Стыд и позор. Управляющий клана Камисато и его секрет

(В промежутке сюжетки ничего, связанного с данным фанфиком, поэтому мы перейдем к моменту, когда всем стало известно, что охоту на глаза бога отменили.) Все радостно праздновали отмену охоты. На улице члены клана Камисато, Тома, несколько слуг и стражников играли в сябу-сябу. Путешественник не смог участвовать, ведь ему надо было отправляться на Ватацуми. Вот только бедного управляющего ждала вещь похуже, чем отравление едой Аято. . Чертова… . Течка . Парень показал секретный знак Аяке. Для всех это просто безобидное «Хорошо», но Тома держал его слегка по другому, что сразу и не заметишь. Девушка кивнула. Управляющий ушёл под предлогом больного живота. Когда парень скрылся с поля зрения людей, он буквально помчался в комнату. Пробегая мимо чужих комнат, в которых находились либо люди, он переходил на, казалось бы, спокойный шаг. Он также «расслаблено» шёл и улыбался проходящим слугам, которые хотят сохранить свой желудок, и вместо игры, выполняют работу по дому. Но внутри у Томы бушевал ураган эмоций, при чём, не положительных. . Нужны . Подавители . Срочно . В своей комнате Тома спешно открыл ящик. Пустой ящик… «Черт, я же клал их сюда!» — злился тот. Он проверил каждый ящик, но так и не нашёл подавители. Надо что-то делать, срочно. Надо искать, не могли же они просто так пропасть! Тут явно что-то не так. Парень обводит взглядом всю комнату. Куда ещё он мог их положить… — Не это ищешь? — внезапно за спиной раздаётся насмешливый голос, который заставляет вздрогнуть и резко обернуться. Возможно, в этот момент Тома просто умер на месте. Один из стражей держал баночку с подавителями. — П-пр-рошу, верни! — слегка хмурясь, дрожащим голосом просит Управляющий, протягивая вперёд руку и ожидая когда ему вернут подавители. Он был очень напуган возникшей ситуацией. Однако альфа уже завёлся. Он одним движением кинул бедного омегу на кровать. Тома до конца боролся со своей природой. Он попытался закричать, но его рот в ту же секунду был заткнут кляпом. — Однажды ты уронил пустую баночку, я думал, что случайно, но позже увидел, как ты пьёшь их. Потом я заметил ваш знак с госпожой. — Страж начал срывать одежду с бедного парня. Тома пытался кричать, но всё бесполезно и безрезультатно. Его руки связали, так, чтобы он не смог оттолкнуть альфу или же снять кляп. В детстве ему повезло, но сейчас ему никто и ничто не поможет… Сначала в анальное отверстие прошёл один палец, а потом сразу три. Омега ревел. Было больно. Страж только сейчас понял, что забыл смазку. Однако увидел обильную природную, вытекающую из анала. — Я буду нежен, любимый! — возбуждённо проборматал тот и резко вошел в Тому. Управляющий выгнулся от боли. Даже течка не добавляла удовольствия. Были слышны хлюпанье природной смазки, шлепки по заднице, стоны со стороны альфы и мычание со стороны омеги. С каждым толчком, по парню словно проходила волна, полная боли и страха. — Любимый, любимый, любимый, любимый Тома, только мой! — с этими словами он кончил прямо в управляющего. Тома же уже давно это сделал. «Наконец-то!» — мысленно подумал тот и слегка раслабился, вот только член стража продолжил в нём двигаться. — М-м-м! — промычал Тома, но его перевенули на живот и тыкнули лицом прямо в подушку. Парень задыхался. Руки по сути вывернулись, они тоже жутко болели. Снова произошла разрядка, в этот раз это было одновременно. Тома чуствовал, что альфа желает ещё и ещё… Он уже не верил в своё спасение. Пока не послышались шаги. Страж вздрогнул, поняв, что источник звука направляется в комнату Томы, поэтому всё, что ему и оставалось это выпрыгнуть в окно. Управляющий всем сердцем надеялся, что это Аяка. — Тома, как твой живот? — спросил Аято открывая дверь в комнату. То, что он увидел поразило его. Тома лежал на животе. «Руки видимо были связаны когда он лежал на спине» Парень уткнулся подушкой в лицо. Стыд и позор. Он перед господином, связаный, наполненый спермой и ещё эта течка… Она не закончилась. — Тома?! Что случилось? — он развязал парня и помог вытереть сперму. Глаза Томы были полны слёз. Глава снял кляп. Управляющий молчит. — Почему ты не рассказал нам? — спокойно спросил Аято. Парню было слишком стыдно за свой внешний вид, поэтому он спрятался под одеялом. В голове так и звучало «Позор, позор, позор, позор» Аято достал чистую одежду для него и покинул комнату. Лишь тогда управляющий выдохнул и еле как встал из-под одеяла и переоделся. Он только вышел за порог комнаты и тут как тут его сзади прижал Камисато-старший. — Г-господин Аято? — заикаясь, удивился Тома. — Мой. Я никому тебя не дам в обиду, я всегда тебя любил, просто не понимал. — От него исходило тепло, такое приятное, оно и согревает, и успокаивает тот ураган от произошедшего. Тома стал очень, ОЧЕНЬ сильно краснеть. Он почуствовал, что это и есть его альфа, его истинный альфа, который правда его любит, а не ведётся на поводу у природы…

***

Тома, как оказалось чудом не забеременел от того альфы стража. Глава клана Камисато добился того, чтобы его посадили. Аято и Тома поженились. Об Аяке волноваться не стоит, ведь она нашла свою любовь — бета, с склоностями альфы. Немного о наследниках клана Камисато. Тору Камисато: младшая гипер активная, помогает «маме"(То есть Томе) с уборкой. Вся пошла внешне в него Потенциальный глаз бога: пиро Миро Камисато: Старший, спокойный и умный, пошёл весь в отца, даже внешне. Готов на всё ради защиты семьи Потециальный глаз бога: гидро Аё Камисато: Единственный ребёнок Аяки. Точная копия матери. Потециальный глаз бога: не определено. Также держите мини зарисовку (Твои мысли: история кончилась, а оно всё пишет и пишет) — Мама, почему дядя Тома гонялся за дядей Аято, с метлой? — спросил Аё у своей матери. — Он испачкал белые брюки, снова, вот он не сдержался. К ним в комнату гордо заходит Тору с тарелками, а за ней Тома с едой. — Я сегодня сижу рядом с папой Томой! — заявила она. — Значит дело не только в брюках? — спросил Аё. Тома промолчал. Пришли Аято и Миро. — Да ладно, любимый, я не виноват, он сам хочет туда поехать. — Куда? — скептически оглядел присутствующих муж Аяки, который только вернулся. — На одно из собраний глав комиссий. Миро кивнул. Тогда вся семейка Аяки в обморок упала (не умерла, уже хорошо).