Заметки на полях: Мародеры
30 июня 2022 г., 18:30
Принимаясь за данные строки, я ощущаю странное бессилие. Сможет ли эта заметка, сделанная неверной рукой, в достойной мере поведать о тех отчаянных мужчинах и женщинах, что каждый день оказываются лицом к лицу с неизведанным? Невольных первопроходцах, на чьих костях, я уверен, в будущем взойдет новое человечество. О героях, и мерзавцах. Сомневаюсь.
Как выразить сухими строками судьбы и истории этих людей, без которых слово «мародер» будет всего лишь очередным прозвищем, не самого лестного толка? Но раз уж я взялся за данное дело, нужно честно довести его до конца.
Начнем с того, что мародеры составляют лишь малую часть населения Интерзоны. Мы исследователи, наемники, а для кого-то еще и смертники. Любой поход в неизвестность может стать для нас последним. Каждый день мы сталкиваемся со злом, грозящим поработить наши разум и душу, и все равно упрямо продолжаем идти вперед. И потому встречаем удар первыми. Для внешнего мира мы давно умерли, так же, как он умер для нас. Не верьте тому мародеру, который после нескольких стаканов выпивки в баре Кроу делится планами покинуть Интерзону. Эти слова так и останутся словами.
Роберт Херн, фольклорист, в своих заметках об Интерзоне писал, будто все без исключения мародеры находятся под чарами. Он хотел пошутить, но на самом деле высказал самую что ни на есть горькую правду — мы действительно околдованы. Околдованы Городом, его кошмарами, его чудесами. Никому из нас уже не вырваться. Где-то там, на тропах иных миров, найдем мы свое последнее пристанище. Сгинем в поисках сами не знаем, чего. И если повезет, в очередной истории о монстрах и богах кто-нибудь невзначай упомянет имена тех из нас, кто навсегда остался под чужим небом. Своего рода тоже бессмертие.
Один русский поэт, однажды посетивший Интерзону, писал: «я комкаю письмо, я погружаюсь в жуть, ужель нет выхода в моем пути заветном…». Сейчас, готовясь поставить точку, я чувствую то же самое. Душа охвачена звенящей тоской, порция рома в стакане сегодня больше чем обычно, в пепельницу отправляется уже третья сигарета подряд. За окном воет ветер, унося с собой сорванную в яростном порыве листву. Вот так и мы однажды будем подхвачены неумолимыми ветрами рока, и брошены в забвение. Ужель нет выхода…
