Часть 1
8 июля 2022 г., 13:08
На улице больше тридцати градусов жары, они роют могилу безымянному секретному агенту и песок каким-то образом проник в ботинки Уилла, так что простите его, если ему хочется отвлечься, а перед глазами так вовремя оказывается Майк, копающий в паре метров от него, совсем не обращая внимания на мир вокруг. Он избавился от бирюзовой ветровки, оставив на своем торсе лишь белую футболку, которая была под ней – довольно умно, учитывая, какой воздух чертовски горячий. Если Уилл когда-то считал Калифорнию жаркой, то это было совершенно ничто с пребыванием в пустыне.
«Но все еще не такой чертовски горячий, как Майк», — неожиданно вкидывает мозг, и Уилл чуть не задыхается от этой мысли.
Какого черта? Это вынужденное путешествие определенно длится слишком долго, чтобы оставаться в здравом уме. Он качает головой и продолжает копать, стараясь сосредоточиться на… буквально чем угодно, кроме горячего друга поблизости. Единственные источники звуков в округе – его и Майка лопаты, бьющие по песку, шуршание карты Джонатана на капоте брошенной машины и Аргайл, тихо напевающий что-то себе под нос в фургоне для доставки пиццы; Пурпурная пальма, слава всем Богам, успешно справляется со своей задачей и держит его эмоции в узде.
Уилл смотрит на могилу, которая почти засыпана – видна только рука – и съеживается. Он не может винить Аргайла в его нервном срыве. Если вы новичок в мире монстров и других ужасных вещей, это может по-настоящему напугать вас. Хотя это вовсе не значит, что он сам к этому привык. Некоторые вещи просто не могут потерять своего ужасающего значения, и выкапывание могилы в пустыне для человека, которого застрелили прямо у него на глазах, далеко не исключение из этого списка. Он переводит задумчивый взгляд на Майка, гадая, что тот думает обо всем этом. Или… о чем он вообще думает. Майка всегда было сложно читать, но сейчас это стало попросту невозможно. Он мог думать о том, как жарко было на улице, или о том, что значили последние слова агента, или о том, все ли в порядке с Эл. Он вздыхает – вероятно, последнее. Так было всегда.
— Уилл?
Уилл вздрагивает, выныривая из собственных мыслей. Он что, отключился?
— Ч-что?
— Ты что-то хотел мне сказать? — Майк смотрит на него с непроницаемым выражением лица.
Дерьмо. В голове Уилла тут же возникают тысячи вариантов ответа, но ни один из них не кажется хорошим. Хотел ли он что-то сказать? Что он должен ответить на это?
— Нет, — он качает головой. — Извини, что пялился, я просто устал, — и притворно зевает, надеясь, что это выглядит не так фальшиво, как ощущается.
— Устал, ага, — Майк слегка улыбается, все еще не сводя с него внимательный взгляд. — Что ж, это был долгий день.
— Д-да, — Уилл нервно кивает и возвращается к копанию, на этот раз не поднимая глаз.
Он мысленно проклинает себя за то, что был таким очевидным. Хотя он правда устал, но еще не был близок к тому состоянию, когда мог отключиться на несколько минут, уставившись на какой-нибудь случайный предмет. Такое случалось только при реальном недосыпе. Однако после двух дней в дороге это вполне может произойти, поэтому ему нужно было контролировать себя. Оставаться начеку. Не поддаваться своим желаниям, а именно – пялиться на Майка весь день. На его высокие скулы. Растрепанные волосы. Темные глаза. Он действительно выглядел так, словно сошел с картины. Иногда Уилл задавался вопросом, думала ли Эл когда-нибудь о нем вот так – будто он был произведением искусства или идеальным персонажем из фильма – и знала ли она, как ей повезло быть его возлюбленной, иметь возможность целовать эти губы… Боже мой.
— Уилл, ты опять это делаешь.
Уилл видит, как шевелятся губы Майка, и резко отводит взгляд.
— Что?
— Пялишься.
Уилл чувствует, как пылают его щеки. Какого черта? Может, он устал больше, чем ему казалось. Намного больше. Когда он оглядывается, то замечает, что Майк слегка улыбается.
— Я… — он пытается как-то оправдаться, но его разум становится совершенно пустым, по-видимому, решив предать его, — я, пожалуй, пойду отдохну, — он кладет лопату на землю. — Справишься сам?
— Конечно.
Уилл не позволяет себе взглянуть на него в последний раз и разворачивается, чтобы уйти на свое добровольное ограничение свободы. Ему на самом деле следует взять себя в руки и, может быть, вздремнуть, потому что он больше не может себе доверять и вести себя как нормальный человек, особенно рядом с Майком Уилером. Это чертовски унизительно.
— Эй, Уилл, ты в порядке? — спрашивает Джонатан, отвернувшись от капота машины, где он все еще рассматривал гигантскую карту.
— Да, просто устал, — он слабо кивает.
— Ты можешь лечь в задней части фургона, если хочешь, — Джонатан дарит ему сочувственную улыбку. — Я скажу Аргайлу, чтобы он сделал музыку потише.
— Спасибо, — Уилл бросает на брата благодарный взгляд, рывком открывает дверь фургона, забирается внутрь и закрывает ее за собой.
Он устраивается на задних сидениях, уставившись в пыльный желтый потолок, и его почти моментально окутывает запах травки со всех сторон. Однако Уилл решает не жаловаться, потому что это единственное, что держит Аргайла в здравом уме, а им всем это было нужно. Поэтому он просто закрывает глаза и представляет себе счастливые времена, кампании D&D, свои рисунки и уж точно не Майка.
***
Уилл не знает, как долго был в отключке, но его будит мягкий толчок в плечо. — Уилл, подвинься, — шепчет ему Майк, — мы уезжаем. — Что? Куда? — он медленно моргает, пытаясь вспомнить, где находится и что вообще происходит. — Оказывается, номер телефона был написан на бумажке внутри ручки, которую нам дал агент, — объясняет Майк, выглядя крайне взволнованно. — Теперь нам нужно найти телефонную будку. — Номер телефона… — Уилл трет глаза, зевая, — про который он говорил перед смертью? — Именно. — Это отличная новость, — Уилл сонно улыбается. Наконец-то они добились прогресса. — Не то чтобы в этом была твоя заслуга, — шутит Майк, но в этом нет ничего обидного. Он звучит даже мягче, чем обычно. Уилл с любопытством поворачивается к нему, однако тот уже отвернулся. — А теперь двигайся. У нас важное задание. Уилл с ворчанием приподнимается, сдвигается влево и пристегивается ремнем безопасности. — Но ты видишь, да? Я правда устал. — Я никогда не говорил, что это не так, — Майк хмурится. — Да, но именно поэтому я, знаешь… — он обрывает себя, чертыхаясь. Зачем он снова поднимает эту тему? — Неважно. Поехали. Майк смотрит на него на несколько секунд дольше положенного, прежде чем повернуться к передним сиденьям. — Поехали, — повторяет он. — Ага, чуваки, я слышал вас громко и ясно, — и Аргайл, как обычно, ускоряется слишком быстро, и они втроем кричат в знак протеста. Все возвращается на круги своя.***
Два часа спустя они нашли телефонную будку, набрали номер и услышали в ответ странный звук факса. Это сразу напомнило Уиллу фильм «Военные игры», в котором парень точно так же набрал номер и услышал по ту сторону похожий звук, а позже в фильме объяснили, что он звонил на компьютер. А если дело касалось компьютеров, то был только один человек, способный им помочь – Сьюзи, девушка Дастина. Поэтому они вернулись в фургон и помчали в сторону Солт-Лейк-Сити: Джонатан был за рулем, Аргайл барабанил пальцами по приборной панели под какую-то хипповскую песню, которую Уилл с натяжкой назвал бы музыкой, Майк смотрел в окно, а Уилл размышлял над тем, стоит ли ему снова пробовать заснуть. Он был готов заняться любым делом, которое не позволило бы ему оступиться и показать свои настоящие чувства. Однако, прежде чем он успел что-то решить, Аргайл начал жаловаться с переднего сиденья. — Чувак, я проголодался! Мы не ели весь день. — Сегодня утром мы ели пиццу, которую ты нам вез, — возражает Джонатан. — Во-первых, она была раздавлена со всей… жестокостью, — Аргайл печально вздыхает. — Так что это было не очень хорошо. А во-вторых, это было шесть часов назад. Чувак, ну же, прояви хоть немного сочувствия! — Ты прав, — Джонатан сокрушенно вздыхает. — И я сомневаюсь, что семья Сьюзи приготовит нам ужин к тому времени, как мы туда доберемся, — не отрывая глаз от дороги, он выуживает карту из бардачка. — Попробуй найти ближайшую заправку. Лицо Аргайла загорается, словно рождественская елка. — Черт возьми, да! — он забирает протянутую карту, скользя по ней взглядом, и уже через минуту сосредотачивает свое внимание на одной точке. — Нам повезло, мои чуваки. Должен быть съезд через… — он изучает карту еще пристальнее, — прямо сейчас. — Прямо сейчас? Аргайл поднимает голову, указывая на знак с надписью «Съезд 154». — Да, прямо сейчас! — Дерьмо, — Джонатан резко сворачивает в сторону, и фургон с грохотом проезжает по траве, едва не задев знак, после чего выезжает на дорогу. — Срань господня. — Вот это тайминг поймал, — довольно заключает Аргайл. — Пришло время фастфуда! Джонатан возмущенно качает головой, но на его губах появляется легкая улыбка. «Аргайл ему подходит, они дополняют друг друга, — понимает Уилл, внезапно сраженный следующей мыслью: — Прямо как мы с Майком». Однако, прежде чем он успевает развить эту мысль, они въезжают на стоянку у заправки. — Я пока заправлюсь, — говорит Джонатан, открыв дверь со своей стороны. — Потом присоединюсь к вам в магазине. Они втроем кивают в ответ, выпрыгивая из фургона. Майк стонет, вытягивая ноги. — Это то, на что похожа старость? — Когда-нибудь мы это выясним, — усмехается Уилл. Майк смеется над его комментарием, проникая в самое сердце Уилла, но это приятное чувство длится недолго, поскольку он начинает думать о том, что сказал. Есть ли какая-то гарантия, что они доживут до старости? В таком городе, как Хоукинс, это не было гарантировано. Совсем. Он испытал это на себе. — Ты в порядке? — шепотом интересуется Майк. Уилл оборачивается к нему, натыкаясь на обеспокоенный взгляд. — Ага, — на автомате отвечает Уилл. — Просто задумался. О Хоукинсе и вообще… в целом. — Я понимаю, о чем ты, — Майк сочувственно улыбается. — Иногда это… слишком. — Мягко сказано, но да. Они оба смеются над этим, а затем следуют за Аргайлом на заправку. Уилл осматривается – это именно то, чего он ожидал бы от круглосуточного магазина в глуши. Приветственный коврик покрыт песком, и все здание выглядит каким-то сдутым и пыльным, словно его обуздала жара. Он начинает осматривать полки в поисках чего-нибудь пригодного для перекуса, и его взгляд останавливается на проходе справа, но не из-за содержимого, а из-за стоящего там парня. Незнакомец примерно их возраста, его волосы зачесаны назад, однако несколько прядей выбиваются из прически и падают ему на лицо, и даже отсюда Уилл видит, насколько голубые у него глаза. В общем, он… привлекателен. Уилл краснеет, когда парень неожиданно смотрит на него в ответ, и быстро опускает смущенный взгляд. Что с ним сегодня не так, почему он на всех пялится? Затем его пронзает вторая, более тревожная мысль. Заметил ли Майк? Он нервно оглядывается по сторонам и вздыхает с облегчением, увидев, что Майк уже стоит у полки с чипсами, беззаботно просматривая ассортимент. Майк не должен был видеть, как он пялится на парня – особенно после того, что произошло пару часов назад. Однако, повернувшись обратно, Уилл вновь ловит на себе взгляд незнакомца и испуганно замирает. Его разум возвращается к тому времени, когда его называли «феей» и «уродом», и он внутренне готовится к тому, что у этого парня будет такая же реакция. Но когда он решается посмотреть на него в ответ, то понимает, что в его взгляде нет ни осуждения, ни отвращения – только любопытство, может даже дружелюбие и интерес. Что? Парень слегка улыбается и жестом подзывает его к себе. Неужели он… подождите, это реально происходит? Сердце Уилла бешено бьется, но он натягивает маску храбрости и подходит к незнакомцу. Вблизи он выглядит еще симпатичнее, и Уилл понимает, что он чем-то похож на персонажа Илана Митчелла-Смитта из фильма «Без тормозов». — Эм, что… что такое? — заикаясь, спрашивает он. — Что бы ты выбрал? — парень смотрит вниз, на свои руки, в каждой из которых держит по одному шоколадному батончику. Уилл следует за его взглядом и различает в его руках Кит-кат и Сникерс исключительно по дизайну упаковки, потому что из-за того, как он нервничает, слова на обертке кажутся ему иностранными. Он делает глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Ну, брать Кит-кат лучше, если ты хочешь немного перекусить и оставить на потом, потому что его легко разделить, понимаешь? Но в Сникерсе есть карамель и орехи, что добавляет ему баллов, — боже, зачем он вдается в такие подробности? Он что, работник магазина, которому обязательно надо что-то впарить? — Только если у тебя нет аллергии на орехи, тогда, очевидно, исключаем его из вариантов. Удивительно, но парень смеется над этим, и в груди Уилла вспыхивает гордость. Он не знает, что такого в этом парне, но он чувствует себя лучше, рассмешив его. Намного лучше. Словно он в другой жизни – там, где он не урод и не аутсайдер и весь город не называет его «мальчиком-зомби», где он может стоять в проходе между сладостями и смешить симпатичного парня без огромного груза за плечами. Он смотрит на него снизу вверх, наконец чувствуя себя увереннее. — Я облегчил тебе выбор? — На самом деле, думаю, это только все усложнило, — игриво отвечает парень. Он замолкает на пару секунд, задумавшись, и прядь волос падает ему на глаза. Уилл борется с неожиданным порывом заправить ее. — Мне было бы важнее знать, какую из них ты бы выбрал. Уилл почему-то краснеет от этих слов – или, скорее, от тона, которым они были сказаны – и застенчиво улыбается. — Наверно, Кит-кат. — Бинго! — его голос понижается, становясь еще проникновеннее. — Если честно, я и собирался его взять. Я просто притворился, что не могу выбрать, чтобы поговорить с тобой. — Я… — Уилл теряется. Не может быть, чтобы это происходило на самом деле. Должно быть, он все еще спит в фургоне, — эм, спасибо? Парень улыбается, заговорщически оглядываясь, прежде чем снова повернуться к нему. — Как тебя зовут? — Уилл, — выдыхает он. — Уилл Байерс. — Приятно познакомиться, Уилл Байерс. Уилл отвечает дрожащим кивком, и его сердце уже грозится выпрыгнуть из груди. — А тебя? — Гейб. Или Габриэль. Неважно, как ты будешь меня называть, — парень впервые за весь разговор выглядит нервно, и глаза Уилла расширяются от осознания. Это реально. — Круто. Это… хорошее имя, — он внутренне съеживается от своего ответа, но парень вновь смеется. — Знаешь, раньше мне никогда этого не говорили. Но теперь, когда я подумал об этом, это действительно хорошее имя. Уилл невольно фыркает. — Что ж, я рад, что помог тебе осознать это. — Ага, я очень… — Извините, что прерываю, — Майк внезапно появляется в конце прохода, напряженно глядя между ними. Уилл вздрагивает. Если он боялся, что Майк увидит, как он пялится на симпатичного парня, то быть застигнутым за разговором с ним было в тысячу раз хуже. — О, М-майк, — он заикается, зная, что его лицо уже наверняка покрылось ярким румянцем и что он вел себя до боли очевидно, — это Г-гейб. — Привет, Гейб, — ледяным тоном произносит Майк. — Э-э, ему п-просто… — Уилл чувствует, как на затылке выступает пот, — нужна б-была помощь в выборе шоколадного батончика. — Ага, — спокойно подтверждает Гейб, — он дал мне парочку хороших советов. Уилл почти напуган тем, как Майк смотрит на парня потемневшими глазами. — Ты здесь работаешь или что? — Нет, — Гейб напрягается, — я просто клиент. — Клиент? — Майк вызывающе поднимает бровь. — Так разве ты не должен ходить по магазину самостоятельно и не приставать к другим людям? — Я не приставал к нему, — слишком рьяно возражает Гейб, выглядя немного напуганным. Будто его поймали на чем-то неправильном. Уилл слишком хорошо знал это чувство. — Я просто спрашивал его мнение. — Майк, это не так уж важно, серьезно, — Уиллу вообще не хочется участвовать в этих непонятных разборках, поэтому он старается смягчить гнев друга. Гейб улучает момент, чтобы шепнуть ему на ухо: — Он твой друг? — Да, он… — Я его друг, — отвечает за него Майк, не отрывая от Гейба пристального взгляда. — Ну ладно, и что? — Гейб выгибает бровь. — У него не может быть других друзей? — В чем твоя проблема? — Майк агрессивно делает шаг вперед. Уилл открывает и закрывает рот в растерянности, совершенно не зная, что делать. Все шло неправильно. Так неправильно. Он молится, чтобы то, что началось как лучший сон, на самом деле оказалось кошмаром, и он мог проснуться в фургоне в любую секунду. Даже если это будет означать, что этот симпатичный парень никогда не проявлял к нему интерес. Он был более чем готов пожертвовать этим. — Уилл, — Майк, наконец, переводит на него взгляд, немного смягчаясь, — он донимает тебя? — Н-нет, мы… — он неловко прочищает горло, — мы просто разговаривали. — Разговаривали? — с сомнением переспрашивает Майк – возможно, громче, чем нужно. — Я думал, ты давал ему какие-то советы. — Мы… эм, я имею в виду… Мы… — Уилл запинается, изо всех сил стараясь составить нормальное объяснение, но мысли, как назло, не хотят складываться в предложения, поэтому он, тяжело сглотнув, говорит: — Это сложно объяснить. — Сложно объяснить? — повторяет Майк, еще больше наседая. Боже, почему он так сказал? — Я… Я не знаю, Майк, — Уилл вздыхает. — Просто оставь нас на пять минут, я еще не выбрал себе перекус. Майк отшатывается от него, будто он только что сказал самую возмутительную вещь на свете. — Хорошо. Ладно, ребята, я вас оставлю. Просто не забывай, что у нас есть реальная миссия, которую нужно выполнить, и если мы потратим слишком много времени на то, чтобы бродить без дела и болтать непонятно с кем, то правительство сядет нам на хвост и вся эта поездка будет напрасной! — его грудь тяжело вздымается от внезапной вспышки, и Уилл удивленно смотрит на него широко раскрытыми глазами. — Мы будем там. Ждать, — Майк мельком машет в сторону кассы и в последний раз переводит подозрительный взгляд между ними, прежде чем развернуться и уйти. В отсутствие Майка тишина становится оглушительно громкой, и Уилл практически слышит, как его и Гейба сердца бьются в унисон. — Можно задать тебе вопрос? — Конечно, — Уилл заинтересованно поворачивается к Гейбу. — Твой друг шизофреник? — Что? — Ну, у него явные проблемы с темпераментом, а еще… он вроде упомянул агентов ФБР? Уилл знает, что это не смешно и ему не следует смеяться, но он все равно это делает. Его доводит вся абсурдность ситуации – он разговаривал с горячим незнакомцем и был в дороге два дня, а Майк только что устроил непонятную сцену на заправке в Юте. Это уморительно. Его жизнь всегда была уморительной. Однако его смех затихает, когда он замечает, как Майк наблюдает за ними с прилавка. — Эм, нет, он не шизофреник, — тихо объясняет Уилл, отводя от него взгляд. — Просто мы уже некоторое время находимся в дороге, пытаясь найти нашу подругу и… Недостаток сна может реально свести с ума. К счастью, его совсем краткого объяснения хватает, потому что Гейб кивает головой в знак понимания. — У моего брата бессонница. Могу в это поверить. В этот же момент колокольчик над дверью звенит, и в магазин входит Джонатан, оглядываясь по сторонам. — А вон там, кстати, мой брат, — Уилл благодарен за новую возможность отвлечься и машет брату рукой, пытаясь привлечь его внимание. Джонатан замечает его и машет в ответ, хотя и слегка сбитый с столку. Уилл смотрит за тем, как он взглядом находит Аргайла, который засунул голову в дверцу морозильника, чтобы спастись от жары, а затем и Майка, который все еще наблюдал за ними, после чего вновь останавливается на нем и Гейбе. Вдруг на его лице расплывается довольная улыбка. — Я… — Гейб смущенно кашляет рядом с ним, — я не хотел отвлекать тебя. Похоже, вы, ребята, торопитесь. — Ну да, но не так сильно, — Уилл закатывает глаза. — Но спасибо, это… — и он снова занервничал, теряясь в словах, когда встречается взглядом с Гейбом, — это был хороший разговор. — Ага… — Гейб выглядит так, будто хочет что-то добавить, но колеблется, глядя на кого-то через плечо Уилла. И Уиллу даже не нужно оборачиваться, чтобы узнавать – это наверняка Майк с другого конца магазина. — Эм, увидимся, — нервно заключает он. — Увидимся, — грустно вторит ему Уилл, зная, что их пути больше никогда не пересекутся. А потом Гейб окончательно уходит, оставив его одного в проходе между сладостями. И до него наконец доходит, что только что произошло – это был его единственный шанс преодолеть чувства к Майку, который был очень удобно уничтожен самим Майком. Хотя нет, даже хуже – это был его единственный шанс встретить кого-то похожего, кому тоже нравились мальчики, кто не понаслышке знал о трудностях такой жизни и с кем можно было бы поговорить на эту тему. Однако эта возможность была упущена навсегда, потому что Майк отпугнул его. Уилл делает глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но слезы разочарования все равно больно щиплют ему глаза. Не позволяя себе зацикливаться на этом, он подходит к следующему проходу и берет несколько случайных упаковок, даже не взглянув на них, после чего проходит к кассе и кладет продукты на прилавок. Пока кассирша пробивает его, он демонстративно избегает взгляда Майка, потому что если он этого не сделает, то сам устроит сцену прямо здесь и сейчас. — Повеселились? Небольшая поправка: он собирается устроить сцену прямо сейчас. — Да, пока ты нам не помешал. Майк кажется искренне удивленным его ответом и замолкает. — Уилл, все хорошо, — Джонатан дарит ему ободряющую и одновременно сочувствующую улыбку. — Мы сейчас вернемся на дорогу и уже через несколько часов… — Я знаю, — Уилл резко обрывает его, совершенно не в настроении для утешительных разговоров. — Спасибо за поездку. Теперь Джонатан растерянно замолкает, и Уилл почти чувствует себя виноватым – почти – но затем вспоминает, что у Джонатана есть Нэнси, а у Майка Эл, и они никогда не поймут его чувств. Даже если бы кто-то из них был одинок, то с легкостью нашел бы себе девушку. А найти парня, которому нравятся парни? Практически невозможно. Он вновь жалеет, что это оказалось не сном, потому что он потерял такую редкую возможность в реальной жизни и совершенно не представляет, как с этим справиться. Не говоря уже о том, что парень был действительно привлекательным… Он делает глубокий вдох, разглядывая свои покупки, и замечает на одной из упаковок японские иероглифы. Потрясающе. — Ладно, мои чувачки, готовы убираться отсюда? — Аргайл присоединяется к ним меньше чем через минуту, засунув руку глубоко в пачку Доритосов и громко хрустя ими. — Ты за них заплатил? — спрашивает Джонатан, хмурясь. — Дерьмо, — Аргайл чертыхается, развернувшись. — Я скоро вернусь. Пока Аргайл расплачивается за чипсы, Уилл ощущает взгляд Майка на себе. И Джонатан тоже замечает странное напряжение между ними. Он знает, что позже будет корить себя за то, что был таким очевидным, но в данный момент ему на это абсолютно наплевать, потому что его единственный шанс был упущен навсегда и он ничего… — Эй, подожди, — вдруг зовет запыхавшийся голос справа от него, и Уилл поворачивается, сталкиваясь с Гейбом, который выглядит нервным… нет, испуганным. — Возьми это. Уилл на секунду опускает взгляд, увидев в протянутой ладони листочек с нацарапанным на нем номером, и удивленно поднимает его. — Я… — Просто возьми, — глаза Гейба искренни, но безумны, словно эта какая-то ситуация жизни и смерти. В каком-то смысле это действительно так, Уилл мог его понять. Поэтому он быстро забирает у него бумажку, крепко сжимая ее в своих руках. — И ты прав, это был хороший разговор, — шепчет ему Гейб, — мы не должны останавливаться на этом. — Не должны, — благоговейно повторяет Уилл. — Я… спасибо. Вероятно, он правда выглядит очень благодарным, потому что лицо Гейба загорается от его реакции. — Без проблем, — он мягко улыбается, засовывая руки в карманы. — Ну, увидимся. — Увидимся, — Уилл отвечает ему застенчивой улыбкой. Гейб уходит, и все смотрят ему вслед. Дверь за ним звенит в оглушающей тишине. — А он, — начинает Аргайл, — красавчик. — Ни хрена, — Майк резко поворачивает к нему голову. — Дружище, ты что, ослеп? — Аргайл кладет в рот еще один чипс. — И, кстати, возможно, в этом виноват мой накуренный мозг, но я вообще не помню этого парня, — он оглядывается по сторонам, ожидая ответа, но никто ничего не говорит. — Ну, кто-нибудь… — Спроси Уилла, — Майк смотрит на Уилла – в его взгляде слишком легко читается гнев и боль из-за предательства. Какого черта? Однако, прежде чем он успевает возмутиться, Майк берет свою еду и уходит, громко хлопнув дверью. Они втроем стоят так пару мгновений. — Ну и кто тот симпатяга? — спрашивает Аргайл у Уилла, видимо, не придав значения странной реакции Майка. — Эм, давай… — Джонатан прокашливается, внимательно осматривая Уилла, и, кажется, обдумывает что-то в своей голове, — давай прогуляемся, Аргайл. — Прогуляемся? — поначалу Аргайл выглядит сбитым с толку таким неожиданным предложением, но затем щелкает пальцами с понимающей ухмылкой. — О, ты имеешь в виду – прогуляемся. — Да. Да, прогуляемся, — бормочет Джонатан. — Уилл, мой маленький друг, мы скоро вернемся. Можно даже сказать, мы отправимся в небольшое путешествие, — он насмешливо фыркает из-за своего каламбура, а Джонатан закатывает глаза. Когда они разворачиваются, чтобы уйти, брат одними губами шепчет Уиллу: «Поговори с ним». Брови Уилла сходятся в замешательстве. С кем поговорить? С Гейбом? Но через секунду до него доходит, и он в ужасе качает головой. Джонатан тут же принимает строгий вид и кивает в сторону фургона, где Уилл видит Майка, прислонившегося к нему и смотрящего вдаль. — Давай, вперед, — настойчиво говорит Джонатан, и в этот момент Уилл осознает, что его брат знает больше, чем он предполагал. Может даже больше, чем он сам. — Я… — он открывает рот, чтобы возразить, но недовольно замолкает, не сумев найти толковую отмазку. — Ладно. Джонатан удовлетворенно кивает, после чего удаляется вслед за Аргайлом. Как только они оба отходят достаточно далеко, Уилл выпускает тяжелый вздох, который, как оказывается, все это время держал в себе. Поговорить о чем? Вообще-то, это Майк должен первым подойти к нему, чтобы поговорить и извиниться за то, что почти разрушил его шансы на, возможно, самое счастливое времяпровождение, которое у него было за последний год. Но нет, вместо этого Майк дуется у фургона, и именно Уилл должен стать взрослым и начать с ним разговор. Но, опять же – о чем с ним говорить? Он разочарованно выдыхает. Прямо сейчас Уилл должен злорадствовать с чертовыми бабочками в животе, заучивать номер Гейба наизусть, проигрывать их разговор в голове снова и снова, но даже с номером телефона другого парня в руке Майк каким-то образом умудряется быть центром его вселенной. Уилл раздраженно качает головой, толкнув дверь. Как только он заходит на парковку, Майк бросает на него короткий взгляд, все еще прислоняясь к фургону. — А где Джонатан и Аргайл? — Они… пошли «прогуляться», — отвечает Уилл после недолгой паузы, показывая в воздухе кавычки. — Конечно, — Майк закатывает глаза. — Естественно, блять, самое же время. — Почему ты так себя ведешь? — Уилл прищуривается. — Как? — Майк, черт возьми, в последнее время ты какой-то… — в его мыслях проносится несколько вариантов: Капризный? Нетерпеливый? Ревнивый? На последнем он еле успевает проглотить смешок, прежде чем он вырвался бы наружу. Это слишком логично, но в то же время абсолютно нереально, и прямо сейчас он даже думать об этом не хочет, — сложный. — Сложный? — брови Майка в неподдельном возмущении взлетают вверх. — Значит, со мной сложно? Когда все остальные наслаждаются своим времяпровождением, а я просто хочу вернуться в путь? — Ой, я даже похлопаю твоей преданности, — Уилл притворно хлопает в ладоши пару раз. — Ты такой благородный. И ответственный. Но, может быть, некоторым из нас необходимо расслабиться или хотя бы сделать небольшой перерыв, чтобы не сойти с ума. — Ты уж точно сделал этот перерыв. Уилл пристально разглядывает его пару секунд – скрещенные на груди руки, нахмуренные брови, сжатая челюсть. К черту все. — Ты ревнуешь, что ли? — Что? — моментально защищается Майк. — Ты ревнуешь, — на этот раз он не спрашивает, чувствуя, как по его лицу расползается глупая ухмылка, — что Гейб ко мне подкатил. — Ревную? — Майк делает короткую паузу, будто обдумывая его слова, и Уилл видит на его лице сразу несколько эмоций – замешательство, гнев и безошибочный страх. Затем оно становится совершенно пустым. — Я не ревновал, я просто пытался тебя защитить. — Защитить? — Да, — Майк сразу же выпрямляется, кажется, найдя убедительное оправдание своему странному поведению, — он явно к тебе приставал, и я хотел его остановить. Тебе было некомфортно. Уиллу вновь приходится сдержать смех, который подступает к его горлу. — Некомфортно? — Ты выглядел нервным, — Майк кивает ему. — Я выглядел нервным? — Да, и именно поэтому я сделал то, что сделал бы любой хороший друг – вмешался. Уилл смотрит на него с недоверием, но Майк просто смотрит на него в ответ, словно только что сбросил камень с души. Он правда верит в то, что говорит. Но у Уилла нет времени на психоанализ, чтобы разбираться, что это: защитный механизм, подавленные чувства или еще что-то. В любую другую неделю он бы посвятил этому минимум несколько часов, анализируя каждое выражение лица, произнесенное слово и изменение в голосе. Он бы написал об этом стихи, нарисовал рисунки и создал картины. Но не сейчас – когда у него в кармане был номер Гейба и, соответственно, гарантия. Не предположение, надежда или безответная любовь. А гарантия. Поэтому, даже если это была самая большая надежда за последнее десятилетие, он должен был жестко подавить ее. — Знаешь что, Майк? Ты прав. Я испугался. Никогда не знаешь, чего ждать от незнакомца, и я так рад, что ты вмешался. Большое тебе спасибо. — Пожалуйста, — спокойно отвечает Майк, похоже, не уловив никакого сарказма в его словах. — Ага, — сквозь зубы цедит Уилл и отворачивается в сторону, куда ушли Аргайл и Джонатан, надеясь, что они уже возвращаются, но они только истерически смеются над чем-то у мусорного контейнера круглосуточного магазина, совсем не выглядя так, будто собираются возвращаться в ближайшее время. Он раздраженно фыркает, подходит ближе к Майку и тоже прислоняется к фургону. — Значит, ты не будешь ему звонить? — Что? — Уилл поворачивает к нему голову. — Это решено, — Майк поднимает на него мягкий взгляд, — и ты не будешь ему звонить? Волна раздражения пронзает Уилла. Почему Майк так зациклился на этом? — Не знаю, я еще думаю об этом. — Вау, просто отлично, — Майк снова ожесточается. — Тогда в жопу меня. Сердце Уилла сбивается с прежнего ритма. Что это вообще… — В смысле? — Я буквально только что рассказал тебе об опасности общения с незнакомцами. Но не стесняйся забивать на это, какая вообще разница. А, ну конечно. — Послушай, никакой опасности не было, он… — Уилл делает глубокий вдох, стараясь взять себя в руки и соскочить с невероятно закрученных американских горок, на которых его катал Майк в последние пару минут, — он был приятным парнем. Кроме того, мне бы не помешал еще один… друг. — Мне просто не кажется это хорошей идеей, — Майк упрямо скрещивает руки на груди, снова уставившись куда-то вперед. — Почему? — Ты только что его встретил! Ты не знаешь его намерений. — Но я могу их выяснить. — Значит, ты ему позвонишь? — Майк поворачивается к нему. — Да, Майк, я ему позвоню. Можешь уже закрыть эту тему? — Ладно, — на мгновенье он замолкает, затем добавляет, смягчив свой голос: — Только не забывай о нас. О нашей дружбе. Уилл откидывает голову назад, ударившись о фургон, слезы обиды жгут ему глаза. — Боже мой, Майк. — Я просто говорю, что если добавить еще кого-то в компанию… — Еще кого-то в компанию? — что-то внутри Уилла ломается. — Чего ты боишься? Что я не буду тебе звонить и посылать письма – полностью забуду о тебе на год? — его голос срывается, и Майк ошеломленно смотрит на него. — Что ты будешь третьим лишним со мной и Гейбом? Этого ты боишься? — Уилл, я не… — Этому другу, по крайней мере, не плевать, что я хочу сказать. Он не станет игнорировать меня, когда появится кто-то получше. — Ты говоришь о нас? — в глазах Майка появляется болезненное понимание. — Конечно, я говорю о нас! — Уилл чувствует, как по щеке скатывается слеза. — И теперь у меня есть шанс двигаться дальше, как… как сделал ты. — Я не двигался дальше, — Майк с тревогой придвигается к нему. — Нет, Майк, ты просто этого не понял. Раньше это были только мы – против целого мира, против всего, но с тех пор, как Эл… — он качает головой, останавливая себя, чтобы не наговорить лишнего. Ему и так будет сложно пережить этот разговор. — Забудь. Майк растерянно открывает и закрывает рот, пытаясь найти нужные слова, но, прежде чем он успевает что-то придумать, возвращается остальная часть команды. — Мы вернулись, мои чувачки. Уилл никогда в жизни не был так счастлив слышать голос Аргайла. — Мы вернулись слишком рано? — обеспокоенно обращается к нему Джонатан. — Нет, вы как раз вовремя, — отвечает Уилл с влажным смешком. — Майку прямо не терпится вернуться в путь. — Ага, — Майк подыгрывает ему, и сердце Уилла разрывается от его безразличия. — Давайте поедем. — Ладно, — Джонатан хмурится, но соглашается, — тогда пойдем. Когда они садятся в фургон, Уилл чувствует опустошение – радостное волнение от разговора с Гейбом сменилось ощущением разбитого сердца, к которому, впрочем, он успел привыкнуть за последний год. Утрата. Мучительная ностальгия. Тоска по прежнему Майку – тому, которого больше не существовало, но кто делал все, чтобы защитить его от Демогоргона, а затем и Пожирателя разума, кто настоял на том, чтобы ночевать возле его больничной койки после того, как все ушли. Тому, кто сказал, что попросить Уилла стать его лучшим другом – лучшее, что он когда-либо делал, кто действительно заботился о нем. Слезы в очередной раз предательски подступают к его глазам, и он поворачивает голову ближе к окну, наблюдая за проплывающим мимо размытым пейзажем пустыни. Разве возможно оплакивать того, кто сидел прямо рядом с ним? — …доберемся до Сьюзи примерно через три часа, — сообщает Джонатан с переднего сиденья. — Всех это устраивает? — Еще как, — отвечает Аргайл. — Ага, — ровным тоном говорит Майк справа от него. Воцаряется странная тишина. — Уилл? — Джонатан нарушает ее, взволнованно глядя на брата в зеркало заднего вида. — Тебя это устраивает? Уилл просто кивает, не доверяя своему голосу. Похоже, Джонатан хочет что-то добавить, но после краткого осмотра фургона и двух других парней он вздыхает и наклоняется, чтобы включить музыку. Секунду спустя звуки регги наполняют атмосферу, неприятно ударяясь о жестяные стенки фургона. Обычно Уилл был бы раздражен, однако сейчас он благодарен за очередное отвлечение от собственных мыслей и закрывает глаза, прислоняясь к окну. — Уилл? — вдруг он слышит, как Майк тихо зовет его рядом. Его имя, произнесенное шепотом, возвращает его в те времена, когда они были детьми, беззаботно смеялись и перешептывались в темноте во время ночевок, или в ночь Хэллоуина, или когда прятались от последнего монстра, и от этих воспоминаний в его горле образуется ком. Он держит глаза закрытыми, решив притвориться спящим. — Уилл, мне жаль, — продолжает Майк дрожащим шепотом. Уилл зажмуривается, не поддаваясь, потому что если он ответит, то Майк увидит, что его глаза полны слез, а если он, к тому же, увидит Майка, то слезы точно не прекратятся. Он дышит медленно и ровно и через пару секунд слышит, как Майк снова что-то говорит – так тихо, будто это обращение к самому себе. — Ты всегда быстро засыпал. Я помню. Он говорил об их ночевках? Майк, видимо, пытается его убить. Уилл прикусывает губу, стараясь не издать ни звука, не заплакать и просто думать о чем-нибудь другом, потому что он определенно не собирался начинать размышления о тех временах, когда они с Майком засыпали в своих спальных мешках в паре сантиметров друг от друга. Он все-таки не планировал затопить фургон своими слезами в центре штата Юта. Это было бы ужасно. Он слышит шорох, а затем ощущает, как Майк отодвигается от него. Уилл издает почти неслышный вздох облегчения, еще сильнее прижимаясь к окну. А потом, после нескольких минут притворства спящим, он действительно засыпает.
Примечания:
ну и я напомню главное правило: каждый отзыв ускоряет продолжение <3
