Сопровождающий

Я зашла в поезд, надеясь лечь рядом с Витой, с которой я познакомилась в автобусе пару часов назад и сразу же уснуть на нижней полке. В 23:30 я уже была в своем вагоне. Я ехала в лагерь с сопровождающими-супружеской парой. Почему то детей с моего города разделили на 2 вагона, из-за чего получилась неразбериха с местами. Все просто мечтали поскорее ухватить заветную нижнюю полку и лечь спать, по этому при малейших неудобствах многие сопротивлялись воздействиям сопроводов. Я и Вита в свою очередь покорно ждали, присев на боковушку. Мужчина лет 35-45 помогал нашим сопроводам рассадить всех по койкам. Он долгое время ходил мимо меня и Виты. А когда он встал рядом, я не могла оторваться взгляд от его рук. Его кожа была смуглого цвета, с внешней стороны ладони и до локтя его руки были словно обвиты змеями (а точнее венами), которые проползали через кудрявую траву-волос. Его пальцы большие от тяжелой работы напомнили мне руки моего дедушки. Когда уже несколько детей отправили в соседний вагон, мужчина подошел к нам и спросил: «Кому еще места не хватило?». На тот момент Диана (девочка с моей школы) уже засыпала на чьем-то месте. Тогда мы с Витой обозначились как бомжики, после чего мужчина повел нас ближе к концу вагона, где и усадил нас на против наших сопровождающих, на боковушку. Сначала меня такой расклад вообще не устроил, но я не стала возражать, ведь я тут де услышала голос того мужчины, который уже ругал Диану, за то что она поздно опомнилась, оставшись без койки. Его речь походила на речь заслуженного командира войск (армии призывников). Обычно мне не по-душе такое отношение людей друг к другу, но на тот момент я только восхитилась громкому голосу и умение ставить себя высоко. Уже этой ночью я наблюдала за командиром, который то и дело заставлял детей отжиматься и приседать, за мат из уст моих соплеменников. Как я узнала, нашего командира звали Виталий Сергеевич. Он оказался сопроводом с Тазовского района,дети его ненавидели. Я же фотографировала и следила за ним. Уже на следующий день, он заметил меня, а точнее как я его фоткала. Вечером погасили свет во всем поезде, я как всегда занималась своим любимым делом, он поглядывает на меня время от времени, но как я думала он не понимал, что я его фотографирую. Но по закону подлости, как оно обычно и бывает «Все явное становится явным». Телефон предательски автоматически включил вспышку. Виталий Сергеевич очень грозно взглянул на меня. Я сразу убрала телефон и отвернулась в окну. Но взглянув на него, я по поняла, что он смотрит на меня и улыбается, собрав морщинки у кончиков карих глаз. Я бы заставила его встать, но после отбоя, нельзя было ходить по вагону. После этого я надела наушники и провалилась в сон. Проснувшись примерно через час-два, я не обнаружила Виталия Сергеевича на его кровати, привстав, я оглянула своих сопроводов и быстро меняющийся, ночной пейзаж за окном. Еще какое-то время я собиралась с силами, чтобы пойти в туалет, он находился прямо через 1 купе от меня. Проползая мимо “lesbian club”, створки моих глаз не хотели открываться, открыв прозрачную дверь к концу вагона, я подхожу к кому-то в притык. После пару случайных столкновений с прохожим, продрав глаза, поднимаю голову и вижу очень уставшее и доброе лицо с недельной щетиной. Виталий Сергеевич любезно уступает место поближе к туалету, из которой по-видимому выходить никто не собирался. Через какое-то время я осознаю, что трусь о руку Виталия, который по всей видимости не возражал, толи от того, что только проснулся, толи от того, что его голову занимали мысли поважнее, чем я. Например о том, что можно делать в туалете столько времени.