Созвездие изумрудного океана

Утром Арсений проснулся в самом лучшем настроении, а берега его души заполнялись счастьем. В полусонном состоянии он вспомнил, что засыпал точно не один, что был в объятиях Антона. Однако, в кровати лежал только Попов. Улыбка тут же исчезла с его лица, но перекатившись на сторону, где спал Антон, он уткнулся носом в подушку, что пропиталась запахом Шастуна, он обнял подушку, прижимая к себе все крепче, и, как влюблённая девчонка не мог нарадоваться. После душа он спустился вниз, посмотрев на время. Был почти полдень, хотя он так долго никогда не спал. -Привет, - заметил в столовой Арсений Викторию, что пила чай и листала журнал. -Ой, привет, напугал, - улыбнулась девушка, убирая чашку от губ. Арсений сел напротив девушки, разглядывая её. Чёрные кудрявые волосы, и некоторые пряди убраны за уши. Щеки, на которых чуть видны ямочки, и лучезарная улыбка, что не может не заражать. -Ты, наверное, голоден, сейчас тебе все приготовят, - она встала со стула, но парень её остановил. -Всё нормально, я не хочу, если только чёрный кофе без сахара, - вежливо говорил Арсений. Девушка улыбнулась, и исчезла в небольшом помещении, что отделено от столовой. Через несколько минут она вернулась с чашкой кофе, что предпочитает Арсений. -Держи, - поставила Виктория перед ним горячий кофе. -Спасибо, - улыбнулся Арсений. Девушка села вновь на свое место, складывая руки на столе. -Он снова на работе? - задал вопрос парень. -Такова его рутинная жизнь. Рано утром на работу, а вечером домой, - пожала она плечами. Прикусила нижнюю губу, норовя что-то спросить. -Я же вижу твои горящие глаза, спрашивай, - подметил и улыбнулся Попов. Девушка подарила счастливую улыбку в ответ. -Антон сегодня был другой. Причина - ты? Внутренний ребёнок Арсения смеялся и улыбался от счастья. Он - причина чьей-то улыбки. -Какой «другой»? Строгий, злой, серьёзный? Иного я не знаю. Для меня он всегда один и тот же - улыбчивый, свой, родной. Антон... Парень говорил и витал в своих мыслях, вспоминая своего Антона, который вызывал все чувства и эмоции одновременно. -Перестань, ты знаешь, о чем я. А вообще, я рада за него, и за тебя. Вы очень красиво смотритесь друг с другом, а те шаболды, что были до этого - шлюхи и все. -Их было много? Осторожно спросил Арсений, ставя чашку на стол. Было страшно услышать, что у Антона было много партнёров. Оно и понятно, такой человек не может быть один долгое время. Постоянно кто-то есть рядом, что и раздражало Арсения. -Арсений, ты ревнуешь? - выгнула бровь Виктория и довольно улыбнулась. -Нет. Просто интересно, - отмахнулся парень, хотя сердце забилось сильнее. -Ну, раз интересно, то спроси у него сам. Вам поговорить не мешает, голубки, - девушка вновь вернулась к журналу, а сама кусала нижнюю губу, чтобы не выдать свою счастливую улыбку. -Ты ведь сама говоришь, всему свое время, - вдруг вспомнил Арсений, отпивая кофе. -Да. И от слов своих не отказываюсь. Но Антона я знаю, ему пока не припрет, он не станет ничего делать, а ты у нас парень смелый, возьми инициативу в свои руки, - посмотрела она в глаза. Попов задумался, что разговор неизбежен. К тому же, он любит с ним говорить, чтобы слышать, но не слушать. -Попробуем, - кивал головой Арсений.

***

Спустя два дня, когда Антон пришёл раньше обычного, чему ликовал Арсений, последний решил, что тянуть уже не хочет. За эти дни они говорили всего несколько раз. Ночью звезды соединились в созвездия. А васильковые глаза рисовали из них картинку будущего. Вот он видит изумрудные глаза, которые может рассматривать вплоть до рельефов. Вот они обнимаются, крепко, прижимаясь друг к другу. Лёгкий ветер скользил по фарфоровой коже, говоря, что ты здесь один, а, где он - ты не знаешь, ведь перед тобой не отчитываются. Арсений накручивал себя, что Шастун вновь погрузился в работу, а до него снова нет дела. Отчаивался, что красивые глаза не смотрят, а сладкие губы не целуют. Он сидел на траве около лужайки, слышал звуки воды, шелест травы и деревьев. Ночью не спится, а хочется сидеть одному в прекрасном месте, где чувствуешь себя никому не принадлежащим. Когда воспоминания накрывают одни за другими, оставляя порезы на душе. Антон в этом время не спал, просто не мог. За последние недели, что Арсений здесь находится, он ему не даёт покоя. Человек, чье имя состоит из семи букв, просто не покидает мысли. Только работа и отвлекает. Старается не позволять себе слишком много, чтобы не привыкнуть к этому голосу, телу, губам, глазам, человеку. Но все тщетно. Ночью Арсений не покидает голову. Антон раз за разом вспоминает его. Видит эти глаза, а сзади парня белый свет, будто он спустился с небес, чтобы быть личным Ангелом для Антона.

***

На следующий день Арсений вновь выходит на улицу - ему понравилось сидеть на траве и думать о своём. Наверное, о таком спокойствии он мечтал. Только не подозревал, что кто-то тоже любит это место. Подходя к тому месту, он во тьме замечает сидящую мужскую фигуру. Он подходит ближе, и улыбается в душе, что это Антон. Ведь он по нему так скучал. Его смертельно не хватало. Арсений, как ни в чем не бывало, садится рядом, а Шастун не пошевелился. Настроение было не лучшее, но неожиданное появление Арсения приподняло его. -Я считаю, здесь волшебно, - прервал тишину Попов, спустя несколько минут молчания. -Это и есть сказка, - подтвердил Антон, несмотря на Арсения. -Антон, мы можем поговорить? - повернул парень голову на него. -Можем, - отзеркалил Шастун движения парня. Второй сел удобнее, чтобы напрямую смотреть на Антона. -Расскажи о себе. Ты обо мне знаешь больше, чем я сам, а я - ничего. Та чёрная папка - это же моё досье? -Ты умный парень, и да. У меня есть сводная сестра с маминой стороны. Родителей не стало около пяти лет назад. А все дела отца перешли мне. -Тебе было сложно. -Да, в двадцать лет ты, наверняка, не хочешь вести финансы, продавать акции и подписывать контракты? - посмотрел он на Попова. - Вот и я не хотел. Но мы не виновны в аварии. Может, и виноват, но его так и не нашли. Арсений, это так страшно потерять двух любимых людей за один день. Это очень страшно. Он вернул взор на воду, вспоминая прошлое. Никогда и никому из своих партнёров он не рассказывал о родителях и прошлом. -Но ещё страшнее - услышать слова матери, и смотреть при этом в глаза, что ты ей не нужен. Что ты - ошибка, а новая семья важнее. А от тебя избавилась, как от ненужного. И это был твой единственный родной человек. -Я знаю, что у тебя нет родных, а мать бросила, когда ты был в интернате, и это она тебя туда пристроила. -Да, сказала, что заберёт, когда устроится на новом месте. Она и устроилась, но без меня. Так я и повзрослел в свои тринадцать. Только бабушку помню, она всегда говорила, что любит меня. До самой смерти. В десять лет я тогда так плакал, будто лишился половины себя. Только жаль, что она воспитала такого человека, как эта женщина. Мать умерла для меня почти десять лет назад. Где и с кем она - я не знаю. Я и не хочу. Уж слишком больно она мне сделала. -Мне жаль, что ты рос без родительской любви. И отца рано не стало. -Да, какая ирония, верно? После его смерти она вовсе ушла в работу, забыв, что у неё есть маленький сын, который нуждается в ней. А я тихо ждал свою любимую мамочку. Дождался, когда она отправила меня в интернат. А через несколько месяцев оставила там навсегда, - говоря все эти слова, усмехнулся и продолжил: -Я тогда чуть вены не вскрыл. Истерика была, хотя я никогда не плакал. Меня тогда подруга нашла. Она и остановила, у Алёнки такие глаза добрые были. Тебе не понять, потому что ты всю жизнь рос в полноценной семье, и тебя любили, Антон. А меня бросили и убили. И кто? Родная мама, мамочка, мамуля. Тогда-то я и остался совсем один. Сам по себе. Никому не нужный. Да, учился я безупречно, но это другое. Было так пусто внутри, что я каждый день думал, зачем я живу? Кому я нужен? Я остался один и рядом никого. Тогда, смысл моей жизни? Антон притянул Арсения к себе, по чьим щекам потекли слезы. Обнял, прижимая к себе. -Мне нужен. Твой смысл в том, чтобы мы встретились. И нам было нужно пройти весь пиздец, чтобы потом найти друг друга. Арсений чуть отстранился, смотря в глаза. -Нужен? Зачем? Я ведь весь в грязи, и ты знаешь моё прошлое. Зачем тебе такой, как я? Антон улыбается, проводя несколькими пальцами по тёмным прядям, смотрит сияющими глазами. -Потому, что я нуждаюсь в тебе, так как люблю. Милый, я люблю тебя. И мир рушится. Арсений замирает, как и сердце. Только слеза скатывается по щеке. Нет, он давно понял, что ему нравится Антон, что не спроста интересовался им и тянулся. Но никогда не думал, что его могут полюбить, тем более, такой человек, как Антон. -Я тоже, Антош. Больше всех и тебя одного. Сердце сейчас выпрыгнет, потому что они открылись друг другу. Смогли сказать те самые три слова. Между ними ещё в Мюнхене образовалась связь при первом взгляде. И она крепла все больше, когда Антон уходил, холодел, чтобы не привязываться к нему, а в итоге влюблялся все больше. -И каждую ночь ты занимал главное место, а я не мог с собой ничего сделать. Прости за мой холод, я пытался не любить, но не получилось. Попов обвил одной рукой его шею, а другой провел по щеке, разглядывая, как самый интересный экспонат. -Теперь понятно, что с тобой было в ту ночь. Но больше так не делай, ладно? Не отвергай меня, ты мне нужен, и твоя любовь. Ведь у меня никого нет. Тихо попросил Арсений, глаза блестели от слез, словно стеклышки, от которых не мог оторваться Шастун. -Есть, Арсений, есть. И больше не буду, обещаю, никогда. Их губы соединились в поцелуе, что был нежен. Целовались, как уже настоящие влюблённые, которым мало друг друга. Их интерес друг к другу - зарождение любви. Мы всегда пытаемся отвергнуть правду, потому что не нравится или не хотим знать. Но она всегда оказывается лучше, чем страдание и самоубийство своей души. Стоило вот так вздыхать, прятать чувства, чтобы импровизация ворвалась в жизнь, и взяла все в свои руки. Спонтанное признание - лучшее, что может произойти с влюблёнными.

***

-Доброе утро, - проговаривает Антон, касаясь ладонью поясницы парня. Они не успевают дойти по отдельности до столовой, так как Антон припечатывает его к стене, впиваясь в желанные губы. Поцелуй по любви, сыгранный на струнах душ. -У тебя сегодня есть кое-какие дела, милый, - прошептал в губы Антон. После оставил на тонких губах несколько мягких поцелуев, и взял за руку, отстранившись. -Что за дела? -Мои. Садись. Оба сели рядом друг с другом, их уже ждала Виктория, что улыбнулась, увидев брата и Арсения вместе. -Хватит светить тут, я ж ослепну! - засмеялась девушка, обращаясь к брату. -Ну, и хорошо. Меньше лишнего видеть будешь, - так же с шуткой ответил он. Парень улыбался на все это. -И почему это ты сидишь не в центре, а здесь? - Антон и Арсений сидели рядом так, что могли переплести пальцы рук. А девушка сидела напротив. -А мне запрещено? Или кто-то против? - посмотрел сначала на Арсения, возвращаясь к сестре. -Да мне вообще все равно. Ты нашего Арсения засмущал, - показала она глазами на скованного Попова. Антон лишь сильнее сжал его ладонь, зная, что тому не комфортно, так как все это в новинку. -Моего, - сказал одними губами Антон, беря чашку с кофе. -Ладно, приятного аппетита, мои влюблённые, - проговорила себе под нос Виктория, взяв вилку в руки. -Дура ты, Вика, - язвил Антон. А парень чувствовал себя в своей тарелке, несмотря на молчание. -Да, и брат у меня такой же. Хорошо хоть ему достался Арсений, да? - посмотрела она на Попова. -Да, - улыбнулся и спокойно ответил Арсений, получая сжатие руки в знак принятия. Когда любишь, то чувствуешь дефицит человека, и никогда профицит. Так как даже, находясь двадцать пять на восемь - человека достаточно не будет, сколько бы времени не было проведено вместе.