Please save me

      Чёрный волк сдавливал горло серому волку, понимая, что может отпустить. Но от него чувствовуется угроза, даже просто от туши. Из пасти Чонгука вырывалось рычание, не предвещающее ничего хорошего. Волк хотел разодрать на мелкие кусочки своего противника, даже если в этом не было необходимости. Слишком зол за раненного омегу, слишком боится после своего сна за Тэхёна. Вторая причина, вроде, просто притянута за уши, но Джихан требовал Тэхёна, это бесило. Его Тэхёна не может требовать никто, даже сам Чонгук. Он считает это слишком несправедливым по отношению к омеге, вот только волк так не думает. Ему, пожалуйста, этого омегу под бок и чтоб обязательно в шею дышал.       Чонгук краем глаза, совсем случайно, замечает лежащего на земле омегу и тут же кидается к нему, позабыв, казалось, про мёртвого серого волка. Но не успевает добраться до Тэхёна, как падает сам, скуля от сковывающей боли. Он убил вожака чужой стаи. Теперь эта стая попытается убить его, сохранить свою целостность. И либо они примут Чонгука, либо изберут другого вожака, пока будут уничтожать чёрного волка, которого новый вожак сможет убить. Оборотни не позволят влезть в свою стаю чужакам, даже оставшись без вожака.       Чёрный волк видит своего омегу, что лежит на холодной земле. Он не может бросить человека. Заставляет себя подняться, дойти и падает рядом, сворачиваясь вокруг Тэхёна, чтобы ему было не так холодно. Альфа не уверен, что его призыв дойдёт хоть до одного члена стаи, хотя бы до Хосока, что находится ближе всех.       Но зов дошёл. До Кая и Хёка, что среди ночи примчались к вожаку. Кай, коротко обнюхав вожака и омегу, громко завыл. Следом раздался вой слабее, но такой же громкий и напуганный. Хёк. Два волчонка подняли всю стаю, показав произошедший под луной ужас.       Приблизиться к омеге Чонгук позволил только волчатам и Хосоку, хотя доверял в своей стае всем без исключения. Просто Хосок может помочь, а за волчат может получить, когда омега придёт в себя. Волку нужна поддержка от близкого, а не ворчание, пусть даже и шуточное.       Волк на полусогнутых лапах идёт за Хосоком, что несёт омегу. Чужая стая душит, давит, но вожака не это пугает. Лишь омега на руках лекаря имеет значение. Чонгука напрягает и то, что в этой ситуации он, альфа и вожак, полностью бессилен. Даже обратиться не может, слишком сильное давление и ещё не унявшаяся ярость.       Хосок укладывает омегу в одной из комнат, сразу же осматривает его и не находит ничего, что могло бы привести к потере сознания. И Чонгук сразу же это списывает на страх, почему-то решает, что теперь Тэхён будет его бояться.       Волк усаживается у кровати, кладя свою голову на кровать рядом с рукой омеги, и практически засыпает сам, пока не накатывает новая волна боли. Альфа коротко скулит, а потом опускается полностью на пол и закрывает свою морду лапами, пытаясь облегчить давление, но это не помогает.       - Чонгук, - тихо зовёт Хосок. - Тебе надо наведаться в ту стаю. Ты долго не выдержишь.       А волк упрямо мотает головой и с болью смотрит на кровать, будто Тэхён пострадал именно из-за него. И вожак верить не хочет, что это не так.       Ближе к вечеру в стаю возвращаются её уехавшие члены. Тишина пугает всех, пугает и туша серого волка с разодранным горлом. И почему-то только Джин замечает неестественно вывернутые лапы и торчащую кость в одной из них.       Чимин первым залетает в дом Хосока, но альфа даже не ворчит, лишь рукой показывает, в каком направлении надо двигаться, и продолжает делать перевязки Мингю. С новым омегой стаи здоровается и знакомится лишь Юнги, а Джин так же летит к находящемуся без сознания Тэхёну.       Чонгук отходит от омеги, когда в комнату залетает Чимин, что чуть не спотыкается о чёрный хвост. Что-то бормочет под нос, что-то спрашивает у вожака, но тот лишь устраивается в углу комнаты и наблюдает.       - Это не твоя вина. Я уверен, ты сделал всё правильно. - Джин усаживается на пол рядом с вожаком, не приближаясь к его паре, чтобы не спровоцировать. - Думаю, ты хотел защитить его. На Тэхёне нет повреждений.       Волк молча встаёт и уходит, возвращается спустя несколько секунд, но уже в человеческом обличии и полностью одетый, а потом усаживается в тот же угол, где лежал волком.       - Я убил Джихана на его глазах. Разодрал его глотку. Я даже не знаю, в какой момент Тэхён упал. Я иногда думаю, что только врежу Тэхёну.       - Нет. Ты слишком сильно заботишься о нём. Тэхён не такой слабый, как тебе кажется. И не бойся, с ним всё хорошо. И скоро он придёт в себя. Можно только дам тебе совет? - Ответом послужил кивок. - Не затягивай с посещением той стаи, пока из тебя не вытянули все силы. Тэхёну будет тяжелее без тебя.       Джин на несколько мгновений замер рядом с кроватью, на которой лежал омега. Глаза старшего вспыхнули синим, после чего он сразу покинул комнату, направляясь в домик к своим волчатам, сразу же падая там на диван.       Тэхён пришёл в себя, стоило Джину упасть в своём временном доме. Омега тут же сел и осмотрелся. Тело немного ломило, а ещё было необходимо убедиться, что с вожаком всё в порядке. Чонгук сидел в углу комнаты. И только это заставило омегу расслабиться. Чимин тут же завалил сотней вопросов, крепко прижимая к себе, в комнату заглянули Кай и Хёк, как бы спрашивая разрешения у вожака, чтобы зайти. Чонгук, естественно, разрешил. Он помнит, кто их нашёл, кто поднял на уши всю стаю.       Омега отвечал на все вопросы о произошедшем от Чимина, потом на вопросы про состояние от Хосока, но постоянно поглядывал в сторону вожака, что изредка морщился от боли. И почему-то обращал на это внимание только Тэхён. Он переживал за своего волка, который почему-то не подходил и держался на расстоянии. Это пугало. А вдруг Чонгук пострадал, поэтому так далеко и морщится?       - Ты теперь боишься меня? - спросил Чонгук, когда они наконец остались вдвоём в комнате.       Хосок решил денёк ещё понаблюдать за омегой, что так резко потерял сознание. Внешне ничего не было, но и просто так сознание никто не теряет. Была мысль про беременность, но течка Тэхёна закончилась всего несколько дней назад, так быстро ничего не проявилось бы. Но для своего успокоения лекарь всё же сделал отвар, который не может пить никто, кроме беременных, всех почему-то воротит от него. И Тэхёна воротило. Значит этот вариант отметался полностью.       - Нет. Кого угодно, но не тебя, - ответил Тэхён. - Я лишь боялся, что ты пострадаешь. Боялся за тебя, - и это "за" уж слишком сильно выделялось из всего предложения. - Я знаю, что ты мне не навредишь. Ты столько раз спасал меня, от меня же, от всех остальных. Я не испугаюсь тебя, даже если ты захочешь разорвать мне глотку.       - Ты отключился, - продолжает стоять на своём вожак.       - В тот момент, когда Джихан налетел на тебя сверху. Я в тебе уверен, но в тот момент стало страшно, что ты не вывернешься. Больше я ничего не видел. - Тэхён немного откинул своё одеяло. - Иди ко мне. Только... - Тэхён замялся, стоило альфе подняться с пола. Это "только" бьёт больнее подавления чужой стаи. - Могу я поговорить с твоим волком? - Как-то слишком тихо и смущённо.       - Он слышит тебя, - отвечает Чонгук, всё равно переживая, что омега боится его второе я.       - Нет. Не так. Пожалуйста, Чонгук. Я хочу поговорить именно с ним, - настаивает омега, и Чонгуку не остаётся ничего, кроме как обратиться.       Чёрный волк боится подходить к Тэхёну, но тот лишь ёрзает в нетерпении. И стоит только вожаку подойти к кровати, омега резко опускается перед ним на колени и обнимает, носом зарываясь в густой мех на шее. Вожак не двигается, пребывая в ступоре от действий омеги.       - Я никогда не смогу бояться тебя. Я видел, что волк может сделать с человеком, но ты лишь защищаешь меня. Всегда, чего бы тебе это ни стоило. Ты прислушиваешься ко мне, что сделаю для тебя и я. Позволь мне стать твоей опорой. Да, я - человек. Но тоже смогу помочь. Только никогда больше не думай, что я боюсь тебя, хорошо? Я испугался, когда пришёл в себя, а тебя не было. Мне было страшно, что ты не подходишь, - шепчет прямо в мех, пряча свои слёзы. Тэхён наконец смог расслабиться.       Омега не мог сказать это самому Чонгуку, было странно говорить это грозному альфе, волку проще.       Чонгук обращается прямо в объятиях Тэхёна, крепко прижимает к себе омегу, коротко целуя того в висок.       - Он верит тебе. И благодарен, - на грани слышимости произносит альфа.       Чонгук поднимает на руки омегу, укладывает того в кровать и, быстро одевшись, ложится рядом, крепко прижимая Тэхёна к себе. Омега обнимает в ответ, и Чонгук почти засыпает, когда слышит уверенный тон Тэхёна:       - Завтра ты идёшь в стаю Джихана. И я иду с тобой. Не надо терпеть ради меня. Давай разберёмся с этим как можно быстрее. И это не вопрос. За меня бояться не надо.       Чонгук лишь прижимает к себе омегу крепче, но ничего не говорит. Бесполезно. Пытается понять, кто уже успел рассказать Тэхёну об истинной причине его боли. На душе почему-то очень хорошо от того, что омега о нём заботится. И Чонгук совсем не замечает, что рядом с Тэхёном ему больше не больно и ничего не давит. Альфа засыпает практически сразу в объятиях своего омеги, не замечая синее свечение глаз и ползущие по телу Тэхёна чёрные линии.       В домике на краю поселения в себя приходит Джин, коротко улыбаясь. Волчица Тэхёна жива. Она отдаёт все свои силы своей стае и своей паре. У них остаётся не так много времени, пока нечто сильное и необузданное, что так много лет было заперто, вырвется наружу.       Джин поднимает с пола Эрика, чтобы отнести в кровать, и чувствует то, чего не должен. Силы маленького волчонка тонкой струйкой покидают его. Но страха нет. Лунная волчица собирает силы всей стаи, чтобы передать их вожаку и обезопасить его.

***

      - Так-так-так. Кого это к нам занесло? - мужчина обошёл девушку и остановился прямо перед ней, даже не скрывая свою ухмылку.       Волчица гордо вскинула голову, осматривая помещение. Взгляд ледяной, не боящийся уготовленной участи. Ей терять уже нечего.       - И что это волчица здесь забыла? - Мужчина усмехнулся и демонстративно достал свой пистолет. От распространившего запаха волчица чихнула.       Несколько охотников дёрнулись, кто-то уже успел достать своё оружие и взять на прицел волчицу. Вот только мужчина, стоявший перед омегой, смотрел на неё в упор и рукой показал опустить оружие.       - Знаешь ли ты, куда попала?       - Конечно, господин Си. Я пришла предложить сделку. Сделка на смерть Чона.       - Ты же шавка из его стаи! - послышалось откуда-то сзади, и волчица лишь зарычала. - Только он в этом городе не метит каждого члена своей стаи.       - Мне нужен его труп. Точнее нет. Мне нужен труп его омеги, которого убьют на его глазах. Хочу, чтобы он почувствовал то, что чувствовала я. Он убил моего альфу и нашего с ним волчонка. А я заберу то, что дорого ему.       - И почему ты думаешь, что нам это интересно?       - У нас в стае есть белая волчица. И я вас приведу туда.       - А ты глупа. Ваши беты не дадут приблизиться к поселению, - господин Си усмехается.       - Значит я выведу Чонгука из стаи.       - Не боишься, что я убью тебя?       - Нет. Мне терять нечего. Но я знаю кое-что интересное. Чонгук трахает твоего омегу, - волчица усмехается, видя, как темнеет взгляд охотника. - Тэхёна же тебе обещали? Чонгук его пометил.       - Что я получу от этой сделки?       - Власть. Чон хочет подчинить стаю моего альфы. Ты убьёшь самого сильного вожака, вырежешь одну из самых больших стай. Там много волчат. Они не смогут дать отпор.       - Как я могу быть уверен, что это не подстава?       - Я отдам волчонка из своей семьи, моего племянника. Тэхён привязан к нему. Хочу, чтобы и он страдал. Убейте его на глазах Тэхёна, - вид у волчицы безумный, глаза горят красным. Волчица хочет мести и сделает всё.       - Как зовут тебя, чудо? - господин Си протягивает омеге руку.       - Мина.