Наруто. Я никогда об этом не просил!

Мальчик Наруто драку нашёл. И с криком: «Не начинать без меня!» к ней подошёл. Драки не стало. Стался погром. Впрочем, по плану, должен был наступить именно он.

***Наруто Узумаки, наездник пикирующего дракона***

             — Вижу в людях только лучшее!              Так, духовное зрение активировано. Прочитаем первого из двух скрытых облаком пыли противников…              [Вспышка!]              Лежащее на кровати обезображенное тело… Нижняя половина отсутствует. Ног нет, таз раздроблен и измочален. И даже если паренёк лет тринадцати выйдет из комы, ему суждено быть инвалидом, навсегда прикованным к койке. Потому как спинной мозг тоже повреждён. И каким-то странным образом на лицо паренька наслаивается лицо другого паренька. Уже давно как покойного. И которому почти также взрыв-печатью в своё время оторвало ноги.              [Конец вспышки]              Перевожу взгляд правее. Появляется искушение протереть глаза. Подобными глупостями я не занимаюсь, но совершенно риторически спрашиваю о окружающего пространства:              — А что тут забыл Орочимару?              Это я сказал вслух от удивления. Но кто ж знал, что Джирайя так среагирует…              — А его противник… противница… случайно не молодая женщина-блондинка с вот такими вот… — тут Джирайя сделал этакое круговое движение руками в районе своей груди.       Движение было слишком размашистым. И с таким бюстом ни одна женщина просто не смогла бы ходить, но его собеседник мгновенно того понял.              — Да, — кивнул Наруто, продолжая сверлить взглядом облако дыма и пыли от взрыва.              Джирайя же пробормотав под нос: «Она была так зла, когда узнала, что он проводил опыты с телом её дедушки!», спрыгнул вниз. Наруто же и бровью не повёл. Пару сотен метров высоты для шиноби уровня Джирайи — это не высота.              И он оказался прав. Ещё в воздухе Джирайя прикусил палец и выкрикнул: «Техника Призыва!». И прямо под ним в воздухе появилась огромная жаба. Точнее это был жаб, но это уже несущественные мелочи. И оказавшемуся прямо на голове у призывного зверя Джирайе даже не пришлось напрягаться, чтобы смягчить своё падение с двухсотметровой высоты. За него всё сделал его напарник.              — Гамабунта, — обратился Джирайя к огромному ржаво-красному жабу, — Ситуация сложная… Не торопись атаковать всех подряд, но будь готов ко всему.              Огромный жаб, одетый в тёмную жилетку и набедренную повязку, неопределённо хмыкнул и выпустил из пасти клуб дыма. Дело в том, что даже вызов на поле боя не заставил его бросить свою курительную трубку.              — Хм! — хмыкнул он, извлекая из заспинных ножен огромный меч и становясь в защитную стойку. Меч он ухватил обеими лапами и держал на уровне груди, готовясь парировать удары скрытых пылью и дымом врагов.              [Звуки тревожной музыки!]              Тоскливые звуки, издаваемые губной гармошкой, казалось достигали самого сердца невольных слушателей. А ритмичное «Тум-тум!» походило на взволнованное сердцебиение.              Невесть откуда налетевший ветер развеял облака пыли и дыма, и стала видна картина трёх готовых к бою шиноби. Обычно улыбающийся Джирайя был хмур и сосредоточен, лицо Орочимару было холодно и невозмутимо, а вот молодая… лет двадцать, не более… женщина с карими глазами, светло-русыми волосами и бюстом пятого размера, похоже, потеряла голову от ярости. Во всяком случае, её губы были плотно стиснуты, на щеках алел лихорадочный румянец, а глаза сверкали от злости.              Все трое синхронно перевели взгляд на… Наруто и его спутника. Им оказался призрачный великан с четырьмя руками. Двумя он держал у рта губную гармонику, а ещё двумя отбивал ритм на барабанах.              — Не обращайте на нас внимания. Мы… Доки и я… просто пытаемся создать подходящую случаю атмосферу!              И ненароком добавленная в слова сила внушения мягко отвела взгляды присутствующих от Наруто и его странного напарника. И пока все собирались с мыслями то ли перед дракой, то ли перед разговором, Наруто позвал кое-кого.              — Приди же, Аманоджако! — провозгласил он, приняв максимально пафосную позу.              Но маленькая девочка, вышедшая из распахнувшийся подле Наруто врат, сразу же начала старательно портить торжественность момента. Впрочем, как и всегда…              — После того, как ты завтракал не с нами, а с этим скучным стариком, ты ждёшь, что я буду помо… Ом-ном-ном!              Это в её рту оказалась оставшаяся от завтрака шоколадка. Через пару секунд маленький кусочек шоколада был прожёван.              — Ещё есть? — с жадностью спросила девочка.              Наруто продемонстрировал плитку молочного шоколада гораздо большего размера.              — Что надо делать? — спросила Аманоджако.              — То, что ты умеешь делать лучше всего, — позволил себе лёгкую улыбку Наруто.              От предвкушения любимого развлечения, за которое она ещё и получит награду в виде шоколадки, лицо Аманоджако озарилось радостью, она захлопала в ладоши и несколько раз подпрыгнула на месте от возбуждения.       

***Вид со стороны***

             — Активация Сферы Человека! — донёсся до трёх шиноби голос, но те решили игнорировать странного мальчика. Зря…              — Цунаде, — начал Джирайя, — может…              Дальше должно было прозвучать предложение «сядем и обсудим наши проблемы за чашечкой саке», но внезапно на Джирайю нахлынул приступ раздражения и с его губ сами собой сорвались слова:              — …ты не будешь вести себя как маленькая обиженная на весь мир девочка?              В ответ Цунаде хрустнула костяшками кулаков. С Джирайей она ссориться не намеревалась. Более того, она хотела прямо сейчас рассказать тому про обстоятельства, вынудившие её разрушить ту скалу, на которой стоял Орочимару в начале их диалога. И уже начала было объяснять суть дела…              — Заткнись, Джирайя! — прорычала она, — Этот… змей… посмел после всего, что он натворил, прийти ко мне и похваляться тем, как покалечил очередную жертву. Что ты на это скажешь?              В любое другое время Орочимару на такие слова в свой адрес отреагировал бы лишь змеиной ухмылкой от уха до уха и смахиванием из уголка глаза какой-то случайно попавшей туда соринки. Языком. Высунувшимся изо рта сантиметров на тридцать. И все зрители этой трёхсекундной пантомимы тут же поняли бы, что Орочимару переводится как Белый Змей не для красивого словца. И что лезть к опасной змеюке с глупыми правилами человеческой морали — это лишь прямой путь к оной змеюке в желудок. Но…              — Типичная Цунаде, — неожиданно даже для самого себя высказался Орочимару, — в одной короткой речи у неё и требование заткнуться, и предложение что-то сказать. Хотя какое-там «предложение», это ультиматум вида «не скажешь, как мне, «принцессе» угодно — получишь по шее».              Цунаде ещё сильнее сжала кулаки. На лице Джирайи нарисовалось ничем не прикрытое удивление.              — Орочимару, — без утайки высказал он свое удивление, — откуда столько яда? Мне всегда казалось, что ты с Цу ладите почти как парень с девушкой. Все эти ваши совместные научные проекты… И когда вы оба с помятыми лицами утром выползали из лаборатории, я, признаться, ждал, что вы вот-вот объявите о помолвке.              — Не пори чушь, Джи, — отмахнулся Орочимару, — Это я всё ждал, когда вы вдвоём объявите о помолвке. Ведь если посчитать, сколько времени она гонялась за тобой в голом виде по деревне, то выйдет больше времени, чем проводят на свиданиях парень с девушкой, прежде чем пожениться…              — Не в голом, — прошипела Цунаде.              А увидев два вопросительным мужских взгляда, уточнила:              — В обнажённом!              «А какая разница?», — прочла она в этих взглядах в ответ.              И скрипнула зубами от злости.              — Тупым мужланам не понять! Особенно тем, которые только и способны, что подглядывать из кустов!              Как ни странно, ответил ей Орочимару.              — Как-то раз Джи уговорил меня пойти подсматривать за женщинами на горячих источниках, — начал он шокировать своих сокомандников в лице Цунаде. — Посмотрел я на всё это… Померял своё давление и пульс. Увидел, что они ничуть не ускорены и не повышены. Убедился, что я вуайризмом не страдаю…              — Эй! — издал обиженный возглас Джирайя.              — И пошёл домой, — закончил историю Орочимару. — Меня там ждал один интересный научный опыт.              — Вот! — Цунаде повернулась лицом к Джирайе, — Слова нормального человека, а не извращенца.              — Ты там, кстати, тоже была, Цунаде, — ехидно оскалился Орочимару.              И Цунаде мгновенно поняла, что «там» — это на тех горячих источниках, где два извращенца подглядывали за ней. И один из них пускал слюни на её прекрасное тело. А у другого пульс ничуть не ускорился, и он, позёвывая от скуки, сидел в кустах и думал о том, как бы поскорее улизнуть в лабораторию.              — Два извращенца! — перешла на крик Цунаде. — Я переломаю вам руки, ноги и все остальные кости!              В голове Джирайи мелькнула мысль скооперироваться с Орочимару. Всё-таки старый сокомандник. И командное взаимодействие у них наработано до уровня «читаем мысли друга по глазам». И уже открыл было рот, чтобы озвучить своё предложение, но…              — Орочимару, давай ты отвлечёшь нашу шумную Цу своим раздражающе длинным языком, а я пока что-нибудь придумаю… — буквально сам собой выговорил его язык.              Вообще-то Джирайя хотел попросить напарника отвлечь Цунаде на себя, и вроде бы сказал то, что было в его плане. Но прозвучало это как-то… Обидно…              — А может, ты сразу сразу выложишь свой единственный козырь, Джи? — раздражающе высунув язык аж до пояса, поинтересовался Орочимару, — Ну… тот самый, который ты выучил, ещё будучи чунином… И каковой за последующие тридцать лет ты ни капельки не улучшил… Ну, тот, от которого у тебя лицо бородавками покрывается, как у жабы…              — Знаешь, Орочи, — стиснул зубы Джирайя, — за все сорок лет нашего знакомства я впервые так сильно хочу начистить тебе твою змеиную рожу!              — Жабы всегда были пищей для змей, так что… обломаешься, — сказал, как в бронзе отлил, Орочимару.              Этого с избытком было достаточно для начала драки в формате «все против всех». И драка началась.