Младшие

Клео дрожащими руками потянулась к письму, которое лежало на ее подушке, когда она вернулась с ужина в комнату. С первого взгляда было ясно, что это явно не письмо от мамы, где она спрашивает о ее учебе. Это было спрятано в черный конверт без каких-либо печатей или опознавательных знаков. Поттер сделала глубокий вдох и села на кровать, закрыв шторы кровати, чтобы оказаться наедине с письмом. Смешно, но она знала, что там. Знала, когда взяла его в руку и ее пальцы начали жечь, словно она взяла горящие угли. Сквозь неприятное жжение, гриффиндорка вскрыла письмо и достала лист бумаги. Кристально белый, полностью противоположный конверту. Словно как она сама, вынуждена облачать себя в черное ради какой-то сумасшедшей идеи ее брата. Поттер не была готова начать читать, хоть она и знала, что пути обратно нет. Волан-де-Морт вероятно желает видеть ее. Испытать, прежде, чем она станет Пожирательницей. Оскар предупреждал, что никто не примет ее с распростертыми объятьями, и все же девушка не знала, как далеко она сможет зайти, следуя приказам. Вдруг однажды Оскара не окажется рядом? Вдруг он не подставит свое плечо и ей в самом деле придется навредить кому-то? Гриффиндорка не хотела думать об этом. Она вытерла рукавом свитера глаза, которые намокли от слез и сфокусировала взгляд на письме, которое было написано аккуратным мелким почерком, словно его хозяин профессионально увлекался каллиграфией. « Дорогая Клеона, Я сердечно приветствую тебя, избранницу тьмы, в мире, где силы зла и магии переплетаются в вечном танце. Твоя репутация, как преданной сторонницы тьмы и талантливой юной волшебницы, дошла до моих ушей благодаря твоему брату, и я не могу оставить без внимания такого могущественного союзника. Презрение к слабым и желание власти - эти качества, которые я нахожу в тебе, делают тебя идеальным кандидатом для великого предназначения, которое я подготовил для всего волшебного мира. Со слов Оскара твои стремления соответствуют моему великому желанию видеть в этом мире порабощенными тех, кто не достоин наследовать его тьму. Я приглашаю тебя к себе для личного разговора об этом. Приходи в мое убежище в тот момент, когда тень бросает свое покровительство над землей, и мы обсудим твое будущее в моих рядах. Мои слуги будут знать, когда и где тебе явиться. Тьма нашего союза будет несокрушима, а твои мечты о власти и бессмертии станут реальностью под моим владычеством. Будь готова к встрече с темной судьбой, которую я для тебя приготовил. В ожидании нашей встречи, Лорд Волан-де-Морт. — Твою мать... — лишь и прошептала девушка. В ней не было места радости, что пока что все шло по плану, ведь она была окутана безумным страхом. Её представлять Волан-де-Морту. Ей придется играть роль. Защищать свой разум. Нет, она не выдержит. Ей поставят метку... А вдруг нет? Вдруг повезет? Волна тревоги накрыла гриффиндорку, которая тихо начала звать брата. Ей нужно увидеть его прямо сейчас. Чтобы он поддержал ее и сказал, что они все планировали именно так и самое тяжелое уже позади. Девушка резко раскрыла шторы и, не выпуская письма из руки, бросилась из комнаты, игнорируя разговоры соседок. Так же быстро она пролетела мимо общей гостиной, лишь заметив краем глаза Сириуса и Питера, которые что-то кирикнули ей вслед. — Где ты? — тихо шептала девушка, несясь коридорами. Оскар мог явиться ей в любую секунду, так где же он был тогда, когда ей казалось, что ее мир больше никогда не будет прежним. Ей хотелось крикнуть ему, что она передумала. Что в ней недостаточно силы, чтобы врать всем вокруг. Семье, Регулусу, учителям, друзьями. Оскар не появлялся. Ложно говорить, что он был предельно занят в момент, когда сестра в первый и, пожалуй, последний раз умоляла его явиться. И уж вовсе не равнодушие его остановило, а скорее убеждения, что в одиночестве справиться с испытаниями проще. Поттер заставило остановиться лишь то, что в другом конце коридора шел Регулус. Один, в форме после тренировки. Только этого не хватало... Девушка резко развернулась, не желая встречаться с ним, но эти нескольких секунд и отдаленный запаха родного парфюма все же обратил внимание Блэка на знакомый силуэт. — Клео! — крикнул он, направившись в девушке. Голос слизеринца был спокоен и весел, и немного уставший после тренировки. Клео замерла, поняв, что нет смысла убегать. И это то чего она себе лишила? Квиддича, друзей, спокойствия. Дура. — Сегодня такое творилось! Круто, что ты больше не играешь и я могу делиться с тобой нашими стратегиями, однако поклянись, что ни слова Джемсу. — Регулус подошел к девушке и быстро поцеловав ее в щёку. Однако его улыбка спала, стоило ему взглянуть на нее более пристально. Им никогда не нужны были слова, чтобы понять, что что-то не так. Словно они были книгами, в которых они могли читать молча каждую строчку души друг друга, даже один из них скрывал свои главы за улыбкой. — Да, давай прогуляемся и ты мне расскажешь больше о новой стратегии. — Клео все же вытянула из себя улыбку, хоть и зря, ведь взгляд слизеринца упал на письмо, которое она крепко сжимала в руке. — Что там? Что-то случилось? — Первыми мыслями Блэка было, что что-то стряслось в доме Поттеров. Но зачем бы тогда девушка это скрывала от него? Нет, он уже давно чувствовал, что что-то дурное витает вокруг его Клео, и это письмо вероятно дало бы ответ на его вопрос. — Рег... — промолвила девушка с сожалением. Она тяжело вздохнула, но все же позволила парню забрать письмо из её рук. — Прости, Рег, я не знала, как тебе сказать... Из ее глаз сожалений и страха. Она миллион раз думала о том, что произойдет, когда Регулус обо всем узнает. А он и должен был узнать, это была часть плана. Однако, когда это в самом деле произошло, девушка осознала, что совершенно не готова к этому. — Клео, успокойся, — строго сказал парень, взяв её за руку. Он принялся читать письмо, и гриффиндорка устремилась на него, перестав плакать. Лицо его совершенно не менялось, он даже бровью не повел, однако по мере прочтения письма он все сильнее и сильнее сжимал руку девушки. Где-то под конец Поттер подумала о том, что еще немного и он ее и вовсе сломает. — Ничего не понимаю... — лишь и проговорил парень, дочитав. Он встревоженно посмотрел на Клео и она выдохнула. Он все еще смотрел на нее как раньше. Никакого отвращения в его взгляде не было, лишь бесконечный страх. — Рег, я тебе все объясню, я клянусь. — Теперь был черед гриффиндорки сжимать руку парня. — Не здесь, пойдём. — Слизеринец посмотрел по сторонам и, не отпуская руки девушки, повел ее в ближайший пустой кабинет, который можно было найти в этом коридоре. Он сел на парту, все еще не выпуская письмо из рук, и вновь его перечитал. Нет, этого не может быть. Брат Клео жив? Клео, которая была вечно против них, попросилась в Пожиратели? В его душе звучали непонятные мотивы, подобного поступка. Казалось, что он стоял на пороге неведомого, пытаясь раскрыть страницы решения, почему она выбрала путь Пожирателей Смерти. — Я хочу знать все с самого начала, что за чертовщина в этом письме? — Блэк еле сдержал себя, чтобы не перейти на крик. — Я думаю нужно начать с того, что около полугода назад со мной связался мой брат, которого я всегда считала мертвым... Оказалось, он служит Волан-де-Морту. — Клео посмотрела в серые глаза Блэка, осознавая, что наступило время вранья. Она должна сказать ему, что тот убедил её в идеях Тёмного Лорда и она поддалась соблазну того, какая жизнь у неё. может быть. — Это я уже понял, — с гневом бросил слизеринец. — Уж надеюсь, ты не собираешься мне рассказывать сказки о том, как сильно ты прикипела и полюбила Пожирателей, и от того и решила к ним присоединиться? Поттер не решалась заговорить. Она вдруг осознала, что врать Регулусу — как пытаться утаить солнце за ладонью. Он знал её лучше, чем она себя. Теперь, когда внутри было так тяжело, каждая ложь бросала бы на её душу камень тяжелей и тяжелей. Не долго думая, Клео решила, что уж с Регулусом не стоит играть в скрытность и маски. Перед ним она решила быть открытой, но лишь перед ним. — Рег, оказалось, Оскар не так уж верен ему... Он хочет уничтожить его, и он это сделает. Никто, ни Дамблдор, ни Министерство, не знают Волан-де-Морта лучше, чем мой брат. — Хорошо, а причем здесь ты в этой истории? — все также непонимающе спросил слизеринец. — Мы решили, что мне стоит присоединиться к Пожирателям. Это бы укрепило позицию Оскара, помогло бы нам подобраться ближе к нему. — И ты думаешь, что Волан-де-Морт поверит, что ты резко всех предала ради старшего брата, которого ты даже не знала несколько месяцев тому? — фыркнул возмущенно Блэк. — Нет, но он поверит, что глупый влюбленный подросток готов на подобное, чтобы быть с тем, кого он любит... Прости, но в этой игре многие мои мотивы якобы продиктованы тем, что будучи Пожирательницей, меня примет твоя семья. — У меня просто нет слов. Клео, если бы я мог, я бы тебя запер в этом кабинете и никуда не выпускал... — Блэк был вне себя от ярости. Использовать их отношения как оправдания подобному поступку? — Джеймс в курсе? — Джеймс не знает, он будет думать, что я их всех предала. Так нужно, чтобы Волан-де-Морт нам в самом деле поверил. — Как этот Оскар вообще уговорил тебя на такое пойти? — Он сказал, что я таким образом смогу защитить тебя, Рег! — почти что крикнула девушка. — Что от нас отстанут, если один из нас будет Пожирателем. Что тебя не будут трогать. — Мерлин, какой бред... Да он же просто манипулирует тобой! Клео, ты должна была мне обо всём рассказать. Не отстанет он от меня, только теперь еще под ударом ты. Тебе шестнадцать! А ты собираешься врать тёмным волшебникам, Клео, ты вообще думала своей головой, когда соглашалась на такое? — Я должна была врать и тебе! — Вновь крикнула девушка, не выдержав ругани парня. — Но не смогла. — Почему? — твердо спросил Блэк. — Потому что передумала... Рег, мне так страшно, — объяснившись от начала и до конца, Поттер почувствовала, как к ней пришло облегчение. Хоть ей и было страшно, но зато она была рада, что наконец-то можно ничего не утаивать. Неожиданно для самой себя, гриффиндорка просто заплакала. Она не знала, что еще сказать, ведь все слова теряли свою силу перед безысходностью, которая возникла перед ней. Регулус нахмурился и крепко обнял ее, начав повторять, что он что-то придумает. В его объятиях, словно тёплом пледе, Клео всегда находила утешение. Парень обнимал её, словно защищая от бурь, и его слова становились бальзамом для её души. — Он ведь убьет меня, если я не приду? — прошептала девушка, находясь все еще в объятьях. — Да, Клео, именно это он и сделает... — А если я просто покажу, что не такая уж я и талантливая или умная? — Тогда он поймет, что ты струсила. Оскар бы не представлял тебя, не будь ты тем, кем ты есть. — Рег... — Клео, я не доверяю этому Оскару, хоть он и твой брат, и хоть он и клянется тебя оберегать. Сделала бы ли ты подобное для своей семьи? Сделал бы такое Джеймс для тебя? Нет. Оскару плевать на тебя, он преследует лишь свои цели, а что там случиться с тобой — это уже вторичное. Если у него есть какие-то планы, хорошо, но это его война, не твоя. Он не должен был впутывать тебя в это. — И что же мне теперь делать? — Я не смогу защитить тебя, если ты там будешь совершенно одна. Поэтому я вижу лишь один выход из этой ситуации. Мы вместе присоединимся к Пожирателям Смерти.