Белая неко, серый Dodge

      Когда до открытия Олимпиады оставалось всего четыре дня, я решил прослушать скопившиеся на автоответчике сообщения. Большинство из них оказалось бесполезной тратой магнитной ленты штатной кассеты, но было среди них и несколько исключений: во-первых, давший знать о намерениях заскочить к нам после посещения церемонии открытия отец; во-вторых, уведомление с работы о том, что мне дают внеплановый выходной; в-третьих, рассуждения от Билла (ему захотелось выразить свою точку зрения касательно всех произошедших событий, ибо незадолго до этого я всё-таки решился рассказать ему о своём «рандеву» с Dynasty). — …практически всю ночь не спал. — делился он своими мыслями. — Думал о том, как эта осатанелая повозка выезжает из гаража, на крейсерской скорости давит Шона, Энди и Вернера, а потом добирается до кого-нибудь из наших родных или друзей. Не знаю, что по этому поводу думают остальные, но мне, пожалуй, будет гораздо спокойнее после пересадки на Chrysler: намедни Клео взяла у Бупкиса на тест-драйв под залог своего Pontiac серебристое купе LeBaron Medallion 79…       Во время изучения записанного материала я услышал, как выключился телевизор; думая, что мама пошла наверх, после завершения звонка тихо захожу в гостиную, где понимаю, что сильно ошибся: она сидит в кресле, откинувшись назад и положив ноги на подставку. Хоть энергии и жизнерадостности ей было не занимать, в последнее время мною всё больше и больше стал осознаваться факт её старения. Подойдя несколько ближе, с тяжелым чувством замечаю следующее: жизнерадостная и яркая женщина, в которую когда-то давно влюбился мой отец, буквально завяла от утомительной жизни и одиночества… С ещё более тяжёлым чувством я подумал о том, что когда мне будет под тридцатник, она превратится в размочаленную швабру, загрузит дряхлый универсал вещами и отъедет на ПМЖ в соседний штат, где будет проживать до тех пор, пока у неё не случится сердечный приступ на почве какого-нибудь стресса. А что будет потом? Об этом страшно размышлять… Даже гипотетически.

========================= ТО «MIRISCH 64» PRESENTS: Белая неко, серый Dodge. Серия 6. …and the beat goes on! =========================

— Сын? — открыв глаза, замечает меня мать. — Присядь-ка ненадолго: есть разговор.       Послушно исполняю просьбу (проще говоря, со всего размаху плюхаюсь на диван). — Я должна тебе кое-что рассказать. — немного помолчав, выдаёт она. — Я тебя люблю и всегда буду любить, несмотря ни на что; именно поэтому лучше ты узнаешь некоторые вещи от меня сейчас, чем потом от кого-нибудь из дальних родственников. — пробежал после этой фразы по моей спине некоторый холодок. — Прежде всего, никто из нас, к сожалению, не идеален: мы все совершаем ошибки. Ты меня хорошо знаешь; кроме того, тебе прекрасно известно, в какие вещи верит моё поколение: мы всегда отстаивали то, что считали правильным. — Ближе к делу. — барабаню пальцами по подлокотнику дивана. Ход разговора мне уже не нравится; вероятное направление — тоже. — Я сидела. — признаётся мама и выжидательно замолкает, наливая себе из стоящего на журнальном столике графина красный напиток Kool-aid (данного концентрата у нас почему-то всегда полным-полно). — Не смертельно. — выдыхаю с некоторым облегчением. — Вон, деда Билла, когда он сразу после войны поехал по стране, помогая составлять зелёный «Путеводитель для темнокожих автомобилистов» столько раз несправедливо хватали и упрятывали за решётку, что он даже сбился со счёта, но ведь ничего, прекрасно живёт, даже гордится… — Хорошо, попробуем зайти с другой стороны. — следует тяжёлый вздох. — У меня было несколько мужчин; естественно, я не выходила замуж за твоего биологического отца…       Внутри меня всё буквально рухнуло. — …твой настоящий папа был частным детективом. — продолжает мать. — Его застрелили через четыре месяца после твоего рождения. Я осталась одна и просто не знала, что делать: тогда внезапно закончился период процветания… То есть, во всей стране разом обвалилась экономика. Приходилось работать чуть ли не круглые сутки, попутно пытаясь завести себе нового супруга со стабильным доходом и более широкими возможностями. Человек, которого ты считаешь отцом, подвернулся совершенно случайно: как-то раз по совету своей подруги я решила поработать в сопровождении Особо Важных Персон, где в меня втрескался кто-то из нефтяников; впрочем, как только он узнал о тебе, то мгновенно смылся, а на меня положил глаз его молодой секретарь, с которым мы и расписались. Очень скоро его босс оставил своё состояние на столах Лас-Вегаса и повесился; мы же, напротив, поднявшись высоко, смогли осуществить все свои заветные мечты… А переехали сюда только по причине подсадки одного из нас на вошедший в моду кокаин, плюс из-за захлестнувшей Майами волны насилия: стреляли чуть ли не на каждой улице. В общем, я попыталась прекратить зависимость твоего папаши, радикально сменив обстановку, причём отчасти мне это удалось: когда он чувствовал, что ему снова требуется доза, то энергично брался за любое дело, пусть даже самое идиотское или противное: лишь бы не думать о белом порошке. Дабы у тебя не возникало вопросов касательно нашего прошлого, мы придумали красивую легенду…       Меня буквально подбросило на диване так, что оный чуть не перевернулся: эффект от услышанного был сравним с выплеснутым в лицо жарким днём ведром ледяной воды. — Как вы могли? — схватившись за волосы, вскочил и прокричал я на весь дом. — Двадцать три года! Двадцать три года вы оба молчали, дабы вывалить на меня всё именно сейчас! Ну вы, конечно, даёте! Зрительный зал, аплодисменты! — Я хотела, чтобы твоя жизнь сложилась лучше, чем моя! — восклицает мать, сметая на пол стакан с остатками красного напитка и едва не роняя графин. — По-твоему, лучше было бы сдать тебя в приют или просто бросить подыхать в мусорном баке? — Да если бы я… Да вы… Да мы… — путаются в голове мысли: вся моя сущность упорно не желает принимать услышанное. — Как мне теперь с этим жить? — выскочив из дома, прыгаю за руль Plymouth, завожу двигатель и резко срываюсь с места под Smack the bird в исполнении Nimrod Express. — Куда ты? — тонет мамин крик в звуках мелодии, рычании мотора и визге покрышек.

***

— Да, поразительная неосведомлённость сил охраны правопорядка. — стоя на крыльце полицейского участка, беседовала с крестницей Спандер. — У каждого — ответы, словно под копирку: «нет дела», «спросите у начальника», «не имею полномочий»… — Тётя Марта, что вы собираетесь делать с мисс Макосой? — поинтересовалась Уайла. — Как удалось вывести из письма, те, кто поиздевался над Карлой, пытались насильно заставить её забыть прошлую жизнь; получилось у них это лишь частично. Если очень постараться, можно попробовать осуществить реинтеграцию… — Разве такое возможно? — удивилась blasian. — Не реинтеграция, а принудительное забывание… — Возможно. — кивнула агент особого назначения. — Моя гипотеза такова: для того, чтобы стереть несколько лет памяти, её крепко привязывали к кушетке, накачивали наркотиками, пускали электрошок, а когда она окончательно сдавалась, включали кассету с повторяющимися словами «Ты — кошка» или постоянным мяуканием… Что касается ушек и хвоста, то пока она пребывала в отключке, скорее всего, над её телом работал талантливый отпрыск доктора Менгеле, раз, судя по приложенным фото, нет ни швов, ни царапин. Теперь слушай мой вопрос: кто ещё, кроме тебя и Тима, мог знать о кошкодевушке? — Его мама… И давний друг, Билл Одди. Больше, кажется, никто. — Да, проблема. — почесала затылок Спандер. — Чем больше людей знают о каком-то факте не для широкой огласки, тем быстрее он распространяется по определённой местности, теряя конфиденциальность. — тут к девушкам, отряхивая брюки, подошёл напарник Марты. — А, Элвуд! Ну, что удалось разузнать? — Со шерифом я переговорил, но всё впустую. — зевнул Клайтон. — Об этом деле ему ничего не известно: он был вызван в Атланту для помощи организации общественной безопасности на будущих Олимпийских Играх и оставил следить за порядком в городе вместо себя своего первого помощника, Джона МакГиббонса, но никто со вчерашнего дня не имеет понятия, куда тот запропастился. В Уайт Плейнс — то же самое: там не знают, что происходит в их округе, отказываясь верить, цитирую почти дословно, «в чушь из фантастических романов времён пятидесятых». — тут, вышибив с ноги одну из входных дверей здания, на улицу выскочил взволнованный офицер МакГиббонс с тремя подчинёнными. — Извините, сэр, вы не видели первого помощника шерифа? — Я — первый помощник шерифа, только пообщаться с вами именно сейчас, увы, не могу: у нас произошло ограбление. — вежливо отказав Элвуду, со всех ног помчался к своей полицейской машине Джон. — Гослинг-драйв, дом одиннадцать. — Это же адрес Тима! — воскликнула Уайла. — Неужели… — Вперёд! — бросилась в сторону служебного Dodge Intrepid с красной мигалкой Марта.

***

      В нашем городке не было спортзала, поэтому дважды в неделю (обычно по средам и пятницам, как позволял график) я ездил поддерживать форму в соседний населённый пункт под названием Ковингтон. Иронично, но в одном здании с местом оздоровления находилась забегаловка Waffle House, вследствие чего из-за общей парковки понять, приехал ли вылезающий из крашеной тусклым металликом Toyota 4Runner SR5 95 со стикером «My family loves The Ramones» толстяк-папик уменьшать или увеличивать кое-как упакованное внутрь спортивного костюма пузо не представлялось возможным.       По прибытию мне удаётся занять любимое место: перед панорамными окнами. Встаю туда не столько ради удобства, сколько из целей безопасности, ибо пока мною усердно качаются пресс, бицепсы, трицепсы и грудные мышцы, автомобиль всё время находится на виду, причём если не у меня, то у кого-нибудь ещё (рядом практически всегда стоит достаточно экзотический по меркам нашего штата транспорт владельца зала: красная Alfa Romeo Milano 88 с именным номерным знаком [WLTNMRS]). Привычно подхватив припрятанную в багажник старую бело-синюю спортивную сумку со сменной одеждой, поставив на руль блокиратор и заперев тачку, поднимаюсь по лестнице; пройдя мимо спорящих о будущем «автоспортсмена всея Джорджии» Билла Эллиота (гонщик NASCAR переживал не самые лучшие времена: мало того, что он заработал себе травму бедра на Талладеге и повздорил с одной из ключевых персон своей команды, так ещё и в начале года от рака мягких тканей умер его племянник Кейси) двух подтянутых парней в серых костюмах-двойках, я толкнул стеклянную дверь и очутился внутри заведения.       Переодевшись, потягав железо под играющую из колонок под потолком песню Rock and Roll all Nite группы KISS (поразительно, насколько хорошо их треки сочетаются с силовыми тренировками!), а также покрутив педали на велотренажёре, я перешёл к комплексу кардиоваскулярных упражнений. Меня одолевали противоречивые чувства, что отражалось на общих результатах (показатели прыгали, словно стоимость акций на биржах); как бы то ни было, понемногу мой пыл поутих, а после душа общее ментальное состояние полностью вернулось в норму. Я даже достал и проверил пейджер, на котором обнаружил пришедшее сообщение следующего содержания:

ОТ АБОНЕНТА +1 (404) 273-9164: «Прости, сорвалась. Мы никогда не должны обижать друг друга. Хотела кому-нибудь позвонить, но оказалось, что просто некому. Мне стало страшно. Ты у меня остался один: возвращайся скорее. Мама.»

***

— Доброго тебе утра, милая… — прозвучало над ухом дочери профессора английской литературы. Удивлённо открыв глаза и повернувшись на другой бок, Эдит встретилась взглядом с лежащей возле неё Сигрейв… — Тиффани? — не было пределов удивлению Томмен. — Почему здесь воняет воском, а мы с тобой лежим в одной постели? — Не притворяйся, будто уже всё забыла. — загадочно улыбнулась та. — Вдобавок, не в постели, а внутри моего нового AMC Hornet Sportabout 72 в специальном исполнении от модного дома Gucci. — Ничего не понимаю… — приподнялась на локтях Эдит. — А что произошло? Поведай…       И пусть Эдит Томмен спросонья не могла вспомнить произошедших ночью событий, но мы, дорогой читатель, всё знаем, а потому — расскажем, как несколькими часами ранее разработанная обладательницей старого SAAB операция «Пресечение Династии», пройдя все стадии обсуждения, достигла заключительной фазы.       План действий был предельно прост: заманить Фуксию на пространство конторы по работе с автоутильсырьем, перекрыть ей выезд, обездвижить и сразу же отправить в измельчитель. Роли распределили так: Бупкис на Mazda Protege (во время недавней поездки из мотеля у япошки вследствие распространяющейся по корпусу и подвеске ржавчины появилась большая дыра в полу заднего ряда, потому ремонт оного оказался бы просто нерентабельным, плюс на него действовала страховка с приличной выплатой) заманит машину на территорию конторы, после чего Сигрейв (она хоть и боялась, но всё равно согласилась на участие) отрежет взбесившемуся седану путь к отступлению, перекрыв выезд; далее в дело вступят Эдит и заглянувший за парой карбюраторов для тётиного Ford (сперва парень тоже не желал участвовать, однако, произведя некоторые умозаключения, аналогично выразил согласие) Билл: они оба возьмут Dynasty «в тиски» двумя грузовиками, пока сидящий в кабине крана помощник шерифа (которому бегло показали, какие кнопки следует нажимать и какие рычаги дёргать для поворота стрелы) попытается подхватить её магнитом и опустить в дробилку. Всё следовало провернуть за довольно ограниченное время, ибо Бупкису должны были привезти сорок с лишним тонн бетонной смеси для заливания начавшего увеличиваться провала посреди поля…       Поначалу всё действительно шло, как следует: на полной скорости ворвавшись во двор с автоутильсырьём притащивший за собой Фуксию Эйс взялся умело маневрировать по рядам, пока та, словно гепард, гонялась за ним под Night Owl в исполнении Карли Саймон; между тем, страховая служащая мастерски загородила выезд пикапом Dodge Macho Power Wagon 79 со здоровенным отвалом для очистки снега (пригодные для отхода запасные пути оказались предусмотрительно завалены предназначенным для заполнения всё той же ямы крупным строительным мусором), а за машиной принялись гоняться грузовики: бескапотный Chevrolet Tilt Cab 64 и капотный International Fleetstar 70 с прикрученной к шасси обычно используемой Бупкисом в качестве бюджетного передвижного бассейна половиной цистерны. Грамотно скооперировавшись, дочери вермонтского профессора английской литературы и темнокожему мастеру из AT&T удалось несколько раз сжать взбесившуюся Dynasty, пока кто-то из них случайно не расплющил её бензобак, благодаря чему Фуксия заглохла (к этому времени она уже потеряла изначальный вид: вместо седана на заросших травой плитах валялась груда искорёженного железа, из-под днища которой лился высокооктановый бензин). Теперь оставалось лишь переправить её в измельчитель… Но внезапно заклинило лебёдку крана. — На металл порежу! — лихо выскочив из Protege, метнулся в кабину аппарата Бупкис; сего незапланированного замешательства вполне хватило для того, чтобы корпус Dodge, задрожав, с металлическим звуком стал постепенно выпрямляться…       Видя всё это, Сигрейв не верила своим глазам. Наблюдаемое ей явление напоминало кошмары любого страхового агента: сами собой медленно срастались отдельные куски металла, вставлялись обратно выбитые и рассыпавшиеся по земле стёкла, постепенно правились искорёженные линии…       Восстановившись практически полностью, Фуксия развернулась в сторону стоящего к ней передом пикапа Тиффани; её прямоугольные фары и ПТФ резко вспыхнули (азиатка невольно сравнила их с открывшимися глазами). Яростно зарычал шестицилиндровый двигатель: надеясь сместить закрывающую путь к отступлению преграду, Dynasty на всех парах метнулась в сторону выезда из конторы. Последовал чрезвычайно громкий, скомбинированный со звуком удара скрип, напоминающий скрежет вилки по пустой тарелке, взметнулись искры: столкнувшись с толстым отвалом, Фуксия погнула край оного и пошла на второй круг, намереваясь прошибить себе путь на улицу… — Отъезжай, отъезжай! — заняла место Тиффани очнувшаяся от общей растерянности Эдит. — Не прорвётся! — поставила она бескапотник боком к воротам.       И пошло-поехало автородео! Оставшись без прикрытия (грузовик Билла внезапно заглох, а парень никак не мог его завести), страховая служащая пустилась нарезать круги по всей территории конторы, пока за ней, словно овчарка, под Soul Kitchen в исполнении The Doors, гонялась взбесившаяся машина; один раз заряженный чёрно-рыжий пикап едва не остался без задней оси: Фуксия промахнулась мимо цели всего на несколько дюймов, вместо этого со всего размаху впечатавшись в четырёхдверный седан Oldsmobile Cutlass Salon 73, тем самым превратив его в обычный Cutlass Supreme (ржавые детали так и полетели во все стороны). К этому времени Одди, с большим трудом раскочегарив старый Fleetstar, метнулся на выручку, причём вовремя: Dynasty как раз старательно нацеливалась на кабину с перепуганной Сигрейв.       От столкновения с тяжёлым капотником Фуксию развернуло на четверть круга; одна из её покрышек сошла с обода колеса, благодаря чему машину сразу повело куда-то в сторону: она задела брошенную Protege, но не сдалась, ибо (несмотря на нарушенную геометрию кузова и распахнувшиеся двери) всё ещё была на ходу. Описав достаточно кривой полукруг, Dynasty вновь нацелилась на пикап с отвалом; её сильно похожий на пасть акулы раскуроченный капот мотался вверх-вниз. В очередной раз округу огласил рык шестикотлового V-образника; кое-как тронувшись с места, издающая режущий уши металлический скрежет (искорёженная задняя часть волочилась по заросшему бетону) Фуксия принялась постепенно набирать скорость…       Дизель International ревел на полную мощность, когда Одди превратил в аккордеон всю правую половину Dynasty. Машину вновь сместило с курса; она отлетела в стену ангара. Данный удар нарушил её настройки схождения и развала, а также спустил ещё два колеса; впрочем, даже тогда она не прекращала свои отчаянные попытки то ли сбежать, то ли кого-нибудь раздавить: протяжно взвыв высокими оборотами, Фуксия, щедро удобряя бетонные плиты техническими жидкостями, медленно поползла вперёд (будто хищный зверь, лапы которого переломаны капканом). Ей бы удалось сделать что-то из этих двух вещей, но…       «КЛЫНННЬ!» — активировался магнит: Эйсу наконец-то удалось привести кран в рабочее состояние. Ловко подцепив искорёженный автомобиль, владелец автосвалки перетащил взбесившуюся машину на конвейер запущенного незадолго до этого Джоном промышленного измельчителя, на другом конце которого остановился в очередной раз заглохший Fleetstar с обрезанной сверху цистерной…       Послышались громкие гудки, треск, скрежет и звон: Фуксию начало перемалывать в металлический лом. Из трубы в грузовик посыпалось то, что ещё недавно именовалось транспортным средством; ужас на четырёх колёсах прекратил своё существование. — Ура! — выскочив с водительских мест на улицу, бросились друг к другу Эдит и Тиффани; обнявшись, от переизбытка эмоций они даже поцеловались по-французски и пообещали друг другу больше никогда не расставаться дольше, чем на трое суток. — Всё. — вытерев со лба проступившие капли пота, с долгожданным облегчением выдохнул основательно перемазавшийся в машинном масле Одди. — Конец машине. — Парень, я бы на твоём месте не чувствовал себя так погано. — глядя на сыплющиеся водопадом мелкие металлические куски, обнадеживающе похлопал его по плечу первый помощник шерифа. — Мы все здесь, можно сказать, народные герои… — Настоящие герои нашли бы способ спасти автомобиль. — вздохнул Билл. — Нам этого сделать, увы, не удалось. — Ей бы уже ничего не помогло. — спустился из кабины крана Бупкис. В этот момент лица присутствующих внезапно изменились: изнутри измельчителя заиграла, но почти сразу же утихла End Of The Night в исполнении The Doors. — Ненавижу рок семидесятых. — невольно вырвалось у МакГиббонса. — Во всех его проявлениях. — Безусловно, человеческий интеллект в очередной раз доказал превосходство над технологиями… — вернула всех присутствующих в реальность обнимающаяся с Эдит Тиффани. — Но что мы скажем Тентпенгу, когда тот вернётся и не обнаружит своей машины внутри гаража? Кроме того, на чём я буду ездить по клиентам? — указал её палец на смятую до неузнаваемости Mazda. — М? — Для тебя у меня есть универсал AMC из «дизайнерской серии». — почесав затылок, ответил ей Эйс. — А Гарри я готов предложить неплохой Dodge Aspen R/T 79… — ТОЛЬКО НЕ DODGE! — хором закричали все присутствующие. — Допустим, не Dodge. — удивлённо развёл руками хозяин автосвалки. — Тогда пусть возьмёт Chevrolet Cavalier: на продажу нами уже выставлен скучный, но ещё хороший четырёхдверный седан 1986 года выпуска, собранный в штате Висконсин. — Разве настолько принципиально знать, где его собрали? — удивился полицейский. — Конечно! — воскликнул бывший юрист. — На предприятии в Огайо менеджмент часто экономит металл, поэтому их экземпляры ржавеют более активно, а кузовные панели там можно пробить чуть ли не насквозь, как следует ударив по ним кулаком или ногой; в Висконсине же всё делают прямо противоположным образом… — Бупкис, мы спасли тебя от смерти. — обратилась к нему Томмен. — Не будь жмотом. — Хорошо, можно выписать ему хэтчбек Honda Accord LXi 86. — Бупкис! — выразительно посмотрела на него дочь профессора. — Так и быть, сдаюсь. — поднял руки Эйс. — Придётся отдать ему отреставрированный хардтоп DeSoto Diplomat Custom Sport Sedan 1958 года выпуска, цвета «autumn red» с белой полосой на обоих бортах. Выше Plymouth, но ниже Dodge, похож на Fury и Custom Royal одновременно; экспортный экземпляр для Франции, по факту — тело от Plymouth с приклеенным передом от DeSoto и более богатой начинкой от Dodge. Приятный бонус заключается в том, что этот аппарат никогда не взбесится… — тут в контору, подвинув грузовой Chevrolet, протиснулась бетономешалка Autocar DK 85: привезли строительную смесь. — Джон, не поможешь открутить цистерну от шасси? Свалим мусор в яму, зальём доверху, да забудем о том, какая чертовщина здесь происходила… — Вспомнила! — воскликнула дочь профессора, когда Сигрейв закончила рассказывать ей о событиях прошедшей ночи. — Я всё вспомнила: мы… — она хотела что-то сказать обо всём, пришедшем ей в голову, но поток мыслей прервала внезапная, как утренняя диарея, трель телефонного звонка в офисе наверху. — БУПКИИИС! ТЕЛЕФОООН! — Кого ещё нелёгкая принесла… — выбравшись из-под днища полуразобранного седана Chrysler Saratoga 59, галопом помчался на второй этаж бывший юрист. — Алло, давайте побыстрее, у меня там редуктор заднего моста на пол протекает! Да, Автоутильсырьё Энитауна! Чем могу быть… — вытерев руки, хамовато ответил он абоненту, но тут же поменялся в лице: видимо, на другом конце провода оказался кто-то серьёзный. — Эйс Бупкис, полноправный владелец данной дыры. Нет, мистер Аткинс находится не у меня, но могу позвать его друга, мистера Одди: ему может быть известно, куда тот изволил подеваться. ЭЙ, БИЛЛ!!! ИДИ СЮДА: ТЕБЯ ТУТ К ТЕЛЕФОНУ!!! — прикрыв нижнюю часть трубки, проорал мужчина в распахнутое до полного разворота окно ангара. — Прошу, подождите немного; он сейчас придёт. — Слушаю! — прибежав с улицы, продолжил разговор Одди. — Нет, понятия не имею… А что случилось? Вот это да! Его мама в порядке? Изверги… Скоро приеду! — завершив звонок, со всех ног рванул на первый этаж взволнованный парень. — В чём дело, Билл? — полетел в него вопрос от сладко потягивающихся в оббитом зелёным ковровым покрытием багажном отделении девушек. — Дом Тима ограбили. — без спроса плюхаясь за руль AMC и поворачивая ключ в замке зажигания, ответил афроамериканец. — Подробности — по дороге. — скрипнув шинами по гладкому бетону, вырулил один из произведённых в 1972 году двух с половиной тысяч зелёных универсалов со значками Gucci в открытые ворота ангара…

***

      Под мировую мелодию-нетленку оркестра Гленна Миллера с названием In the Mood я гнал свой Plymouth Sundance обратно в Энитаун, но в середине пути что-то стало меня беспокоить: за мной явно велась слежка. Так и есть! Вишнёвое с серой ватерлинией купе Chevrolet Caprice Classic 84 словно прилипло ко мне сзади. Я попытался увеличить скорость, но джиэмовская баржа тоже прибавила ход; кто бы это мог быть?       Намеренно проскочив нужный съезд с магистрали, я покинул I-20 на следующей развязке, решив оторваться от назойливой машины по узким окружным дорожкам, но не тут-то было: поддав газу, Caprice нагнал меня и чуть не столкнул в кювет; пришлось импровизировать…       Во время прохождения одного из виражей я смог разобрать лица преследователей: это были те парни в костюмах, которых я видел у спортзала. Кто приказал им следовать за мной по пятам? Впрочем, сейчас уже было не до этого: главное — оторваться и уйти живым… Но удастся ли успешно это осуществить? У них — мощная V-образная шестёрка (или, того хуже, заряженная восьмёрка); у меня — «подогретый пакетик апельсинового сока» (то есть, рядная турбочетвёрка). Впрочем, в управляемости со мной им было не сравниться: их диван-кровать кренилась в поворотах, словно какой-нибудь упиханный воскресными школьниками церковный минивэн Nissan Van GXE 87. Воспользовавшись данной уязвимостью, я нарочно избрал маршрут с максимальным количеством кривых, извилистых уклонов, горок с выходами в поворот и чередованием дорожного покрытия, проходя его так, будто рулил не своим двухдверником, а судейским автомобилем SCCA. Приложенные усилия пошли на пользу: провалившись в попытках преодолеть крутой изгиб на скорости, Chevrolet рухнул в глубокий кювет, перевернувшись на крышу…       Избежать самого страшного мне тогда удалось, но сюрпризы в тот день на этом, увы, не закончились: при подъезде к дому я заметил несколько полицейских машин. Данный факт заставил меня насторожиться; нехорошие домыслы и опасения подтвердились, когда проезд моему Sundance загородил натягивающий между фонарями жёлтую ленту с чёрной надписью «CRIME SCENE: DO NOT CROSS» слуга закона и порядка свободных пропорций… — Классические признаки липового полицейского: неправильная униформа, значок из пластика, отказ показывать удостоверение, отсутствие идентификаторов на машине и просьба покинуть транспорт без запроса документов. — донеслось до меня из-за спины офицера. Покинув автомобиль и шагнув чуть вбок, я увидел сидящую на бордюре мать и беседующих с ней людей (женщина и молодой мужчина) в тёмно-синих куртках с тремя ярко-жёлтыми буквами «FBI» на спине… Man, shit just got real! — Но мне о таком никогда не рассказывали! — оправдывалась она. — А кто должен был вам об этом рассказать, миссис Аткинс? Неужели сами не… — Мама! — попытался я проскочить под натянутой преградой, но меня удержали. — Эй, пропустите меня: там моя мама! Эй! Я здесь! — В чём дело, гражд… — повернулся в мою сторону офицер МакГиббонс. — Эй, ребята, немедленно пропустите его: этот парень — тоже пострадавший! — Господи, Тим! — заметив моё появление, вскочила на ноги мама. — Хвала Небесам, ты в порядке! Я так за тебя беспокоилась… — обняв меня, она чуть не расплакалась на глазах у всех. — Они там всё перевернули… — Кто «они»? — не понял я. — А также где и что перевернули? — Мистер Тим Аткинс? — быстро подошли ко мне проводившие беседу ранее женщина и мужчина. — Марта Спандер и Элвуд Клайтон, ФБР. Нам надо поговорить. — Что здесь, чёрт возьми, произошло? — отойдя с ними в сторону, спросил я. — Организованный налёт. — последовал ответ. — Пятеро ряженых в офицеров полиции мужчин подъехали к дому на угнанной в соседнем округе машине полиции, постучались в дверь, а когда им никто не открыл — проникли внутрь, где наткнулись на дремлющую хозяйку; пока двое отвлекали её на себя, ещё двое пытались похитить некую взятую на передержку из страны бывшего социалистического блока Карлу Макосу… — Проще говоря, кошкодевушку. — перебил я. — Увы, меня в тот момент не было дома. — Мы знаем. Так вот, судя по уровню общего разгрома, обе агрессивно отбивались, но перевесило численное превосходство и несколько метких ударов; вызов поступил слишком поздно, а мы — просчитались, отправившись сначала в местный участок… — Если это поможет следствию, могу рассказать, как меня только что преследовали люди на вишнёвом Chevrolet; они уселись на мой хвост ещё в Ковингтоне… — А вот с этого момента попрошу подробнее, причём не только устно, но и письменно.       После дачи показаний меня попросили покинуть место преступления; пришлось со вздохами подчиниться, уйти за ленту и сесть на ещё горячий от жары бордюр. — Всё это — ужасно и бесчеловечно. — примостилась рядом со мной Уайла. — Искренне тебе сочувствую; моя крёстная постарается сделать всё возможное, дабы этих подонков нашли и никто из них не избежал ответственности за содеянное. — Они забрали Макосу и подрались с моей матерью… А незадолго до этого я узнал, что моего настоящего отца убили, когда мне ещё не исполнилось и года: оказывается, всё это время я жил с отчимом, который страдал наркотической зависимостью, но изо всех сил с ней боролся, тщательно скрывая недуг от окружающих. Хорошо это или плохо? Решать, увы, не мне…       Некоторое время мы сидели молча. — Я слышала, будто ужасные отцы становятся хорошими дедушками… — нарушила через некоторое время установившуюся тишину Делен. — Судя по деду Билла, отец он был просто замечательный. — Это его и сгубило. — раздалось сверху: к нашему разговору присоединился Одди, собственной персоной. — Чересчур хорошо отыгрывал благополучие, вот и задолбался… Кстати, когда в Лас-Вегасе он проиграл в кости порядка тысячи баксов, то всё равно вышел победителем, украв из подсобки ресторана казино дюжину ящиков подсластителя Sweet'n Low. Ладно, прекращай кукситься и вставай: тебя ждут. — Кто меня опять ждёт? — нехотя поднялся я. — Очередные неприятности? — Нет, Эдит и Тиффани. — направились мы втроём к припаркованному на углу улицы зелёному универсалу AMC с открытыми нараспашку дверьми. — Я им всё рассказал; они поверили и готовы помочь тебе вызволить Карлу. — При совокупности нынешних обстоятельств наилучшим вариантом является только вход под прикрытием. — повернувшись ко мне с переднего сиденья, начала говорить Томмен. — Если ты зайдёшь на охраняемую территорию, преисполняясь уверенностью, а также будешь вести себя так, будто по документам должен уже присутствовать внутри здания, в восьми с половиной из десяти случаев тебя никто не остановит. Чёрт возьми, поразительно, куда можно попасть, просто выглядя занятым или важным! Кстати говоря, меня так однажды бесплатно пустили на фестиваль рейва во Флориде: я позаимствовала у бати видеокамеру, сделала ламинированное удостоверение из старого проездного билета и брякнула контролёрам о связи с телеканалом WTVJ Miami. — Когда моя мама только выпустилась из колледжа, она пришла в офис по соседству, сказав, что у неё есть очень важное дело к начальству компании. — усомнившись в эффективности слов дочери профессора, решила рассказать свою историю находящаяся за рулём Сигрейв. — Таким образом ей удалось добраться до переднего края очереди, пройти собеседование и получить должность; остальным обещали «перезвонить». Эх, жалко, Тентпенг не в городе: он бы одолжил тебе свою униформу, накладные усики и коробку с пиццей… Не надо на меня так смотреть; в нынешние времена люди настолько безалаберны, что простых курьеров пускают даже на авиабазы! Или вот, ещё способ: покупаем в магазине костюм посыльного, узнаём имя высокопоставленного сотрудника, появляемся на проходной, представляясь работником USPS, а потом — бац! Шаримся по всему зданию без риска быть выдворенным. Так обычно поступали ниндзя, маскируясь преимущественно под садовников: именно поэтому у них такое странное оружие. — В принципе, даже без особых извращений можно пройти куда угодно, имея рыжий светоотражающий жилет с каской и лестницу, плюс папку бумаг в паре с рацией, причём ты лучше меня это знаешь. — предложил ещё один вариант Билл. — И совсем не мне тебе рассказывать, как покойному Сикконе, применив данную тактику, удалось попасть внутрь нашего кинотеатра на фильм See No Evil, Hear No Evil: со стремянкой и в шортах-карго. Ещё подобные свойства присущи униформам электриков или сантехников: тогда придётся выучить пару сложных связок с профессиональными терминами и научиться умело вворачивать их через каждые три слова… Зато после проникновения подхватишь какой-нибудь шланг или кабель, повесишь на плечо, да расхаживай себе туда-сюда: все будут думать, будто ты приехал с бригадой и непременно делаешь что-то важное. — В принципе, может прокатить даже сценарий, где охраннику на простой вопрос «Вы здесь работаете, молодой человек?» можно наврать утвердительным ответом. — решила дополнить рассуждения Одди Уайла. — Вероятнее всего, тебе откозыряют, скажут: «Не смею больше задерживать, сэр!», после чего, извинившись, без проблем пустят внутрь. — А представляете, сколько ответственных лиц не будут обращать на вас внимания, если взять в руки швабру и начать подметать полы? — появились рядом с машиной мисс Спандер и её напарник. — Ну, молодёжь, хотите штурмовать контору? — Тётя Марта! — подскочила от неожиданности Делен. — Нельзя же так пугать! — И нельзя имперсонировать госслужащего. — подал голос Элвуд. — Карается штрафом или тюремным заключением до трёх лет. — Усохни, Клайтон. — заткнула его женщина. — Лучше вон, пойди осмотрись в жилье у пострадавших. — не смея возражать вышестоящей по званию, напарник крёстной Уайлы утвердительно кивнул и послушно удалился к месту преступления. — Ботаник… — Штрафуйте хоть прямо сейчас. — упёрся мой взгляд в пол (и сжались кулаки). — Я всё равно пойду и вытяну Макосу из лап этих головорезов, чего бы мне это ни стоило. — Поверьте, всё так и будет. — в один голос подтвердили Томмен с её подругой. — Хоть стену прошибёт, но осуществит задуманное: например, однажды, поклявшись отпинать во имя возмездия за друга-компьютерщика школьных хулиганов, он выждал время и на эмоциях взгрел их всех с таким пристрастием, что потом его чуть не исключили. — То, что я сейчас скажу, будет нарушением всех возможных инструкций, за которое меня могут отправить на покой или посадить. — вздохнула Марта. — Кошкодевушку, как ты уже, наверное, догадываешься, держат внутри консервного завода учёные из фирмы Greenacre Incorporated; если мы массово вломимся туда, как ФБР, то её, скорее всего, усыпят, вследствие чего начатое нами дело попросту заглохнет, а фигуранты — уйдут безнаказанными; именно поэтому я помогу тебе сыграть проверяющего государственной конторы по контролю за пищевыми продуктами и лекарствами. Проблема лишь в том, что поездка до Атланты и сопутствующие мероприятия займут много времени: вот если бы у нас всё было под рукой… — Сделать липовое удостоверение — не проблема, даже современное. — заработали мозги Эдит. — У Уайлы на работе для этого есть вся нужная аппаратура; какой-нибудь костюмчик, думаю, в шкафу Тима точно найдётся; портфель и бумаги может достать Тиффани, а с вас останется только бронежилет, поддержка извне, да пистолет. — Как сказал бы начальник МакГиббонса, «Мне нравится, когда всё складывается и идёт по плану». — закинул ногу на ногу Одди. — Кстати, вы никогда не замечали, как между собой похожи Стив Мартин, Лесли Нильсен, Джордж Пеппард и наш шериф? — Подождите, а как я найду там нужное помещение? — вдруг прорезался у меня голос разума. — У меня нет ни схемы внутренностей здания, ни фотографий… — В каждом подобном месте, согласно обязательным требованиям безопасности, висит план эвакуации при пожаре с подписанными комнатами: не заблудишься! — А если не висит? — засомневался я. — Висит-висит! — заверила меня Марта. — Миллионные штрафы кого угодно заставят его повесить, продублировав на каждом повороте; кроме того, снаружи предприятия и в участке Энитауна будут дежурить минимум три десятка наших людей: случится форс-мажор — тут же придём на помощь… Главное — остерегайся этого человека. — достала она из внутреннего кармана пиджака чёрно-белую фотографию. — Дик Гринакр, глава всей этой конторы; вкратце — алчный человек, за сто долларов или удачный продукт натурально удавится. — Какая отвратительная рожа! — пригляделась к фотоматериалу Уайла. — Аж плюнуть в неё хочется: до того, чёрт возьми, смотреть противно.

***

— Стоять! — преградил мне дорогу темнокожий охранник. — Промышленный объект! — FDA. — показал я ему изготовленное за час до этого удостоверение на имя Виктора Трежера. — У меня — назначение о внеплановой проверке данного предприятия… — Нам не сообщали. — последовал спокойный ответ. — Так на то эта проверка и внеплановая! — возникло у меня ощутимое желание дать ему в морду, но для последующего успеха следовало подавить клокочущую внутреннюю агрессию и перетерпеть тупость некоторых личностей. — Государство не обязано о ней сообщать! — Извиняюсь. Проходите. — уловив, что дальнейшая дискуссия чревата увольнением, потянул охранник в сторону тяжёлые ворота. — У нас с утра барахлят все охранные системы: видите, как приходится потеть? Ни барьеры поднять, ни проезд отгородить, ни шипы опустить. — указал его палец на закрытые изогнутыми алюминиевыми листами выдвижные стальные колышки. — Пожалуй, просто поставлю деревянные заборчики и пластиковые конусы: мне за таскание тяжестей здесь не доплачивают. — Действительно: стоит охране заметить кого-нибудь важного, так все двери сразу же широко распахиваются! — шагая через парковку, бубнил я себе под нос. Несмотря на то, что меня основательно проинструктировали и снабдили всем необходимым (особо доставлял портфель с бумагами, среди которых прятался не пищащий при проверке на металлодетекторе пистолет), мне всё равно было чуть не по себе. Впрочем, спокойствие восстановилось, когда на ум пришли теории, какие вещи изверги прямо сейчас могут делать с Макосой и что они вытворяли у меня дома. — Здравствуйте, инспектор Трежер! — встретил меня какой-то обделённый волосами хрен из начальства фабрики. Судя по всему, о происходящем внизу (а вполне возможно, что и о самом «низу») понятия он явно не имел. — Чем пожелаете заняться в первую очередь: изучить документацию или проверить качество производства? — Если вы не возражаете, я хотел бы осмотреть рабочие помещения. — появилась из моего портфеля прикреплённая к планшету нужная бумага и чёрная ручка. — Надеюсь, нам не придётся останавливать линию? — забеспокоился лысый гражданин. — Не придётся. — успокоил его я. — Работайте спокойно. — Спасибо. — с облегчением выдохнул мелкий начальник. — Если вы не будете против, я персонально покажу вам весь процесс производства…       Облачившись в белые халаты и нацепив специальные шапочки, мы оба отправились на импровизированный «тур» по предприятию. — Здесь свежая продукция доставляется на завод. — показывал мой «экскурсовод» заранее набитый небольшими деревянными поддонами цех приёмки ингредиентов (к грузовому доку как раз подъехал седельный тягач Kenworth T-600A с до безобразия пыльным прицепом-рефрижератором). — Мы с особой тщательностью перебираем её, как следует чистим, моем, а затем, проверив дозиметрами, разрезаем и добавляем на линию в равных пропорциях. — Томаты мексиканские? — осмотрев помещения получения и санитарной обработки, задал я ему для показания осведомлённости в деле каверзный вопрос узкого профиля. — Калифорнийские. — опроверг тезис мужчина. — Прошу за мной. — нажав кнопку свисающего с потолка пульта, он заставил отъехать здоровенную железную дверь в сторону; пропустив женщину с гидравлической тележкой, мы зашли в основной цех. — Это — бункер-дозатор. — пройдя вдоль основной линии конвейера, торжественно показал мне похожий на бомбу бочкообразный аппарат лысый. — Он кипятит и готовит общую консистенцию, а в другом крыле такое же устройство работает со спагетти. — Вижу! — зажав нос (вонь от свежих овощей стояла непереносимая!) я с серьёзным видом записал показания манометров и проверил состав униформы каждого стоящего у конвейера рабочего (справедливости ради, придраться было просто не к чему: помимо требуемой спецодежды люди даже носили плотные маски). Ничего подозрительного… — Когда автоматика равномерно распределит суп по консервным банкам, оные уезжают на маркировку и внешнее оформление. — продолжал бухтеть сопровождающий. — После этого продукция расфасовывается по ящикам, подсчитывается, записывается в учётную книгу и отвозится на склад в ожидании отгрузки: вот так и делается лучший томатный суп для стариков из Майами. — Не возражаете, если я ещё здесь похожу и понаблюдаю? — возник у меня дежурный вопрос. — Заодно проверю, как у вас с качеством на выходе. — Без проблем. — услужливо закивал мелкий начальник. — Пойду-ка скажу секретарю, чтобы перепроверил и удобно разложил документы. — удалился он в административный блок; я же, в свою очередь, за последующие сорок минут облазил здание буквально сверху донизу, пока, наконец, не обнаружил единственный (и это — не шутка) запертый пожарный выход, что располагался рядом с оснащённым двумя крашеными в зелёный цвет распашными дверьми грузовым лифтом; негласным подтверждением странности служила привинченная к стене возле проёма ржавая табличка «DANGER: ELEVATOR OUT OF ORDER»… Именно это и заставило меня попытать удачу, зайдя внутрь.       От тайного подземного этажа, на который прибыла кабина, веяло устрашающим холодом и антиутопической высокотехнологичностью. В тот момент не представлялось возможным определить, что конкретно напоминают данные помещения, но когда спустя пару лет на персональные компьютеры выпустят игру Half-Life, общий вид лабораторий Black Mesa Research Facility будет до боли напоминать мне всё увиденное в тот вечер. — Не обращайте внимания: государственная инспекция. — опередил я все возможные вопросы открывших было рты охранников. — Где тут у вас план эвакуации при пожаре?       «Проверяя» каждую комнату и видя, что творят яйцеголовые, я постепенно выходил из себя, но старался сохранять терпение, старательно отыгрывая роль инспектора, пока вдруг не упёрся в «главное зло» с фотографии ФБР: проще говоря, Дика Гринакра. Если бы между нами завязался разговор, прикрытие бы непременно рассыпалось на мелкие кусочки, но всё, как ни странно, обошлось благополучно: поскольку он был слишком занят разговором с одним из своих седовласых подчинённых, то прошёл мимо, даже не обратив внимания на мою незначительную персону. Сие обстоятельство позволило мне, оставшись незамеченным, проследовать за ними: в конце концов, существовала некая вероятность того, что оба идут не абы куда, а к захваченной кошкодевушке…       Так оно и случилось: прошагав через несколько коридоров, главмудак и его учёная псина зашли внутрь одной из палат с дверью из толстого стекла; оставшись снаружи и сделав вид, будто инспектирую огнетушитель, я искоса наблюдал за тем, как эти две сволочи, стоя над Карлой, разводят руками, явно о чём-то споря; через несколько минут они оттуда вышли и уже хотели запереть комнату на кодовый замок, но тут внезапно совсем рядом раздалась пальба, а из-за угла, пнув стоящие у стены стулья, выскочил взмыленный лаборант средних лет с забинтованными изолентой очками и оснащённой подствольным гранатомётом винтовкой M16A1 в руках. — На пол, вы, грёбаные фашисты!!! — завидев Гринакра, дал он короткую очередь в низкий потолок. — ВСЕХ УКОКОШУ! Say hello to my little friend!!! — воспользовавшись наступившей суматохой, я шмыгнул в дверь палаты, подбежал к мучающейся Макосе, разбил магнитофон с вставленной внутри аудиокассетой, сорвал с её головы наушники, переломил их пополам и принялся резать ремни, которыми кошкодевушку привязали к кушетке. — Охрана! — раздался возглас с внешней стороны палаты. — ОХ-РА-НА!!! — ВАМ НРАВИТСЯ? ВЫ ХОТИТЕ ЕЩЁ? БУДЕМ ИГРАТЬ ГРЯЗНО, ДА? — между тем, поливая коридор свинцом, бузил вооружённый псих. — ВЫ ДУМАЕТЕ, ДРАНДРИДЖА МОЖНО ПРОСТО ТАК ШВЫРЯТЬ В СТЕНУ? СВОЛОЧИ!.. — в этот момент я, кое-как приведя Карлу в чувство и растолковав ей наспех придуманную тактику отхода, вытряхнул из портфеля заряженный пистолет (внутренне немного жалея, что у ФБР не нашлось стреляющего гитарного футляра, как в фильме Desperado), приставил оный к виску кошкодевушки и стал ожидать наиболее удобного момента для покидания незапертой комнаты. Таковой представился, когда сопровождавший Дика седовласый учёный, вскочив, бесстрашно кинулся на вооружённого парня; завязалась большая потасовка, обойдя которую под видом помощи в разоружении (глава корпорации всё это время лежал на полу лицом вниз), мы метнулись к лифту… А скоро на этаже пролилась кровь (нет, я не завалил подвернувшегося под руку яйцеголовика: то прострелили голову бешеному лаборанту). — Весь костюм испортил! — отряхиваясь, поднялся с пола Гринакр. — Впрочем, никто не постр… — остановился он на полуслове, быстро заглянув внутрь опустевшей палаты; примерно в это же время мы наткнулись на чересчур бдительного начальника (согласно шевронам с предплечья) службы безопасности, с которым у меня завязалась перепалка; не давая нам пройти к спасительному лифту, он оперативно вызвал подмогу… — Я пристрелю её, если меня сейчас же не выпустят! — когда нас окружили со всех сторон, демонстративно щёлкнул в подкрепление моих слов предохранитель пистолета. — Назад! Не стрелять! — подбежал и закрыл нас от мужчин в униформе перепуганный до полусмерти Дик. — Если вы, косые обормоты, дёрнетесь хотя бы раз, несколько лет кропотливой работы за секунду уйдут коту под хвост, no pun intended! Выпустите его: всё равно далеко не уйдёт! — Это мы ещё посмотрим! — захлопнулись за мной двери грузового лифта.       Не меняя положения, мы с Макосой, поднявшись на поверхность, бегом пересекли основной цех и вскоре очутились на улице. Высадив тонкое стекло занимающего два парковочных места сразу чёрного Sterling 825S 87, я затолкал внутрь спасённую Карлу, рухнул на водительское сиденье и хотел было выдернуть из-под рулевой колонки моток проводов, как вдруг заметил, что кошкодевушка, покопавшись в перчаточном ящике, протягивает мне длинную тонкую отвёртку, которая, как выясняется, отлично подходит к замку зажигания. — Да, с тобой не пропадёшь. — взревел двадцатичетырёхклапанный инжекторный V-образный двигатель британско-японского седана; под зазвучавшую из аудиосистемы мелодию Sphinx в исполнении Harry Thumann автомобиль сорвался с места и устремился к воротам.

***

— А я вам ещё раз говорю: не назначено! — преграждал охранник путь микроавтобусу Mitsubishi (теперь его перекрасили в ливрею производящей заказные обеды этнического характера несуществующей фирмы из Атланты). — У нас — инспекция! — No entiendo! — размахивая планшетом с зажатыми на нём липовыми документами, экспрессивно махал руками водитель. — Manifesto! Dice: entrega aqui! — Поберегись! — разметав выстроенные шаткие конструкции из заборчиков и конусов, просвистел мимо будки охраны чёрный Sterling; буквально в ту же секунду «доставщики обедов» схватились за пистолеты, а rent-a-cop почувствовал, как его темнокожее лицо соприкоснулось с ещё не остывшим от дневной жары асфальтом. Начался штурм…       Из лап обезумевших учёных мы еле вырвались, но тут, как назло, возникла новая напасть: за нами на своих вёдрах увязались Гринакр, его подчинённые и часть охраны с нижних этажей. Оторваться от них было значительно труднее, поэтому мне пришлось задействовать хитрость: вспомнив об озвученной перед входом информации касательно местонахождения агентов Спандер и Клайтона (плюс их подкрепления), я на бешеной скорости ворвался в Энитаун и бесцеремонно прокатился по тротуару прямо под окнами полицейского участка, посшибав все выставленные на край железные мусорные баки, своротив несколько знаков, а также распугав немногочисленных прохожих, чем привлёк внимание не только беседующих возле дверей граждан из ФБР, но и почти всех местных слуг закона и порядка, включая вернувшегося шефа полиции; естественно, рядовые копы немедленно присоединились к погоне, но зачем? Если практически новые Dodge Intrepid 95 с красными мигалками ещё хоть как-то могли поспеть за кавалькадой, то древние Chevrolet Nova 9C1 возрастом чуть более пятнадцати лет и Chevrolet Malibu 9C1 81 МакГиббонса провалили все попытки успешного участия в развернувшейся погоне; стоит ли упоминать городское «посмешище на колёсах» в виде шерифского Chrysler Newport Enforcer 79, что весьма превосходно смотрелся на рекламных фотографиях, но на деле не мог угнаться даже за собственной тенью (не говоря уже о ловле возможных нарушителей). Как бы то ни было, из Энитауна мы выскочили «в плюсе»: одна из шести машин подчинённых главы корпорации случайно снесла пожарный гидрант и врезалась в припаркованный около счётчика и расписанный флеймами «под хотрод» гражданский универсал Checker A10 Superba 60 с длинной рекламной блендой «Автоутильсырьё Энитауна» на украшенной гирляндами крыше. — Гражданский арест! — вытащив из салона тёмно-зелёной Mazda 929 92 водителя и пассажира, Бупкис и Рэд связали им руки, после чего, периодически отвешивая тумаки и пинки, насильно потащили виновников ДТП в участок.       Видя, что начались существенные потери, а на хвосте повисли представители спецслужб, господа из Greenacre Incorporated перешли к активным действиям: они попытались зажать нас в импровизированной «коробочке». Спереди движению взялся мешать серебристо-синий седан Ford Taurus SHO 92 с тем седым хреном в белом халате за рулём и Гринакром в кресле штурмана; сзади машину слегка подталкивал чёрный пятидверный внедорожник Oldsmobile Bravada 91 с амбалами из охраны, а вырваться наружу сбоку не давали тёмно-синий Lincoln Continental 91 слева и крутой откос справа; единицам ФБР же проскочить вперёд и помочь нам разметать эту движущуюся западню препятствовали виляющие из стороны в сторону фиолетовая Audi V8 93 и белый с серой ватерлинией Lexus ES250 90. — Держи ровнее: ну, сейчас я им покажу! — выхватив и поцеловав на удачу именной пистолет SIG Sauer P229, Марта, лихо высунувшись из окна, прицелилась и открыла огонь по колёсам люксовых седанов, причём вполне успешно: лишившись одной из покрышек, японский авто, словно камикадзе, подбил немецкий, вследствие чего оба убрались в ближайший столб); между тем, мы попытались осуществить спасение своими руками, начав долбиться то в заднюю часть Ford, то в борт Lincoln, то в обоих сразу (по диагонали). — Я из него всю душу вытрясу! — оглянувшись, зарычал руководитель. — Охрана, живо уберите их с дороги! — скомандовал он людям из внедорожного Oldsmobile, но тут в его планы вмешался гружёный мебелью (столы и стулья находились даже на крышевом багажнике) встречный Chevrolet Parkwood 60, с которым очень не желал сталкиваться водитель Lincoln: завидев приближающуюся опасность, Continental подался вправо, но не рассчитал дистанцию и ударил Ford в заднее крыло, тем самым пустив седан в юз; от посещения кювета машину с Гринакром спасло лишь скорое достижение нами развязки SR44 с магистралью I-20 (четыре длинные рампы въезда и выезда, по две на каждую сторону широкого моста над автострадой). Здесь общее преследование наткнулось на выставленное прямо перед заездом в Гринсборо (видимо, подсуетился кто-то из наших копов, предусмотрительно вызвав на помощь коллег из соседнего городка) полицейское заграждение и застопорилось.       Теперь нашему положению стало не позавидовать: окружив с трёх сторон своими машинами вставший при торможении боком Sterling, сотрудники Greenacre Incorporated не заметили, как оказались окружены сами; завязалась блокбастерная перестрелка (как в том эпизоде фильма Heat с Аль Пачино, где налётчики неудачно берут центральный банк и уходят через толпу прибывших полицейских на своих двоих), из-за которой нам с Карлой пришлось упасть на пол и молиться, чтобы кто-нибудь из участников стычки случайно не попал в бензобак. — Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт… — уловили мои уши тихий голос с пассажирской стороны, когда наши спины буквально окатило целой лавиной осколков разбитых стёкол. — Ты можешь говорить? — не поднимая головы, кое-как повернулся я к кошкодевушке. — Я не… — открыла было рот та. — Подожди-ка: кажется, могу! Я снова могу говорить! Это же просто замечательно! — Тогда давай поскорее уматывать от этих пижонов. — короткой «вылазки» наверх оказалось достаточно для осознания ограниченности вариантов: выражаясь проще, все исходы сводились к практически моментальной и неминуемой смерти, а это звучало, как гласил оказавшийся сзади нас красно-белый знак, совсем уж «Wrong way»… — Пристегнись. — запустив заглохший двигатель, я рывком сдвинул расположенный по центру рычаг коробки передач в положение «R» и нажал педаль акселератора. — Что ты собираешься делать? — воскликнула от неожиданности испуганная Макоса. — Сяду за руль и буду распевать хит Any way you want it группы Journey. — последовал сатирический ответ, после чего из динамиков раздалась вышеупомянутая композиция, а автомобиль резко развернуло; воткнув Т-образный костыль в положение «D», я вновь уселся на водительское место и ломанулся прямиком на встречный поток; естественно, за мной, захватив усеянную дырками от пуль Bravada, метнулись и Дик Гринакр с его подручным придурком в халате…       Невозможно описать словами, какой на магистрали начался дикий хаос: уходя от натурально тронувшегося умом руководителя корпорации, мы активно скакали через широкий газон разделителя со встречных полос на попутные и обратно, пока тот изо всех доступных сил старался обездвижить седан. — На обочину, гад! — одной рукой держа руль, а второй — невесть откуда взявшийся электрический рупор, кричал он. — НА ОБОЧИНУ!  — Пошёл к чертям! — показала ему агрессивный «жест по локоть» Карла. — Больной извращенец! — Не трать на него силы. — вспомнив о том, как ранее избавился от парней на Caprice, я решил прекратить рисковать, намереваясь в точности повторить задействованные ранее приёмы; впрочем, осуществлять задуманное мною не потребовалось: при съезде с автострады Макоса вовремя заметила внезапно показавшийся из-за деревьев тащивший за собой прицепы транспортной компании R+L Carriers тягач GMC Astro 95 69…       Дальше всё, как в тумане: если благодаря моей реакции и системе ABS Sterling очень вовремя начал тормозить, по итогу сталкиваясь всего лишь с колёсной парой одного из двух прицепов, то Oldsmobile, получив от похожей на будку охраны бескапотной кабины по левому борту, опрокинулся набок… А потом в нас сзади въехал белый Dodge Intrepid 95 с красной мигалкой под лобовым стеклом. — Тебя кто водить учил, придурок? — дала напарнику подзатыльник Спандер. — Ивел Книвел? — взяв в руки рацию, покинула она салон автомобиля. — Диспетчер, у нас 11-80 на развязке SR77 и I-20; запрашиваю 11-41 и 11-85, уведомите местного коронера… — Тётя Марта! — скрипнув покрышками по асфальту, затормозила возле инцидента прибывшая со стороны города Силоэм красная Hyundai Elantra GLS 92, из которой сразу же выскочила Уайла. — Тётя Марта! Вы случайно не знаете, куда подевался Тим? Мне нужно сказать ему одну очень важную вещь… — Здесь он. — выбралась на улицу через разбитое окно кошкодевушка. — Умирает, но не сдаётся. — Ты можешь говорить? — синхронно воскликнули крёстная и крестница.

***

      Почти всё, что вы прочитали, было рассказано мной (после получения необходимой медицинской помощи) агентам особого назначения из ФБР. Завершив повествование, мне пришлось долго отвечать на умопомрачительное количество вопросов, начиная с «Почему вы сразу не сообщили об этом в полицию?» до «Как бы вы могли объяснить ваши отношения с Карлой?»; кроме того, чуть ли не каждые полтора часа меня водили на очные ставки с большинством участников данной истории. Относился я к проводимым мероприятиям спокойно, ибо твёрдо знал, что ни в чём не виноват и много кто может это подтвердить; также во время пребывания внутри местного офиса Бюро Расследований (оказывается, находится оно не на территории самой Атланты, а чуть северо-восточнее, в соседнем городке под названием Чембли) мне довелось видеть через зеркала Гезелла, как перед следователем активно изворачивается сидящий в инвалидном кресле и почти полностью заключённый в гипс седой гражданин из Ford… Чуть позже стало известно, что за преступления против человечества его отправили на электрический стул; Гринакр же погиб ещё на месте ДТП (он вёл внедорожник, не надев ремень безопасности).       Отпустили меня ровно в день открытия Олимпиады, перед этим заставив подписать гигантскую кучу документов о неразглашении. Оказавшись на улице, я узрел стоящую возле своего чёрно-золотого Oldsmobile Уайлу; увидев меня, та моментально повисла на моей шее под заигравшую фоном чувственную композицию Making Love Out Of Nothing At All в исполнении Air Supply. — Я так за тебя волновалась, Тим! — прижавшись ко мне, уткнулась она в моё плечо. — Мы уже готовились собирать народ и митинговать под окнами, если тебя вдруг в чём-то обвинят, но необходимость в этом отпала сама собой: по словам тёти Марты, всех, кого надо, они уже успешно взяли и отправили под суд… — Знаешь, во время допросов ко мне пришло осознание, что главное в жизни — найти своих и успокоиться. — в этот момент мой взор неожиданно упал на выглядывающую из бежевого кабриолета-woody Chrysler LeBaron Town&Country 86 мисс Спандер (так вот, откуда звучала музыка!). Выставив большой палец вверх, агент особого назначения отвесила мне короткий утвердительный кивок; я ответил ей тем же самым. — И кажется, мы уже нашли…

***

      Двадцать первого числа в город вернулся Тентпенг, причём не один, а с похожей на Кейт Мосс симпатичной брюнеткой и обручальным кольцом на безымянном пальце левой руки. — Очень приятно, Меган. — смущённо представилась она, когда мы встретили их около дома. — Меган Виккерс. Гарри много рассказывал о вас всех, причём только хорошие вещи; клянусь MG своего брата! — Представляю, сколько всего он успел разболтать. — невольно вырывается у меня во время обмена рукопожатиями. — Всё нормально. — успокаивает компьютерщик. — Ничего шибко личного не выдал. — И на том спасибо. — чешет подбородок присутствующий при разговоре Билл Одди. — Кстати, что нового происходило в городе, пока меня не было? — увидев перед домом красный DeSoto, недоумевает Гарри. — И куда делась моя любимая Фуксия? — Ты нам просто не поверишь. — взяв под руки, умело отвели его в сторону Сигрейв и Томмен. — Но обо всём — по порядку: итак, всё началось с того…

КОНЕЦ 6 СЕРИИ.

P.S.:

      Вскоре после закрытия лаборатории Greenacre Incorporated была выкуплена фирмой Medtronic и преобразована в площадку по производству медицинского оборудования для экспорта во Вьетнам, Лаос и другие страны Юго-Восточной Азии. Дело о кошкодевушке в целях сохранения огромного количества рабочих мест на нескольких предприятиях (корпорация за непродолжительное время своего существования успела приобрести большие предприятия в Мичигане и Оклахоме) решили не предавать огласке (вроде как, материалы даже засекретили), а Карлу Макосу, поставив на ведомственное содержание, отправили в Японию, дабы там она затерялась среди миллионов имперсонаторов всякой фантастики и фэнтези.       Сразу же после соревнований Rossell's fine autos сровняли с землёй: теперь на его месте построен светлый шоурум, да и автомобили внутри совсем другие… То ли Saturn, то ли Scion; увы, точно уже не припомню, но скажу, что туда спустя некоторое время устроился Тентпенг.       МакГиббонсу конкретно влетело за допущенный в отсутствие шерифа беспорядок: его заставили тихо подать в отставку по собственному желанию, после чего он, недолго думая, устроился на вакантное место инструктора по вождению, выкупив на распродаже списанный после своего ухода дряхлый Malibu (впрочем, в процессе обучения бывший офицер всё равно использовал приписанный к автошколе почти новый Cutlass Ciera).       На нашу свадьбу коллектив местного DMV презентовал нам с Уайлой приобретённый вскладчину у Бупкиса (не без помощи взявшихся за его общее перевоспитание Томмен и Сигрейв) подержанный Chrysler New Yorker (вроде как, даже с некоторыми элементами премиум-комплектации Fifth Avenue) 1981 года выпуска. Несмотря на нерасторопность, этот автомобиль нравился нам обоим: используя его, мы объехали почти всю Америку и даже несколько раз занимались в нём любовью. Помню, как целовал жаркие от страсти губы, грудь и живот blasian так, что удовлетворение от обладания лучшей (естественно, по моему субъективному мнению) женщиной в мире разгоралось ещё больше; в глазах Делен читалось то же самое…       Всё-таки заглянувший к нам после церемонии открытия папаша одобрил мой выбор спутницы жизни; мама — тоже. Кстати, о последней: сейчас она отлично себя чувствует, проживая в одном из роскошных домов престарелых на берегу океана; можно сказать, её душу и тело наконец-то накрыла волна процветания, ибо оказаться в Майами, да на всеобъемлющем курорте из самых влажных фантазий (где всегда всё оплачено и дают заниматься, чем хочется) дано не каждому. Во время нашего последнего визита (тогда приближалось обеденное время) я стал свидетелем того, как она ходила по коридору и стучала в двери, дабы весело сообщить всем соседям, что столовая уже открылась. На пороге одной из комнат стоял человек по фамилии Кулридж: больной, отчаявшийся, несчастный, практически всеми забытый и никому не нужный медлительный дряхлый старик, который после работы полицейским тестировал винтовки и потерял слух. Он долго не реагировал, поскольку несколькими неделями ранее ему пошёл уже восьмой десяток лет…       И только дед Билла остался недоволен общим исходом истории. — А ведь могли бы с самого начала купить Ford, да не париться! — хрипло ворчал он, строча на пишущей машинке очередное бестолковое письмо в Конгресс.