороги, бросив на него короткий взгляд.       — Да.       — Спасибо, — Сугуру одаривает его короткой улыбкой. — Сколько нам примерно ехать?       — Около двух часов, если без пробок, — задумчиво тянет он, барабаня пальцами по рулю.       — Можем поменяться местами, если устанешь.       — Все в порядке, — Сатору вновь бросает на парня взгляд. — Это не так уж далеко, да и мы выехали довольно рано.       Сугуру прочищает горло, сложив руки на груди и кивнув. Отвернувшись к окну, он больше ничего не говорит. Сёко пару раз заводит разговор, впрочем, тот потухает столь же стремительно.       Спустя полчаса, Сатору останавливается у заправки, чтобы заправиться еще и на дорогу обратно. Краем глаза он замечает, что Сугуру заснул, прижав голову к окну. Руки его все еще согнуты на груди, а на лице отразилось некоторая тревога, видно снится ему что-то не очень приятное. Обернувшись, Сатору замечает, что мальчишки тоже заснули. Голова Мегуми покоится на плече Юджи, пока тот щекой прижимается к волосам первого. Сёко, до этого смотревшая что-то на своем айпаде, отвлекается, снимая наушник.       — Тебе взять чего-нибудь перекусить или выпить?       — Протеиновый батончик и воду, — просит она. — Мне выйти с тобой?       — Нет-нет, все нормально, — улыбнувшись, Сатору выскальзывает из салона машины.       Оплатив счет за бензин, он набирает снеков ребятам, прихватывая батончик Сёко и на миг останавливаясь у стойки с чипсами, в итоге беря те, что раньше нравились Сугуру. Он не знает, зачем это делает, но, если честно, совсем не хочет анализировать каждое свое действие.       Весь оставшийся путь до источников, Сатору время от времени бросает взгляд на спящего Сугуру, не зная, что Сёко подмечает каждый из его взглядов. Погрузившись в глубокий сон, тот больше не выглядит таким встревоженным, да и цвет кожи более не такой болезненный.       Если постараться, Сатору может представить себе, что их всего двое в машине, и они вновь едут к морю вместе, желая провести вечер на берегу, сцеловывая улыбки друг друга.       У подножья гор дорога становится уже, а их по обеим сторонам окружают высокие деревья, чьи листья успели покрыться золотистым цветом и почти опасть. Слегка опустив окно, он вдыхает свежий запах и смотрит на Сёко в зеркале заднего вида.       Нет, их вовсе не двое в машине. И они вовсе не едут к морю. Да и давно попросту нет их.       Сатору мягко улыбается подруге и вновь обращает свой взгляд на умиротворенного Сугуру.       Возможно, он все еще его любит.