Please save me

      На вой волчицы отозвалась вся стая, каждый почувствовал зов вожака. Первым до пещеры добрался Чимин, что смог почувствовать Хёка, как только закончилась метель. Омега первым из всей стаи увидел второго вожака в волчьем обличии, первый вживую увидел лунную волчицу, что охраняла свою пару и волчонка.       Тэхёна нисколько не смущала чужая замёрзшая кровь на шерсти, он лишь прислушивался к дыханию Чонгука, изредка тормоша его носом, как только дыхание становилось слабее. Волчица ворчала совсем как Чонгук, пытаясь таким образом поднять своего вожака. Волчица чуть не кинулась на Чимина, но сразу признала знакомый запах персиков. И только после этого подпустила к пострадавшим.       За Чимином пришли волки, чтобы помочь. И Хосок, как лекарь стаи, который впервые не знал, что делать. Чонгук и Хёк были отравлены чем-то неизвестным, что ослабляло каждого волка, касавшегося прозрачной жидкости, которая не замерзала даже при такой низкой температуре.       Тэхён шёл рядом с вожаком, которого несли альфы их стаи. Волчица с непривычки путалась в своих лапах, тормозя всех, но никто ничего не говорил: все видели останки напавших, окрашенную кровью белую шерсть. Да и сказать что-то волчице стаи, спасшей вожака, никто не решался. Тэхён прекрасно понимал, что тормозит всех, что из-за него Чонгук может пострадать ещё сильнее, но упрямо шёл дальше, стараясь придерживаться скорости всех, и практически у самого поселения белая волчица наконец уверенно стояла на своих лапах.       Чем ближе становилось поселение, тем отчётливее лунная волчица слышала и чувствовала свою стаю, каждого её члена, даже самого маленького. Волчица этого испугалась. Она слышала каждого, даже Хёка, но не Чонгука. Это пугало.       В поселении было тихо. Это не нравилось Тэхёну, он привык к постоянному шуму, сейчас же тишина напрягала. Все боялись за своего вожака. Ёна, выбежавшая на улицу в домашнем, тут же упала на колени перед белой волчицей, извинялась, что обвинила, не разобравшись ни в чём. А ведь она верила своей сестре, которая в итоге и отдала Хёка охотникам.       Тэхёна мало волновали извинения. Больше всего он переживал за Чонгука, что без движения лежал на носилках. Хёка не отравили, он спал, убаюканный смешанным запахом двух вожаков, что стал немного сильнее после обращения Тэхёна. Лунная волчица позаботилась о восстановлении волчонка, но её сил не хватило на помощь вожаку: слишком серьёзные повреждения для ослабшей волчицы.       - Я сам не справлюсь, не знаю, чем его отравили, - произнёс Хосок после осмотра чёрного волка. - Этот яд мне никак не навредил, но его убивает. Я не понимаю.       Белая волчица подошла к кровати и положила на неё голову прямо рядом чёрным волком.       - Я попрошу Джуна приехать. Он белый волк. Тэ, - позвал омега. Волчица лишь перевела взгляд. - Тебе надо будет взять роль вожака на себя и впустить его. - В ответ волчица лишь зарычала. - Это твой брат. Он не навредит, ты же знаешь.       Но, вопреки мыслям Джина, эта фраза вызвала лишь гнев Тэхёна. Он чувствовал предательство от того, кого ждал всем сердцем. И хотелось выть от безысходности, но пустить придётся, хотя бы ради Чонгука.       И Намджун пришёл всего через час, но не один, а со всей своей стаей. Тэхён почувствовал это по тому, как насторожились беты на границе. Именно это заставило омегу оторваться от чёрного волка, за которым неустанно следил лекарь. Волчица сорвалась к границе, где все ждали только её. Но на границе Тэхён увидел не только брата и его стаю. Родители...       - Тэ... - произнесла женщина. - Пожалуйста, выслушай меня.       Но волчица лишь отмахнулась от матери.       - Он отравлен. - И во взгляде Тэхёна отчётливо был виден вопрос: "Ты серьёзно, пап?" - Яд вредит волку, но не человеку. Ему надо обратиться. Но он этого не сможет, пока яда в его организме слишком много. Волки его не достанут. Как бы ты не хотел, но единственный, кто может вам помочь - это твоя мать. Она человек. Меня ты можешь ненавидеть, но не её, кто за тебя был готов расстаться со своей жизнью.       Женщина одёрнула за рукав пальто своего мужа, прося его замолчать. Верил ли он родителям? Нет. Сейчас он не верил никому, кроме Чонгука, чья жизнь висит на волоске. У волчицы буквально не остаётся выбора. Тэхён разрешает зайти в поселение всем, но с оговоркой: как только Чонгук придёт в себя, стаю должны покинуть члены его семьи. Сразу же.       И решение волчицы стаи принимают все. Чувствуют напряжение и безысходность.       Тэхён больше не отходит от Чонгука ни на минуту. Следит за каждым движением своей матери, за братом, что лишь говорит, как правильно сделать, но в упор игнорирует попытки свой семьи заговорить с ним. Сейчас важен лишь Чонгук, над которым стоят два белых волка и лекарь их стаи. Тэхён доверяет Хосоку больше всех.       Утром следующего дня в дом пугливо заходит Хёк. Мальчик боязливо осматривался в домике, пока не заметил белую волчицу, а после сразу кинулся к ней, зарываясь носом в густой мех и громко всхлипывая. Он винил себя, боялся, что теперь его выгонят из стаи, этого боялась и его мать. Но волчица лишь лизнула мальчика и положила голову на его плечо. Тэхён не злится, если только на себя. Слишком крепко спал, не почувствовал угрозу. Слишком поздно обратился, чтобы предотвратить такие последствия.       - Тэ, ты злишься на меня? - впервые заговорил Намджун с братом, когда они остались в комнате одни. Ну и Чонгук без сознания. От него волчица так и не отходила. - Так надо было. Охотники тогда меня увидели, я был уверен, что осторожен. А ты никак не мог контролировать обращения. Им нужен был ты, как лунная волчица. Мама искала способы, приходила сюда. Их вожак сказал про возможность усыпить волчицу, но они не знали как. Это всё сделал отец. Чтобы ты жил. И отпустили тебя именно к Чонгуку. Родители знали, что ты здесь, что именно он справится с тобой и поможет. А Джина отправил уже я. Хотел быть уверен, что ты в безопасности. Но я не мог забрать тебя отсюда. Ты, кстати, первый узнал, что у нас будет ребёнок. Ты почувствовал беременность Джина. Не злись хотя бы на него и маму, хорошо? Это всё - наша с отцом вина. А они любят тебя и переживают. Не отталкивай их из-за того, что они сделали не по своей воле.       Волчица слушала брата, даже не повернувшись к нему, но Намджуну хватило и этого. Он должен был сказать это вслух. Да, время не то. Тэхён весь в Чонгуке, что уже больше суток без сознания. В другой ситуации волчица даже не стала бы слушать.       Как и сказал отец Тэхёна, Чонгука пришлось принуждать к обращению в тот короткий миг, когда волк на кровати распахнул горящие глаза. Произошло это на третий день, когда на волке наконец зажили все видимы раны, но яд из организма никуда не ушёл. У волчицы потекли слёзы, когда она увидела исполосованное тело Чонгука, что так и не пришёл в себя в человеческом облике.       Тэхён так и не отходил, хотя и стал более осторожным. Человек казался слишком слабым и абсолютно беззащитным. Стал ещё настороженнее относиться ко всем, кроме Хосока и Кая. Казалось, что все обманывают. Но нет. Сохи несколько раз пыталась начать разговор, вот только волчица и слушать не хотела. Она услышала Намджуна. Этого достаточно.       Намджун ещё несколько раз пытался заговорить, но был остановлен тихим рыком и кивком белой головы в сторону вожака, указывая, почему альфа до сих пор в этой стае.       Тэхён изредка начал выходить из дома, каждый раз знакомясь по-новому со своей стаей. Но все его жалели, и это начинало надоедать. Волчица подладилась выходить из дома ночью, когда состоянию Чонгука перестало что-то угрожать. Оставалось только ждать, когда он придёт в себя.       Тэхён пытался разговаривать со свой волчицей, именно так, как когда-то рассказывал Чонгук. Но обиженный волк где-то внутри демонстративно отворачивал морду, не принимая никакие аргументы. Но омега не сдавался, ему просто необходимо стать собой. Ему надо быть рядом с Чонгуком, которому ещё долгое время нельзя обращаться в волка.       - Ненавидишь меня? - Рядом с волком села женщина. Тэхён отодвинулся, но не ушёл. - Я бы никогда не выдала тебя за него. - Сохи не надо было говорить, о ком она. - Я знала, что он охотник. И что ты почувствуешь его. Знал бы ты, как я испугалась, когда увидела волчонка. Это же был Кай? Ты так быстро выскочил с ним. Ты всё сделал правильно. Это я ошибалась всегда. Ваш папа... Второй родитель омега не выдержал устоев высшего общества и покончил с собой вскоре после твоего рождения. А я дура, была уверена, что смогу защитить тебя, сама не замечая, что загоняла тебя в стальные рамки, делала невесть кого. Хотела, чтобы ты ненавидел меня, потому что я не умею молчать. Это я рассказала про этот идиотский способ, не думала, что это сделают с тобой. Никогда не смогу простить себе такое. Я рада, что Чонгук нашёл тебя. Вы справитесь вдвоём. Прости меня, если сможешь.       И волчица делает то, чего Сохи не ожидала - подходит совсем близко и кладёт голову на колени женщины.       - Ты стала шикарной волчицей. - Женщина замёрзшей рукой зарывается в белоснежный мех, мягко поглаживая волчицу. - Просто присматривайте друг за другом, хорошо? Я не просто так взяла Чонгука поставщиком. Я искала кого-то из этой стаи, чтобы ты смогла вернуться. Чонгук чувствовал твой запах на мне, когда я приходила сюда, и не отходил от меня...       В дом Тэхен вернулся под утро, сразу же укладываясь около лежащего Чонгука. За всё это время он уже научился пристраиваться на самом краю кровати, чтобы хотя бы по ночам быть максимально близко к своему альфе.       Просыпается волчица впервые не от шума внизу, а от мягких слабых поглаживаний между ушей. Потягиваясь прямо на кровати, волчица наконец открывает глаза и сталкивается своим взглядом с ясными чёрными, ещё немного сонными, глазами.       - Тэ, - Чонгук приподнял руку и зарылся пальцами в белый мех немного ниже. – Ты всё-таки волк, – с усмешкой проговорил альфа.       Волк уткнулся носом в запаховую железу парня. Хочется быть ближе, чувствовать ярче. Вот только может навредить. До сих пор не до конца чувствует свои размеры. Пытается слезть на пол, но альфа не позволяет, слабо приобнимает, немного морщится от своих же движений, но уйти не позволяет, а волчица лишь больше подставляется под прикосновения своего альфы и счастливо виляет хвостом.       - Я всё думал, почему Юнги после твоего появления чуть не пометил Чимина. Оказалось, всё просто. Ты сказал, что он – часть стаи. Волчица стаи приняла его. И поэтому тебя так полюбили волчата.       Волчица слабо прикусила Чонгука, как бы прося его замолчать, не тратить силы на такие бессмысленные разговоры.       - Он выживет, не переживай. – К кровати подошёл парень. Чонгук попытался подняться. В его стае посторонний альфа, посторонний вожак. – Меня зовут Намджун. Я – брат Тэхёна. Не претендую на твою стаю. У меня есть своя. Тэхён не может обратиться после тех блокаторов, ему нужен его альфа. Только ты сможешь заставить его обратиться.       - Нет. Я не буду этого делать, пока он сам не попросит.       Намджун на это ничего не говорит, лишь улыбается и выходит из комнаты, говоря напоследок:       - У тебя превосходная стая, Чонгук. Все за тебя, даже те, кто только недавно стал частью этой стаи. Это многого стоит. Я завидую тебе. Береги моего брата. Он отдавал тебе свои силы и силы всей стаи, кто позволял их взять. Ты выжил только поэтому.