Не всегда легенды бывают легендами

Улица встречала огоньками фонарей, стоящих как титаны, глухим рычанием моторов машин и жалобно ноющей сиреной скорой помощи. Люди разошлись по домам, а редкие пешеходы пялились на Диму с такой опаской, что смеяться хотелось. Редкостные зеваки смотрели на самолёт, мигающий ярким красным огоньком в облаках. Липкий мрак, словно бы с недовольным шипением расступался при свете фонарей. Пыль, взбудораженная машинами, обеспокоено летала под ярким светом. Вокруг была атмосфера суетливого города, и тут был свой дух: московский, вечерний и пахнущий предстоящим дождём. Тучи были совсем недалеко, но глазу были не видны. Точнее не видны с земли, сквозь многоэтажки, которые стояли, как дикие джунгли. Не зря города называют каменными джунглями. Вот и сейчас не все прохожие могли наблюдать за небом. До дома Дима добирался пешком, решив подышать воздухом. Идти было не так далеко, да и вечерние прогулки были на пользу, тем более в его плотном графике, ведь он крутился как белка в колесе. Добраться, оказалось, не так сложно, даже в меру интересно. По дороге был встречен серый кот-зевака, наблюдавший за прохожими своими большими зелёными глазами. С наступлением темноты и они светились, словно угольки, выпавшие из костра, но свет, как уличные фонари, не излучали. И в этом городском полумраке одной подворотни продолжали светиться два зелёных кошачьих глаза, провожающие очередного равнодушного. А может ему, этому серому комку шерсти, хозяин и не нужен. Какая-нибудь бабулька сидит возле двери на балкон и ждёт, когда её ненаглядный серый плут вернётся домой. Мысли Димы переключались с кота на улицу, с улицы на съёмки, а со съёмок на аукцион. Его легко было заинтересовать, и сейчас Егорик нашёл ту струнку в душе Дмитрия. "Легендарная…" звучало величественно и маняще. Словно на этих аукционах продавали не обычные картины, которые восхваляли так, будто были они чем-то иным, нежели стандартной копией настоящего шедевра, а целые земельные участки поэтов. Но от этой мысли парень лишь улыбнулся, открывая дверь подъезда под писк домофона. Пара цифр на экранчике в лифте, звон ключа в замочной скважине, и он был в квартире. Родной, небольшой, но уютной. Да, офис был в разы больше, но нужно ли было одинокому Диме столько комнат, когда даже в квартире он не всегда мог ночевать? На пороге встретил свой комочек шерсти - Цири. Несколько агрессивная молодая собачка, не без характера. Почти немедля, парень закрыл за собой дверь на замок, скинул вещи на вешалку и отправился к ноутбуку. В тёмной спальной комнате свет от экрана как-то неприятно обжёг глаза. Спустя пару секунд показалось всплывающее окошечко браузера. Дима решил узнать побольше о мероприятии, о котором поведал Егорик. Чтобы найти этот аукцион пришлось приложить немалые усилия, ведь вот так, на первом сайте вся информация не открылась. Первоначально парень даже удивился, но когда оказалось, что место проведения – малоизвестный, чумазенький музей, с еле собранными тремя единственными экспонатами, всё встало на свои места. Чуть позже телеграмм прислал оповещение о сообщение. Дима зашёл в мессенджер и увидел СМС от Егора с тем же местом и датой. Ещё раз удостоверившись в том, что он успеет и ему есть смысл туда идти хотя бы за тем, чтобы просто развеяться, Дима завёл будильник. Через пару минут рядом с всё так же включенным ноутбуком мирно сопели Цири и её хозяин. Цири, словно колыбельная, убаюкал своего хозяина теплом. Дима, расслабив губы и похрапывая, лежал уткнувшись лбом в свою лохматую "подушку". И пёс, видимо, был не против такой близости, так как его брюшко тоже равномерно вздымалось, и он не вылезал из под Диминой ладони, что так и осталась на пузике собачки. Ночной дождь прибил пыль, так что утром было сыро и пахло асфальтом. Всё так же носились машины по дорогам, возле здания собирался народ. Тарахтел сверху вертолёт, день обещал быть пасмурным. Народа уже было полно. Мужчины в деловых костюмах под ручку с дамами в вечерних платьях, несколько детей, решивших поиграть в догонялки и показавшиеся среди толпы Егор с Яной. – Уважаемые посетители! – донеслось со стороны дверей со слегка пошарпанной краской. Из-за голов людей было не разглядеть щупленького мужчинку средних лет. Он что-то пищал о том, что аукцион открыт, и ведётся видеонаблюдение, что работает экскурсовод за пятьсот рублей, и о животных, но слушать его особо не желали. Людской поток, словно струя проточной воды, проскользнул среди распахнутых дверей, и все холодно смотрели на картины, вазы и столы с камнями. К слову, мужчина в сереньком костюме успел скрыться среди толпы зевак. Дима мысленно материл всех тех людей, что не расторопным шагом шли и не давали прохода другим. Но даже обойдя целую толпу неспешно шагающих мимо всего, что можно было собрать, мужчина найден не был. Яна и Егор тоже удалились куда-то. По двум сторонам тянулись ряды с фотографиями квартир, вывески о продаже участков и вообще всего на свете. После вся эта огромная толпа разбрелась и начались крики. Была слышна ругань, цены летели только так: "Я отдам за это два миллиона!" – только и успело послышаться Диме, как где-то рядом, словно гром прогремели басом: "А я - три!" и торжественное: "Продано!" В принципе, ничего нового он не узнал. Бродя между уже во всю кричащими толпами, парень заметил закрытую дверь. На листе А4, что висел настолько высоко, что люди непременно и это бы захотели купить, было написано: "Легендарная комната". Мужчина, кстати, нашёлся там же. Стоял он, несколько грустно осматривая, как раскупают квартиры и машины, вазы и книги, а к этой двери и не подходят. Но Дима отличился. Он только приблизился, когда мужчина спохватился, словно бы пробуждаясь от сна, и, перебрав бумажки, начал своим писклявым голосом: – Молодой человек, а Вы знаете, что в этом зале? Дима опешил. А ему откуда знать? – А... – начал несколько неуверенно Дима, а после отрицательно покачал головой. – Вот, подошёл спросить. Вновь перебрав бумаги, оппонент хитро прищурился и, прокашлявшись, начал рассказывать. Параллельно он открывал тяжёлые двери. Они распахнулись, и стала видна одна лишь картина. В деревянной раме, окрашенной давным-давно в золотой цвет, было старое, медленно выцветавшее полотно. С него на Диму смотрел, не отрывая взгляда, парень двадцати четырех лет в белой рубахе. Окно с видом на город того времени, взгляд такой надменный, высмеивающий. А те два, ловко лёгшие на бок, пальца... – Кхм... Красиво, в целом, – подытожил даже не озвученные мысли Дима, собираясь заполучить сие произведение во что бы то ни стало.